Трудолюбивое Средневековье

Ни одна цивилизация в мире не может обойтись без емкостей для хранения сыпучих продуктов или жидкостей. Кожаные бурдюки для жидкостей, плетеные корзины, и деревянные бочки для самых разных продуктов – все это использовалось издавна. Однако, именно бочки оказались наиболее универсальным видом емкостей, поскольку годились не только для хранения воды и вида, квашеной капусты и соленой трески, но даже пороха и свинцовых пуль!

Где и когда появилась на свет первая бочка и как именно она выглядела, мы можем сегодня лишь только гадать. Однако, известно, что деревянная бочка, найденная при раскопках римского форта в Шотландии в 1936 году, относится историками к 142–180 гг. н. э. Это значит, что бочки существовали уже тогда, а может быть и в более раннее время. В Средние века изготовление бочек было чрезвычайно важным и уважаемым делом, поскольку именно в них хранилась основная масса заготовляемых впрок продуктов.

Вино, и пиво, оливковое и коровье масло, солонина и солена рыбы, соль и соленые овощи, мед, и даже боевые припасы – все это хранилось именно в бочках, причем, как в небольших по размеру, так и огромных, на сотни и даже тысячи литров.

Ремесленники изготовлявшие бочки назывались бондарями (или бочарами), и, как и все прочие ремесленники в Средние века объединялись в цехи, которые свято оберегали от посторонних секретов производства столь ценных для каждого хозяйственного человека того времени изделий.

Все бондари разных лет, а технология у них одна!

На этой безымянной иллюстрации 1478 года мы все тоже самое, что и на предыдущей. Технология осталась все той же. 1478 год.

Мастер Клас Спейман с помощью молотка набивает шины на бочку. И они у него явно из металла, а не связаны из лозы, как на предыдущих иллюстрациях. 1537 год.

А вот здесь у брата Ганса по-прежнему шины из лозы… 1565 год.

На этой иллюстрации тоже бондарь, причем тоже брат Ганс. Между ней и первой иллюстраций 1425 года–223 года. Мода на одежду изменилась самым значительным образом. Однако он все также занимается тем, что связывает шины для бочки из лозы! 1648 год.

Технология изготовления бочек и в самым деле исключительно традиционна. Была такой в Средние века, такой осталась сегодня! Бондарь посредством топора и других столярных инструментов изготавливает дощечки-клепки для бочки одну к другой, выстругивает их, делает фальцы (зауторы) зауторником, вгоняет в них днище, и связывает бочку деревянными или железными обручами. Материалом для бочки обычно служит дуб, причем дуб старый, 80 и 100 лет.

Главной особенностью дубовой бочки является то, что она пропускает воздух. Древесина насыщает ее содержимое кислородом и избавляет от токсинов и вредных веществ, примерно так, как активированный уголь. Правда, виноделы утверждают, что в бочке количество залитого в нее содержимого незначительно уменьшается за счет испарения через стенки. Но это не более чем расплата за отличное качество готового продукта.

Интересно, что у бондарей-католиков есть даже свой собственный небесный покровитель: святой Альберт Трапанийский.

Гончар 1605 года

Босоногий гончар по имени Ханс сидит перед своим гончарным кругом и лепит кувшин. Рядом с ним на лавочке три куска глины. Вокруг на лавочке и на полке стоят готовые изделия. На полу справа два готовых зеленых глазурованных изразца, большой ком глины с двуручным ножом для очистки овощей, а слева в плоской корзине оловянная кружка и глиняный кувшин с оловянной крышкой. 1605 год.

Георгиус Шторх. Кандидат в члены братства. Бочар. На иллюстрации одет в белую рубашку, коричневые бриджи и кожаный фартук. А занят он тем, что связывает обруч из лозы для бочки. На полу лежат инструменты его ремесла. 1652 год.

А вот с крушением римской империи в производстве керамики в Европе наступил кризис. И «нашла она себя» заново только в романскую эпоху, хотя с точки зрения художественности бытовая керамика еще долго оставалась посредственным товаром, и лишь начиная с XIV века стали встречаться попытки декоративного оформления ее наружной поверхности. Вошла в моду отделка сосудов отпечатками готических букв, набираемыми узором в полосу; однако ценность этой керамики скорее документальная, нежели эстетическая. Гораздо значительнее в этом отношении архитектурная керамика, производство которой на широкой территории начинается в Европе уже в XI веке. От замков, монастырей, а также отдельных церквей дошли до нас облицовочные плитки и изразцы, причем уже с XII века с фигурными и орнаментальными рельефными мотивами, а частично даже с одноцветной глазурью.

Простейший способ производства глазурованных изделий состоял в том, чтобы пористый черепок облицевать слоем непрозрачного глинозема как основой для расписного или процарапанного (sgraffito) украшения и ещё до обжига покрыть это тонким прозрачным слоем, как правило, бесцветной, легко плавящейся и притом блестящей свинцовой глазури. В Южную Европу техника эта техника, известная под названием полумайолики, была занесена арабами из Персии и Турции в XIV веке. Однако широкое применение она находит себе лишь в конце XV и в начале XVI века в Северной Италии, особенно в мастерских Падуи, Болоньи, Перуджи и Читта ди Кастелло.

В XV веке керамическое производство принимает довольно крупные размеры, и сближаясь уже с художественным творчеством. С конца XIV века появились украшенные рельефами печные изразцы, в декоре которых – орнаментах, религиозных сюжетах, мотивах героических сказаний или сценах из жизни – сквозит фантазия народного горшечника. С конца XV и до середины XVI века в Центральной Европе глазурь чаще можно встретить зеленую, в XVI веке на сосудах позднеготического характера встречается даже цветная оловянно-свинцовая глазурь.

Ну а в эпоху Ренессанса первые импульсы к декоративному оформлению керамики получает Южная Европа, а именно на рубеже XIII века, заимствуя технологии с Востока, где культура ислама сумела заново переработать богатые традиции античности, обнаруживая в области керамического производства большой прогресс, как в техническом, так и эстетическом отношении. Кстати, был у католических гончаров и свой святой покровитель, Спиридон Тримифунтский.

Виноторговцы и пивовары

Вино – глумливо, сикера[5] – буйна; и всякий, увлекающийся ими, неразумен.

Притчи, 20:1

Виноторговец 1425 года

Нуссель – виноторговец. На иллюстрации он сидит на низкой табуретке и наполняет кувшин вином из бочки, лежащей на двух балках. Рядом с ним на полу стоит кувшин с воронкой наверху. Вывеска вверху: букет с красно-бело-красным австрийским гербом, вероятно, должна указывать на происхождение предлагаемого вина. 1425 год.

В «Книге двенадцати братьев» нет изображений производителей вина, так как, по-видимому, они в это братство не попадали. А вот виноторгоцы есть. И работа в эпоху Средневековья была у них достаточно сложной. А все потому, что основную часть вин тогда составляли легкие сорта виноградного вина, которые долго храниться не могли (вино превращалось в уксус). Именно поэтому вина типа рислинг, мерло и каберне старались перевозить в бочках по морю. Так было быстрее, нежели тащиться по дорогам Европы с караванами торговцев. И нужно было поскорее его продать…

Понятно, что виноградную лозу в Европе разводили там, где было тепло. Причем ещё со времен Римской империи: в Испании, на Юге Франции, в Италии, на Крите и Кипре. И чем не южнее, чем слаще был виноград, а значит и вино крепче. Но и в Англии виноград тогда тоже разводили. А знаем мы об этом из знаменитой «Книги Страшного Суда» (о ней у нас на ВО был в своё время интересный материал). Год, её завершения–1086. И вот в ней-то мы и можем найти более сорока записей о виноградниках, и всех тех, кому они принадлежали. Причем, владельцами многих из них были лица хоть и дворянского, но ниже баронского звания. То есть именно нормандское завоевание активизировало виноградарство в Англии, хотя, своим качеством английские виноградные вина не могли сравняться с поступавшими из Франции.

Поскольку вина пили очень много, причем не только аристократы, но и горожане и даже крестьяне, профессия виноторговца была очень выгодной. К тому же с вином можно было и смошенничать. Например, слегка разбавить его водой или виноградным, или яблочным соком. Понятно, что существовали законы, которые запрещали это делать, а пойманных на порче вина ловили и наказывали. Но объемы винной торговли в Средние века были так велики, что трудно было проконтролировать все поставки, да и соблазн заработать на чужом пристрастии был слишком уж велик.

Вино: как сохранить, и как продать…

Брат Кунц – занимается розливом вина по бочкам. Рабочее место находится в подвале, где он, используя мехи, занимается тем, что перекачивает вино через шланг из одной деревянной бочки в другую. 1474 год.

На этой иллюстрации из «Книги двенадцати братьев» брат Герман опускает большую бочку в подвал с помощью веревки, укрепленной на бревне. Чтобы свести к минимуму требуемое усилие, бревно упирается в выступ над входом в подвал. То есть Герман ни кто иной, как кладовщик, отвечающий за хранение вина в подвале.

1516 год. Брат Кунц – виноторговец. Сидит посреди открытого ландшафта на каменной глыбе и наполняет кувшин вином из бочки, лежащей на балках. Под краном подставлена емкость, для капающего из крана вина. За ней находится вторая большая бочка. Возможно, что такие импровизированные «питейные» устраивались на перекрестках людных дорог, чтобы любой проходящий или проезжающий мог бы здесь утолить свою жажду! 1528 год.

Много вина потребляли и прелаты. Так, в 1464 году архиепископ Йоркский купил 100 бочек вина, хотя понятно, что он не один его пил. А насколько велики были эти бочки, говорит пример знаменитой Ланской коммуны. Ведь тамошний епископ именно в бочке от вина спрятался от восставшего народа, но был в ней обнаружен и убит. Понятно, что сидеть ему в ней пришлось скорчившись, но, тем не менее, это говорит о том, что бочка эта была не так уж и мала!

Производство вина резко упало с 1350 по 1400 год из-за значительного сокращения, в первую очередь, городского населения связанного с эпидемией чумы. Ведь именно горожане были главными потребителями вина, а нет потребления, нет и производства. Умерло и много виноградарей, а тут ещё и похолодание, из-за которого виноградарство отодвинулось далеко на юг. В итоге вина стало мало, и оно подорожало. Но ненадолго!

Интересно, что в это время именно в Испании додумались до того, чтобы добавлять спирт (известный арабам уже давно) в виноградное вино, и таким образом был изобретен знаменитый херес крепостью 15–22 градуса, что сделало его очень популярным опять же в той же Англии. Во всяком случае, сэр Фальстаф у Шекспира поминает его очень часто, то есть популярности хересу было не занимать!

Пивовар 1425 года

Хертел – брат-пивовар. На иллюстрации он занят тем, что перемешивает содержимое в емкости, установленной на кирпичном очаге. На полу две деревянные кадки с ингредиентами для заваривания. Гексаграмма, звезда пивовара, висит шеста над мастером-пивоваром, что, вероятно, следует понимать как защитный символ. 1425 год.

Однако кроме вина англичане варили и пили ещё и эль. А кроме эля ещё и пиво и эти два напитка нужно различать. Потому, что эль не пиво, а пиво не эль. Эль несколько иначе сбраживают на солоде, но хмель в него не добавляется. Спирта в нем содержится 5–6,5 %. То есть исторически хмель не добавлялся вообще, вот только кроме своеобразного вкуса, хмель еще и отличный консервант, поэтому пиво хмелем хранится долго само по себе, а вот эль можно хранить лишь после пастеризации или фильтрации. Хороший эль стоил полтора пенса галлон. Тогдашний галлон для измерения вина и жидкостей был равен 3,78533 л. Ну, а заработок ткача в начале XV века, составлял 5 пенсов в день.

Как всегда, в Англии нашлись «традиционалисты» – сторонники эля и «новаторы» – сторонники хмелевого пива. Так, в 1484 году «Почтенная гильдия пивоваров» (варившая именно эль) обратилась к королю Ричарду III просьбой запретить хмель, объясняя это тем, что он вреден для здоровья. Но даже задействованный «административный ресурс» особой роли не сыграл. Просто хмель запретили добавлять в эль только и всего. А в 1493 года пивовары хмельного пива основали даже свою собственную гильдию.

Интересно, что в 1545 году в одной из книг было написано, что пивопитие приводит к набору лишнего веса и большому животу – что, кстати, совершенно справедливо, и, вполне актуально и по сей день. Но кто когда прислушивался к голосу разума?

Правда в итоге борьба в Англии эля и пива закончилась вничью, так что кто-то продолжал пить эль, особенно люди пожилые и женщины, а кто-то начал отдавать предпочтение пиву. И пили англичане в таких огромных количествах, что уже в Средние века заслужили репутацию горьких пьяниц. В Х веке король Эдгар даже запретил иметь более одной пивной на деревню, а многие пивные и вовсе закрыл, но на потреблении алкоголя это не отразилось.

Братья-пивовары

Ганс Франк – брат-пивовар с длинным ковшом в руках. На полу две ванны с ингредиентами для заваривания. Гексаграмма, звезда пивоваров, висит на удлинителе над мастером-пивоваром, что, вероятно, нужно понимать как некий защитный символ. 1506 год.

Линхард Сигель, пивовар. Изображен стоящим посреди большой комнаты, в которой находятся бочки с пивом. Он наливает из кадки пиво через деревянную воронку в большую бочку. Сигель явно занимается декантированием пива, то есть переливом осветленной части пива после образования осадка (деки). 1588 год.

Некоторые иллюстрации из «Книги двенадцати братьев» показывают не только то, чем тот или иной член братства занимается сейчас, но также и то, чем он занимался раньше. Вот, например, пивовар Павел Пфистер. Одет по моде тех лет, и держит деревянный черпак на длинной рукоятке. Но вот на заднем плане почему-то виден строящийся фахверковый дом, для которого плотник обтесывает топором большой брус. Этот рисунок явно намекает то, чем он занимался до этого. 1623 год.

Среди иллюстраций «Книги двенадцати братьев» изображения пивоваров встречаются довольно часто. Причем нередко это были люди, менявшие одну профессию на другую. Так что стать пивоваром было очевидно не таким уж и сложным делом. Многие варили пиво у себя в доме, так что требовалась лишь какая-то сумма денег, чтобы арендовать соответствующее помещение, закупить сырье и приступить к его производству. Ну, а о масштабах производства и потребления спиртного в той же Англии есть много исторических свидетельств, в том числе и относящихся к эпохе еще до нормандского завоевания.

В XII веке монах и историк Уильям из Малмсбери, писал про пьянство саксов и его последствия: «Пьянство, в частности, было универсальной практикой, за этим занятием они проводили как целые ночи, так и дни. Они расходовали все свое имущество в подлых и презренных домах; в отличие от норманнов и французов, которые жили бережливо в благородных и великолепных особняках. Они привыкли есть, пока не насытятся, и пить, пока не заболеют. Эти последние качества они передали своим завоевателям».

Интересно, что со временем было замечено, что качество производимого летом пива значительно ниже, чем зимой, потому что оно очень подвержено порче и закислению. Поэтому в 1533 году князь Максимилиан I Баварский запретил варить пиво с 23 апреля по 29 сентября без специального разрешения. Из-за этого летнего перерыва нужно было производить больше пива и хранить его до следующей осени, поэтому оно получило название «лагер». Это пиво дольше сохранялось, а его вкус отличался от других видов пива того времени. Кстати, именно в это летнее время пивовары могли подрабатывать кем-то ещё!

В любом случае число питейных заведений со временем только увеличивалось, так что понадобилось их как-то обозначать. Сначала это был шест с пучком свежих веток, который ставили, однако, горизонтально. Потом, однако, пивные, где варили эль стали обозначать привешенным у входа обручем от бочки. А потом внутри обруча стали помещать и колокола, и арфы, короны и фигурки животных – вот так в Англии вывеска паба и появилась.

Работники по совместительству: трубачи и звонари, письмоносцы и органисты…

…сделай себе две серебряные трубы, чеканные сделай их, чтобы они служили тебе для созывания общества и для снятия станов

Книга чисел, 10:2

Братья – поставщики самых разных услуг

Трубач по имени Тернер стоит в башне и ежечасно трубит сигнал. 1433 год.

Брат Вильгельм по фамилии Майер одновременно и ювелир, и смотритель на башне. То есть на данной иллюстрации изображены сразу две разные профессии одного брата. И, видимо, никто не мешает ему их совмещать. В качестве сторожа он стоит в башенной камере и когда надо дует в трубу, в то время как его рабочий стол с инструментами ювелира находится прямо возле башни. На нем лежат наковальня, молоток и резец, а также готовая чаша с тремя изогнутыми ножками и, состоящая из двух частей чаша для питья. 1509 год. 1509 год.

Стефан Вейнман, член братства и явно человек весьма деятельный. На иллюстрации показано, как он сидит за рабочим столом, поставив ноги на небольшую подставку. Маленьким напильником он обрабатывает швейную иглу. Еще иглы, два молотка и два шила, а также маленькие мисочки с иголками стоят перед ним на столе. Тем временем кошка гоняется за мышкой у него за спиной. А вот красивый вид на церковь и башню на заднем плане указывает на то, что он умудряется подрабатывать еще и городским трубачом. Там, высоко на башне, рядом с солнечными часами, мы видим, как такой же трубач подает ежечасный сигнал – явное пояснение, что это его вторая (либо первая) работа. То есть одной только работы трубача или игольных дел мастера ему явно не хватает, и он одновременно совмещает два этих занятия. 1555 год.

Симон Надлер, брат. На иллюстрации из «Книги двенадцати братьев» он также показан человеком очень занятым, ведь он и ежечасно сигнал подает в качестве городского трубача, а в перерывах делает иголки. На столе перед ним разложены инструменты его ремесла: маленькая наковальня и молоток; в руке он держит молоток и винтовой зажим с зажатой в ней иглой. Две коробки с иглами и целая стопка из иголок также находятся перед ним на столе. 1613 год.

Генскраг, член братства, профессия – звонарь. Стоит у открытого входа в небольшую церковь и тянет за веревку от колокола, которая проходит через крышу к коньковой башенке с колоколом. Связка из четырех ключей висит у него на поясе. Церковь, больше похожая на часовню, имеет небольшой утопленный в стене алтарь и узкую двускатную крышу, на которой стоит башня. 1425 год.

В Средние века многие города имели свое собственное самоуправление и не подчинялись ни крупным феодалам, ни даже королю. Потом, правда, в большинстве своем они такой свободы лишились, однако в любом случае в них сохранялось городское самоуправление, касающееся внутригородских дел. Соответственно городские магистраты набирали себе в штат немалое количество «поставщиков услуг», которых сегодня мы назвали бы «работниками коммунального хозяйства». Эти люди чистили выгребные ямы, подметали базарную площадь и редкие замощенные улицы, зажигали по ночам фонари, словом, занимались тем, что облегчали жизнь горожанам.

Среди них более и более привилегированные профессии, на которые братства Менделя и Ландауэра как раз и старались продвигать своих людей. Например, почетной была и должность башенного трубача. Сидя в высокой башне и обозревая окрестности, они извещали жителей города о прибытии высокопоставленной персоны, смене времени суток (таким образом, выполняя роль своеобразных часов), приближении к городу вражеского войска и других событиях.

Интересно, что в наши дни, как и в течение многих столетий, в башне Мариатского костела в Кракове трубач в определенное время играет сигнал, но всякий раз мелодия его обрывается. Это связанно с легендой, относящейся о времени татарского нашествия. Тогда городской трубач, заметил приближение вражеских полчищ, и ценою собственной жизни предупредил жителей об опасности. Он упал сраженный татарской стрелой, не успев доиграть до конца сигнал тревоги. С тех пор его трубный сигнал никогда не доигрывается до конца!

Почетной была и профессия звонаря. Особенно, если учесть, сколько в городах тогда было церквей и как часто приходилось в то время звонить в колокола, да еще и вызванивать какую-то определенную мелодию! Хотя и легкой назвать ее было трудно. Во-первых, звонарь должен был работать в любую погоду, подниматься на высокие колокольни и вдобавок ко всему обладать еще и недюжинной силой, поскольку многие колокола отличались большим весом и раскачивать их, да еще и в течение довольно продолжительного времени было совсем нелегко. Звонить к тому же требовалось не только для нужд церкви. Звонили и в случае пожара, наводнения, нападения неприятеля, нужно было уметь звонить весело, и грустно, то есть, смотря по обстоятельствам!

Городской метельщик 1434 года

Брат Кунц, городской метельщик. Поскольку городские улицы были покрыты грязью и конским навозом, на ногах у него поверх его собственной обуви надеты деревянные башмаки на высоких подошвах. На поясе связка ключей. Рабочий инструмент – метла. 1434 год