Тлен

Крик сработал ровно так, как и полагалось. Мертвяки, что бродили поблизости, начали вылезать из укрытий, чтобы отыскать причину беспокойства.

— Э, блядь, тухлый! — окликнула одного из мертвяков Марго. — А ну сюда подошёл! Ха-ха-ха! Э, фтсиу, ты чё, ебать, оглох, ублюдок⁈

Девушка натурально перекинула ногу через балкон, и Квадрат поспешил ухватить её за талию. Откуда же ему было знать, что сейчас как раз произошло внезапное переключение.

— Не держи меня, я ему сейчас ебальник сломаю! — затрепыхалась девушка в крепких объятиях здоровяка.

— Да куда, дура⁈ Здесь шестой этаж!

— Ох, ебать, точно! — очнулась Марго и звонко расхохоталась. — Чё бля, очканул⁈ Не ссы, Капустин, отъебём — отпустим. Пойдём прогуляемся…

— Блядь, да успокойся ты, ёб твою мать! — взревел Квадрат. — Пойдем лучше выпьем.

Он быстро сообразил, что обычными разговорами её не успокоить и самый верный способ в таких случаях — как можно быстрее накачать её бухлом, чтобы вырубилась. Данный метод он не единожды опробовал на своих бывших друзьях и считал его максимально эффективным. К тому же на своём жизненном пути Квадрат ещё не встречал человека, способного его перепить. И Марго вряд ли станет исключением.

Однако девушка умела удивлять не менее опытных собутыльников. Спустя сорок минут, когда её стадия перешла в режим бездонной пропасти, даже Квадрат начал сомневаться в собственных силах. Взгляд Марго остекленел, сделался безжизненным, словно душа оставила тело. Она резко помрачнела, отвечала односложно, грубо и нехотя. Зато рюмки опрокидывала одну за другой, изредка прерываясь на то, чтобы затянуться сигаретой. К слову, дым на кухне стоял сплошным туманом, а окурки летели прямо на пол.

К этому моменту Квадрат тоже перешёл в определённую стадию: в нём проснулась жалость к себе. Молчание Марго он воспринял как желание выслушать и принялся рассказывать о тяжести бытия. Он перепрыгивал с темы на тему, иногда забывая закончить историю, и сам того не заметил, как заговорил о войне. И вдруг ему стало так горько, так тоскливо, что слёзы сами собой потекли из глаз.

Для Марго это стало последней каплей. В тот день, когда она лишилась невинности, бухой приятель мамаши точно так же лил слёзы и нёс какую-то чушь. На самом деле он прекрасно понимал, что натворил и что с ним сделают, если узнают, а потому всячески пытался вызвать у девочки жалость. Но человеческая психика не просто так остаётся загадкой даже для самых искушённых специалистов в данной области. Порой она выдаёт такие финты, что не поддаётся никакой логике. Примерно это и произошло с Марго в ту проклятую ночь. Вместо отвращения к сексу она превратилась в чокнутую нимфоманку, готовую трахаться хоть с ротой солдат. А плачущие люди вызывали в ней гнев вместо положенной жалости.

Марго сорвалась с места, подхватила нож и широким взмахом попыталась вскрыть Квадрату горло. Однако здоровяк успел отклониться, и Марго повалилась на стол, сметая на пол часть посуды вместе с закусками. Подняться ей удалось не с первой попытки, всё-таки доля алкоголя в крови была достаточно высока, чтобы понизить координацию до минимальной отметки. Впрочем, на ногах она продержалась недолго. Буквально в следующее мгновение она с грохотом рухнула под стол, получив жёсткий хук справа.

Получи она подобный удар в обычном состоянии, отключилась бы сразу. Но вот какой парадокс: её сознание давно отсутствовало, залитое водкой по самую макушку. Потому и глаза казались неживыми, а наутро не получалось вспомнить ничего из того, что она вытворяла в таком состоянии. Все, кто хоть как-то знал Марго с данной стороны, старались ретироваться, как только она входила в эту самую стадию опьянения. Потому как ничем хорошим оно никогда не заканчивалось.

Марго визжала и брыкалась, запутавшись в табурете, и это дало Квадрату возможность ударить ещё раз. Он не гнушался бить женщин, справедливо полагая, что они точно такие же люди, просто слабые. А если кто-то не способен дать сдачи, значит, пусть получает. Такова жизнь, и в ней побеждают сильнейшие. А потому он без малейших угрызений совести от всей души ударил Марго ногой в лицо.

Девушка взвизгнула, грохнулась затылком о холодильник, оставляя на стенке приличную вмятину, и наконец сообразила оттолкнуть от себя табурет, который мешал ей подняться. Во всей этой суматохе она где-то выронила нож, однако это никак не помешало ей продолжить нападки. Шатаясь, будто сломанный робот, она подошла к Квадрату и взяла его за грудки.

— Чё-е, бля-а-а, — пьяным, разнузданным тоном произнесла она. — Можть, те по-ебаль… и-ик ничку? А⁈

— Ой, да пошла ты. — Здоровяк ударил её по руке, освобождаясь от захвата, и направился в соседнюю комнату.

— Стоять… и-ик… Э, фьють…— Она попыталась свистнуть, но получилось довольно слабо. — Алё, пассажир, на меня иди… и-ик. Слышь, тэ, я кому… и-ик, сказала⁈ И-и сюда, нахуй!

Марго направилась следом, но на пути оказалась преграда в виде Кочеткова, о которую девушка запнулась и всем пластом полетела на пол. Однако сдаваться она не собиралась и продолжила преследовать Квадрата на четвереньках.

— Я те ебаль… и-ик ник сломаю! Фьють… фьють… — Она снова попыталась свистнуть, и это занятие показалось ей более забавным.

Марго замерла посреди прихожей и принялась тренироваться, периодически прерывая занятие идиотскими смешками. Но вскоре это ей тоже наскучило, и она завалилась на спину. Некоторое время она просто орала в пустоту, затем сыпала трёхэтажным матом, но в итоге всё-таки отключилась.

Квадрат облегчённо вздохнул и закурил, не вставая с дивана. Кажется, он впервые в жизни столкнулся с достойным противником. Здоровяк ухмыльнулся, вспоминая количество выпитого. Голова кружилась, а вслед за ней вращалась и комната. Да уж, давненько он не ощущал «вертолёты».

К горлу подкатила тошнота. Он прикрыл глаза, но от этого стало только хуже. Спать в провонявшей блевотиной комнате ему хотелось меньше всего, но другого способа избавиться от этого состояния он не знал. А потому, пересилив лень, Квадрат поднялся с дивана и направился к балкону. Однако распахнув дверь замер, напрочь забыв то, зачем сюда вышел.

Прямо на него смотрели белые глаза мертвяка. И было в них что-то такое, отчего Квадрат ощутил липкий… Нет, это не было страхом, как ему показалось в самом начале, не он стал виной оцепенения, что овладело его телом. Нечто другое не позволяло ему двигаться.

— Беги, долбоёб, — жутким свистящим шёпотом, словно туберкулёзник на последней стадии, произнёс мертвец.

— Чё? — окончательно растерялся от такого поворота Квадрат.

Однако гость не ответил. Он не спеша прошёл мимо здоровяка, замер посреди комнаты и будто бы начал принюхиваться.

Марго уже проваливалась в пьяное забытьё, когда в сознание ворвался отвратительный смрад. Казалось вонь проникает в мозг, минуя органы осязания. Такая мерзкая, что даже количество выпитого не в состоянии её заглушить.

Девушка застонала, заворочалась, а затем взревела раненым зверем, распахнула глаза и поднялась с пола.

— Да ёбаный в рот! — закричала Марго. — Я тебе сейчас очко развальцую! Ты там срёшь, что ли⁈

Шатаясь, она по стеночке добрела до залы, где, по её мнению, испражнялся Квадрат, и точно так же, как и здоровяк минуту назад, замерла, не в силах даже моргнуть. Мертвяк стоял посреди комнаты и сверлил её взглядом. И несмотря на вечерний мрак, что мешал уловить направление взора, Марго была точно уверена, куда смотрит это существо.

— Беги, долбоёб, — прошипел мертвец и, сунув руку за пазуху, что-то оттуда извлёк.

Девушка пыталась это рассмотреть, но так ничего и не поняла. На ладони лежала какая-то бесформенная хрень.

— Чё? — аналогично Квадрату отреагировала Марго.

— Беги, долбоёб, — повторил странный гость и протянул руку с непонятной хренью вперёд, словно призывая взять это.

Марго была бы рада принять подношение, но тело отказывалось повиноваться. Даже пресловутое «Чё» — это единственное, что она смогла произнести с наполовину открытым ртом.

Мертвяк приблизился к ней и начал обнюхивать, словно пёс, даже в промежность нос запихал. Затем обошёл её и скрылся в темной прихожей, откуда вновь донеслась его странная шипящая фраза.

Раздалась возня, от звука которой Марго едва не порвало от любопытства. Ей очень хотелось узнать, что там происходит, однако неведомая сила продолжала удерживать её на месте.

— Аум-ну-му-у нахуй! — прозвучало пьяное мычание Игоря.

— Беги, долбоёб…

— А-а, блядь!

Марго показалось, будто её приятель мгновенно протрезвел, наконец увидев гостя.

— Беги, долбоёб.

— Что? Что это? Это чьи-то мозги? Зачем… Стоп! Ты принёс мне мозги⁈

— Беги, долбоёб.

— Я понял… Так ты пытаешься меня отблагодарить. Хорошо, я возьму… Блядь, да не надо мне этой хуйнёй в морду тыкать… Тьфу, блядь! Да ты заеб… Ладно, ладно, я понял!

Послышалось чавканье. Марго навострила уши, пытаясь хотя бы по звуку понять происходящее.

— Ты сам-то как, будешь? На, откуси… Отпусти их, они не сделают тебе ничего плохого.

Оцепенение с Марго спало в ту же секунду. Она резко обернулась, возможно, даже слишком, потому как её повело в сторону и она с грохотом рухнула пол, больно приложившись головой о стену.

— Ай, блядь! Да что же вечно за хуйня происходит⁈ — возмутилась девушка, потирая ушибленное место.

— Атас! — В прихожую ворвался Квадрат с кувалдой наперевес. — Он зде… Эт чё за хуйня?

— Знакомься, это Беги долбоёб, — усмехнулась Марго, кивая в сторону мертвяка.

А тот сидел на корточках рядом с Кочетом и спокойно жевал чей-то мозг, периодически нюхая воздух. Услышав знакомую фразу, он оскалился, и часть пережёванной плоти вывалилась из его рта.

— Ну охуеть теперь, — буркнул Квадрат и, прислонившись спиной к стенке, сполз по ней на пол.

Глава 15

Долбоеб

Появление гостя отрезвило головы друзей. Однако значительная часть алкоголя всё ещё летала по кровеносной системе. Плюсом наложился адреналиновый отходняк. И как только они поняли, что им ничего не угрожает, — завалились спать.

Тяжелее всего пришлось Марго. Вонь проникала прямо в мозг, мешая уснуть, и ей никак не удавалось отключить это долбаное обоняние. Она даже набила полные ноздри ваты, но это совсем не помогало. Скорее наоборот: стало сложнее дышать, а вонь так никуда и не исчезла. Но в итоге усталость победила, и девушка всё-таки вырубилась. А может, мозг наконец сумел абстрагироваться и она попросту перестала обращать внимание на вынужденное неудобство. В конце концов, человек такая скотина, способная привыкнуть к любым условиям, даже экстремальным.

А вот гостю сон не требовался. Он уже давно перестал быть человеком и даже не помнил себя прежнего. Иногда в его сознании всплывали обрывки воспоминаний, но он не понимал, что это, и никак не связывал их с собой. Однако память непреклонно подкидывала ему всё новые и новые разрозненные картинки, которые почему-то начинали казаться болезненными. Наиболее яркая вспышка случилась в тот момент, когда пища заставила его испытать странное чувство. Нечто похожее он ощущал когда-то давно, ещё будучи живым. Именно это заставило его пойти на контакт. А затем пища почему-то ему помогла, и это вновь всколыхнуло память.

Он стоял посредине комнаты и терпеливо ждал, когда эти странные создания наконец зашевелятся. Было в них нечто знакомое, какая-то частичка его самого, что вызывало крайнее любопытство. Гость постоянно принюхивался, пытаясь выделить знакомый запах, сосредоточиться на нём, разобраться. Но получалось не очень. Сильно мешал голод, который лишь обострялся от аромата еды, что исходил от новых соседей.

Время шло, за окном уже начало светать, а он продолжал неподвижно стоять, периодически принюхиваясь, пока из соседней комнаты не донёсся шорох. Гость отреагировал на звук и переместился ближе к нему. Теперь он стоял у кровати и рассматривал самку. Она источала тот самый знакомый аромат сильнее других. Точнее, от неё он исходил непрерывно и равномерно.

Некоторое время он наблюдал за спящей, а затем наклонился и принялся тщательно обнюхивать Марго. Девушка заворочалась, сморщила лицо и резко перевернулась на живот, заставляя гостя замереть. Но как только её дыхание выровнялось, он снова приступил к изучению объекта, поднимаясь от ног всё выше и выше. А затем раздалось какое-то шипение, и когда он в очередной раз втянул ноздрями воздух, тут же отпрянул, скривившись от зловония.

Пришлось ждать, пока посторонний запах развеется, потому как он напрочь забивал то, ради чего гость явился в спальню к Марго. Но ждать он умел. И когда наконец смог уловить нужные флюиды, вернулся к прерванному занятию. Чем выше он поднимался, тем острее ощущался аромат, но и едой пахло всё ярче. Он уже догадался, что это исходит от головы, а потому принялся изучать её более тщательно. Истина казалась уже близкой, когда девушка внезапно повернулась и уставилась на него широко распахнутыми глазами.

— Блядь, да в рот тебе вагон хуёв! Кочет, ебать тебя в сраку, забери нахуй своего Долбоёба! — закричала она, заставляя гостя отпрянуть. — А ну отъебни от меня, извращенец!

Девушка вновь улеглась и попыталась заснуть, но вонь, которую источал мертвяк, просто вгрызалась в мозг. А тот и не думал покидать спальню. Замер как истукан, продолжая сверлить мёртвым взглядом. Некоторое время Марго ворочалась, но сон напрочь улетучился. Поняв, что поспать больше не выйдет, она рывком поднялась и направилась на кухню, где после вчерашнего наверняка должно было что-то остаться. Мартвяк, словно тень, двинулся следом.

— Да съебни ты в туман! — прикрикнула на него Марго.

— Да завали ты ебало! — в тон ей донеслось из зала. — Дай поспать!

— А вот хуй тебе по толстой роже! — злобно оскалившись, ответила она.

Немного подумав, девушка кивнула собственным мыслям и отправилась срывать зло на Квадрате.

— Рота, подъём! — проревела она ему почти в самое ухо и едва успела отскочить, чтобы увернуться от пинка. — Ты хули лягаешься, конь ебаный⁈

— Отъебись, — буркнул в подушку здоровяк.

— Кочет где? — Марго внезапно осознала, что Игоря нигде нет.

— Да я ебу, где твой Кочет? — отозвался Квадрат. — Срать, наверное, ушёл. А ты хули не спишь?

— Меня Долбоёб нюхает.

— Чего? — Квадрат наконец перевернулся на спину и уставился на Марго.

— Нихуя, — огрызнулась она. — Пойдём въебём по рюмахе.

— Мы вчера всё выжрали, — поморщился здоровяк. — И вообще, ебал я в рот ещё раз с тобой пить.

— Чё, сильно бесоёбила? — поинтересовалась Марго.

— Нормально так, — кивнул Квадрат. — С ножом на меня прыгала.

— Я-то всё думаю: почему так ебальник болит? — усмехнулась она. — Ладно, пойдём хоть пожрём.

Квадрат сел на диване и протёр ладонями лицо, сгоняя остатки сна. Затем бросил взгляд на ночного гостя и передёрнул плечами. Выглядел тот действительно жутко.

Внезапно хлопнула входная дверь, и в прихожей раздался шорох. Марго выглянула из зала, чтобы посмотреть, кто пришёл.

— Ты где был? — спросила она.

— А чё? — ответил вопросом на вопрос Кочетков.

— Да нихуя! — огрызнулась Марго. — Может, мы волновались?

— Пиздоболка, — отмахнулся Игорь и поставил на пол предательски звякнувший пакет.

— Чё там? — Девушка кивнула на ношу и облизнула пересохшие губы, предвкушая продолжение веселья.

— Кое-что пожрать и воды банка, — ответил Кочетков, и Марго недовольно поморщилась.

— Мог бы и пивка зацепить.

— Тебя кодировать нужно, — вставил своё слово Квадрат.

— Хоть бы прибрались немного, — заглянув в кухню, произнёс Игорь. — Устроили, блядь, свинарник.

— Ой, не пизди, — усмехнулась Марго. — У тебя там вообще насрано было.

— Плита где? — проигнорировал замечание Кочет и заглянул в зал. — Ох, ёпта, он ещё здесь?

— Кстати, скажи своему Доблоёбу, чтоб он меня больше не нюхал.

— В смысле? — не понял посыла Кочетков.

— В прямом. Я проснулась оттого, что он свой нос мне чуть ли не в очко засунул.

— Ну не хуй же, — ухмыльнувшись, подметил Квадрат.

— Да лучше бы… — начала было Марго, но осеклась на полуслове. — Хотя нет, не лучше.

— Мы жрать будем или где? — Кочетков снова перевёл разговор на интересующую его тему.

— А у меня хуй встал, — как бы между прочим заметил Квадрат.

— Ебать меня в ноздри, — приложила себя ладонью по лицу Марго. — Какие же вы придурки.