Границы между нами

— Что это было? — ощущая легкую отдышку, спросила она.

— Что-то было, а чего-то не было, — снова туманно ответил старик. — В мире нет черного и белого. Просто примите его таким, какой он есть, либо покиньте навсегда. Выбор за вами. Теперь вы связаны. Не просто чувствами и обещаниями. Вы связаны тем, чего нельзя объяснить, — старик улыбнулся слащавой улыбкой, и Алиса увидела его гнилые зубы.

— Любовь. Прекрасное чувство, — повторил он. — Помоги им, — куда-то в темноту сказал старик. — Отведи к парню. И дай все, что им потребуется.

В углу что-то зашевелилось. Только теперь ребята заметили, что они не одни. В левом дальнем углу кто-то прятался. Этот кто-то в черном балахоне, волочащемся по полу, даже не похожий на человека, выполз на свет, подполз к двери и остановился, показывая, что ждет Дэна и Алису, чтобы проводить их. Лица существа было не видно, он скрывал его под темнотой капюшона.

— Забирайте его, если считаете, что с вами ему будет лучше. Но все же подумайте еще раз. Он ждет от тебя, — старик кивнул Алисе, — явно больше, чем ты хочешь ему дать. Но ты никогда не подаришь ему то, что ему желанно, потому что смотришь совсем в другую сторону. К тому же, разве в вашей скоростной жизни ему будет покой? А ему сейчас очень нужно много сна, любви и терпения. Я бы мог ему их дать. Он бы стал одним из моих лучших цветов.

В голосе старосты звучали и добрый посыл, и какая-то пугающая настораживающая нотка. Туман в голове рассеивался, Алиса начинала приходить в себя, но правильно ли она поняла старика, так и осталось для нее загадкой. Сознание начинало вновь обретало четкость. И из этого клубка клейких размышлений она выудила мысль о том, что ни для кого не лучше оставаться в Квартале Мертвых. Но, где-то глубоко в голове закралась мысль, что старик и правда может о позаботиться о Рамиле лучше, чем она. А ей лучше заняться спасением отца и…

— Возможно, ты права, — сказал в никуда старик. — У тебя есть куда большие заботы.

Алиса испугалась, что этот загадочный старик читает ее мысли, и от этого ей стало еще больше не по себе. Она постаралась освободить голову и ни о чем не думать.

Существо у двери снова зашевелилось, напоминая о себе. Дэн и Алиса поднялись со своих ковриков, пытаясь совладать со своими телами, которые еще плохо их слушались, и осторожно подошли к двери. Их провожатый уже отодвинул дверь и стал ползком выбираться наружу. Но тут Дэн остановился и обернулся на старика.

— И все-таки. Кто вы?

— Я никто, — небрежно повел рукой старик. — Не ищи смысла там, где его нет. Вам пора.

Алиса ничего не поняла из слов старейшины. Но он уже повернулся к ним спиной, показывая тем самым, что разговор окончен. Алиса еще пыталась сформулировать рой своих мыслей в вопрос, но Дэн уже подтолкнул ее к выходу, намекая, что нельзя терять время, и она поддалась на его призыв поспешить.

* * *

Помощник старосты перебирался по улочке как лягушка — в трудно постижимой позе, по-пластунски, но при этом как-то легко, без усилий. Даже с какой-то противоестественной изящностью. Казалось, что в этом человеке (да и человеком ли он был еще?) много силы, но при этом невооруженным взглядом было заметно, что он словно придавлен тяжелым грузом к земле. Что с ним случилось, и как он теперь живет — можно было лишь только гадать. Сердце Алисы разрывалось от боли. Если староста называет таких людей своими «цветами», то Рамиля нужно срочно вытаскивать отсюда.

Компания пробиралась по грязной улице через тесные щели меж покосившимися бараками. Человек-лягушка делал это ловко, наверняка ползая здесь каждый день туда-сюда. Алиса же постоянно спотыкалась о булыжники и разбросанный всюду мусор. Один раз, выныривая из очередной щели, она едва не наступила на полуживого человека, который как и десятки других таких же, лежал прямо на земле. В ответ на непрошеное вмешательство в личное пространство, человек-мешок медленно протянул свою длинную кривую руку. Исхудалые пальцы захлопнулись в пустоте, когда Алиса вскрикнула и отдернула ногу. Она чуть не упала, но Дэн успел подхватить ее за локоть и Алиса устояла. Девушка сжала весь свой страх в воображаемый кулак, хотя сердце и отстукивало бешеный ритм. Она улыбнулась Дэну, показывая, что все в порядке. Но мозг все еще плохо принимал окружающую обстановку и подавал сигнал, что улыбаться — самое неуместное сейчас.

Наконец человек-лягушка подполз к очередному бараку и остановился. Он обернулся и заглянул в глаза Дэну, показывая, что они пришли. Теперь, в уличном дневном свете, можно было увидеть его длинное худое лицо. Хотя это было и не лицо вовсе — просто обтянутый кожей череп. Губы открывались, словно пытались, что-то сказать, но наружу не вылетало ни звука. Корявые пальцы показывали на ипровизированный вход в хибару. Дэн кивнул и решительно отдернул грязную штору, выполняющую роль двери.

В темном бараке было душно. Комнатка выглядела тесной, и настолько невысокой, что стоять во весь рост было невозможно, даже низкой Алисе пришлось подогнуть колени. Что уж говорить о Дэне, который просто согнулся пополам. Внутри стоял отвратительный запах, даже хуже, чем тот, что разносился по всему остальному Кварталу. Но если к той вони Алиса уже более менее стала привыкать, то от этого спертого запаха крови и гноя возникало желание поскорее выскочить наружу и вывернуть из себя содержимое желудка. И все-таки девушка, сглотнув тяжелый ком, сдержалась. Глаза постепенно привыкали к темноте и стало возможным оглядеться. Вместо пола они стояли просто на земле, а взамен крыши разглядывался брошенный поверх барака дырявый железный лист.

Алиса выглянула из-за спины Дэна и увидела Рамиля. Он лежал прямо на земле, без всякого настила. Руки и ноги раскидались так, словно вовсе не были связаны с туловищем. Одежда была разорвана, тело изранено, как после схватки с диким зверем.

— Рамиль! — вскрикнула Алиса.

— Ш-ш-ш, — растяжно шикнула женщина, сидящая рядом.

Рамиль лежал с закрытыми глазами и тяжело дышал. Пожилая женщина рядом, такая же худая и изможденная, как и все, кого они встречали в Квартале, держала в руках тряпку, которую периодически смачивала в грязном ведре, и протирала ей раны парня. На каждое ее прикосновение тело Рамиля вздрагивало и замирало.

— Скажите, как он? — почувствовала себя неловко Алиса.

Женщина недовольно посмотрела на нее, но ответила мягко:

— Плохо, деточка. Очень плохо.

Алиса обошла Дэна и присела рядом с Рамилем прямо на колени. Она осторожно прикоснулась к его волосам и ласково потрепала их.

— Эй, дружочек. Это я, Алиса. Я пришла за тобой.

На долю секунды Рамиль слегка приоткрыл глаза, но тут же снова провалился в болевую кому.

— Мы хотим его забрать. Ваш старейшина дал нам разрешение.

Женщина бросила суровый взгляд на Алису, что-то пробубнила на незнакомом девушке диалекте, а затем кивнула, сунула тряпку прямо в руки Алисе и с силой подвинула к ней ведро. Ведро недовольно закачалось и выплюнуло часть воды наружу. Женщина встала и, покачиваясь, медленно вышла из барака.

Алиса смочила тряпку и продолжила протирать раны Рамиля. Дэн присел рядом и остановил ее руку.

— У нас нет времени на это. Давай забирать его отсюда.

Алиса снова сглотнула ком, который собрался у нее в горле.

— Посмотри в каком он состоянии. Может, старик прав? И его… лучше оставить здесь? — она наконец-то решилась озвучить мысль, которая вертелась в голове последние полчаса.

— Не говори глупостей, — твердо перебил ее Дэн. — Здесь ему не выжить. Мы отвезем его к моему отцу.

— Но…

«Вы ведь давно не общаетесь», — хотела добавить Алиса, но Дэн снова обрубил ее.

— Наши отношения сейчас не имеют значения. Он хороший врач, — отрезал Дэн. — Он поможет. Подготовь Рамиля, как сможешь, а я пока что-нибудь придумаю.

— Но… — снова попыталась поспорить Алиса. Дэн посмотрел на нее таким взглядом, что она осеклась и поняла, что лучше не перечить, а просто довериться ему.

Дэн вышел из барака, а Алиса продолжила протирать раны Рамиля. Он иногда затаивал дыхание от боли, а иногда тихо и протяжно постанывал. Сердце Алисы сжималось, ей хотелось хоть как-то облегчить его боль. Дрожащими пальцами она покопалась во всех карманах своей одежды в поисках хоть каких-то таблеток, чего-то обезбаливающего, хотя и заранее знала, что ничего не найдет. Аптечку они выбросили, как только вышли из леса. Тогда она нежно обняла ладонями лицо парня.

— Рамиль, — тихо позвала она. — Дружочек… мой хороший… Это я, Алиса. Прости меня за все. Это я втянула тебя во это. Прости, прости, прости…

По щекам девушки потекли горячие слезы. Она наклонилась к Рамилю и прикоснулась своим лбом к нему. Алиса гладила Рамиля по волосам, щекам. Пальцы девушки нащупали большой шрам за левым ухом друга. Она осторожно повернула голову парня набок и рассмотрела длинный неаккуратно зашитый рубец с торчащими с двух краев нитями.

«Чип, — промелькнуло у нее в голове. — Ему вырезали чип!».

Она осторожно погладила пальцами затягивающуюся рану. От прикосновения ее пальцев Рамиль вздрогнул.

— Во…ды… — еле слышно выдавил из себя парень.

Алиса вздрогнула.

— Рамиль, воды? Конечно, сейчас. Держись, дорогой!

Девушка засуетилась, огляделась кругом в поисках воды, но ничего не нашла. Тогда она выскочила из барака, отдернув грязную шторку в сторону и озарив барак ярким потоком света. Солнце поднялось уже достаточно высоко и начало припекать, от чего запах в Квартале Мертвых стал еще невыносимее.

Возле барака она увидела бочку, в котором плавал ковш. Она зачерпнула им воду и выплеснула часть на землю.

«Вроде чистая», — подумала девушка.

Она осторожно отпила. Запах застоявшейся, словно болотной, воды с примесью плесени ударил в нос. Неприятно, но терпимо — пить можно. Алиса заставила себя проглотить эту воду, чтобы убедиться, что этим можно напоить друга, и с ковшом в руках забежала обратно в барак. Она снова села около головы Рамиля, осторожно приподняла его и поднесла ковш к его потрескавшимся кровоточащим губам. Обессиленный парень с усилием сделал пару глотков и устало откинулся назад так, что Алиса еле смогла удержать его голову, чтобы аккуратно опустить.

— Мы вытащим тебя. Дэн… помнишь Дэна? Он уже пошел за помощью. Он обязательно что-нибудь придумает. Я тебе обещаю. Все будет хорошо…

* * *

Дэн вышел из барака и увидел, что человек-лягушка, который привел их сюда, все еще сидел рядом. Дэн опустился на корточки рядом с ним.

— Мы не сможем забрать его отсюда в таком состоянии без машины. Ваш старейшина просил тебя дать нам все, что понадобится. Сможешь раздобыть нам машину?

Человек внимательно слушал и смотрел на Дэна. Когда тот озвучил свою просьбу, человек снова неестественно открыл рот, словно пытаясь что-то сказать, но из его немого рта не вырвалось ни звука. Затем он куда-то быстро пополз. Дэн наблюдал за ним. Когда человек добрался до ближайшего поворота, он обернулся и замер, словно чего-то ждал. Дэн растерялся.

— Надеюсь, ты что-то знаешь, — пробубнил себе под нос Дэн и направился за своим провожатым. — Эй, друг, не так быстро!

Дэн торопился следом за человеком-лягушкой, но не успевал и несколько раз терял его из вида. Ногу сводило. Ее сильно ранило во время аварии, о чем не знала Алиса, но думать об этом было некогда. Штанина то и дело предательски прилипала к ране, чем доставляла жуткую боль. Приходилось постоянно одергивать ее и снова отставать от своего проводника. Но наконец, спустя несколько закоулков, они выбрались на окраину Квартала. Перед Дэном расстилалось небольшое выжженное поле, а за ним крутой обрыв. На краю стояли руины некогда большого здания. Кирпичная кладка вся рассыпалась и обломки камней в перемешку с раскрошенным кирпичом были разбросаны кругом. От здания сохранилась только местами разрушенная арка с остатками красивого орнамента. Рядом, на мертвом поле Дэн разглядел нечто похожее на автомобильное кладбище. Здесь стояли около пяти авто — гнилых, с потрескавшейся краской, разбитыми стеклами. Некоторые и вовсе были без дверей или крышки багажника. Человек-лягушка подполз к одной из машин, которая выглядела немногим лучше других, и остановился.

— Ты думаешь, эту консервную банку еще можно завести? — спросил Дэн, сильно сомневаясь в старой груде металла на колесах.

Дэн подошел к машине, через усилие открыл ржавую дверь, которая отозвалась неприятным скрежетом, и залез внутрь. В салоне все было в пыли, сиденья выцвели, а лобовое стекло покрылось грязью и дождевым налетом.

— Эй, ок, и как мне это завести? — Дэн выглянул из машины и посмотрел туда, где еще минуту назад сидел человек-лягушка. Но его и след простыл.

Дэн обошел машину, но так и не нашел своего проводника. Вскинув брови, Дэн запустил обе руки в волосы, раскидывая варианты. Завести машину без ключа — было сложной задачей. Но не для него. Былой опыт глупых лет научил его и не таким штучкам. Но для начала надо было проверить, способна ли эта крошка тряхнуть стариной.

Дэн поднял крышку капота, успевшую раскалиться на солнце, и заглянул внутрь. Изнутри на Дэна поднялся столб пыли, от которой пришлось отмахнуться, прикрыть глаза и рот рукавом куртки. Когда пыльный туман рассеялся, Дэн откашлялся и принялся копаться во внутренностях машины. Проверил уровень масла, тормозной жидкости, заряд аккумулятора. Несмотря на застарелый вид авто, она оказалась вполне в работоспособном состоянии. Показатели были на критическом уровне, но все же шансы на воскрешение железного коня были. Дэн вернулся в салон и одним точным ударом кулака открыл панель зажигания, куда обычно нормальные люди просто вставляли ключ. Панель выпала прямо в руки Дэну. Парень отсоединил провода от замка, покрутил их в руках, разгадывая какой из проводов ему подойдет. Выбрав несколько проводов, он соединил их вместе, а последним чиркнул по ним, как спичкой. Несколько попыток, и автомобиль бойко заревел, нарушив умиротворенную тишину Квартала Мертвых.

Дэн довольно хмыкнул, радуясь, что слова старца о его прошлом не были до конца правдой. Пусть и не самые лучшие, но умения Дэна пригодились сейчас в хороших целях и без них не удалось бы получить шанс на спасение.

Дэн ждал, пока двигатель немного придет в себя, вспомнит как работать. Он отряхнул сиденья от пыли, и открыл двери, чтобы проветрить машину внутри. Когда Дэн закончил с уборкой, он оперся на кузов машины и позволил себе пуститься в воспоминания. Рука по инерции потянулась в карман куртки за пачкой сигарет, но не нашла ее, и Дэн вспомнил, что уже много лет не курил. Первая сигарета. Ее он выкурил в тот вечер, когда попрощался с Алисой на крыше старого гаража. Он знал, что слезы будут душить его, и заранее подготовился, хотя и зря — горький дым тогда, да и никогда больше, не принес облегчения. Память понесла его дальше по своим страницам. Вот он, совсем мальчишкой собирает с отцом вещи, чтобы уехать из Центра в Город. А это он же, сбегающий из дома, связавшийся с плохой компанией, которая занималась грабежом и разбоем. Картинки слайдами мелькали у Дэна в голове. Очередное ночное мародерство, когда они с друзьями угнали первую машину. На другой день подожгли полицейский участок. Еще через неделю — обокрали магазин. А затем произошло то, за что он так и не смог простить себя. Вместе со своей компашкой хулиганов-наркоманов, они убили человека. Просто за кошелек с несколькими купюрами и мелочью — немыслимо! Дэн не хотел этого, он лишь стоял настороже, пока его друг подстерегал простого трудягу, идущего поздно вечером с работы. Но злая ирония судьбы развернула события того вечера против него. Перед смертью мужчина успел закричать, а полицейский патруль быстро среагировать и поймать преступников, выпустив очередь пуль прямо Дэну в руку. Он не обманул Алису, когда сказал, что шрам возник от укусов собаки. Разница была лишь в том, что собака оказалась не бродячей, а полицейской. Пес разодрал ему раненое пулями плечо до кровавого месива. Арест. Решетка. Суд. Отец. Все это было словно не с ним. Но хотя Дэн и рад был бы вернуть все назад и поступить по-другому — это было невозможно.

Наконец, старая машина перестала кашлять и жадно чавкать топливом. Мотор загудел ровной мелодией. Дэн протер глаза, словно стирая с них пелену воспоминаний и оттолкнулся от кузова, чтобы закрыть капот. Когда он опустил крышку, прямо перед ним возникла женщина. Типичная оборванка из Квартала Мертвых со струпьями на лице и без одного глаза.

— Пика́да… — произнесла старуха. — Ва́ра туту́н марте́не.

— Чего? — не понимая, переспросил Дэн.

Приземистая старуха еще что-то недовольно пробурчала на незнакомом языке. Ее лицо перекосило то ли от ненависти, то ли от физической боли. Она размахивала руками, выговаривая незнакомые слова. Дэну стало не по себе. Наконец женщина замолчала, поковырялась с своей мешковатой дырявой накидке и выудила оттуда что-то. Подойдя хромающей походкой поближе к Дэну, она снизу вверх заглянула ему в лицо, неестественно вывернув шею и долго рассматривала его. Парень молча и терпеливо наблюдал за ней.

— У-у-у, — злобно протянула она. Острые пальцы ущипнули Дэна за щеку и тот отстранился. На коже остался запах ее гниющих ногтей и боль. Дэн наблюдал за старухой и ждал, что она сделает дальше. Женщина снова покачала головой, а затем схватила Дэна за руку и с силой засунула ему в сжатый на всякий случай кулак, что-то твердое.

— Па́рма засту́нсе пика́да. Па́рма. Па́рма, — пробормотала она еще напоследок, а затем быстрым прихрамывающим шагом скрылась за ближайшим бараком. Дэн вздернул брови, так и не поняв, что произошло. Он разжал кулак и рассмотрел нежданный подарок. Это была монета. Большая, круглая железная монета. Затертая и с отколотым краем. Но необычная — такой нельзя было расплатиться в Городе. Скорее, она была больше похожа на амулет с каким-то затертым рисунком. Дэн не понимал, что ему делать с этим странным даром. Он покрутил монету в руках, а затем просто спрятал в карман, решив разобраться с этим чуть позже. Он сел за руль и поспешил покинуть это место.

* * *

Снаружи послышался шорох колес и рокот чихающего двигателя, а через минуту внутрь темного барака зашел Дэн.

— Готовы? — спросил он и, не дожидаясь ответа, подошел к Рамилю. Дэн взял Рамиля под руки и оторвал от земли. — Бери за ноги.

Алиса послушно откинула мокрую тряпку в сторону, вскочила с земли и обхватила голые почерневшие ноги Рамиля. Вместе они осторожно вынесли парня из барака. На улице девушка увидела старую, убитую, но еще чудом работающую машину и вопросительно взглянула на Дэна. Он лишь выдавил на лице извиняющееся выражение, и Алиса без слов поняла, что лучшего варианта и придумать нельзя было. Парень с девушкой донесли Рамиля до машины и уложили на заднее сиденье.

— Как думаешь, он переживет поездку? — тихо спросила Алиса, когда дверь заднего сиденья захлопнулась.

— У него нет выбора, — сухо ответил Дэн. — В машину. Скорее.

Алиса прыгнула на пассажирское сиденье и обернулась на Рамиля. На мгновение ей показалось, что он приоткрыл глаза и еле заметно улыбнулся. Возможно ей так лишь хотелось, но она улыбнулась другу в ответ, в надежде, что он тоже это увидел.

Дэн обошел машину и сел за руль. Дверь захлопнулась и ржавая колымага запетляла по улочкам в поиске выезда из Квартала Мертвых.

Глава 8. Мистер Вилсон

Только ближе к вечеру машина пересекла черту въезда в Город. Дэн старался двигаться по небольшим второстепенным улочкам, закрытым деревьями и тенью от домов, чтобы не попасть в камеры полицейских квадрокоптеров. Алису всю дорогу не покидало ощущение, что еще несколько дней назад, она точно также тайком ехала с Рамилем и везла на заднем сиденье больного отца, а теперь они с Дэном везут уже самого Рамиля. Шутки ради ей подумалось, что по закону круговорота жизни, в следующий раз на заднем сидении должна будет ехать она сама. И хотя девушка отгоняла от себя эти дурацкие мысли, они все равно навязчиво лезли ей в голову. Но особенно тяжело было вспоминать об отце — оставалось лишь надеяться, что операция прошла хорошо, и он приходит в себя.

Тем временем машина заехала в частный сектор. Дэн подрулил к небольшому, но красивому дому с высоким забором, и заглушил мотор. Алиса удивленно посмотрела на него.

— Я думала, твой отец живет в Центральном Городе.

— Жил. До того, как мать ушла от него. Потом его карьера покатилась вниз, и мы переехали сюда.

Алиса вспомнила, что Дэн уже говорил о переезде, но только сейчас осознала, что он имел ввиду. Мысли тут же покатились со скоростью локомотива.

— Но… то есть… ты все это время… ну то есть большую часть времени жил в Городе. Почему ты никак не дал мне знать, что ты снова здесь? — Алиса чувствовала себя обиженной. Пусть они не могли видеться, когда он жил в Центральном Городе. Но, если несколько лет назад он переехал, и мог связаться с ней, значит, просто не желал встречи?

— Не хотел, — словно прочитав ее мысли, ответил Дэн. Это прозвучало достаточно грубо. Алиса по-детски обиженно поджала губы и вжалась глубже в кресло. В глубине души она понимала, что это ее детский мирок тогда не изменился, и спешный отъезд Дэна как и его появление сейчас стали яркими событиями. Но у самого Дэна жизнь успела несколько раз перевернуться с ног на голову и он имел полное право не вспоминать о ней. Или не хотеть увидеться.

— Прости, — поняв, как прозвучал его ответ, поспешил исправиться Дэн. — Не принимай это на свой счет. Я не общался ни с кем из своего прошлого. Мне неловко объяснять кому-то свои семейные драмы. Тем более после того, как мать стала публичным лицом. Я не хотел быть жертвой клейма. А здесь меня никто не знал. И это было… просто удобно.

Дэн посмотрел на растерянную Алису. Двумя руками он взял ладонь девушки, прижал к своим губам и задержался, словно пытаясь надышаться и запомнить ее запах.

— Поверь, это не потому, что я не хотел тебя видеть, — Дэн заглянул в глаза Алисы и лишь одним уголком губ улыбнулся. — Я все время думал о тебе.

Алиса смущенно вздернула ресницами. С заднего сиденья раздался стон Рамиля. Девушка обернулась, виновато пошевелила плечами и отдернула руку из ладоней Дэна. Она почувствовала большую неловкость перед Рамилем — вместо того, чтобы поскорее ему помочь, она устраивает романтические сцены.

— Пойдем скорее, — виновато поджав губы, попросила она Дэна.

Дэн коротко кивнул.

— Посидите тут, — он увидел в глазах Алисы желание сворачивать горы, а не томиться в ожидании, и добавил, — Мне нужно это сделать самому.

Он выскочил из машины и подошел к воротам. Последняя встреча с отцом была не самой приятной — в тот день мистер Вилсон забрал Дэна из зала суда, когда его чудом оправдали. Дэн догадывался, что отец привлек все старые связи, чтобы сына отпустили, и ненавидел его за это. В тот момент наказание было ему нужнее, чем свобода — только оно могло загладить бурлящее огненной лавой чувство вины. Вместо этого Дэну с одной стороны подарили свободу, а с другой — вернули в общество, которому он мог навредить снова. Бывшие дружки опасались, что он сдал кого-то и теперь терроризировали его. Единственным способом избавиться от них раз и навсегда — было решение уйти в хидеры, чтобы не получать постоянные угрозы. Это сработало. Как только банда бывших друзей узнала о том, что Дэн надел военную форму, они тут же исчезли из его жизни.

С того самого дня Дэн не встречался с отцом. Наверняка мистер Вилсон знал, чем занимается его сын — все-таки он был не последним человеком в Центре и в Городе, но и не настаивал на встречах. Дэн иногда приходил к дому отца, проверял, что с ним все в порядке, по ночам закрывал ворота на замок, если тот забывал сделать это сам, интересовался его здоровьем у соседей. Но зайти к отцу и заговорить он так ни разу и не смог — его душили гордость и разногласия во взглядах.

И вот теперь пришло время поговорить. Не ради себя, но ради Алисы и ее друга. Дэн размял пальцы, прежде чем нажать на звонок. Как его встретит отец? Что скажет? Будет ли он ему рад?

Алиса выглядывала на Дэна из окна машины. Парень переминался с ноги на ногу, засунув руки в карманы. Можно было подумать, что на улице просто холодно. Но все же Алисе казалось, что Дэн немного волнуется перед тем, как позвонить. Наконец он все-таки поднял руку и нажал на кнопку.