Ключи от Бездны

- Это случайное совпадение, - подал голос из своего укрытия Чумп.

- Ничего не случайное, - возразил Хастред запальчиво. - Если ты в лес пошел и тебя там до исподнего обобрали, случайно ли, что сделали это лесные гоблины?

- Ладно, не случайное, но значения не имеющее, - Чумп осторожно выглянул за косяк, оценил боеготовность эльфийки и на всякий случай спрятался обратно. - Нерелевантное, кажется, так это называется. Некроманты как есть себя проявившие, ищем их, как в песне пелось — не ради славы, ради жизни на земле.

- По всем кабакам ищете? - не пожелала Тайанне сбиваться с курса, проложенного праведным гневом. - Великий Лабелас, солнце только встало, а они уже вдрабадан, с топорами и на ведьм охотятся!

- Ищем как умеем, - понурился Хастред. - Ты б того... помочь бы могла... своими средствами, как магическими, так и административными.

- Административными не надо, нам бы дело сделать, пока не поздно, - поправил Чумп, определенно не питающий доверия к управляющим структурам любого сорта. - Заполнять формы официального запроса нам решительно некогда. Вот если б ты нам какую дивинацию сотворила, чтоб мы зря не бегали... а то этот ваш город дурацкий — куда ни метнешься, везде чарку подносят, не обижать же радушное население.

- О, дивинацию я вам сотворю, мало не покажется, - посулила Тайанне, но что-то в ее тоне выдало неуместный в серьезном деле сарказм. - Жалко, не моя это специальность, но может возьмете эвокацией?

Чумп озадаченно захлопал глазами, ожидая от Хастреда разъяснений. Книжник только головой потряс отрицательно. Дисциплина, в которой Тайанне с юных лет набивала руку, в данном случае полезной не выглядела. Было бы куда как неплохо при встрече со злыми некромантами вытащить из-за спины эльфийскую эвокершу с околобесконечным мешком огненных шаров, стен, струй и полей, но как бы самим не прибыть на эту встречу хрустя поджаристой корочкой.

- Не хочешь помочь, так хоть не мешай, - буркнул Хастред отважно. - Мы и сами их отыщем и призовем к ответу.

- Бабушку ты свою призовешь! - рявкнула эльфийка, рыжие пакли взвились совсем уже натуральными кострами, и из пальцев, кажется, начали вытягиваться огненные когти. Улица, по которой по своим регулярным утренним делам тянулся местный народец, уважительно примолкла и застыла. - Ну-ка снял все это безобразие, сложил свои железки и пошел делать макет предвыборного плаката! Я с тобой вечером разберусь, ибо сейчас уже опаздываю на заседание!

Хастред огляделся, повстречав взгляды и сочувственные, и злорадные, и исполненные откровенного веселья. Покосился в сторону Чумпа. Тот смотрел грустно, неловко и словно бы сквозь него. Знакомый взгляд. «Я за тебя впишусь в любом случае, но выбор делать тебе самому».

Может, больше и не доведется увидеться.

А из мысли о бренности Чумпа родилась мысль, что и сам Хастред уже не тот лихой сорвиголова, что бестрепетно закусывался по молодости с рыцарями, бандитами, баронами и неживыми обитателями катакомб. А пройдет еще лет десять... ну, может, двадцать, или даже сорок, вон генералу небось под сотню, а он все еще покрепче большинства... но однажды не станет вовсе никакого Хастреда, а Тайанне будет по-прежнему, и никак не изменится, и гонять взашей, как привыкла, будет следующего, кто там ей подвернется. Незачем ей меняться-то, если всегда все получается, как она того желает. Может, это и не вредность какая-то или испорченность, а попросту следствие бессмертия, при котором не надо спешить жить — все успеется, и важно только, чтоб комфортно было сегодня, и сегодня ей комфортно именно так, а свой комфорт, как и все, что для тебя важно, надо уметь отстаивать.

Но если подумать, гоблины никогда не были побеждены именно потому, что свое умели отстаивать лучше всех прочих. Эльфов много чего заботит куда больше, чем сегодняшняя победа, они думают стратегически и зачастую разменивают уступку сегодня на то, чтобы завтра на их головы не посыпались хищно гыгыкающие драконарии. Вероятно, в конечном счете эта их стратегия оправдается, и останутся они последними безраздельными хозяевами выжженых пустошей на месте некогда цветущего мира...

Вот только еще не сегодня.

- Так вали на свое заседание, не заставляй ждать почтенных бюргеров! - гаркнул Хастред в ответ и выразительно погрозил кулаком. - Поторгуйтесь еще за очень важную копейку на фестиваль красных носов. А я пойду настоящим делом займусь.

Тайанне аж отшатнулась от окна, словно гоблинский весомый кулачище дотянулся до нее и как следует воткнулся в лобешник.

- Полезные услуги, полеееезные услуги, - подтянул Чумп, вынырнул из конюшни, пока вражеская артиллерия застыла парализованная, и вприпрыжку припустился в обход дома. - Не проходите мимо, полезные услуги каждому... к каждой услуге подарочная эво... эвокак? В общем вон та тетка наколдует вам счастье.

Тайанне стремительно вернулась на сцену, даже из окна по пояс высунулась, так что Хастред слегка испугался, что выпадет.

- Это вот ради этого паяца ты жену бросаешь?!

- Я жену не бросаю, - просипел Хастред свирепо. - Просто делаю, что должен, как сделаю, так вернусь и все дообсудим. А неучтенным некромантам по своим улицам гулять не позволю, это важнее твоих плакатиков.

- Так их, милок! - выкрикнула с другой стороны улицы сухонькая бабулька, вполне возможно еще заставшая Войну Некромантов и потому впечатление о них сохранившая самое непредвзятое. - Нечего этой погани в нашем городе делать!

- Еще б воровскую гильдию к ногтю взяли! - возжелал пухлый сударь торгового вида, по случаю проходивший мимо со своей тросточкой.

- И шоб за лошадьми своими убирали, какая где нагадит! - присоединился бородатый в ватнике, с метлой и лопатой спешащий, видимо, туда, где потрудилась ничейная лошадь.

- Этого юношу в губернаторы! - истошно предложила крупная дама в старомодном капоре, которая была вообще нипойми кто и даже не соображала, где находится, потому что на юношу Хастред уже давно не тянул, выглядел конкретным дяденькой, а губернаторов в Нейтральной Зоне отродясь не было. Был Наместник, хотя чей именно — никому неизвестно, просто так его титул исторически значился. - Пусть наведет порядок на улицах и устранит проблемы! Ура!

Она сдернула свой капор, обнаружив под ним неприлично румяное лицо, какого хватило бы на двух дам поменьше, и подбросила его (капор, не лицо) в воздух, приглашая общественность присоединиться. Общественность оказалась тяжела на подъем, только ватник бросил свою метлу, причем вопреки примеру не вверх, а под ноги, и свернул с дороги в просвет между домами. Не то почуял там добычу, не то пожелал резко изменить свою жизнь и проложить к ней кратчайший путь, дворами и огородами.

И, конечно, ревнивой (прежде всего к чужому вниманию) эльфийке подобное признание показалось плевком в физиономию.

- Нет уж! - взвизгнула она истерично. - Извольте проваливать, господин губернатор, не нужен мне такой паскудник!

И энергично захлопнула ставнями с таким звучным треском, что у Хастреда свело челюсти.

А потом снова их распахнула и добавила:

- И чтоб ни тебя, ни этого, - обрекающий перст нацелился на Чумпа, - В моем доме никогда более не было!

И снова треснула ставнями, сорвав осуждающий гул народных масс под энергичное дирижирование неуемной мордастой дамы.

А потом опять их распахнула и плесканула ядом еще:

- И насчет «в задницу» теперь тоже с ним договаривайся!

И опять треснула, на этот раз, кажется, с концами.

Народ на улице живо перетек из сочувственного в насмехательное состояние, так что Хастреду стоило немалого труда сдержаться и не втянуть голову в плечи. Бабулька, что была против некромантов, оказалась как есть старой школы, пригрозила ему клюкой и плюнула под ноги, а дама с большим лицом изобразила кислую улыбку и поспешила далее по улице, видимо отзывать его кандидатуру с губернаторских выборов.

Чумп тоже гадливенько ухмыльнулся.

- Буду очень признателен, если не будешь со мной на этот счет договариваться.

- Буду очень признателен, если сделаешь вид, что ничего не слышал, - сумрачно одернул его Хастред.

Чумп подумал секундочку и вздохнул, отрицательно мотая головой:

- Буду очень признателен, если не станешь требовать невозможного.

Хастред снялся с места в карьер и решительно зашагал на север, к воротам, ближайшим к кладбищу. В висках стучала кровь, в глотке стремительно начало пересыхать, но вместе с тем в теле ощущалась победительная ловкость. Так он уходил после первой официальной дуэли много лет назад, сильно порезанный, но оставивший меч торчать в черепе другого парня. Соврал бы, если б сказал, что никогда не задумывался о свободе, и все сочиненные красивые фразы про «не путайте доброту со слабостью» наконец-то перестали звенеть легкомысленно и невесомо, налились массой, солидностью и окончательным смыслом. Не думал, что получится именно так, а с другой — получилось, прямо скажем, хорошо, чисто по-гоблински, хрясть и нету, делить имущество под присмотром адвокатов ни ему, ни Тайанне не хватило бы терпения.

- Жаль, что не прихватил свою законную долю совместно нажитого имущества, - под локоть ему брюзжал Чумп, не то практикующий телепатию, не то попавший в чисто гоблинский унисон. - В смысле из тех шестисот золотых, хотя бы.

- Чего ж ты не расстарался?

- Ну, скажешь тоже. Это деньги твоей жены. Если б я их попятил, ты б был обязан мне морду побить и похищенное вернуть, и тут мне бы даже возразить было нечего. Но если бы их стибрил ты, то мне бы оставалось тебя только похвалить за предусмотрительность.

- Обойдемся.

- Так-то да, всегда обходимся, - ущельник зевнул, прикрыв рот сгибом локтя. - Если что, у меня есть на примете пара местечек, где можно немножко монет поднять по-быстрому. Ну, может, не сразу монет, а кое-какого нежитийского имущества. Кстати, знаю также отличного адвоката по разводам, если ты не против гнома.

- Я против гнома.

- Тебе не угодишь. Нет никого лучше гномов, если надо с толком развестись.

- Я и против разводов до кучи, - Хастред растерянно потер макушку, которая успела покрыться испариной. - То есть не то чтобы против развода как явления, вот сейчас прямо очень за, просто сама процедура, понимаешь ли, нервирует. Это ж всякие эти... галстуки, суды, хартии.

- А, не волнуйся. У эльфов прецедентное право отменно развито. Посидит, позлится, свистнет папе, папа ей мигом оплатит все формальности и получение статуса вдовы. Твое участие и не потребуется.

- В смысле, не потребуется? Опять же небось эти приедут, манерные которые, с челками на один глаз?

- Думаю, одного раза им уже хватило, чтобы сделать выводы. Прирежут первого кому не повезет и представят его как тебя, если уж совсем заморочатся то еще и похожим на тебя его сделают. Дупосмены вон живые преобразуются, а мертвый труп неживого бедолаги вовсе нетрудно модифицировать, - Чумп подумал, пожал плечами. - А если и приедут, то чего же. Пусть приезжают. Я там у ребят позаимствую лук на такой случай — у боковинцев немало лульских луков, по эльфийским лекалам выгнутых.

Хастред вдруг запнулся посреди размашистого шага.

- Ты это с самого начала задумал?

- Обзавестись эльфийским луком?

- Вот до такого бабаха довести.

- А. Ну как с самого... Да, наверное с него. Первый пункт, помнишь? Нидам сваиму брату прапасть. С этим я определился задолго до того, как ты начал на баб заглядываться, - Чумп с неловкостью покачал головой. - А ты б себя видел, ей-же Занги. Год от года все прозрачнее. Мой брат был гоблином, гоблином ему и надлежит, когда придет время, уйти в историю. Ты как, в целом?

Хастред прислушался к себе. Адреналин оседал, лезло наружу тоненькое паскудное желание броситься назад, утрясать, договариваться, урезонивать. Поганое такое, совсем не гоблинское. Тоскливое, жалобное. Неприемлемое. Самое время пригвоздить его разбитной стихотворной секирой, чтоб под корень и потом сразу в печку. «Ибо редким безумцам дано улыбаться тому, что давно позабыло дыханье последней разгадки; перебарывать страх, и глядеть в беспредельную тьму, и идти до конца. И всегда уходить без оглядки».

Стихи Юрия Супоницкого.

- Перетопчусь, - решил Хастред и показательно осклабился, напугав двух подростков у соседнего плетня и даже безучастную ко всему березу в ближайшем палисаднике. - В чем-то ты прав, пора к истокам. Как думаешь, ритуальное дупоглотство применимо к некромантам?

- Рад, что ты спросил, - важно кивнул Чумп. - Хрен знает.

- А чего ж рад тогда, если ответа не имеешь?!

- Потому что подобные вопросы — признак того, что гоблин в тебе еще жив, ну и еще потому, что ты спросил про нашу славную народную традицию, а не про можно ли их... ну, это самое. От тебя жди.

Хастред в сердцах рыкнул.

- Всю жизнь теперь припоминать будешь?

- Всю не всю, а пока впечатления свежи. Не, ты не подумай, я всегда был широких взглядов, отличал частные случаи от злоупотреблений, а тем более когда с собственной женой, а тем более с вот такой женой, молодец еще что в дупобиты-ортодоксы не подался, это бы в данном ракурсе совсем не по-мужски было. И вообще, выдыхай, один раз — не дуподрюк.

- Большое облегчение, - признался Хастред и подавил в себе желание спросить, со скольких раз таки фиксируется статус светозарного проводника всего наилучшего, а то с бессовестного Чумпа станется и из этого раздуть целую компрометирующую историю. - Предлагаю запить переживания и пойти таки выбить некромантов с кладбища.

- Мне на некромантов было и есть по барабану, - напомнил Чумп, и отметьте, насчет запить не возразил ни разу. - Мне нужны пикси. Даже не пикси мне нужны, а чтобы Зембус провел коротким путем в нужные края. И даже не этого взыскую, а чтоб ключ уже забрать и идти за следующим. Ну и это тоже само по себе один из многих шагов на пути к открытию Бездны, чтобы посмотреть, какой гад там навалил.

- Наверное, пра-пра-пра-боковинец, кто еще мог в такие древние времена.

- Да ладно уши развешивать. Боковинцев твоих впервые выделили в отдельную страну едва ли век назад, до тех пор половина той страны была уссурийской землей, а вторая не то лульской, не то... в общем хрен редьки не слаще. Нет, если кто и навалил пока кобольды на поверхность хаживали, то это кто-то из наших, Древних. Или сами кобольды.

- Было бы предельно тупо докопаться до Бездны, чтобы понять, что мы ни хрена не понимаем, что с нею делать.

- Спокойствие, только спокойствие. По одной проблеме за раз. Мы еще и близко не докопались. А когда докопаемся... я думаю, все как-нибудь решится, - Чумп указал пальцем на покосившуюся темную вывеску по курсу. - Мир устроен причудливо и небесспорно, но в целом подпихивает именно то, что тебе в конкретный момент нужно.

- Это не мир, - вздохнул Хастред. - Это я сюда свернул, потому что знаю, где какой кабачок. От мира ты б еще долго ждал подачек, пыля по прошлой улице.

- Ну так, заметь, ты знал и свернул, а я просто плыл по течению и приплыл куда надо, - Чумп победно прищелкнул пальцами. - Со мной такое всю жизнь, можно возводить в систему. Ладно, учитывая, что ты вылетел взашей и даже запасных штанов не взял, я угощаю. Прошу только не забывать, что нам еще работать.

- Забудешь тут, - Хастред показательно встряхнулся, коротко прозвенев всеми своими пряжками, застежками, буклями, заклепками, фибулами и фермуарами, и пихнулся в низкую дверь кабачка.

До кладбища добрались примерно к полудню. К собственному удивлению, Хастред не ощутил желания нарезаться в дупелину (очевидно, его гоблинская сущность занята была на фронте забарывания слюнтяйства) и всего лишь восстановил холодненьким тепловой баланс в своем перевозбудившемся организме, а Чумп вовсе больше поддерживал, чем участвовал, цедя всего одну кружку. Отведя душу, совершили марш-бросок до ворот, а там примкнули к чахлой похоронной процессии, волокущей грубый некрашеный гроб на дровеньках. Никто не обратил на них внимания, только профессиональная плакальщица требовательно пощелкала пальцами, вымогая пару медяков за то, что рыдать будет и за них тоже, а маленький старичок со слезящимися глазами прихватил Чумпа за рукав и, пока до кладбища добирались, успел рассказать ему о том, как они с усопшим в молодости скакали на конях, орудовали некими нагайками и пивали кумыс. Чумп опытно поддакивал, пока не выяснилось, что кумыс в ту незабываемую пору дал старичку по мозгам необратимо, и в поощрениях он не нуждается. Да и рукав чужой ему ценен сугубо как точка опоры, будучи перецеплен от Чумпа к волокуше, он и ей продолжил рассказывать свою бесконечную историю с теми же интонациями.

В виду кладбища гоблины отбились от процессии, двинулись в обход низенького заборчика и вскоре нашли несомненные следы искомых некромантов — упомянутую много ранее золоченую бричку, а точнее целое ландо с литыми ободами и тонированными вставками в резьбу и двух лошадей, одну запряженную и одну привязанную сзади, очевидно на правах сменной.

- А вот теперь начинается интересное, - предсказал Чумп, фамильярно потрепав добавочную лошадь по холке. - Компас нас привел куда надо, но вот куда идти далее? Сесть тут и поджидать, пока они свои дела закончат, нам ни к чему... клетки-то с пиксями я не вижу, значит с собой взяли.

Хастред заглянул в бричку, брезгливо принюхался, вытянул из-под сиденья походный саквояж — слишком легкий, чтобы содержать что-то ценное. Обошел вокруг. Обнаружил на задке место, откуда отстегнули и унесли что-то немалого размера. Задумался и посчитал, что тут самое место для полезного в дороге шанцевого инструмента. Оглянулся на кладбище за загородкой. Когда-то оно стало первым и хоронили на нем всех подряд, каждого в меру возможностей, так что скромнейшие холмики чередовались со внушительными склепами. Один из склепов как раз торчал как прыщ на лбу, разбивая поле зрения на неровные части.

- Пойдем-ка туда, - предложил книжник и обозначил топором направление на склеп. - Я так думаю, что не будут они при свете дня свои ритуалы проводить, но могут заниматься подготовкой, это дело не быстрое. Или, как вариант, если уже все подготовили, то где-то должны притаиться, чтоб дождаться темноты.

- Да тут этих усыпальниц — как раз до вечера обходить будем, - откликнулся Чумп.

- Придется, так и будем. Но для начала приглядим склеп повыше и ты на него залезешь, может углядишь что-нибудь, что твое внимание привлечет.

- Это можно. Но вот тут у меня зудит вопрос — а что мы ищем и как обычно выглядит некромантский ритуал? А то хоть с подъятыми мертвецами мы частенько сталкиваемся, но вот как подготовительный этап выглядит, я ни разу не видал. Вдруг не сумею отличить его от панихиды?

На ходу Хастред закатил глаза, силясь вспомнить основы образования, которым давненько уже не пользовался. Обычно на вопросы по сути магических ритуалов за него отвечала Тайанне, хотя, если оценивать беспристрастно, эльфийское понимание людских ритуалов донельзя теоретическое. Сами эльфы обходятся без них, ибо способны пропускать магию через свои субтильные тела без помощи начертаний, фокусов и материальных компонентов.

- Прежде всего, если мы рассматриваем не карманное заклинание вроде леденящего касания, а серьезный магический экзерсис, превышающий способности заклинателя, то требуется ритуальная промульгация.

- Начал хорошо, - одобрил Чумп с еле уловимой ноткой сарказма. - Перевод потом будет отдельным потоком?

- Это я для себя, чтоб картину составить. Как составлю, попытаюсь ее тебе изложить в популярном виде, вроде «ишак знаешь?».

- Очень польщен. Не торопись, важно не ошибиться. Я б следил за ходом мысли, чтоб при нужде помочь наводящим вопросом, но убей не знаю, где у ишака промульгация.

Не будет с ним спокойной лекции, сообразил Хастред.

- Ладно, излагаю для тупеньких и необразованных. Основа магии суть незримая энергия, заполняющая мир. Общий выходной потенциал сей энергии таков, что вот сам наш мир некогда из нее слепился — Творец, способный всем этим могуществом оперировать, может вот совершенно буквально миры создавать. С другой же стороны, вот эти мы, которые жалкие мошки, миры населяющие, способны от этого могущества взять и переварить только самый-самый краешек... как если тебя запихать в бочку с лучшим элем, сколько-то ты заглотать успеешь, но в итоге таки утопнешь.

- Образно и соблазнительно.

- Любой, у кого есть к магии талант, может зачерпнуть энергии и одним усилием воли переделать ее, скажем, в язык пламени. Но это отнимает силы, скажем, условно сравнимые с маханием дубиной — раз махнул легко, два махнул в порядке, а на тысячный раз язык на плечо и ноги дрожат. Эльфы в отношении магии наиболее продвинутые пользователи, на тот же результат эльф тратит в сотни раз меньше сил, нежели хуманс. Однако же Новые, хоть магия им и нелегко дается, от нее отказываться не спешат — учатся, практикуются. И вот помимо собственно силы мысли, единственно необходимой для творения магии, придумали себе костыли: нашли слова, жесты, фокусирующие предметы, способные взять на себя часть нагрузки от трансформации энергии в магию. Нефрит, например, отлично для этих целей подходит, так что практикующие хумансы-маги им зачастую увешаны. В общем, я клоню к тому, что чем мощнее запланированная инкантация, тем больше подобных костылей хумансу придется использовать.

- Это то есть нефритовых висюлек и слов?

- Их самых, для начала, но если принять во внимание запланированный масштаб, ему гораздо больше потребуется. Очерчение, прежде всего — чем больше разница между потребной выходной мощностью проекта и собственным навыком магика, тем больших размеров круг, в который вписан опорный многоугольник. Промуль... эх. Надписи такие, фокусирующие энергию в нужном русле. Мы таких богато видали на драугровых саркофагах. Еще не само заклинание, а так сказать к нему подводка.

- То есть им придется начертить большой круг, - подытожил Чумп с облегчением. - Это буквально все, что имеет значение. Ищем подозрительных, расчерчивающих поле. Ты б мог остальную лекцию и пропустить, или вон оформить отдельной главой и на бусти выложить для наиболее вовлеченных читателей.

- Что? - не понял Хастред.

- Что? - не понял в ответ и Чумп. - Какого, спрашиваю, размера этот круг должен быть, в три шага или в тридцать шагов?

- Да знать бы, что именно они собираются отчубучить — тогда бы подсчитал. Пикси эти меня смущают, потому что фея, против воли включенная в инвокацию, используется как лишний трансформатор мощностью куда побольше хумансового, а если он четверых готов загнать на износ, то чтобы удержать такую силищу в кругу... - Хастред задумчиво обернулся на ограду кладбища, оставшуюся далеко позади. - Я б не исключил, что даже на лиги счет стоит вести, не на шаги. Но нет, конечно, гиперкруги без координации с воздуха никто рисовать не будет, тут одной погрешности хватит размолоть в прах всех участников.