Биполярный волк: Наследие

В это время сидящий на троне граф Таежный обдумывал предложение сына. В его глазах прям читалось, что он размышляет стоит ли поднимать этот вопрос, когда мой клан отказался от вассальства. Затем он ответил:

— Согласен Евгений, второй вопрос у нас так и не решен. Итак, Александр Дмитриевич, в соответствии с нашими прежними договоренностями вы согласны расторгнуть помолвку с ее сиятельством Викторией Черногорской?

Я улыбнулся.

— Ни за что! Таежные, запомните, я — Александр из клана Полярных, никогда не откажусь от своей женщины!

По залу пронесся гул негодования. Лысый слуга в недоумении смотрел на меня. Прыщавый наследник Таежных покрылся багровыми пятнами, отчего его лицо стало еще омерзительнее. Старик по соседству выдернул остатки своей бороды. Старуха схватилась за сердце. Все они не знали, что сказать.

— Пссс, что ты несешь, у нас с тобой политический брак, — дернула меня за рукав, подошедшая Виктория. Ее взор испепелял.

— Дорогая, даже если от этого будет зависеть судьба целого мира, я никогда не сделаю девушку товаром.

Глава 3

У волка не может быть неправильных поступков, так же как и у поступков нет волка

В ответ Виктории оставалось лишь хлопать ресницами. Рот девушки то открывался, то закрывался.

Я считывал ее реакцию как открытую книгу. Она казалось хотела опровергнуть мои слова. Обозвать выскочкой, накричать и заставить отказаться от помолвки. Но… если она это сделает, то согласится с тем, что является просто товаром, неодушевленной разменной монетой в сделках между благородными. Ах-хах.

Я нежно погладил по волосам застывшую в шоке невесту. За тысячу лет жизни в божественных чертогах у меня было более тысячи женщин: первые красавицы в своих мирах и принцессы императорских домов. И хоть многие из них были наложницами, и стали моими только благодаря статусу, ни к одной из них я не относился как к вещи. Всех их я любил по-настоящему.

— Убери от нее свои грязные руки! — внезапно крикнул Евгений.

Только после этого Виктория заметила, что я стою слишком близко к ней и касаюсь ее волос. Она сразу отпрянула, покраснев от смущения и возмущения. Да, видно было, что девчонка никогда раньше еще не подпускала мужчину так близко. Маленькая, не зная, что сказать принялась теперь неловко поправлять прическу.

— Ха-ха, а то что, Евгеша? — рассмеялся я. — Ты возжелал мою невесту?

— Меня зовут Евгений, — ноздри Евгения бешено раздувались.

— Евгений ты или Евгеша, или может быть даже Евша, мне неважно как тебя звать. Ответь на простой вопрос, ты хочешь мою невесту?

— Я… я просто… — Евгений внезапно запнулся и покраснел. Затем, придя в себя, он выпалил, — Ее сиятельство Виктория, чистый цветок, озаряющий наш мир своей незапятнанной красотой. Таким как ты не дозволено осквернять ее своими мерзкими прикосновениями. Более того, я против, чтобы ты даже общался с ней или смотрел в ее сторону.

О-о-о, вот оно до чего дело дошло. Паренек, то оказывается болен. Схема Таежного клана с помолвкой для него явно не только деловой ход по укреплению связей между семьями. Я присвистнул.

— И что? Я ее жених. Придет время, и я буду делать с ней кое-что не только руками. Ха-ха, ты же понимаешь о чем я? Я буду делать это с нею каждый вечер, каждую ночь, по несколько раз за ночь, а иногда может быть и сутки напролет, — видя как Евгений распаляется всё сильнее, я озабоченно подмигнул ему и расхохотался. — Но если ты хочешь, могу потом рассказать тебе, каково это, провести ночь с такой девушкой как она.

По залу пронесся ропот неодобрения. В котором особенно сильно преобладали мужские голоса.

— Господин, стоит ли заходить так далеко. Своими издевками над Евгением, вы также говорите в невыгодном свете про госпожу Викторию, — тихо зашептал лысый слуга мне на ухо. — Посмотрите на гостей из Черногорского клана, еще немного и они взорвутся от ярости.

Я отодвинул лицо монаха подальше, жестом приказав тому заткнуться. У меня тысяча лет опыта общения с высшей знатью различных миров. Я без советов слуги прекрасно знаю, как нужно вести себя в обществе, где можно перегибать палку, а где нет.

— Мерзавец, ты не имеешь права говорить так о графине Черногорской! Ты не достоин ее, — глаза Евгения налились кровью.

— А кто же тогда достоин? — улыбаясь спросил я, видя, что Евгений вот-вот вспыхнет от гнева. — Впрочем это неважно. Давай я лучше расскажу чем займусь с милой невестушкой в нашу первую брачную ночь. Ха-ха, тебе ведь интересно услышать это?

По залу вновь пронесся вздох возмущения. Лицо Евгения покрылось багровыми пятнами, его буквально трясло от обуревавшего его недовольства.

Внезапно, я почувствовал легкий шлепок по лицу. Что-то коричневое и мягкое прилетело в меня и упало на пол. Это была кожаная перчатка.

— Ублюдок, я вызываю тебя на дуэль! — взревел Евгений. Этого юнца больше ни капли не заботили манеры великодушного хозяина, принимающего гостей, и собственная репутация. Он крикнул. — Только я достоин госпожи Виктории.

Я поднял перчатку. Должно быть дорогая. Гербовый узор в виде златогривого медведя, вышитый черной и золотой нитями. В некоторых местах сверкала инкрустация мелкими драгоценными камнями.

Интересно, откуда Евгений достал ее? Он ведь до этого стоял без перчаток. Перед тем как кинуть он вытащил ее будто из воздуха. Колебаний пространственных законов магии совсем не чувствовалось в тот момент. Ладно, это все мелочи.

— Господин граф, скажите, а это вообще нормально, что ваш сын бросает вызов уважаемому гостю? Насколько это вообще укладывается в рамки гостеприимства знатного рода, — обратился я к Андрею Таежному, по-прежнему сидящему на центральном троне.

— Не вижу ничего предосудительного в этом. Благородный, посчитав необходимым, может бросить вызов другому благородному, — ответил глава клана, а затем развел руки в стороны. — Таковы правила светского этикета.

— Насколько я помню, Александр, вы находитесь на втором уровне? — вмешалась в разговор старуха. Ее сморщенные губы беззубо улыбались. — У Евгения тоже этот уровень. Так что вы как соперники равны по силам. Думаю каждый из здесь присутствующих одобряет ваш поединок.

Старая карга. В ее улыбке не было ничего теплого, лишь злорадство и ожидание предстоящего шоу. Я видел насквозь все ее намерения и намерения ее рода. Возможно эта эмоциональная выходка Евгения не входила в их план, но это вполне укладывалось в рамки ожиданий по унижению Полярного клана. Но что хорошо, так это то, что правило дуэлей между аристократами здесь походу примерно такие же как и во всех мирах. Для их проведения должен быть соблюден ряд условий.

А вот о каком втором уровне говорила карга, я был не в курсе. Возможно это какая-то местная градация магических сил. Но раз она говорит, что Евгений на такой же ступени, то, впринципе, неважно, что это за ступень такая. Главное, что мы с ним примерно равны по силам.

— Хорошо, Евгений. Причина вызова? — спокойно спросил я, похлопывая перчаткой по руке с видом полного безразличия к поединку.

— Грязные высказывания в адрес графини Черногорской, — замялся он.

— А тебя как это касалось?

— Меня? Я… я… джентльмен, я не могу просто стоять в стороне и смотреть как обижают даму.

— Ясно, в таком случае вызов отклонен, — равнодушно и коротко изрек я.

— Это еще почему⁈

— Вызов бросается, когда было нанесено оскорбление чести. И смыть позор от оскорбления можно только кровью, и никак иначе. В данном случае не было оскорбления. Я никак не мог обидеть тебя, Евгений.

— Но ты обидел госпожу Викторию, — не унимался он.

— И каким же образом я ее обидел? Что оскорбительного я сказал про нее?

— Ты… ты, говорил, что будешь заниматься с ней кое-чем не только руками по вечерам, ночам, а может даже и сутки напролет. И расскажешь даже чем займешься с ней в брачную ночь, — нерешительно сказал Евгений. Ему было слишком неловко повторять мои слова, но, я невольно улыбнулся. Парень возомнил, что должен был это сделать, дабы отстоять свою правоту.

— Аха-ха-ха, а у тебя хорошая память. Напомни как-нибудь после встречи, я найму тебя летописцем. Будешь писать мои мемуары, — рассмеялся я, а затем, увидев, как Евгений вновь багровеет и хочет взорваться от гнева, быстро продолжил не дав тому заговорить. — А что касается графини Черногорской, то я имел ввиду разговоры. Моя невестушка очень умная, я с ней сутками напролет готов вести беседы, даже в нашу первую брачную ночь. — я выразительно посмотрел на Викторию и на остальных. Если сейчас кто-нибудь начнет спорить со мной, то это будет опровержения того факта, что графиня недостаточно умна для поддержания разговора. Окружающие проглотили мое высказывание, никто не хотел оскорблять дочь Черногорского клана. То-то же, усмехнулся и продолжил. — Но даже если это не беседы, то в чем проблема? Я ее жених, право на это имею. Милая, скажи, как я мог оскорбить тебя? Может я в чем-то неправ?

* * *

— … Милая, скажи, как я мог оскорбить тебя? Может я в чем-то неправ?

Евгений порывался заорать на Александра, обвиняя его в том, что тот не прав, и он на самом деле имел ввиду другое, но так как вопрос был адресован графине Виктории, он сдержал себя. Евгений от всего сердца восхищался ее красотой, поэтому не хотел случайно перебить ее и тем самым ухудшить с ней отношения.

Все присутствующие перевели взгляды на Викторию, отчего девушка засмущалась. Она хотела, чтобы этот гадкий юнец Полярный был избит Евгением, но почему теперь внимание всех сосредоточено на ней? Да еще и для того, чтобы она высказала свое мнение по поводу пикантных намеков в ее адрес.

Девушка почувствовала как горят щеки, как только она представила, что имел ввиду Евгений, говоря про брачную ночь. Нет, благородная дама не должна думать о таких вещах, пусть даже если это нужно для защиты ее чести.

Почему он всегда обращается к ней как к своей женщине? Бесит.

Виктория в сердцах топнула ногой. Нет. Она хотела сказать, что ее глубоко оскорбили, унизили ее чувства, растоптали честь и достоинство, но порывшись в памяти, она так и не смогла вспомнить ни одного слова Александра, за которое могла бы зацепиться. Некоторые фразы может и звучали туманно и двусмысленно, но их трактовка целиком зависела от слушателя, а не наследника Полярных. К тому же как жених он действительно имел право их говорить.

— Александр Дмитриевич, ну что вы такое говорите? Разве могли вы обидеть или оскорбить меня? Я совершенно не понимаю, что вы имеете ввиду, — прикрывая рот ладошкой, улыбнулась она.

Зал ахнул. Глаза Евгения расширились. Как такое возможно? Почему Виктория не возмущается фривольными высказываниями Полярного?

* * *

— Ну что, Евгений? Теперь ты осознаешь, что твой вызов беспочвенен. Ты не вправе бросать мне перчатку в лицо, — холодно усмехнулся я. Даже будучи трансцендентным существом, будь то божественные или высшие миры, я всегда заботился о репутации. Никто и никогда не мог обвинить меня в бестактности или отсутствии манер. Поэтому даже в человеческом мире для меня важно было доказать, что мое поведение безупречно. Затем я повернулся к возвышению с тремя тронами. — Ваше сиятельство, никогда бы не подумал, что в вашем доме так бестактно будут обходиться с гостями. Совершенно никаких манер. Я надеюсь, вы изволите объяснить это?

— Да как, ты смеешь так разговаривать с моим отцом, ты наглый…

— Евгений, — Андрей оборвал и жестом заставил сына замолчать. Он пристально посмотрел мне в глаза, и не увидев там ни намека на страх или нерешительность, после нескольких секунд размышлений ответил. — Александр Дмитриевич, ваш отказ от дуэли совершенно оправдан. Мой глупый сын забыл о манерах и дал волю эмоциям. Кто знает какая беда могла бы произойти, если бы вы не были столь проницательны. Поэтому за необоснованный вызов вам будут предоставлены публичные извинения и компенсация от Таежного клана.

Зал зашептался второй раз. Я прям чувствовал как в умах толпы проносятся вопросы: «Что происходит? Почему глава Таежных, сильнейший маг в округе приносит извинения какому-то юнцу?» Я рассмеялся.

Евгений стоял в шоке. Его нижняя губа дрожала. Паренек даже не понял как именно он ошибся, но если отец приносит извинения, значит сыночек был не прав. Вывод прост.

Он подмочил репутацию всего рода Таежных. За вину члена семьи отвечает род. Но как так получилось? Все ведь здесь хотели, чтобы он проучил наглого выскочку. Ткнул его носом в пол и силой заставил присягнуть на верность. Глупый медвежонок, наломав дров, теперь упер глаза вниз и внимательно изучал изгибы ботинок. Позднее, после встречи с него наверняка спросят.

Что касается Виктории, то она изумленно смотрела на меня, как на совершенно незнакомого человека. Мда, возможно она в чем-то права.

Все окружающие в зале тоже стояли в недоумении.

Эх. Я тяжело вздохнул. Посмотрел в окно.

Облака, словно гигантские белые черепахи, безмятежно плыли по небу. В высоте танцевали птички, красуясь в ослепляющих лучах солнечного света. Тишина и спокойствие. Сегодня был отличный день, чтобы кто-нибудь умер.

Неряшливым движением я бросил перчатку к ногам Евгения.

— Я вызываю тебя на дуэль…

Глава 4

Человек человеку не может быть волком, ведь человек это человек, а волк это волк

Зал притих. Все глядели на брошенную на пол перчатку, пытаясь понять, не послышалось ли им только что.

— За что? — удивленно спросил Евгений.

— Cмотрю ты совсем с головой не дружишь, — покачал я головой. — Оскорбления чести можно смыть только кровью. Ты отличился, сделав это трижды.

— Быть такого не может.

— Во-первых, ты назвал меня мерзавцем, — начал я загибать пальцы. — Во-вторых, швырнул перчатку в лицо. Эти два оскорбления я еще мог бы простить, довольствуясь отрезанием твоих языка и руки. Но третье… «Только я достоин госпожи Виктории» — твои слова? Ты — похотливое животное, пускающее слюни на чужую невесту. И даже не пытаешься скрыть этого. Извинения за такие оскорбления приносятся смертью.

За тысячу лет в божественных чертогах никто и никогда не смел претендовать на моих женщин. Будь то императоры высших миров или боги из других пантеонов, все уважали мое право. Но смертное ничтожество посмело желать ту, кто предназначена мне. И неважно, что я видел ее сегодня впервые. Я еще ни разу не отступал от своих принципов. Принципы были моей главной гордостью и достоинством! Нарушитель должен понести наказание.

— Ты все не так понял, я… я всего лишь хотел заступиться за графиню, — оправдываясь, принялся жестикулировать руками Евгений.

— Заступиться? Но она в твоей помощи не нуждалась. Все в этом дворце свидетели твоих похабных намерений. Похотливый пес!

Евгений виновато посмотрел на толпу, судорожно сглотнув. Все действительно слышали то, что он сказал сгоряча.

— Если ты итак собирался сражаться со мной, то зачем до этого отклонил мой вызов?

— Совсем идиот? Даже таких простых вещей понять не можешь, — разочаровано повел я головой. — Ответь, ты принимаешь вызов или ты трусливый шакал?

— Ты гребанный убл… — Евгений вовремя остановился, видимо спохватившись, что своим ругательством может лишь ухудшить ситуацию. Этот вызов на дуэль касался не только его, но и репутации рода. Сомневаясь как лучше поступить, он в нерешительности посмотрел на отца.

Глава Таежного клана, подложив руку под голову, со скучающим видом сидел на троне. В отличие от сидящих по бокам старейшин, его лицо не выражало ни капли эмоций. После пары секунд, глаза Андрея сверкнули темным светом. Он казалось бы принял решение и одобрительно кивнул.

— Александр, ты сам напросился, — радостно потер кулак он, увидев согласие отца. — Я принимаю вызов. Кто будет твоим секундантом?

— Глупый вопрос, конечно же моим секундантом будет моя невеста. Кто же еще? Дорогая, иди сюда, только тебе я могу доверить свою жизнь.

— Еще чего, — раздалось холодное в ответ. Виктория закатила глаза, скрестив на груди руки, и не приближаясь ко мне ни на йоту.

— Дорогая, что о нас подумают люди? Жених рискует жизнью отстаивая честь невесты, но невеста не поддерживает жениха? Со стороны это выглядит так, будто ты была бы рада изменить с Евгением. Представь если завтра это станет достоянием общественности. Какие слухи пойдут? Что случится с репутацией Черногорских?

— Ладно, дальше можешь не продолжать. Я буду твоим секундантом, но не обольщайся и не смей рассчитывать на что-то большее.

Есть! Я торжественно сжал кулак.

— Евгений Андреевич, в таком случае, не возражаете если я буду вашим секундантом? — из толпы вышел голубоглазый юноша с пепельными волосами. Публика с удивлением вздохнула.

— Кирилл, как это понимать? — приподняв бровь, спросила Виктория.

— Ха-ха, сестренка, — здесь стало слишком скучно, поэтому я решил разбавить атмосферу.

Только после этих слов я заметил, что на одеждах Кирилла тот же герб, что и на платье моей невесты — черный горностай. Внешне он был полной противоположностью сестры, но еще больше он контрастировал с Евгением. Евгений был прыщавым уродом, тогда как Кирилл оказался красавчиком с утонченными чертами лица. Если бы я был девушкой, я бы, наверное, запал на него.

— Ха-ха, Кирилл, а я как раз задавался вопросом, кого бы позвать к себе в секунданты. Отлично, я всецело доверюсь тебе, — радушно обнявшись с ним ответил Евгений.

После того, как секунданты определились, они отошли посовещаться друг с другом насчет организационных вопросов дуэли.

Я же решил воспользоваться освободившейся минуткой. За все то время, пока я чесал языком с Таежными, у меня сформировался план. И сейчас его как раз можно было начать водворять в жизнь.

Перед попаданием в этот мир, я получил от волка три карты с путями божественных способностей. И все три сейчас хранились в моем сознании. Что означает божественная способность? Тем более, что ее выдал волк, который, на секундочку, является богом. Где находится бог, а где маг-любитель?

Логично предположить, что даже начальные способности этих путей будут на голову превосходить обычную магию местных волшебников.

План был донельзя прост, — я получаю из карт какую-нибудь высококлассную способность и играючи сокрушаю ею противника.

Что касается магии, которая у меня была второго уровня, то да, я чувствовал в себе некую магическую силу, но это была магия людей. Я не умел ею пользоваться. Поэтому-то выбор и пал на карты.

Потирая руки, я принялся изучать их в своем сознании. Красная карта с надписью «Ярость», белая карта с надписью «Смирение» и черная карта с надписью «Смерть».

Хм… цвета карт и слова определенно указывали на способности, которые они давали, вот только какие?