Не ходите, дети, в Австралию гулять

Если с животными все более-менее понятно, то люди, прибывавшие вместе с ними в основном из Центральной Азии, на протяжении десятилетий оставались безвестным, безымянным приложением к верблюдам. Обычно их нанимали из народов, населяющих современные территории Афганистана, Пакистана и Индии.

Пуштуны, белуджи и синдхи приезжали в Австралию с верблюдами десятками, а ближе к концу века — сотнями. С погонщиками заключался трехлетний контракт, но они не получали никакого миграционного статуса в Новом Свете и после выполнения своих обязательств выдворялись обратно. Фактически, они ничем не отличались от животных, за которыми ухаживали, — были частью сделки.

А одногорбые верблюды дромедары, которые когда-то помогали нести цивилизацию в аутбэк, одичали и бродят по пустыне. Более чем миллионная популяция диких дромедаров Австралии — единственная в мире. Силуэты этих животных на фоне голубого австралийского неба — последнее напоминание о давно ушедшей эпохе освоения пустошей.

Сейчас Австралию населяют больше 1,2 млн верблюдов. Их завезли в страну в 1840 году, и в основном они проживают в центральной, пустынной части Австралии. Отстрел верблюдов с целью контроля популяции уже проводился с 2009 по 2013 годы, тогда были убиты 160 тысяч животных.8 янв. 2020 г.

Но верблюдов в моем распоряжении сейчас не было. И потому поиск воды для меня стало критическим условием выживания. И конечно скорость передвижения по пустыне. Бушмены по пустыне передвигаются бегом и уйти от них невозможно. Но вот встревать в бой на территории, где этих бушменов много неправильно, надо отойти как можно ближе к местам, где могут быть белые колонисты. Как я рассказывал ранее, встретить караван верблюдов в Австралии очень сложно, но мне повезло, и я вылетел на десяток этих кораблей пустыни и первое, что произнес — Аллах Акбар и меня приняли как своего. Это были погонщики каравана, который перевозил в первый раз припасы в тюрьму строгого режима и теперь возвращался обратно. Для меня это было спасение — вода и прочее имелось, и я мог утолить жажду. Караван потерял направление и шел в пустыню и мое появление спасло караван от смерти в песках и теперь караван приняв меня в свои объятия отправился по правильному курсу. И мы попали к первому источнику на нашем пути и животные были спасены. Теперь надо было отбиться от тех аборигенов, которые шли по моим следам. Найти следы каравана не представляло труда даже для слепого бушмена, и любой следопыт находил наши следы безо всякого труда. Атака на нас произошла на первом же привале. Но для этих налетчиков-мстителей всё сложилось мрачно. Охрана каравана и погонщики верблюдов были вооружены и при первой же опасности они открыли огонь в тени, мелькающие в отсветах костров, и я добавил жару. Гранату аборигены не ожидали и потому сразу отказались от мысли захватить нас в плен и ушли. Наличие гранат у меня стало неприятным сюрпризом и для моих новых спутников. Граната вещь неожиданная и редкая и теперь они стали ко мне относиться с опаской. Но мне надо было дойти до «зеленки» и там я мог дальше двигаться и один. Дальше переход пошел скучно и спокойно. Источники воды оказались на своих местах, и аборигены не стали рисковать и нападать на большую группу колонистов, и мы спокойно дошли до края пустыни. Но дальше я пошел уже один, я был слишком непонятная и потому опасная личность и меня оставили одного и дальше караван пошёл своим путем я же двинулся в направлении Сиднея. И опять опасность была впереди. Я прочитал не все тетради вожака банды душителей. Слиплись три страницы, и я их пропустил. И это с моей стороны было опрометчивым поступком. Там оказалась запись о том, что надо найти двух белых, у которых много золотого песка. И официальные лица Сиднея решили, что эти двое — Том и я.

Глава 9

Мнение генерал-губернатора о том, что мы с Томом украли много золота, привело к немедленному аресту и помещению меня в тюрьму. Интересна формулировка причин моего ареста — украли в группе много золота, ни места хищения этого золота, ни потерпевших не было названо и соответственно сам размер хищения был сформулирован очень забавно — очень много золота. Меня закрыли на камеру и стали убеждать отдать украденное золото, я резонно попросил предоставить потерпевшего и что именно я у него украл — какое золото и сколько. Здесь у моих следователей случился конфуз — в Австралии нет приискового золотого песка, как и самородного золота и как мне украсть то, чего нет. Так мы и дискутировали со следователем на тему как украсть то, чего по мнению генерал-губернатора нет. Затем пришло время убеждений — отдай золото и тебе ничего не будет. Версия была забавная, но я решил пусть доказывают. Врем отведенное на процедуру ареста прошло данным — давно, обвинение должно было сформулировать свои претензии ещё две недели назад и теперь мои следователи попали в ловушку. Формула обвинения и причины моего ареста должны были оглашены в течении суток после задержания и теперь все сроки прошли и мои тюремщики занялись прямым обманом но я решил, что в конце концов золото останется у меня и очень скоро начнется золотая лихорадка в Голубых горах и я смогу очень легко легализовать свой золотой запас. В конце концов меня вышвырнули из камеры и пообещали мне трудности в жизни. Мне было очень интересно — какие именно трудности можно организовать человеку, у которого ничего нет и который прошел плен и смог вернуться из середины пустыни. Меня не возьмут на службу ну и так меня уволили из Стражи ещё раньше. Пустая болтовня — вот как я оценил угрозы.

Деньги у меня отобрали при задержании и не вернули, как и не вернули мне мои вещи. Вышел я за порог тюрьмы опять голым и босым и в кармане моего тряпья не было ни пенса. Всё надо было начинать сначала.

Из города меня вывели под конвоем и оставили в местном лесу на окраине. Мои «доброжелатели» явно хотели одного, что бы мною закусили местные хищники. Мое желание было совсем иным. Теперь надо было выжить в местном диком лесу и снова подняться.

День клонился к вечеру и солнце уходило за горизонт и вокруг быстро темнело. Готовить стоянку было не из чего и некогда. Потому я решил эту ночь провести на дереве. Как я уже раньше рассказывал — деревья здесь огромные, но, к сожалению, из этой древесины нечего полезного не получиться. Выбранное мною дерево было огромно и потому на высоте я легко устроил себе постель и спокойно уснул, мне уже было совсем не страшно после плена у аборигенов меня уже ничем нельзя было испугать. Ночь прошла на диво спокойно, и я спустился с дерева и отправился к реке умыться и попить воды.

На этой тропе к реке и определился чем я займусь. Охота на крокодилов — да, опасно, но ведь и прибыльно. По крайней мере эту область применения моих талантов, для меня запретить невозможно. Оставалось решить вопрос с оружием, чем я собирался убивать несчастных крокодилов. Кроме длинной и острой палки у меня нечего и не было. Но я видел, как такой примитивный предмет как длинная и острая палка становиться страшным орудием смерти в руках аборигенов. До реки я не дошел, и первая добыча нашла меня сама. Из кустарника, растущего вдоль тропы ведущей к реки вылез молоденький крокодил и решил, что я легкая добыча. Подозреваю это животное тоже хотело позавтракать и сочло меня вполне подходящим блюдом на завтрак. Ошибка этой молодой рептилии оказалась фатальной для неё самой. Всё-таки у меня в руках имелось оружие хоть и примитивное, но смертоносное. Удар моим импровизированным копьем в глаз и привел к смерти молодой и ещё глупой рептилии. Так у меня на руках оказалось метровое животное, и я вернулся к городу. Самостоятельно разделать я не мог крокодила. Причин было несколько, но основная не было у меня ножа. Добычу сдал на первом же квартале города — дешево, но тем не мене у меня появился и нож и наконец немного провианта. И я сразу ушел в лес.

Искать проблемы в городе мне не хотелось. Теперь я мог и разделать добычу при успешной охоте. Охотится я решил на этих самых крокодилов и от города далеко и стоимость добычи немаленькая. Возвращаться в город пока было рано слишком свежи были обиды у власть предержащих на меня. Охота на этих рептилий весьма опасна, но другого варианта у меня не было. Что из себя представляет гребнистый крокодил.

Гребнистый крокодил — самый широко распространённый из современных крокодилов. Чаще всего морские крокодилы встречаются на побережье северной Австралии, на островах Папуа-Новой Гвинеи и Индонезии. Ареал этого крокодила растянут от Шри-Ланка и восточной Индии вдоль по побережью юго-восточной Азии до центральных областей Вьетнама, где он, однако, сейчас встречается редко. Столь широкое распространение гребнистого крокодила, по-видимому, объясняется его способностью совершать дальние плавания в открытом море.

Название «гребнистый» этот крокодил получил за пару мощных гребней, идущих от глаз почти до передней трети морды. Морда гребнистого крокодила шире и выше, чем у большинства других крокодилов. Голова крупная, с тяжёлыми челюстями; у взрослых самцов челюсти заметно массивнее, чем у самок и самцов помоложе, а поверхность верхней челюсти с возрастом становится бугристой и морщинистой. На глазах имеется мигательная перепонка, позволяющая крокодилам смотреть под водой без риска повредить глаза.

Молодые крокодилы обычно бледно-желто-коричневого цвета с черными полосами и пятнами на теле и хвосте. Их окраска сохраняется в течение нескольких лет, постепенно становясь бледнее и менее красочной, с более расплывчатыми полосами. Окраска взрослых особей темнее, со светло-коричневыми или серыми участками, и в общем, зависит от окружающей среды. Низ без полос, жёлтый или белый, за исключением хвоста, который, как правило, серый с тёмными полосами.

Как и у других крокодилов, сердце гребнистого крокодила четырёхкамерное, что позволяет более эффективно насыщать кровь кислородом. Обычно гребнистый крокодил ныряет на 2–5 минут, но при необходимости может оставаться под водой до 30 минут, а при пониженной активности — до двух часов. Кожа крокодила снабжена специальными рецепторами, реагирующими на изменение давления воды и определяющие в ней химические соединения.

Челюсти гребнистого крокодила обладают внушительной силой, что позволяет удерживать ими крупных животных. Эта рептилия — потенциальный обладатель сильнейшего укуса в животном мире. Столь высокая сила укуса крокодилов обуславливается их уникальной анатомией. В черепе у них имеется очень много пространства для челюстных мышц, но при этом они настолько объемны, что все равно легко различаются снаружи как заметные выпуклости по бокам у основания черепа. Эти мышцы невероятно прочные, они почти такие же твердые на ощупь, как кость. Другой примечательной характеристикой является то, что большая часть челюстных мышц крокодилов создана только для мощного закрытия пасти, в то время как мышцы, служащие для разжатия челюстей, очень маленькие и слабые. Пасть крокодила может быть надежно закрыта несколькими слоями скотча. Гребнистый крокодил обычно имеет 64–68 конических зубов — 36–38 на верхней челюсти и 28–30 на нижней. Зубы у этих рептилий длинные, острые, толстые и прочные, идеально подходящие для прокалывания плоти и дробления костей.

Несмотря на то, что мозг у крокодилов значительно меньше, чем у млекопитающих (не более 0,05% от общей массы тела), он достаточно сложен по строению и гребнистые крокодилы способны учиться, проявлять достаточно сложное поведение, отслеживать пути миграции своей добычи.

Гребнистый крокодил — самый крупный современный вид крокодилов. Он является единственным представителем отряда, который регулярно достигает или превышает 5,2 м в длину. Гребнистый крокодил — один из крупнейших хищников на нашей планете; он превосходит по размерам любых наземных хищников, включая белого медведя. Как сообщается, одна только голова крупного самца гребнистого крокодила может весить свыше 200 кг. Любопытно, что если сравнивать размеры новорожденных крокодильчиков и крупных самцов, то гребнистые крокодилы имеют чуть ли не самые изменчивые размеры среди всех позвоночных на Земле. Длина только что вылупившихся крокодильчиков составляет около 25–30 см, при массе примерно в 70 г, а на второй год, молодые крокодилы вырастают до 1 м в длину и весят в среднем 2,5 кг.

Основное отличие в поведении гребнистого крокодила от других крокодилов — это его склонность жить в солёной воде. Он хорошо себя чувствует в солоноватых водах, поэтому часто встречается в прибрежных областях, устьях, эстуариях и лагунах и, как известно, способен на значительное расстояние удаляться от берега в поисках пищи или нового места жительства. Гребнистые крокодилы также периодически перемещаются вверх и вниз по речным системам, и как правило это делают самцы, не имеющие своей территории. Во время плавания лапы гребнистого крокодила прижаты к бокам и движение осуществляется главным образом за счет хвоста. Крейсерская скорость плаванья как правило составляет 3,2–4,8 км/ч, хотя в случае необходимости взрослый гребнистый крокодил способен развить скорость свыше 29 км/и. В то же время, короткие лапы гребнистых крокодилов плохо предназначены для длительного передвижения по суше, и поэтому гребнистые крокодилы избегают мелких, грязных водоемов, что могут стать для них смертельной ловушкой. На суше гребнистые крокодилы передвигаются ползком, редко когда, поднимая брюхо от земли, как это могут делать многие другие крокодилы, и развивают максимальную скорость до 10–11 км/ч. В мелкой воде, где крокодил может совмещать движения хвоста с движениями конечностей, его скорость и ловкость становятся воистину впечатляющими. Кроме того, крокодилы очень выносливы: крупные особи способны активно сопротивляться в течение более чем 1—2 часов, но полагаются в первую очередь на анаэробный метаболизм. За счет движений мощного хвоста и задних конечностей, гребнистый крокодил может с места почти полностью выпрыгнуть из воды.

Гребнистые крокодилы не такие социальные, как другие крокодилы, и считаются наиболее агрессивным и территориальным видом. Их ярко-выраженный половой диморфизм является результатом повышенной конкуренцией самцов за самок.

Самки обычно занимают сравнительно небольшую территорию в пресноводном водоеме, менее одного километра в диаметре, и связывают ее с любимым местом гнездования, после чего защищают от вторжения других самок. Самцы же обычно придерживаются куда более обширной территории, обязательно включающей в себя территорию нескольких самок. Они ревностно охраняют ее от других самцов, в случае необходимости вступая с ними в ожесточенные схватки, нередко заканчивающимися тяжёлыми травмами и даже гибелью одного из соперников. В территориальных конфликтах гребнистые крокодилы-самцы наносят друг другу мощные удары головой, порой с такой силой, что могут рассечь сопернику плоть и сломать кости. Территориальность и нетерпимость самцов к друг другу еще более возрастают во время сезона размножения, в то время как к самкам они, напротив, относятся очень терпимо, позволяя даже кормиться на своей добыче. Самцы, которые не способны отстоять свою территорию, вынуждены скрываться на территории других самцов, где они в итоге погибают в схватках, либо же их вытесняют в море, где они движутся вдоль побережья и поднимаются по устьям рек в поисках свободных пресноводных участков.

Охотится гребнистый крокодил, как правило, в сумерках. Используемые им методы охоты являются нечеткими и могут отличаться от таковых у других крокодилов. В отличие от, например, болотного или даже нильского крокодилов, гребнистые крокодилы, имея относительно небольшие и слабые конечности, как правило не охотятся на суше. Во время охоты на макак-резусов крокодилы были замечены при попытках сбить обезьян в воду при помощи ударов хвоста. Мелкую добычу крокодилы глотают целиком или несколькими большими кусками. Крупных наземных зверей гребнистый крокодил подстерегает у водопоя, погружённым в воду; и когда добыча оказывается поблизости, он нападает, хватает её и тащит в воду, где животному труднее сопротивляться. Настигнутую в воде крупную рыбу гребнистый крокодил, наоборот, по возможности тащит к берегу. Захваченное животное крокодил убивает при помощи «смертельного вращения» и мощных рывков головой, дезориентирующих жертву под водой и буквально разрывающих ее тело на куски. Сила гребнистого крокодила такова, что он способен раздробить челюстями череп взрослого буйвола. Когда жертва мертва, крокодил откручивает или отрывает от нее подходящие куски и глотает.

Новорожденные крокодильчики питаются небольшими рыбами, лягушками, насекомыми и другими мелкими водными беспозвоночными. Когда крокодилы достигают длины 1,2–1,4 м, мелкие беспозвоночные перестают играть важную роль в их питании, и основой рациона становится рыба, крупные беспозвоночные (моллюски и ракообразные) птицы, рептилии и мелкие млекопитающие. Среди ракообразных большие мангровые крабы наиболее часто употребляются подрастающими гребнистыми крокодилами, особенно в мангровых местообитаниях. Среди птиц добычей чаще всего становятся водные птицы, вроде уток, а среди рептилий — множество видов околоводных змей и ящериц. Иногда даже летающие птицы и летучие мыши могут быть схвачены крокодилами в прыжке над поверхностью воды. Среди млекопитающих молодые крокодилы чаще всего ловят грызунов и небольших копытных. Однако даже в этом возрасте они способны убивать животных по меньшей мере равных себе по размеру, например, домашних коз. Также они добывают макак-крабоедов, гиббонов, дикобразов, кенгуру, мангустов, шакалов, зайцев, выдр и прочих небольших животных.

Взрослые гребнистые крокодилы, даже матерые самцы, тоже не будут игнорировать мелких животных в случае, если выпадет выгодная возможность ими перекусить. Но в целом они недостаточно быстры для ловли мелкой добычи и поэтому куда в большей степени, чем молодые особи, зависимы от наличия в экосистеме крупных животных. Диета самок же по-прежнему остается достаточно разнообразной в силу их относительно небольшого размера. В рацион взрослых самцов гребнистых крокодилов в зависимости от конкретного места обитания входят олени, кабаны, тапиры, кенгуру, орангутаны, леопарды, динго, питоны, вараны, пресноводные черепахи, азиатские антилопы и даже быки. В Австралии во многих местах обитания гребнистых крокодилов крупный рогатый скот составляет весомую часть их рациона — некоторые крупные ранчо отдельно сообщают, что крокодилы съедают у них свыше 300 голов крупного рогатого скота каждый год, или же, по 1–2 коровы в день.

Взрослый самец гребнистого крокодила — это чрезвычайно мощный хищник, который в состоянии физически одолеть животное по крайней мере в три раза тяжелее себя. Взрослые буйволы и гауры, которые могут весить более тонны, условно рассматриваются как крупнейшие дикие или одичавшие сухопутные животные, что бывают убиты гребнистыми крокодилами в целях добычи пропитания. Для гребнистых крокодилов весьма обычен каннибализм, кроме того, они доминируют над любыми другими видами крокодилов, с которыми они могут встретиться в дикой природе, и по возможности даже поедают их.

Гребнистые крокодилы имеют тенденцию рассматривать людей как потенциальную добычу и поэтому недаром заслужили репутацию свирепых людоедов. Вследствие его силы, устрашающих размеров и скорости, выживание после прямого хищнического нападения взрослого самца гребнистого крокодила очень маловероятно. В отличие от американской политики сосуществования с аллигаторами, единственный эффективный метод защиты от атак крокодилов этого вида — избегать места их обитания, поскольку гребнистые крокодилы чрезвычайно агрессивны и практически не боятся человека.

Глава 10

Опять не угадал. После того как меня обвинили в хищении золота и довольно долго продержали на камере с требованиями вернуть «похищенное» золото я уже думал, что с детективными занятиями надо завязать. Но опять не угадал. Ритуальные убийства в окрестностях Сиднея привели в ужас жителей города и отсутствие результатов в розыске подвигло Генерал-губернатора на нетривиальное решение. Было принято решение вернуть меня в систему и использовать в розыске лиц, совершивших уже пять убийств.

Я мирно охотился на крокодилов на краю местного болота и выслеживал очередную жертву — привязал несчастного козлика у края болота и ждал в засаде ту рептилию, которая решит полакомиться молодой козлятиной. Но мне поломали весь процесс. Сначала на край болота выперлась группа всадников и картинно остановилась у края болота и стала озирать окрестности, и я не успел предупредить этих недоумков, что место то очень опасное. Положа руку на сердце, я не то, что бы не успел предупредить, я совсем не стал спешить с предупреждениями. Среди этой конной группы я наблюдал своих недоброжелателей по Конной Страже и потому не стал вмешиваться в неизбежный ход событий. Крокодилы склонны к нападению на крупных животных — такая у них сущность, поймать большое животное и скушать и насытится или отлавливать всякую мелочь и пока ещё набьёшь себе живот, так что для крокодилов выбор был очевиден — крупное животное лошадь и ещё человек в качестве особого блюда. Когда конная группа выехала к краю болота то все местные крокодилы отправились к ним на обед. С десяток крупных рептилий гребли к этой группе, а эти недоумки даже и не думали о то, что семи-десяти метровые крокодилы могут в два — три приема сожрать и лошадь и всадника. Картина была красивой из-под болотной растительности одновременно вырвались длинные бревнообразные тела крокодилов и с огромной скоростью рванули в атаку на всадников. Лошади первые сообразили и рванули прочь от берега, и только те особо упрямые всадники что пытались остановить своих коней попали в пасти голодных рептилий. Те, кто не мешал своим более умным животным те уцелели. Крокодилы не стали бегать по берегу и отлавливать остальных, им хватило и тех пятерых всадников которых они схватили своими зубами сразу и потому они утащили вглубь болота свою добычу и скрылись в топях. Оставшиеся в живых отскакали в сторону и остановившись как им казалось в безопасном отдалении от топей стали совещаться. О том, что они выбрали совсем не самое безопасное место они опять не подумали. Рядом с этим совещанием имелось русло речки и именно там у крокодилов было место кладки яиц. Кладку охраняла самка рептилия весьма нервная и размерами немаленькими. И когда у её кладки остановились несколько всадников то она решила, что стоит и пообедать, и заодно навести шороху этим неразумным созданиям на четвероногих животных. Я сам ошалел, когда из песка показалось это чудовище и потому не стал в очередной раз наблюдать сцены охоты крокодила на человека и так как я находился рядом с местом трагедии, которая вот вот снова разыграется и прицелившись в место за головой рептилии выстрелил из своего охотничьего мушкета но рептилия просто махнула головой и повернула свою пасть в мою сторону. Вот в эту пасть я и метнул свою гранату, и голова рептилии превратилась в сноп кровавых брызг и тело самки крокодила сотрясла несколько толчков и это огромное тело затихло. Всадники заторможено наблюдали за происходящим ужасом вокруг и ждали окончания этой драмы. Поднявшись с места лежки, я отправился разделывать тушку крокодила. Работы было много всё-таки двадцать метров длины от хвоста до места, где была голова и вес под пару тонн точно я взвесить не смог. Работы предстояло много, но пришлось бросить свою добычу и отправляться с посыльными от губернатора колонии в Сидней. Посыльные не желали ждать и находиться с краем моего охотничьего участка, они просто скинулись и выкупили у меня мою добычу не разделанной и просто бросили на месте, и я отправился к губернатору узнать какая нужда в моих услугах появилась в этом городе.

Переход от места охоты к городу был обычным переходом и нечего интересного не случилось. Места были уже знакомые и, хотя многие хищные звери пока не поняли, что теперь человек самое опасное животное и надо избегать тех мест, которые человек считает своими, но мы добрались до города без происшествий. Губернатор принял меня сразу и с ходу предложил провести расследование и разыскать тех, кто убивает и жарит на костре людей и затем от тел остаются одни кости, обглоданные неведомыми злодеями. Город уже был на осадном положении и хотя губернатор официально об этом не объявлял но горожане жили в режиме осады. Двери в домах были на запорах и по улицам с наступлением сумерек никто не передвигался, но всё новые исчезновения людей и затем обнаружение нового кострища с обглоданными костями жертв регулярно подтверждали горожанам, что таинственные каннибалы никуда не делись. Паника только усиливалась и уже перед многими жителями города в полный рост вставала проблема — стоит ли оставаться в этой колонии или лучше покинуть этот город и перебраться в другое место. Цены на дома падали и падали, но покупателей не было и уезжавшие были готовы отдать свою недвижимость по любой цене. Общее мнение горожан было таким — аборигены создали невидимок, и те самые невидимки могут проходить сквозь стены и никакие запоры не останавливают эти тени и с каждой съеденной жертвой эти невидимые тени становятся всё сильнее и безжалостнее.

Губернатор предложил мне найти эти тени и уничтожить. Награда — возвращение в Стражу и снова должность детектива, но теперь не просто детектива — невиданный аттракцион щедрости — должность инспектора-детектива. Пока же эта должность для меня будет временной, но оплата будет двойной до завершения розыска и затем уже и должность постоянная и оплата тоже постоянная. Предложение было щедрое и я это предложение принял.

Охота на бесплотные тени началась. Сразу же я отправился осмотреть последнее по времени обнаружения кострище. Прямо на окраине города эти тени разложили огромный костер и в каменном очаге пожарили двух человек мужчину и женщину. Да именно пожарили как раньше жарили целой тушей быков и свиней. Затем тела сожрали и затем каннибалы ушли в сторону леса, но так как они уже не особо прятали свои следы, но я смог проследить и весь путь отхода преступников. И следы приводили к городу. Нет они прятали свои следы и даже приготовили ловушки для погони. Но уверенность в своей безнаказанности сыграла на моей стороне. Следы уходили в лес и затем круто поворачивали к городу и исчезали на городской окраине. Так сразу я исключил из числа подозреваемых — бесплотные тени бушменов и остановился на более практичной версии — убивают люди и цель у этих преступников совсем не мясо жертв, цель у этих нелюдей совсем даже финансовая, цель нажива — страх, который выгоняет владельцев домов из Сиднея и заставляет за бесценок отдавать свои дома. Но теперь передо мной стояла задача — не рассказать губернатору, что совсем не потустороннее зло совершает убийства, надо было добыть доказательства, что убийства совершают люди из плоти и крови и цель этих преступников совсем не плоть и страх жителей Сиднея, цель в имуществе жителей Сиднея, присвоение этого имущества и есть конечная цель всего этого ужаса.

Но понять конечную цель происходящих событий этого мало. Теперь надо взять каннибалов и доказать их вину. А так как цель у этих каннибалов нажива, то и сделать это будет совсем не просто. Тем более напарника у меня не было и прикрыть мою спину было совсем некому. Тома я сам похоронил в пустыне и теперь я был совсем один в этом городе. Доверия не вызывал ни один стражник. После того как из Стражи изгнали тех, кто начинал деятельность Стражи и наполнили Стражу людьми из числа тех, кто приехал в колонию уже на готовое «оборотнем» мог быть любой стражник. Ведь нажива и корысть — это питательная среда для коррупции. Хоть о коррупции пока никто не может даже определить это явлении. С коррупцией и в более поздние, мои прошлые времена было очень сложно совладать. Мне и в будущем времени не было известно о таких местах, где победили бы это явление — коррупцию.

Начинать надо было с классического — кому выгодно. За ужасом содеянного каннибалами было скрыто самое главное — кто выгодоприобретатель от паники в городе и кто скупает по бросовым ценам дома и земельные участки. При этом нельзя было показать противнику — свой интерес к области купли-продажи земельных участков и домов. Как не показать интерес к этой области и тем не менее узнать то, что меня интересует. Я выбрал самый простой и незамысловатый способ — поиск недвижимости для покупки. Попросту говоря, я стал искать дом для покупки. Для прикрытия я искал дом на продажу, все видели у меня нет дома, и я ищу подходящий вариант, но при этом главный интерес был совсем в другом — я искал тех, кто контролирует рынок.

Обходя город и разговаривая с продавцами домов и земельных участков, я исподволь искал того, кто контролирует весь рынок. Для этого человека или группы лиц я был конкурентом. Я вызывал огонь на себя и мог только надеяться, что я смогу отбиться от тех, кто придёт меня убивать, чтобы убрать конкурента, того кто мешает схеме захвата города. Врагом мог быть любой человек, вот с союзниками мне было легко, у меня не было, у меня не было союзников в городе. Совсем не было. В городе были потенциальные жертвы и хищники. Потенциальные жертвы были запуганы и желали только избежать участи быть съеденными, и хищники, которые искали способ убить меня и продолжить свои действия по захвату недвижимости. Надежда у меня была только на два револьвера и четыре гранаты в сумке, которая у меня висела на ремне через плечо. Готовить еду надо было тоже самому, так как в любом из пабов или харчевен могли легко и безмятежно травануть ядом и вопрос с моим устранением решался сразу и кардинально. Надо было просчитывать каждый шаг и прежде, чем куда-то зайти надо было продумать ситуацию и оценить варианты выхода из этого дома. Так и с людьми — любой мог выстрелить в спину или оказаться информатором этой шайки. Скупка недвижимости и содержание шайки, которая убивает людей и занимается каннибализмом это дело затратное. И затраты на содержание банды и затраты на приобретение недвижимости — это огромные деньги. Такие большие деньги имеются не у всех колонистов. На такие траты может пойти несколько крупных владельцев земельных участков. Искать среди этих людей — высокоморальных представителей человечества, пустое занятие, капитал пойдет на любое преступление при возможности получения прибыли. Это ещё классики сказали. Хотя и Маркс, и Энгельс сейчас ещё очень молодые люди. Но ситуацию это не меняет — по факту капитал пойдет на любое преступление для извлечения прибыли. Здесь и сейчас — один из крупных игроков на рынке земельных участков и недвижимости создал банду для силового решения вопросов и кошмарит город и владельцев домов убийствами и каннибализмом. Затем пользуясь страхом скупает за бесценок дома и земельные участки и никакие тени здесь ни при чем. Только прибыль. Сверхприбыль. Искать кто конкретно руководит этим процессом путь слишком долгий по времени. Пока буду перебирать персоналии и готовить оперативные комбинации убьют ещё много народу. Что мне остается. Мне остается только один вариант. Создание у преступников впечатления, что я знаю кто виноват и вот вот сообщу губернатору эту информацию. Я просто провоцирую банду и жду, когда меня придут убивать. И мне остается только одно- убить тех, кто придет меня убивать и захватить одного из бандитов живым и узнать у того, кто стоит над всем этим страхом. Вот этим я сейчас и занимаюсь. Сделки заверяет нотариус и нотариусов в Сиднее только три человека. Два уже покинули город и остался только один нотариус и все сделки идут через его контору. Нотариус такой отчаянный человек и не боится теней. Скорее он знает, что его не тронут. Нотариус в теме, но прихватить его невозможно, он честно заверят все сделки и сам лично никого не убивает и каннибализмом не занимается. Потому я его и посетил, я гружу его информацией — один из крупных игроков земельного рынка, создал банду и кошмарит город и его жителей. И вот теперь завтра я получу последние крохи информации и пойду к губернатору и тогда всё станет на свои места, и я получу свою награду. А так как я стану инспектором детективом и буду важным человеком, то нотариусу есть смысл со мной дружить и взять с меня меньше денег за заверение сделки купли-продажи дома. Дом я уже нашел. Дом брошенный. Владельцы это и есть последние по времени жертвы каннибалов. Дом хороший, два этажа. Сам дом сложен из кирпича на прекрасном каменном фундаменте. Этот дом мною выбран из следующих соображений — когда меня придут убивать, не если придут убивать, именно когда придут убивать то не смогут этот дом поджечь, он из камня. На крышу тоже не так просто подняться, в доме два этажа. И только два входа и обе двери довольно крепкие. А самое главное коридор к этим дверям только один и он этот коридор я могу простреливать, укрывшись в комнате. Я убалтываю нотариуса на должностное преступление — заверить договор купли-продажи задним числом. Мол кто теперь сможет проверить, владелец мертв, и я вот живой и будущий важный чиновник и потому стоит пойти мне на встречу и подмахнуть договор купли-продажи. Для нотариуса никакой опасности, я же буду благодарен. И моя благодарность будет безграничной, в разумных пределах. Здесь у меня простой расчет- если нотариус согласиться, то подтвердит мои подозрения в его продажности. И вторая цель этой беседы слить место моего ночлега. Я буду его ждать вечером на ужин в том самом доме, который и фигурирует в этом договоре купли — продажи. Наконец нотариус соглашается, но ставит условие — договор купли-продажи дома он мне оформит вечером в доме куда я его приглашаю на ужин. Бинго. Вечером тени придут меня убивать. Возможно, что именно нотариус и есть руководитель банды теней. Хоть он и не выглядит брутальным разбойником. Так серая моль. Но именно такие серые моли и в большинстве случаев и являются руководителями преступных групп. Так если подумать, то его роль сейчас ключевая. Он может заверить любую сделку, и никто не сможет её эту сделку оспорить. Живых то не остаётся. Ладно пока до вечера.

Отправляюсь к месту событий. Дом имеет два этажа. По первому этажу четыре окна и на втором этаже четыре окна. Я не смогу контролировать все восемь окон и крышу и две двери. Что делать. Просто заблокировать второй этаж и один из входов в дом. Оставить один вход и комнату первого этажа. Первый этаж — это одна комната, в которой четыре окна. Полезут тени через второй этаж, но выход на первый этаж я заблокировал наглухо. Для проникновения в дом остаются окна первого этажа и входная дверь. Вот эти входы я блокирую и полностью контролирую. Все жертвы не сопротивлялись и впускали в дом свою смерть сами. Кто мог приходить к жертвам вечером и кому могли открыть дверь. Это мог быть нотариус, пришедший поговорить и обсудить условия договора купли-продажи дома или земельного участка. Нотариус вне подозрений и имел возможность проникнуть в дом. Да, версия имеет слабые места, но версия рабочая и пока единственная, отвечающая всем условиям. И кстати зачем нотариус интересовался что я предпочитаю из спиртного. Сколько у меня на памяти преступлений в которых преступник использовал яд или снотворное, чтобы жертва не оказала сопротивления. Много у меня в памяти таких преступлений. Значит и в этом случае преступник может использовать яд или снотворное. План у меня был такой. Вечером в дом приходит нотариус и мы оговорим условия купли-продажи дома и условия нашего дальнейшего сотрудничества. Скорее всего снотворное или яд будет в спиртном. Вот на этом мы и проверим нотариуса, зальем ему в глотку это спиртное и посмотрим, что будет дальше. Дальше будет штурм дома бандой теней и вся надежда на револьверы и гранаты. Язык у меня уже будет — нотариус то уже в доме будет связанный лежать. И вообще война план покажет…

Глава 11

Мы много слышали о кроликах и о том, сколько вреда они принесли на землю Австралии. Но есть и более экзотические враги — это страусы Эму. Эти птицы всегда обитали в Австралии, но оказались врагами человека.

Самая известная история — это история о войне с эму. Это были не побоюсь этого слова военные действия по истреблению эму и происходила эта война в ноябре — декабре 1932 года и вели эту войну вооруженные силы Австралии. Из-за чего началась эта война — жалобы фермеров на атаки страусов посевов пшеницы. Что могут сделать птицы, хоть и страусы, наверное, немного, но вот страусы собрались в армию количеством до ста тысяч голов и вот это перестало быть мелочью. Атаки эму посевов пшеницы приводили к уничтожению огромного количества посевов. И тогда правительство бросили на страусов армейские подразделения.

Итак, как все начиналось. После окончания войны ещё той Первой мировой на землю Австралии приехали очередные переселенцы — ветераны войны и получив земельные наделы основав фермы приступили к выращиванию пшеницы. И, как всегда, после войны начались экономические трудности и правительство перешло к обещаниям — субсидии на расширение посевных площадей.

Мало было экономического кризиса в регион пришли около ста тысяч эму. Страусы регулярно перемещаются после сезона размножения и направляются из внутренних районов Австралии к побережью. И вот в приятном расслабленном после секса настроения эта огромная толпа страусов наткнулась на поля и каналы с водой на своем привычном пути на морской курорт. Как оно и бывает после романтических упражнений страусы решили перекусить, благо пшеницы было много. Заборы. Да, заборы имели место быть, но остановить птиц эти заборы не смогли. Окончательно доедали пшеницу — милые кролики, но этих кроликов было не просто много, их было очень много. Это если использовать цензурные выражения.

Пострадавшие от этого беспредельного налета фермеры поехали в столицу и донесли свои чувства, в том числе и членам правительства и правительство решило — пусть говорят пулеметы и прикрылось от возмущения и гнева фермеров министром обороны Джорджем Пирсом. Тот как человек военный хоть и политик выделил и армейские подразделения и пулеметы и даже патроны к пулеметам, но вот кормить военных должны были фермеры. Заодно с военными поехали и журналисты, и даже киношники. Что тем там понадобилось. Кадры тотального уничтожения страусов, как видимое проявление мести человека злым силам природы. «Гринпис» пока отсутствовал в природе.

В поход отправился майор Мередит из седьмой тяжелой батареи Королевских Австралийских сил артиллерии в его подчинении было десяток солдат и два пулемета Льюиса, и 10000 патронов. Но в октябре полили дожди или сработала разведка страусов и боевые действия не начались. Дожди кончились только к ноябрю и вот 02 ноября 1932 года первый бой и как писали злобные и язвительные газетчики — целью армии было добыть сотни шкур страусов — для изготовления шляп для кавалеристов австралийской легкой кавалерии.

И вот 02 ноября армия прибыла в Кэмпион, по данным разведки там было всего 50 эму. Началась военная фаза операции. Страусы применили военную хитрость, разделились на мелкие группы и отступили. Огонь из пулеметов был эффективен, но страусы смогли вынести убитых и раненных товарищей. Потери страусов были установлены со слов самих стрелков из пулемета. Объективно трупов не было обнаружено.

04 ноября новая атака страусов теперь их было более 1000 особей. Страусов подпустили поближе и открыли огонь в упор. Но то ли кинжальный пулеметный огонь был не столь кинжальный как описывалось в военном донесении то ли страусы были более убедительными, но в боевом донесении указывается только двенадцать убитых особей. И затем якобы испортился пулемет Льюиса и перестал стрелять. История странная — ведь пулемет Льюиса один из самых надежных ручных пулеметов и стоял на вооружении многих армий и во вторую мировую войну. Ну тем не менее продолжим. Страусы успешно ускользали от прямого боестолкновения, Мередит не мог принудить страусов к генеральному сражению и решил использовать машины для преследования эму. Лучше бы продолжил боевые действия традиционно — пешим порядком. Страусы едва не захватили грузовик и только чудо смогло помочь спастись солдатам.

Все эти перипетии активно освещались в прессе и вызвали много шума. Бессилие австралийской армии в войне с эму спровоцировали разбирательство в парламенте. Доклад майора Мередита вызвал шквал критики в прессе, но группа Мередита хотя бы не понесла потерь в боях со страусами. Страусы понесли потери от пятидесяти до пятисот голов, но объективно можно сказать только то, что количество добытых страусиных шкур исчислялось одной цифрой — ноль.

После обсуждения в Палате представителей и негативной оценки итогов военной операции, военное ведомство отозвало и солдат, и пулеметы. В своем интервью прессе майор Мередит сказал — эму, как и зулусы такие же стойкие и поразительно маневренные. Даже тяжелое ранение не останавливает страусов.

Майор Мередит, командир отряда, восхищаясь скоростью (до 50 км/ч) и маневренностью эму, заявил прессе: «Если бы мы (австралийцы) имели дивизию таких птиц, способных носить оружие, их можно было бы поставить против любой армии в мире. Они противостоят пулеметам с неуязвимостью танков. Они как зулусы…»

У птиц, кроме интереса выжить, также были давние обиды на своих оппонентов. Австралийские солдаты носили традиционную широкополую шляпу, которая украшалась плюмажом из перьев эму.

Эму праздновали победу и продолжали атаковать пшеничные поля. Теперь началась жара и засуха, и страусы, победившие в честном бою, собирали свои трофеи и спокойно паслись на пшеничных полях.

Премьер — министр потребовал возобновления боевых действий.

Министр обороны отправил снова майора Мередита как опытного пулеметчика и ветерана боевых действий со страусами. Теперь задача стояла вести боевые действия до победы или пока есть боеприпасы.

Битва началась и длилась до 10 декабря. В своем докладе майор Мередит утверждал, что убито 986 страусов и потрачено на это 9860 очередей. Кроме того, 2500 птиц умерло от ранений.

Войну с эму можно охарактеризовать — мечты пулеметчиков о сосредоточенном огне по скоплениям противника рассеялись. Командование эму начало применять партизанскую тактику, их большая армия распалась на бесчисленное количество мелких единиц, что сделало использование военной техники и пулеметов нецелесообразным. Упавшие духом солдаты-австралийцы отступили с поля боя через месяц.

Даже пулеметы не помогли в войне с птицами.

Это небольшой пример австралийской природы и как прикажете бороться с более хищными представителями этой самой природы. Крокодилы и змеи. Ещё ведь были и кролики, и ядовитые жабы. Не упоминаю пауков и прочие насекомые. Жизнь в Австралии опасна и это совсем не шутки.

Возвращаясь к страусам. Наше ночное сражение было прервано нашествием страусов. Город заполонили бесчисленные орды захватчиков. У страусов не было огнестрельного оружия, но от этого легче не было. У горожан не было столько зарядов, чтобы перестрелять этих захватчиков. Каждый дом был практически блокирован и люди сидели в осаде. Казалось бы что такое страус — мозг меньше глаз, но при этом — венец природы человек бессилен против этих тысяч птиц. Страусы выламывали двери в сараи и добывали зерно. Огороды были уничтожены первыми. Попытки стрелять в страусов приводили только к тому, что на звук выстрелов прибегали новые тысячи эму и схватка заканчивалась отступлением человека. Бойня шла безо всякого успеха для людей. Страусы своими сильными ногами убивали людей и ломали заборы и препятствия. Только каменные сооружения устояли. Но без продуктов и воды теперь страдали люди и в городе началась паника. Сектанты праздновали конец света и открыто отказались подчиняться властям. На фоне этакого апокалипса отошли на второй план и деятельность черных риэлтеров и даже сбор налогов. Никто не знал, что делать с птицами. Это был конец света.

Я сидел в доме и завалив оба входа был пока в безопасности. Птицы концентрировались в той части города, где были водоемы и можно было добыть пропитание. Там они весь день бродили в поисках пропитания и добычи и только на ночь рассеивались по всему городу на ночлег.

На второй день я отправился на разведку. На вооружении имелись и гранаты, и сабля и на всякий случай алебарда. Вот применение этой самой алебарды и подсказало выход из сложившегося тупика. Вновь оказалось востребовано оружие, казалось бы, ушедшее в историю. Длинные пики и алебарды. Алебарду я прихватил на разведку просто на всякий случай. Страусы выскочили на меня внезапно и сразу же кинулись ко мне. Я их встретил ударом алебарды и вскочив на какую-то бочку стал отражать атаки. Мне удалось удержать атакующих на расстоянии, на котором страусы не могли меня ударить своими ногами и после того, как я успешно зарубил троих атакующих птиц остальные отошли и бросили меня. Так мне удалось пробиться к соседям. В соседнем доме оказалась большая семья из десяти человек. Глава семьи и его сыновья согласились помочь мне и изготовили несколько трехметровых пик, и мы пошли освобождать от осады следующий дом. Так в течении дня нам удалось отбить два десятка домов и теперь наш отряд состоял из тридцати человек — на вооружении у нас были пики и алебарды. Мы применили старую тактику борьбы с кавалерией. Построившись в каре и выставив пики во все стороны, мы пошли к резиденции главы колонии. Страусы несколько раз пытались на нас напасть. Но теперь, когда мне удалось победить панику, пропал тот первобытный ужас, наделяющий этих птиц разумом и кровожадностью. Это были просто птицы хоть и в огромном количестве. Не было у страусов ни зачатков разума ничего одни рефлексы. Люди воспряли духом и к нам присоединялись всё новые добровольцы. К резиденции губернатора уже вышло сотня ополченцев. Каждое новое столкновение со страусами поднимали боевой дух добровольцев. Они наглядно и убедительно получали представление о том, что это просто страусы и никакого демонического воплощения они не имеют. Ярость и злость на свою трусость и растерянность переполняли людей и если в первой схватке с птицами добровольцы были белыми от переживаний, то теперь страусы получали таких люлей, что иногда птиц было жалко. Наконец мы прорвались в резиденцию под прикрытие каменных стен и тут же я приказал развести костер и запечь на костре несколько тушек страусов. Охрана резиденции довольно долго наблюдала из дома за нашими действиями. Страусам не понравился аромат жареных эму, и они окружили резиденцию, но не пытались нас атаковать. Жареное мясо страусов не показалось мне особо изысканным, но с голодухи пошло на ура. Какие-то особо упертые эму, сломав ворота ринулись к нам, но вот у нас был и огонь, и пики. Крики добровольцев — насаживай птичек на пики и жарь на огне. Во двор забежали около сотни особей и ни одна не смогла покинуть двор резиденции. Эти жалостливые крики птиц, которые привели в священный ужас горожан, которые уже считали, что наступил конец света, опять привели в ярость ополченцев и мы выскочили за стену и напали на эму. Эму убежали. Несмотря на то, что мозг страуса не больше его глаз, но то, что их будут сейчас убивать они смогли понять и отошли в городские кварталы. Теперь началось что-то языческое — добровольцы развели огромный костер и стали скидывать тушки убитых птиц на дрова, горящие в огромном костре. Запахи паленого и горелого мяса эму стали окутывать городские кварталы. Наступал вечер, но пламя новых костров не давало тьме накрыть площадь перед резиденцией. Из дома в кольце охраны вышел и сам губернатор. Ему подали страусиную ногу, зажаренную в костре. Он не стал отказываться от угощения и присоединился к нам. Подробности нашего похода он немедленно воплотил в жизнь. На складах в арсенале хранились допотопные доспехи и пики, имелись и шлемы, и алебарды. Наши самодельные орудия были приняты на хранение, и добровольцы получили уже оружие, изготовленное специально для боя. Усталости никто не чувствовал и утром на истребление эму отправились уже экипированные по всем правилам отряды добровольцев. Британцы опять вспомнили, что пика — это оружие благородных людей и нет ничего зазорного в использовании в бою пики и алебарды. И теперь на улицах города запылали костры. Отряд ополченцев выходил на перекресток улиц и складывал из бревен огромный костер и затем начиналась бойня — загонщики гнали страусов к нам к костру и здесь уже эти птицы прощались с белым светом и убитые летели в огонь. Запах сожженной плоти эму накрыли город. Запах это сказано слабо — стоял смрад сгоревших перьев и плоти. Страусы стали покидать город и уходить в сторону леса. Только уйти удалось не всем. Горожане мстили за свой страх и наводили ужас на птичек. И долгое время после — любой страус, замеченный в округе, становился целью охоты и все, кто его видел гнал эту птицу до тех пор, пока не загонял и не убивал страуса. Десятилетия после этих событий старожилы травили байки о страусах — убийцах.

Одним из пострадавших от нашествия страусов оказался любитель чужого имущества местный нотариус. Страусы, уходя из города сплошным потоком затоптали и самого черного риелтора и его охрану. Документы на приобретенную недвижимость были превращены в прах тысячами особей, которые в ужасе покидали город, который превратился в ловушку для эму. Имеется ли разум у страусов и могут ли они действовать осознано. Я думаю нет. Но вот у многих австралийцев совсем другое мнение. Например у майора Мередита который с ними воевал в 1932 году и потом после второй мировой войны. Вот у него совсем другое мнение. Он сравнивал страусов с зулусами. Зулусам вроде бы в наличии разума не отказывали.В своем интервью прессе майор Мередит сказал — эму, как и зулусы такие же стойкие и поразительно маневренные. Даже тяжелое ранение не останавливает страусов.

Майор Мередит, командир отряда, восхищаясь скоростью (до 50 км/ч) и маневренностью эму, заявил прессе: «Если бы мы (австралийцы) имели дивизию таких птиц, способных носить оружие, их можно было бы поставить против любой армии в мире. Они противостоят пулеметам с неуязвимостью танков. Они как зулусы…» Но здесь опять-таки сколько людей и столько мнений.

Я же без особого торжества и шумихи стал интендантом речной стражи. Мнение Совета губернатор просто и без затей похерил и принял решение о моем назначении в речную стражу. Речная стража аналог речной полиции — все преступления и происшествия на реке и в пойме были под юрисдикцией Речной Стражи. Для бывшего каторжника карьера немыслимая. Вот так и не скажешь, что страусы эму бесполезные птицы, мне они дали возможность получить должность интенданта.

Служба нервная и хлопотная. Трупы в реке появляются постоянно, и контрабандисты тоже не дают передыха. Но между профессией свободного частного охотника и профессией полицейского я с удовольствием выбрал профессию полицейского. И в далеком будущем я охранял закон и порядок или в прошлом для меня. Но в любом случае дальше история пойдет о том, как оно в Австралии с преступлениями и раскрытием этих самых преступлений. В любом случае теперь у меня появляются шансы покинуть эту часть британских колоний и вернуться в Европейскую часть Земли.

Глава 12

Такого поворота судьбы я не ожидал, но отказываться от должности не стал. Речная стража — это на самом деле больше охотники за крокодилами, чем охрана правопорядка. В моем распоряжении два десятка человек и все они приехали сюда по собственной воле с надеждой разбогатеть и стать фермерами и работать на своей земле, но не сложилось. Причины разные, но итог один. Теперь эти люди будут под моим командованием присматривать за порядком на реке и уничтожать крокодилов, которые пока чувствуют себя хозяевами на реке.

Но начинать пришлось с раскрытия преступления. У реки жила обычная семья переселенцев. Муж с женой и пятеро детей разного возраста. В один из не самых прекрасных дней соседка, пришедшая поболтать с хозяйкой дома наткнулась на трупы. Люди умерли в страшных мучениях и тела были покрыты язвами и волдырями. Погибшие явно испытывали страшные мучения, но причины мучений были совсем непонятны. Судмедэксперт отсутствовал как класс и вскрытий не делали. Первое мое дело в должности интенданта — вот такая таинственная смерть и некому поручить детективов у меня в страже нет. Вакансии есть но людей для исполнения этих самых обязанностей детектива нет.

Доклад о произошедшем мне делал один из стражников сорокалетний мужчина из числа недавно прибывших на континент. Мужик совсем плохо себя чувствовал — его доклад прерывался диким кашлем и сам выглядел очень плохо. Плохо ему было и первое впечатление немедленно подтвердилось — стражник свалился и скончался в судорогах. Когда расстегнули ворот рубахи и обнажили грудь умершего то увидели, что тело покрыто язвами от ожога. Дело становилось все более запутанным. Соседка, которая нашла тела погибла тоже и теперь дом с телами умерших стал запретной территорией. Опять пошли слухи о проклятии колонии и опять появились те, кто готов купить дома и землю по бросовым ценам.

Что я мог вспомнить о таких страшных язвах из своего прошлого-будущего. В голову не приходило нечего иного как радиоактивное заражение либо применения солей тяжелых металлов. Если судороги можно было списать на признаки отравления, то вот ожоги и язвы могли появиться только от радиоактивного заражения или же отравления солями тяжелых металлов. Но откуда здесь радиоактивные изотопы. Да и с тяжелыми металлами не всё так и просто. Тот, кто принес в дом радиоактивные материалы сам должен погибнуть от последствий. И самое главное — где мог злоумышленник добыть все эти радиоактивные материалы.

Дом как место преступления, по-моему, приказу оградили легким забором и теперь это место постоянно охраняли стражники. Надо было быстро решать вопрос с осмотром места преступления и дезактивацией всего этого зараженного пятна. Никаких счетчиков Гейгера не было и помине. Никто даже не подозревал о таком заболевании как лучевая болезнь.

Как не было страшно пришлось отправиться к проклятому дому. Заходить в дом я не стал. Плотное облако вони лежало вокруг дома. Тела не были убраны и остались в доме. В этот же дом отнесли и тело умершего стражника, тело соседки первой обнаружившей тела тоже отнесли в этот проклятый дом.

Осмотр места преступления и осматривать тела умерших мне тоже не хотелось. Оставалось ещё опросить всех соседей проклятого дома. До ближайшего дома было почти полмили, но соседи тем не менее рассказали о событиях, которые произошли в ночь, которую погибли обитатели проклятого дома. Это всегда так происходит — кажется, что до соседей далеко и они нечего не увидят и не услышат. Но тем не менее соседи всё видят и слышат остается только разговорить свидетелей. Это и есть самое трудное в работе следователя. Разговорить свидетеля. Свидетель практически всегда не желает нечего рассказывать и всегда молчит, и не хочет вмешиваться своими показаниями в процесс следствия. Не зря на Руси свидетелей первыми пороли кнутом. После кнута память обостряется и нет желания промолчать. Но я попал в просвещенное время и просвещённую страну, пороть свидетелей нельзя. Хотя в некоторых случаях, когда надо очень, то и свидетели получают плеть. Ладно хватит мечтать о несбыточном — дело явно не о государственной измене и потому только ласково и только без рук. Но и не пришлось давить на свидетелей.

Показания полились водопадом. В ту ночь небо над проклятым домом было освещено неведомым огнем. И во двор приходили ангелы. И пели ангельские трубы, и сам Бог-отец появился на небосводе и покарал этих еретиков. Рассказ был долгим и изобиловал подробностями. И в конце своего визита небесные гости оставили приказ — готовиться к концу света и распродать всё свое земное имущество. Я не прерывал рассказчика и очень внимательно его слушал. После того как свидетель закончил свой рассказ и остановился — глядя на меня с чувством своего превосходства. Я помолчал и спросил у свидетеля. Больше нет подробностей этого события. Нет больше святые и ангелы нечего не сказали и не призвали. Тогда берите этого говоруна я приказал двум стражникам, которые меня сопровождали. И затем, когда свидетель был надежно привязан мы перевернули весь дом в поисках улик или других предметов, запрещенных к свободному обороту в обществе. И нашлись книги, очень интересные книги — книги учета нотариальных записей. И у этого же свидетеля НЛО, одного из самых первых уфологов были найдены десятки договором купли-продажи домов и земли в Сиднее. Под крики этого свидетеля прилета НЛО все эти бумаги отправились в участок. Теперь у многих горожан исчезнет головная боль как доказывать свое право на собственность. Но в своем деле с проклятым домом я не продвинулся ни на шаг. Если проклятый дом радиоактивный или там соли тяжелых металлов то, как убрать эту заразу. Никаких средств защиты нет и даже не проектируется. Нет здесь и костюмов ОЗК нечего нет. И главное так и непонятно какие причины вызвали смерть обитателей проклятого дома. После того как опросили первого соседа проклятого места особого желания опрашивать других соседей у меня не было и только чувство долга заставило меня отправиться в дом той первой соседки, которая и обнаружила умерших обитателей того нехорошего дома.

И здесь опять я услышал о том, что в ночь перед тем, как были обнаружены трупы проклятый дом посетили ангелы. Опять пылающие ярким светом облака и небосвод и опять ангелы. Опять предсказание конца света и призыв продавать свое имущество. Здесь правда у свидетеля были менее яркие краски и красноречивые прогнозы. Дослушав свидетеля до момента, когда тот иссяк в своем красноречии — приказал стражникам задержать этого краснобая и после надежной фиксации начали обыск и снова документы на собственность и деньги. Но у этого нашлось и оружие. Самое новое и современное. Как новое и современное — для этих лет современное и новое. Но это не важно. Найденные револьверы и винтовки будут теперь служить стражникам Речной Стражи. И деньги не пропадут — жалованье давали полгода назад. Второй задержанный отправился в клетку при участке. Мне же надо обдумать эти показания.

Второй свидетель дает связные описания ангелов и их речей. И снова конец света и распродажа имущества.

Если разобрать показания этих свидетелей на составные части, то получаем:

— прилетало НЛО и за чем-то уничтожило обитателей этого конкретного дома;

-ангелы/инопланетяне/ предсказали конец света;

— призвали распродать имущество.

Могут ли прилетевшие ангелы или инопланетяне желать распродажи земных богатств местными жителями. Нет это просто бред. Но вот рассказы этих свидетелей НЛО между собой совпадают. А ведь возможно они, что-то видели и просто подогнали увиденное под свои интересы. Остается третий свидетель это житель третьего дома. С трех сторон к проклятому дому примыкают участки домовладений. С четвертой стороны река и домов там нет. Что мне расскажет третий сосед и третий свидетель.

Рассказ третьего свидетеля был красочным и в основном повторял рассказы предыдущих свидетелей. Снова яркий свет с неба и снова снующие по двору проклятого дома ангелы и снова гром с неба. Не было только призывов о распродаже всего движимого и недвижимого имущества. И указывалось направление куда отправилось небесное тело с ангелами. Небесный корабль направился за реку в лес и, если верить нашему свидетелю там и пропал.

Появился новый след, и я не мог этот след игнорировать. Найти настоящее НЛО и вступит в контакт с инопланетянами. Это ведь сказка. И я не мог противиться своему желанию найти настоящую летающую тарелку и первым вступить в контакт с иноземным разумом. Ну не мог пропустить такую историю. Третий свидетель отправился тоже в клетку при участке и тоже в доме провели обыск. Но в отличии от первых двух — никаких улик о причастности к скупке домов и земельных участков не нашли. Но в клетку всё равно он отправился. На одни сутки я мог в клетку любого отправить. И за сутки надо было составить и предъявить обвинение. Старинные британские вольности — сутки ареста и потом только через обвинительный акт. Так уж повелось с 14 века в британском праве. И здесь в колонии тоже эти нормы действовали.

Общее направление движения тарелки было и примерно известно на каком расстоянии от города за рекой в лесу совершила тарелка приземление. Забрав четверых самых храбрых стражников. Храбрость этих стражников была вызвана отсутствием воображения. Я отправился на следующий день в поход за НЛО.

Но поход не состоялся. Утро началось не с переправы через реку. Утро началось страшно. На лодке мы пересекали реку, когда появилось это. Судя по всему, действительно инопланетный корабль. Поверить, что это иноземный корабль я не мог. Вот просто не мог и всё. Но и утверждать, что это просто военный секретный аппарат у меня тоже не было возможности. Не достигла здесь техника даже уровня просто полетов на аппарате тяжелее воздуха. Нет сейчас самолетов и ракет. Совсем нет и в этом я уверен на все двести процентов. И тем не менее над проклятым домом зависла эта тарелка и огненный луч стал испепелять и проклятый дом и весь земельный участок. На напалм это не было похоже, судя по моим знаниям это было лазерное оружие, но принцип действия я не понял. За четверть часа исчез и проклятый дом и верхний слой почвы. Не осталось и следа от дома и верхнего слоя почвы. Судя по тому, что мы увидели, были уничтожены зараженный дом и земельный участок. Мы сидели в лодке и течение нас проносило мимо участка, где ещё четверть часа назад был и дом, и сараи и было наше ограждение. Вот ограждение уцелело — правильно определил расстояние зараженного участка подумал я. Какие только идиотские мысли не лезут в голову. Видимо мозг защищается от такого страшного шока. Шок был страшный, увидеть корабль пришельцев это было бы шоком и в 21 веке, не только сейчас. Но для моих спутников шока не случилось. Как я и говорил ранее воображение у них отсутствовало. Чудо ангелы и всё. Других мнений не было.

Пока мы, разинув рты наблюдали за уничтожением проклятого дома и прочих следов посещения земли космическими пришельцами к нам к нашей лодке направилось два крокодила. На реке этих крокодилов было достаточно много. Уничтожение опасной фауны и было одной из забот Речной Стражи. Вот только мы отвлеклись и прозевали начало атаки крокодилов нашей лодки. Спасение пришло откуда и не ждали. Атакующие нас крокодилы не поделили свою добычу. То есть нас. Они уже посчитали нас свои обедом или завтраком я так и не понял. И сцепились у борта лодки. Первая реакция — шок и ступор. Затем ещё и дикий страх. Затем страх пробудил желание спастись и вот уже в крокодилов стреляют мои спутники из своих винтовок. Не самая умная мысль. Что бы убить крокодила надо пробить сердце или мозг. Оба варианта очень сложные. Раненный ж крокодил не убегает и не прячется. Раненный крокодил яростно атакует своих обидчиков. А кого не разозлит, если еда начинает отстреливаться. Крокодилы отложили выяснение отношений и спор о том, чей мы обед и кинулись на нашу лодку вдвоем одновременно. И вот здесь нам помогло мое желание иметь при себе гранаты. Всегда иметь гранаты под рукой и иметь возможность быстро привести гранаты в боевое положение и применить гранаты против врага. Даже такого врага как крокодилы.

Пока крокодилы выясняли отношения и делили нас, кто кому пойдет на завтрак я успел подготовить две гранаты для броска и когда хищники открыли свои пасти и уже почти схватили лодку — кинуть по гранате в каждую пасть. Гранатные разрывы показали, что человек самый опасный хищник на земле. С крокодилами было покончено. Без головы укусить кого — либо трудно, практически невозможно. Стоимость крокодиловой кожи велика, даже несмотря на обилие крокодилов в округе. Но собирать тушки крокодилов мы не стали. Нам было не до этих забав. Какие не дорогие шкуры у крокодилов, наши шкуры нам были дороже. Пока всё это происходило, лодку вынесло к устью реки и несмотря на разницу в солености воды, из океана пожаловали акулы и треугольные плавники стали кружить по воде вокруг лодки. Теперь надо было очень быстро вернуться на берег. Через трещины в лодке, вода быстро заполняла лодку. И эта беда тоже требовала от нас быстрой реакции и возвращения на берег. Акулы нарезали круги вокруг нас и медленно сжимали круг вокруг лодки. Что бы немного охладить этот неуместный акулий азарт, совершенно неуместный по моему мнению и мнению моих спутников я швырнул ещё одну гранату в воду. Мысль была у меня очень простая. Взрыв в воде охладит неуместный акулий пыл, и мы успеем добраться до берега. Граната взорвалась и море вокруг окрасилось черными чернилами. Рядом с нами оказался осьминог и теперь ещё и это чудовище с щупальцами захотело ответить нам за наши похождения. Вода забурлила — осьминог сначала решил разобраться с акулой. Мы не стали вмешиваться в эту разборку и налегли на весла. Я вычерпывал воду из лодки, мои спутники гребли так что гнулись весла. Осьминог схватил щупальцами акулу, и одна акула выбыла из соревнования. Если я надеялся оглушить акул как рыбу в пруду или реке, то я сильно ошибся. От разборок с осьминогом три акулы уклонились и все-таки решили нас попробовать на вкус. Наша лодка хоть и шла быстро, но всё-таки недостаточно быстро для акулы и одна из акул разинув пасть решила схватить лодку за транец и вытряхнуть нас в воду. Пока она разевала свою пасть на нашу лодку, граната была приготовлена и закинута в пасть. Голову акуле оторвало и кровь окрасила волны. И случилось неожиданное. Оставшиеся акулы стали рвать на части свою товарку и оставили нас в покое. Стражники гребли, я же как зачарованный смотрел на буруны в море позади нас. Там в водоворотах акулы рвали убитую акулу, и осьминог добивал схваченную хищницу. Мы же хоть и не так быстро, как хотелось, но удалялись от этого бедлама. Лодка вылетела на песчаный пляж и ещё несколько мгновений мои спутники гребли веслами по песку. И только моя команда — отставить привела их в некое подобие спокойствия. Перевалившись через борт лодки они кинулись к холмам на берегу. Я как старший не мог так быстро убежать и потому скрывая свой страх медленно отправился за ними. Несмотря ни на что, мы вернулись, и проблема проклятого дома решена. И бонусом ко всему этому в клетке сидели «черные» риэлторы. Первые дни в качестве интенданта Речной Стражи были просто великолепны по своим впечатлениям.

Но ноги почему то подгибались и дойдя на склона холма я уселся на палвник выброшенный волной и только тогда выдохнул спокойно.

Глава 13

Любоваться прекрасными морскими видами не хотелось. Больно опасные тут морские виды. Только и на суше нельзя долго сидеть на голой земле, немедленно находятся жучки и паучки охочие до человечины. Так и сейчас пока я смотрел в море и мысленно желал неприятностей морским обитателям ко мне направилась группа паучков /паучки этак с кулак размерами/. Зря они так неосторожно, не было у меня настроения. Пауков я растоптал, и вся моя команда отправилась на базу.

Идти было не очень долго и к вечеру мы добрались до той усадьбы, что изображала базу Речной Стражи. Дежурный констебль решил доложить о событиях, которые произошли за время моего отсутствия, но сбился и замолчал. Кадры для правоохранительных органов в колонии отсутствовали. Или бывший каторжник или уж совсем неудачливый колонист / разорившийся или совсем уж неприспособленный ни к какому ремеслу/. Собственно, и в самой метрополии дела с кадрами для полиции были не сильно лучше.

До идеи — осмотра места преступления здесь уже дошли, но сам осмотр это было что-то. Один из констеблей с умным видом ходил по месту происшествия и поглазев по сторонам отправлялся восвояси. Раскрытие преступления могло быть или случайным или преступник раскаивался. В любом случае преступления раскрывались крайне редко.

Я уже здесь пытался внедрить что-то похожее на оперативно-следственную группу, но пока безуспешно.

Наконец, констебль преодолел свое молчание и сообщил. Убили местного кузнеца. Так как дом кузнеца был на территории у реки то и раскрывать это убийство предстояло Речной Страже. Начались сборы — художник /в метрополии рисовал деньги, чудом не повесили/, судебный медик / ветеринар продавал эликсиры от всех болезней, двадцать лет каторжных работ/, один констеблей из более или менее сообразительных / разорившийся колонист/ и я начальник всей этой службы Речной Стражи /тоже бывший каторжник/. Из научно-технических средств — увеличительное стекло и керосиновая лампа с рефлектором.

Отправились на повозке — вроде и рядом место преступления, но верных пят миль будет — пешим все ноги сотрешь и положение обязывает прибыть конно, а не пешим.

Место преступления уже было огорожено лентами, и охранялось тремя констеблями. Сколько крови мне это стоило, не понимали зачем охранять место преступления. Пока вбил в голову каждому констеблю — на территорию места преступления никого нельзя пускать.

Вот и жена убитого — вид грустный и глаза красные. Переживает вдова — как теперь жить без кормильца.

Послушаем вдову.

Итак, ночью разбойники выбили оконное стекло и проникли в дом. На звук разбитого стекла отправился муж, прихватив кочергу. Убитый хороших физических кондиций и кочерга грозное оружие в таких руках. Но разбойники зарезали мужа и теперь она вдова и не знает, как жить дальше и снова слезы и рыдания. Так с ней истерика. Пока остановим допрос и осмотрим само место преступления.

Дом огромный и двухэтажный. Убили потерпевшего на первом этаже, в комнате служащей для проведения торжественных встреч и обедов. Гостиная. В гостиной у нас и разбито окно и труп лежит прямо у окна. У трупа возиться мой медик и пока не готов к общению. Художник закончил рисовать общие виды и панораму и теперь делает рисунки общего вида гостиной и разбитого оконного стекла и оконной рамы и рисунки потерпевшего. Двенадцать ножевых ран это прямо истерика какая-то у убийцы была. В гостиной чисто и разгрома нет. На второй этаж убийца не забирался. Даже мелкого беспорядка в вещах нет. Для чего тогда проникал в дом преступник. Убить кузнеца можно было гораздо проще и не городить столько — проникновение в дом и применение ножа тоже опасно для самого преступника опасно. Что у нас на улице — как преступник проник в дом. Так что мы имеем — двор не замощен и после ночного дождя липкая грязь покрывает весь двор. Пока шли к окну все измазались прямо по колено в грязи. Дорожку следов не смогли найти и следов только осколки оконного стекла под оконным проемом. Да хитрый преступник у нас попался.

Вернулись обратно и наконец наш медицинский специалист смог доложить более подробно свои наблюдения. Смерть наступила мгновенно от удара в сердце, били сзади в спину. Остальные удары были уже лишними, потерпевший уже умер. Всего было двенадцать ударов, нанесены все удары в спину. Труп я разрешил унести и разрешил наводить порядок.