Вечеринка в Чертаново

– Что? Что такое?!

– Ты была права! Они все там! Господи…

Рая смотрела на нее умоляюще:

– В чем права? Что с ними?

– Морозильник, холодильник забиты до отказа… пакетами.

– И что?

– Что-что! В пакетах разрубленные, расфасованные…

– Что?!

– Руки, ноги, ребра… Человеческие! Все, как ты и говорила: ребята там!

Рае просто заледенела от очередного приступа ужаса. Не хотела верить. Даже подумала, что Ада так зло подшучивает над ней. Вот сейчас рассмеется, скажет, что все участники вечеринки веселой компанией едят и пьют на кухне. Но лицо Ады не расслаблялось.

Рая смотрела на нее с надеждой:

– Не может быть!

Та на Раю – с недоумением:

– Ты же сама говорила!

Рая повторила:

– Все равно, не может быть…

Ада продолжала:

– На столе стоит большая тарелка. Думала сначала, что в ней какие-то экзотические фрукты, а это…

– Это?

– Это глаза! Полная тарелка глаз: карих, голубых, зеленых…

– Меня, кажется, опять тошнит…

– И тазик крови у стола. Я потрогала. Теплой еще крови!

Рая схватилась за грудь, задышала часто-часто:

– Не рассказывай больше. Не надо! – принялась нервно застегивать распахнутую блузку.

Глядя на нее, застегнулась и Ада:

– А в углу куча одежды: женской, мужской, брюки, платья, трусы, лифчики… А сверху белый поварской комплект, перемазанный кровью… Но, знаешь…

– Что?! Что?!

– Мне показалось, что все-таки там не все!

– Но где тогда остальные?

Рая снова подумала о дверях, за которые не смогла проникнуть. Однако не успела ничего ни сказать, ни спросить: кто-то сильно дернул дверь со стороны коридора. Засов выдержал. Дверь дернули еще и еще. Засов лязгнул, но выдержал.

Рая вспомнила:

– Здесь есть окно! Можно попробовать вылезти через него или хотя бы позвать на помощь. Хоть кто-нибудь услышал бы нас!

– Всегда к вашим услугам! – раздался голос из угла туалета.

Обе разом повернули головы: на полу, вытянув перед собой ноги, сидел толстячок Витя. На лице его блуждала блаженная улыбка:

– Девчонки, мне так хорошо!

Ада горько усмехнулась:

– Только это будет продолжаться недолго.

Дверь снова дернули, и в этот раз с такой силой, что, очевидно, оторвали ручку. Она, звякнув, упала на пол коридора. Ада открыла рот, чтобы еще что-то сказать, но не успела. Раздался сильный удар в дверь, потом какой-то скрип, треск. Еще один удар. Еще, еще, и они увидели лезвие мачете, прорубившее дверь насквозь.

– Занято! – пробурчал Витя. – Кому-то, видать, тоже очень приспичило.

Он встал и, стягивая с себя расстегнутые брюки, потащился к унитазу:

– Извините, девчонки, я первый!

– Мы не претендуем! – бросила в его сторону Ада.

Девушки бросились к биде. Ада залезла на него, потянулась, потом встала на цыпочки, но ей так и не хватило несколько сантиметров, чтобы добраться до оконной защелки. Новый удар сотряс дверь. Ада подпрыгнула, скользнула пальцами по защелке, но та не поддалась. Во время приземления нога девушки соскользнула с края биде. Ада упала, но все-таки не совсем на пол. Рая успела подставить свои руки, смягчила удар и завалилась на кафель вместе с подругой.

Ада, больно ударившись о пол, осторожно погладила свою голову:

– Спасибо, подруга! Только не рассчитывай на то, что я все забуду. Котелок мой по-прежнему варит.

Дверь вновь задрожала от ударов. Ада ухмыльнулась:

– Ты только моя, и я тебя никому не отдам! Вставай! Теперь ты попробуй. Ты повыше.

Рая также забралась на биде. Ей удалось дотянуться и нажать на защелку. Окно, однако, не распахнулось, его, видимо, очень давно не открывали. Рая, напрягая все свое тело, потянула, но тщетно. А в дверь раздавались все новые и новые мощные удары. На их счастье дверь оказалась действительно очень крепкой и не спешила уступать. Повару приходилось прорубать ее с большим трудом.

– Ну, давай, тяни, тяни! – щипала за ногу сзади Ада. – Слабачка! Ничего тяжелее книги не поднимала!

Рая напряглась еще раз и, чуть ли не повиснув на створке окна, потянула. Та, как будто сжалившись, поддалась: заскрипела и отворилась. Девушки в один голос воскликнули:

– Ура!

Но из распахнутого окна не повеяло свежестью. За ним не было ни соседних домов, ни неба. Рая и Ада увидели только кирпичи, скрепленные крепким цементом: окно было замуровано, стекло изнутри просто закрашено голубым. Радость на их лицах сменилась разочарованием.

– Блин! – рубанула воздух рукой Ада.

Рая с горечью подумала о том, что сумочка с телефоном остались в прихожей, до которой теперь не добраться. Подошла к противоположной от кухни стене и ударила по ней кулачком, крикнула:

– Помогите!

Ада посмотрела по сторонам:

– Надо стучать чем-то более серьезным и кричать громче, если хотим, чтобы соседи нас услышали.

– Бесполезно! – подал голос с блаженной улыбкой сидящий на унитазе Витя. – Вы, когда сюда шли, не заметили, что этот чертановский дом готовится к сносу. Все коммуникации еще действуют, но жильцы из квартир съехали, только в этой бьется жизнь. Под славного «Гутенморгштейна»…

– Пока бьется… – вздохнула Ада. – Про морг ты точно заметил.

Рая же вспомнила, как шла сюда с толстячком и тот так ее заговорил, что не обратила внимание на то, что к дому вышли через дыру в заборе и никого не встретили ни возле подъезда, ни внутри. Заключила: «Вот дура! Ничего не замечала…»

Новый удар в дверь, и снова показалось лезвие мачете. На пол туалета упало несколько мелких щепок.

– А-а!!! – заорал Витя, соскакивая с унитаза.

Но, приподнявшись, он снова резко сел, как влип в сиденье. Схватившись за что-то между ног, тянул на себя. С усилием встал. Изумленные девушки увидели, что из унитаза торчит что-то пятнистое-чешуйчатое и живое. Оно как будто держало орущего Витю за промежность. Парень пытался оторваться от унитаза, но нечто, напрягаясь, тянуло его обратно. Витя, повернув искаженное лицо к девушкам, возопил:

– Помогите!!!

Девушки бросились к парню, схватили его под руки и потащили прочь. С трудом, но шаг за шагом они удалялись от унитаза. На полу оставались капли крови, сочившейся из Вити. А из унитаза все продолжало тянуться, тянуться, казалось, бесконечное продолжение существа, вцепившегося в пах толстяка.

– А!!! Как больно!!! – орал Витя, с которого, видимо, напрочь слетел наркотический угар.

Они уже оттащили парня к противоположной стене, а из унитаза все продолжало выпрастываться, казалось, бесконечное существо.

– Змея! – сообразила трясущаяся от ужаса Рая.

– Точно! – подтвердила Ада.

Рая, вспомнив рассказ Вити про сбежавшую в канализацию анаконду и собственными глазами увиденную в унитазе плоскую морду с маленькими глазенками, подумала: «Значит, не миф и не галлюцинация. До кролика Роджера, до канареек Зиты и Гиты, до хомяка Василия и золотой рыбки Баси не добралась. А вот на человека охотится…»

Вылезшая наконец полностью из унитаза змеища сначала поочередно пыталась заплести ноги девушкам, а потом обвила Витю и начала сжимать свои кольца. Лицо толстячка побелело. Дыхание его перехватило. Через минуту он уже ничего не мог произнести.

Рая не знала, что делать. Огромная змея душит парня, и ему не могут помочь. В то же время в дверь ломится отнюдь не спешащий на помощь повар с мачете.

– Хватайся, подруга! – позвала Ада.

Рая одновременно и с отвращением, и со страхом глядела на толстое округлое тело. Без сомнения, это была анаконда – огромная серовато-зеленая змея с двумя рядами больших бурых пятен округлой формы, которые чередовались в шахматном порядке. Рая про это пресмыкающееся читала. По бокам тела у нее еще желтые пятнышки поменьше, окруженные черными кольцами. Такая окраска позволяет змее маскироваться в тихой воде, покрытой бурыми листьями и пучками водорослей, поджидать свою добычу. Родина анаконды – дальние теплые страны. Кто и зачем притащил ее в эту квартиру? Чем ее кормили до того, как она сбежала в канализацию? Чем пробавлялась, путешествуя по трубам и помещениям этого дома?

– Хватайся! – снова позвала Ада.

Но Рая все смотрела на анаконду и не могла заставить себя прикоснуться к этому страшному, мерзкому существу.

– Блин, ты меня слышишь?! Я тебе сейчас врежу!

Рая задышала часто-часто, сморщилась, почти зажмурилась и, наконец собравшись, так же, как Ада, сжала пальцы на мускулистом, округлом, скользком.

Но, как девушки ни напрягались, разомкнуть даже одно змеиное кольцо не могли. Им не хватало сил, которых в избытке было у повара, продолжавшего прорубаться сквозь дверь. Удар следовал за ударом. На пол падали все новые щепки.

Ада, повертев головой, сбегала за шваброй, стоящей в одном из углов, и изо всех сил заколотила ею, попадая то по змее, то по Вите. Но тот, полузадушенный, ничего не мог возразить. Змее же ее удары, казалось, нисколько не мешали продолжать сжимать тело толстячка.

– Эх! – Ада посмотрела на лезвие мачете, в очередной раз прорубившее дверь, – Нам бы сейчас этот ножичек пригодился. Пощекотали бы гадину!

– Пощекотать… Пощекотать! – сообразила Рая. – Сейчас!

Она бросила змею и схватила ведро, стоявшее там же, где швабра. Открыла кран горячей воды, из которого, так же как и в прошлый раз, хлынул голимый кипяток. Набрала полное ведро. Сунула палец и отдернула:

– То, что надо!

Подойдя к обвитому гадом Вите, размахнулась и выплеснула воду на змею со словами, выученными за время знакомства с Адой:

– Нахрен!

У парня, на которого попала часть кипятка, полезли глаза на лоб, но он по-прежнему ни сказать, ни прокричать ничего не мог. Мышцы же змеи мгновенно расслабились, гадина заизвивалась, отпустила Витю. Дав задний ход, собралась у стены в одну шевелящуюся кучу, из центра которой на девушек смотрели маленькие злобные глазенки на мерзкой плоской морде. «Точно, она! – Рая снова вспомнила увиденное в унитазе, когда ее тошнило. – Как же она тогда меня не схватила за лицо? Не успела, видно, а вот Витя промедлил…»

Обессиленные от борьбы, они втроем сидели на полу между дверью, которую рубил повар, и анакондой, которая остывала от кипяткового шока и, не сводя с них глаз, определенно к чему-то готовилась. С одной стороны на них пялились злобные глазенки змеи, с другой сквозь отверстие в перерывах между ударами заглядывал обладатель мачете.

– Его надо перевязать! – указала Ада на окровавленную промежность Вити. Рая посмотрела и отвела глаза.

Лицо толстячка опять порозовело, он отдышался и произнес первые слова:

– Спасибо, девочки! Спасли…

– Может быть, и так, но можешь и кровью напрочь изойти…

– Не хочу!

– Но чем бы тебя?..

Рая посмотрела по сторонам в поисках подходящего материала. На глаза попалась только грязная тряпка, валяющаяся в том же углу, где были ведро и швабра.

Ада тоже огляделась, потом перевела взгляд на одежду Вити и принюхалась:

– Рубашка у него вся перепачканная! Змеюка постаралась: всю канализацию на себе притащила. Есть у тебя бинт?

Вновь побледневший Витя мотал головой:

– Нет!

Ада посмотрела на набитые карманы: