Турецкий дебют

Мы снова замолчали. Я прикидывал в уме и так, и так, но получалось, что всё сказанное Рысью, никак не противоречило общепринятым знаниям о кольцах.

– А мой род? – я решился напомнить собеседнику об обещании рассказа.

– Петра Хасановича хорошо помнишь?

– Деда? Конечно помню. Он умер, когда мне уже шестнадцать было.

– А прадед как умер?

– Его, естественно, не застал, но дед говорил, что тот погиб при невыясненных обстоятельствах.

– Ну, а я могу тебе сказать, что Хасана Омеровича Турчанинова убили. Как и твоего прапрадеда – Омера Мехметоглу. И оба они были учителями дара.

***

Наглое солнце ломилось в распахнутое настежь окно. Очередное утро. Я уже начал тихо ненавидеть это время суток.

– Подъём, Женя, сегодня нас ждут великие дела, – Рысь был чисто выбрит, нагло свеж и подозрительно лучился хорошим настроением.

Продрав глаза, я сел на кровати.

– Сколько времени?

– Уже пять утра. Давай одевайся, ты переезжаешь.

Рысь спозаранку решил выделить мне отдельные апартаменты этажом ниже. Ну как апартаменты? Гостиная, спаленка три на три метра, ванная с душевой кабиной, туалет и… кухня. Собственная кухня. И это при том, что я не умел готовить от слова совсем. Посмотрев на мою растерянную физиономию, он ухмыльнулся.

– Ты юноша взрослый, но лично я пока не готов переходить к длительным и прочным отношениям. Нам всё же надо узнать друг друга получше. Так что жить будешь тут и води сюда кого хочешь. Хоть девушку, хоть повара. А лучше два в одном, – он заржал и, подмигнув, вышел, оставив меня обживаться.

– Шутник, твою… – процедил я сквозь зубы и приступил к осмотру моего нового жилища.

Заглянув зачем-то в холодильник, – а чё бы и не заглянуть, раз он есть, – я обнаружил там сыр, колбасу, яйца, йогурт, молоко… В общем до фига всего того, что можно употреблять без готовки.

Туалет и ванна были стандартными и вопросов не вызвали. Как и гостиная. Ничего запредельного – диван, письменный стол с компьютером, кресло, журнальный столик, пара стульев и шкаф с набором книг. Но вот когда я вошёл в спальню, то невольно открыл рот. И даже не от удивления, хотя и оно имело место быть, а чтобы выругаться. Матом и громко. То, что я, при первоначальном беглом осмотре, принял издали за кровать, оказалось накрытым белоснежной простынёй операционным столом в сложенном виде. После того, как я безнаказанно излил душу и мне немного полегчало, на глаза попался стоящий в углу небольшой высокий столик. Сдёрнув с него салфетку, я тупо уставился на поблескивающие на солнышке медицинские инструменты.

Сообразив, что Рысь неспроста поселил меня в номер с нетрадиционной спальней, я достал смартфон и набрал его номер. Терпеливо выслушав мои вопросы, он коротко ответил:

– Где я тебе полшестого утра грузчиков возьму? В течении дня всё уберут и поставят кровать.

– Я так понимаю, что это тоже твоя комната была?

– Нет. После Гримёра осталась. Как он съехал год назад, так она и пустовала, – и тут до него дошло, – Ты подумал, что я там людей на органы режу?

– Мелькнула мысль.

– Ну ты и дебил, – рассмеялся он, и предупредил, – Завтрак отменяется, ешь у себя. Продукты тебе хоть принесли?

– Полный холодильник, но я не умею…

– Я пришлю кого-нибудь.

Из смартфона раздались гудки отбоя. Я решил продолжить осмотр и снова подошёл к столику. Моё внимание привлекли три похожих друг на друга ножа, отличающихся только размерами. Сфотографировав их на камеру смартфона, я уже через несколько секунд узнал, что это ампутационные ножи. Повертев их в руках с минуту, я со спокойной совестью забрал их себе, убрав в ящик письменного стола, стоящего в гостиной.

– Можно? – раздался волшебный голосок от двери.

Голос был действительно волшебным. Глубокий, бархатный, обволакивающий. Только вот принадлежал он невзрачной серой мышке с непонятного цвета волосами, собранными на затылке в конский хвост. Одето это недоразумение было соответствующе – нелепая футболка с дебильным принтом "ХиШная, но симпатиШная" и рваные на ляжках джинсы.

– А ты кто, чудо чудное? – поинтересовался я в замешательстве.

– Тебе, что ли, завтрак надо готовить? – ничуть не смутившись, девица бодро потопала на кухню, окинув меня по дороге оценивающим взглядом.

Обалденный голос. Театральные дивы нервно курят в сторонке. Но вот веснушчатое, немного скуластое лицо и лошадиная причёска… Мда-а-а.

– Что будешь? – донеслось из кухни.

– Да… не знаю, – я ещё не отошёл от шока, вызванного её появлением.

– Понятно. А что конкретно требуется? Просто перекусить или чтобы даже на ночь сил хватило?

– Эмм… перекусить наверно, – я вспомнил, что обедать с Рысью мы точно будем в ресторане; в ночном разговоре он упомянул, что сегодня у нас будет выход в город.

"Чёрт, не забыть бы пистолет", – вспомнил я о подарке Рыси и, нацепив кобуру, начал подтягивать ремешки.

– Не так, – раздался, чарующий слух, голос.

"У меня сейчас крышу снесёт от когнитивного диссонанса", – подумал я, обернувшись.

Пигалица стояла, привалившись плечом к косяку кухонной двери и насмешливо смотрела на мои потуги.

– Помогай, я в этом деле ни бум-бум, – не стал я строить из себя профессионального киллера.

– А ты ничего, чёткий, – подойдя ко мне и помогая настроить сбрую, брякнула девчонка, – Не выпендриваешься, как Линки.

Всхрюкнув от неожиданности, я улыбнулся.

– А он выпендривается?

– Да постоянно. Хочет казаться полным говном, хотя я знаю, что он самый лучший из всех, с кем я знакома.

Она зашла ко мне за спину и начала регулировать ремешок, периодически проверяя его натяг, протискивая между ним и моей спиной палец.

– Ну вот, готово. Подними руки.

Я послушно задрал руки вверх.

– Опусти. Нигде не жмёт?

– Нет, всё классно, – ответил я, надев пиджак, и снова пробуя подвигать руками.

– Не идут тебе костюмы, Женька. Тебе бы джинсы и косуху.

– Мы знакомы? – изобразил я на всякий случай удивление, сообразив, что моё имя девица узнала от "самого лучшего человека на свете".

– Ой, и правда. Меня Лика зовут, – сладкоголосая протянула мне свою ладошку.

– И что же девушка Лика делает в "Аду"?

– Работаю, – ответила она, озорно блеснув глазами, – А вот кем – сказать не могу.

Посмотрев на моё лицо, она прыснула смехом.

– Пошли есть, а то остынет.

Как эта девчонка умудрилась приготовить шикарный завтрак за несколько минут, для меня осталось загадкой. Пока она мне сама не рассказала.

– Круассаны заморожены в холодильнике, надо только достать и поставить в хлебопечку. Кофемашина вот за этой дверцей. Вкусняшки, – она показала на джем, – стоят вон в том шкафчике. Ну, а яичница с беконом вообще за пару минут делается.

Пока я, слушая весёлую болтовню Лики, поглощал завтрак, пришёл Рысь и сев напротив меня, начал демонстративно постукивать пальцем по запястью.

– Лика, солнышко, вы уже познакомились?

– Естественно, с незнакомыми дядями за одним столом не сижу.

Быстро доев всё до последней крошки, я поблагодарил девчонку и хотел было встать, но замер, услышав:

– Тогда составь нам компанию.

Уставившись во все глаза на Рысь, я замотал головой, и услышав бархатный голос Лики, покраснел.

– Для Женечки надо подобрать даму по его статусу. Таську, например. Она вчера мне все уши прожужжала, какой у тебя замечательный постоялец появился. Молоденький и неискушённый.

Подняв голову, я увидел в её глазах озорные искорки смеха.

– Женька, лучше молчи, пока не наговорил лишнего, – хохотнул Рысь, – А не то Лиса тебе быстро башку отчекрыжит.

Лика сморщила мордашку и неожиданно зафыркала, как лисица.

"Лика – Лиса. Ну-ну."

– Я с малолетками не связываюсь, – осторожно ответил я и тут же понял, что ляпнул что-то не то.

Рысь и Лика заржали во весь голос. Ничего не понимая, я встал и направился в гостиную. Через минуту в комнате появился Рысь и махнув мне рукой, вышел в коридор; из кухни донёсся приглушённый звук, убираемой в посудомойку, посуды. Я закрыл за собой дверь и похлопал себя по карманам в поисках ключа.

– Замок настроен на твой голос. А так же на мой и голос Лики.

– Не понял? Она что, со мной будет жить?

– Если она захочет, то будет. Не смотри на её внешность, на самом деле она довольно сильная одарённая и… Ты чего встал? Пошли. А ещё она мастер по ножевому бою. Ну, ты чего опять тормозишь?

– Вот эта девочка? Не гони мне пургу, Рысь.

Ухватившись неожиданно за мой локоть, тот резко сменил направление движения. Отперев дверь и затащив меня внутрь, он громко сказал:

– Лиса, он мне не верит.

– Забей, мне тоже никто не верит, – донёсся до меня изумительно нежный голос.

Кухонная дверь начала открываться и… я с удивлением покосился на вибрирующую возле моего левого уха полоску металла. Мне даже пришлось немного отстраниться, чтобы рассмотреть торчащий из дверного полотна, узкий метательный нож.

Я медленно перевёл взгляд на улыбающуюся мне из кухни малолетнюю лахудру.

Глава 9

Сутормин запер дверь на замок, плюхнулся в кресло и, нажав пару клавиш на пульте, соединился по закодированному каналу с Варягом.

– Возвращайтесь в столицу. Немедленно.

– Ваше сиятельство, а мы пока ничего из того, что требуется, не нашли.

– И не найдёте. Кольцо уже в Петербурге.

– Быть этого не может, – Варяг широко зевнул, отвернув голову от трубки, – Мы специально штурм назначили на двадцатое число, чтобы все кольца были вместе и распределены. На этом и строился посекундный план захвата.

– Хочешь мне сказать, что штурм от начала и до конца прошёл точно по плану?

– Не совсем всё вышло гладко, но за границы допустимых погрешностей, которые нам выдал симулятор, мы ни разу не вышли. Маленькая накладочка случилась только с четвёртым кольцом, его на внучке Хасана не было. Значит оба кольца были у княжича Кирилла, но мы предусматривали и такой вариант. Кто же знал, что во время штурма его по всему поместью тонким слоем размажет.

– Это не его рука была, идиот! – сорвался на крик глава ИСО.

– Не понял, Ваше сиятельство? Вы же мне лично подтвердили, что рука принадлежала Турчанинову, генетическую экспертизу сделали и…

– Привезённая тобой рука проверялась на гены Турчаниновых, и они там были. Но сегодня сделали повторную проверку, которая показала, что там, – мать её, – не было генов Стариковых. А это означает, что эта долбанная рука не принадлежала члену этой долбанной семейки! – снова заорал Сутормин, – Это был их неучтённый родственник из побочной ветви! Видать Хасан, сука поганая, перед смертью успел бастарда нагулять!

Варяг молча ждал, когда граф выговорится и остынет. Не так чтобы его и тронули неожиданные новости, но он привык выполнять прямые приказы, а не разгадывать намёки, которыми иногда увлекался Сутормин.

– Ваше сиятельство, а откуда вы получили сведения о кольце?

– От верблюда, солнышко, – голос графа внезапно приобрёл подозрительно ласковый тон, а Варяг прекрасно знал, что за этим последует вспышка гнева, – Красницкого грохнули прямо в его доме! Вместе со всеми его людьми! В живых остались только наши люди, которых я ему выделил для охраны! Мне продолжать?!

– Успокойтесь, Ваше сиятельство, – поморщился Варяг, отстранив смартфон от уха, – Сколько длилось нападение на дом?

– Да откуда я знаю?! – проорал граф в трубку, – Тревоги не было! Записей нет! А на теле Красницкого этот ушлёпок выжег свой герб! Вот откуда у меня сведения! Ты представляешь, что будет, если всплывёт наша причастность к убийству Турчаниновых? Никого не будет волновать, что мы уничтожили семью предателей, которые собирались в предстоящей войне работать на врага! Скажут, что мы уничтожили стратегически важный род! А у меня пока веских доказательств измены князя Андрея нет, всё обвинение держится на том злополучном письме, которое Хасан отправил Осман-Паше!

– Команду на возвращение уже дал, через три часа прибудем в расположение.