Грат

Грат

Глава 1

Важный урок

Страница автора на Author.Today: https://author.today/u/valentinholmogorov

Говорят, орки не потеют. Полная ерунда! С меня лило так, словно кто-то опрокинул мне за шиворот полный чан с водой, рубашка под толстым кожаным колетом вымокла насквозь и прилипла к телу. Дыхания не хватало: воздух сипло вырывался из легких, а под ребра будто бы напихали горячих углей. Похоже, старикашка решил сегодня уморить меня окончательно.

— Давай, увалень, двигайся! — Его высокий дребезжащий голосок звучал громче мелодичного перезвона стали. — Шевелись, мешок с навозом! Быстрее!

Рапира в руках старого Эльдмара выписывала немыслимые круги и восьмерки, словно была невесомой и жила собственной жизнью, а у меня уже ощутимо ныла правая кисть. Несмотря на преклонный возраст, старик двигался в стойке легко и свободно, будто парил над бурым исшарканным паркетом. Приближаясь стремительными пружинистыми шагами, он наносил несколько ударов или делал ложный выпад и в мгновение ока отпрыгивал назад, за пределы досягаемости моего клинка. Маленький рост эльфа тоже не упрощал мне задачу: как ни пытался я достать маячившую передо мной сухопарую фигурку, моя рапира всякий раз неизбежно оказывалась в захвате, после чего я получал ответ то в открывшееся плечо, то в шею, лишь каким-то чудом успевая закрыться.

— Дистанцию! Дистанцию держи, бревно зеленое!

Стараясь не подпустить Эльдмара на расстояние укола, я отступал, отчаянно отбивая одну атаку за другой. Клинок мельтешил перед глазами, сплетаясь в причудливую серебристую паутину. Еще пару шагов, и я уткнусь спиной в стену залы. Однако старик решил завершить поединок по-своему: сделав короткий полувыпад, он угадал мое ответное движение, и, ловко выполнив перевод в квинту, ткнул затупленным наконечником рапиры в ворот моей защитной маски.

— Готов! — ехидно констатировал Эльдмар, снял маску и отсалютовал мне клинком, отвесив при этом издевательский поклон. — Отра, а ну-ка покажи этому недоумку, как надо фехтовать!

Лениво следившая за нашим поединком девица подхватила брошенную учителем рапиру и направилась в мою сторону, натягивая на ходу перчатку.

— До пяти уколов! Ангард!

Нет, старик точно решил меня доканать: даже перевести дух не позволил! Сам-то вон почти не запыхался. Вообще, Отра фехтует не намного лучше меня, я бы даже сказал, примерно на равных. Она быстра в атаках, но, нарвавшись на жесткую защиту, начинает бестолково суетиться, пропуская уколы.

Небрежно обозначив приветствие взмахом клинка, Отра напялила маску и встала в стойку. Рапиру она держала за самое «яблоко» у основания рукояти, пытаясь удлинить тем самым вооруженную руку. Впрочем, ростом матушка-природа ее и без того не обидела, в отличие от нашего остроухого наставника. Как и все полукровки, Отра уродилась чересчур худощавой и ладной для орка, но обладала слишком уж грубыми чертами для человека. В результате ее не принимали за свою ни те, ни другие, но девушку это, кажется, ничуть не заботило.

— Начали!

Клинки со звоном схлестнулись. Воспользовавшись тем, что предыдущий поединок вымотал меня почти до предела, Отра сразу ринулась вперед, пытаясь достать меня серией коротких атак. Отбив первый шквал ударов, я сделал пару ложных выпадов, заставив противника отступить, но лезть напролом не спешил, восстанавливая дыхание.

— Давай смелее! — подзадоривал Отру старый эльф. — Не спи! Аппель! Батман!

Как я и предполагал, не добившись успеха в атаке, Отра начала отходить, огрызаясь короткими ударами навстречу. Терпеливо дождавшись, пока девица наконец решится контратаковать, я взял четвертую защиту и хлестнул ей клинком по руке, отметив, как она поморщилась от боли под маской. Не страшно, но синяк все-таки получится изрядный.

Следующие два укола я пропустил, зато потом быстро сравнял счет, а следом развил преимущество, достав Отру коротким прямым в ногу. После этого она стала осторожничать, не подпуская меня на ближнюю дистанцию, я же не атаковал, сберегая силы. Первым терпение лопнуло у соперницы: издав утробное рычание, она сделала длинный выпад, но не успела закрыться — я был наготове, и, отступив, нанес укол в маску.

— Внимательнее, Отра! — командовал Эльдмар, — не давай ему контратаковать! А ты не подпускай ее слишком близко, руку вытяни чуть вперед! Ангард!

Воодушевленная наставлениями учителя, девица нацелилась в намеренно приоткрытое плечо, но радость была преждевременной: она промахнулась, а вот мой ответный выпад достиг цели.

— Пять-четыре, — подвел итоги поединка старый эльф, — Отра расшнуровывается и на сегодня свободна. Холт, к бою! До пятнадцати уколов!

В углу засопел и завозился увалень Холт. Моктар! До пятнадцати я против него точно не выстою! Холт фехтует неважно, однако он здоровенный и сильный, к тому же, левша. Старый эльф определенно нынче не в духе, раз решил взять меня измором. И рука уже совсем онемела. Что же за день такой сегодня?..

На улице я очутился уже в сумерках, когда над мощеными тротуарами затеплились газовые фонари. Жадно втянув влажный вечерний воздух, казавшийся слишком свежим после душной залы, я повернул в сторону канала — этой дорогой я любил возвращаться после занятий. Откуда-то потянуло уютным дымком, напоминая о том, что дома ждет ужин.

— Грат!

Меня догонял запыхавшийся Холт: холщевая сумка, набитая фехтовальной амуницией, била его по спине.

— Я тебя того… не сильно?

Если честно, этот финальный бой я решил благополучно продуть, чтобы побыстрее убраться восвояси и, наконец, хоть немного перевести дух. Когда счет достиг шесть-три в пользу Холта, тот, видимо, вообразил себя могучим воином в пылу кровавой битвы, и раздухарился так, что, налетев на меня всей своей немаленькой тушей, обрушил на мою голову сокрушительный удар гардой. Если бы не защитный шлем с сетчатой маской, отправился бы я прямиком к местному лекарю собирать мозги по кусочкам. Когда искры перестали сыпаться из глаз и я снова обрел способность стоять на ногах, меня охватила такая злость, что поединок завершился спустя пять минут со счетом пятнадцать-шесть. Проигравший Холт недоуменно хлопал глазами и никак не мог взять в толк, каким таким образом он умудрился упустить заслуженную победу, которую вот только что уверенно поймал за хвост. Да и для меня самого это осталось загадкой — все происходило как в тумане. Помню только мелодичный звон клинка, да Эльдмара, многозначительно кивающего с довольной улыбкой на морщинистой физиономии.

— Нормально, — пожал плечами я. — Дело житейское.

— Значит, пойдешь завтра на «показушки»? Башка не шибко болит?

— А куда деваться-то? Не пойду — так старик меня выгонит.

«Показушки», они же показательные выступления — единственный источник дохода, позволявший старому эльфу хоть как-то сводить концы с концами. По выходным он выгонял нас на рыночную площадь и устраивал небольшое представление для праздной публики: Холт поднимал тяжести и гнул руками подковы, а потом мы все вместе показывали зевакам упражнения с оружием. Зрители охотно жертвовали Эльдмару мелкую монету, что позволяло тому не помереть с голоду еще недельку. Даже удивительно, что старик давным-давно не плюнул на все и продолжал вечерами обучать нашу троицу искусству фехтования. Тем более что эльфов в здешних землях, мягко говоря, недолюбливали.

— Тогда завтра увидимся, — хлопнул меня по плечу Холт, отчего в глазах снова потемнело. — Думаю, будет интересно!

— А я думаю, будет как всегда. Впрочем, посмотрим. До завтра, Холт.

Мимо, грохоча и изрыгая клубы черной гари вперемешку со снопами искр, прокатился запоздалый самоходный экипаж.

— Явился, не запылился! — отец упер руки в боки и недовольно сопя, уставился на меня. — Опять своим прутиком махал? Когда уже делом займешься?

— Фехтование — тоже дело, — привычно огрызнулся я, — развивает физическую силу, выносливость и реакцию.

— Реа-а-акцию! — передразнил меня отец. — Это недомерки ушастые пускай развиваются, раз уж недоразвитыми уродились, а нам и так хорошо. Не наше это, спицами махать. Вот боевой молот — это оружие настоящих героев. Это мощь, это традиция! А тебе бы только с железякой прыгать, точно уличный паяц, да глаза портить, закорючки в книжках разбирая. Тьфу, позорище!

— Ужин остыл, — донесся из гостиной голос матери, — быстро мыть руки, и за стол!

К этим вечерним баталиям я уже привык. Книжки я и вправду любил: так уж распорядилась судьба, что двое моих старших братьев умерли во младенчестве, а я появился у матери поздно, и ребенком оказался хилым да болезненным. В то время как сверстники играли во дворе в «око за око» или ходили с отцами на охоту, я лежал в кровати и глотал микстуры, тщетно пытаясь избавиться от очередной прилипчивой хвори. Болеть — безумно скучное занятие. Единственным моим развлечением сделались те несколько потрепанных книг из старого дедушкиного комода, что отец еще не успел пустить на растопку. Я перечитал их все, а некоторые даже дважды. Потом, скопив пару монет из выклянченной у матери мелочи, стал выменивать их на книги у старьевщика с Осиновой улицы. Отцу это жутко не нравилось, и книги он у меня отбирал. Оркам эти закорючки на бумаге без надобности, у орков есть Доблесть и Наследие Предков. Вон, остроухие только тем и занимаются, что сочиняют и читают всяческое непотребство, и через это вовсе стыд потеряли — мужчины у них сожительствуют с себе подобными, а женщины верхом ездят и клинками машут, вместо того чтобы готовить еду, мыть посуду, мести полы да штопать одежду, как им от роду и положено… Кстати, эльфийский, точнее, северное Высокое наречие, я выучил по тем же книгам вполне сносно, хотя орки испокон веков пользуются гномьими рунами, которые на письме куда как проще. По крайней мере, читать на эльфийском у меня выходит бегло, а вот насчет произношения есть определенные сомнения за полным отсутствием практики.

Со старым Эльдмаром я столкнулся на рыночной площади без малого год тому назад, когда бродил по рядам в поисках пополнения для своей скромной библиотеки. Старик учинил поединок на рапирах с Отрой, и я невольно залюбовался. Словно кружась в плавном танце, эльф и орк-полукровка звонко обменивались ударами, клинки сверкали на солнце, и каждое движение фехтовальщиков казалось настолько отточенным и изящным, что у меня буквально перехватило дыхание. Когда они сняли наконец маски и синхронно поприветствовали публику салютом, я распихал толпу локтями и без раздумья высыпал в лежащую на брусчатке шляпу все монеты, что терпеливо копил на книги.

— Скажите, уважаемый, — обратился я к старому эльфу, — а можно ли научиться… вот так же?

Тот окинул меня скептическим взглядом.

— Что-то мелковат ты для орка, мальчик, — голос у старика оказался пронзительно высоким и дребезжащим. Ну да, телосложением я не вышел, отчего частенько становился предметом колких насмешек со стороны сверстников, а порой — и зуботычин, чего уж скрывать. Насмешки приходилось терпеть, покуда я не сдружился с Холтом, сыном жившего по соседству пекаря. У него близких приятелей тоже не водилось, видимо, в силу того, что природа не наделила паренька крепким умом, зато щедро отсыпала ему мускулов. Окрестной детворе было с ним не интересно, зато ему было интересно со мной: я стал заводилой во всех наших совместных играх, а мне льстило, что такой здоровяк слушает меня с открытым ртом и готов поддержать любые мои идеи. «Ну ты голова!», — всякий раз восхищенно вздыхал Холт, когда я придумывал очередную забавную выходку, например, предлагал натереть мылом крыльцо зеленщика Горша, дабы тот, набравшись по обыкновению эля, кувырнулся с этого самого крыльца в канаву. Мыло предварительно следовало стырить из лавки торговца Дорга, причем Холту отводилась в этом действе важная роль — он должен был случайно опрокинуть стеллаж с мелочевкой, а потом помогать лавочнику собирать раскатившийся товар, пока я прятал под одежду орудие будущего преступления. В общем, у нас получилась отличная команда, а местная шпана быстро от меня отстала: рука у Холта оказалась тяжелая.

— А ну-ка держи, — видя мое замешательство, Эльдмар протянул свою рапиру. — Ты правша? Пальцы вот сюда, этот сверху. Гайку прижми к запястью, эфес должен лежать в ладони свободно. Разверни ступни под прямым углом. Знаешь, что такое прямой угол? Отлично, парень, а теперь отодвинь правую ногу вперед на полторы ступни. Колени согни. Сильнее. Шаг вперед, сначала той ногой, что впереди. Еще. Теперь шаг назад, начинай с левой ноги. С левой, я сказал. Плечи расправь, не сутулься. Хорошо. Приходи завтра в шестом часу к дому купца Трома, что возле старого парка. Знаешь, где это место?

Так и начались наши занятия. Поначалу моим постоянным напарником на тренировках была Отра, потом я притащил на занятия Холта, вернее, он притащился за мной сам, да так и остался. Спустя три месяца я почти перестал проигрывать девчонке, а где-то через полгода начал понемногу выигрывать. И заметил, что Отра ревнует меня к Эльдмару: она пришла к старику раньше и училась намного дольше, а я нагнал ее за считанные месяцы и практически перестал уступать в поединках. Мне же тренировки нравились: фехтование вовсе не требует силы, тут нужна ловкость, реакция и быстрый ум. А глядя на Холта можно сказать, что сила, наоборот, только мешает — особенно если ее в избытке.

День выдался дождливым: я даже думал, что старик отменит представление, но к полудню распогодилось. Площадь бурлила разношерстной толпой, до меня доносился аромат жарящегося на углях мяса, кислый запах разливного пива и отдаленные раскаты музыки, от которой расстояние оставило лишь гулкое уханье барабана. Мышцы со вчерашнего дня еще ныли, но я надеялся, что после небольшой разминки это пройдет.

Площадку для выступления Эльдмар выбрал традиционную: напротив городской ратуши, близ здания казначейства. Поначалу он давал представления в разных частях площади, выбирая место получше, но вот уже четвертый месяц как обосновался здесь, в самом что ни на есть людном месте, где вечно ошивались толпы зевак. Холт уже был тут как тут: он развлекал толпу, предлагая зевакам померяться с ним силушкой и согнуть пару подков столь же лихо, как это получается у него самого. Спустя четверть часа появилась и Отра. По команде старого эльфа мы поупражнялись с рапирами, учинили пару показательных боев, после чего Эльдмар предложил публике присоединиться к вечеринке.

— Итак, благородные дамы и господа, кто желает попробовать свои силы? Подходите, не стесняйтесь!

Эту часть представления я не любил больше всего. Подвыпившие зеваки неумело махали клинком, точно палицей, а нам приходилось балансировать на грани — и дать им покуражиться всласть, и никого не покалечить ненароком.

— Вот вы, милостивый сударь! — обратился Эьдмар к дородному орку в потертом жилете, похожему на лавочника, — не желаете ли сразиться с кем-то из моих учеников? Извольте, всего пару монет!

— А пожалуй, — пробасил тот под одобрительные возгласы толпы. — Давай сюда свою тыкалку!

Кивнув наставнику, Отра отсалютовала лавочнику и приняла стойку. Тот сгреб лапой рапиру, ухватил ее словно дубину, и принялся орудовать ею примерно так же — словно мальчишка, сражающийся прутом с порослями крапивы у соседского забора. Позволив лавочнику вдоволь намахаться, Отра под одобрительный свист и хохот зрителей пару раз ткнула его затупленным наконечником в объемное пузо, а потом добавила напоследок чуть пониже спины.

— Позвольте мне, господа?

Сквозь гомонящее скопище зевак протиснулась долговязая фигура в длинном темно-сером плаще и широкополой шляпе с белым пером. Человек средних лет — удивительно, как я не заприметил его смуглое лицо с тонкой бородкой клинышком среди местных зеленых физиономий? Деликатно отобрав у поверженного лавочника рапиру, тот небрежно изобразил что-то похожее на стойку и выжидающе посмотрел на Отру.

Дзынь! — ее клинок выскользнул из руки, воткнулся в землю затупленным концом и принялся раскачиваться, словно маятник. В бой ринулся Холт, но и этот поединок продолжался недолго: человек в плаще ловким движением очутился у здоровяка за спиной и отвесил ему короткий пинок. По инерции бедолага улетел в хохочущую толпу и кулем повалился на пыльную брусчатку. Я поднял свою рапиру.

Все произошло настолько быстро, что позже я не смог даже восстановить в памяти цепочку событий. Мой соперник просто отвел оружие в сторону, полностью открываясь для атаки, но стоило мне вытянуть руку, клинок будто притянуло к его рапире невидимым магнитом. Двойной круговой захват, и мой наконечник уперся в землю, в то время как тело еще продолжало двигаться вперед в атакующем движении. Дзынь! — в моей руке остался короткий обломок, куда улетела вторая половина, я не успел даже заметить.

— С дороги! — Эльдмар отпихнул меня в сторону. В правой ладони он сжимал тренировочную рапиру, а вот в левой откуда-то появилась короткая острая дага. Человек отшвырнул свое оружие в сторону, из-под плаща показалась на свет шпага — судя по изящной плетеной гарде, альвийской работы.

Высокий рост и более длинный клинок не позволяли старому эльфу приблизиться к незнакомцу вплотную, а вот тот удерживал старика на расстоянии словно играючи. Выбрав подходящий момент, эльф провел серию финтов, целясь сопернику в лицо, но тот, видимо, ожидал чего-то подобного: перехватив оружие, он направил его вверх, а затем шагнул вперед, сокращая дистанцию до минимума. Короткая дага с гулким стуком вонзилась ему в бок и соскользнула: под камзолом человек носил стальную кирасу. Мощный удар сапогом в грудь заставил худощавого эльфа повалиться на землю, другой ногой незнакомец тут же наступил ему на левое запястье. Острие шпаги уперлось в беззащитное горло. Отра рванулась было на подмогу, но замерла в нерешительности: в лоб ей смотрел короткий ствол гномского пистоля.

— Не стоит, сударыня, стреляю я ничуть не хуже, чем фехтую.

На земле завозился старый эльф, тщетно пытаясь подняться.

— Рад снова тебя видеть, Эльд, — с улыбкой обратился к нему человек. — Гляжу, дела у тебя идут неплохо, раз ты взял учеников. Боюсь, ты забыл преподать им два очень важных урока. Первый: в какой паршивой дыре ты бы ни пытался спрятаться, тебя найдут, если очень захотят. И второй: долги нужно отдавать, желательно — вовремя.

Глава 2

Наемник

Чужеземец и эльф перебросились парой коротких фраз — я не понял ни слова, поскольку говорили они на каком-то незнакомом человеческом наречии. Потом смуглолицый убрал шпагу под плащ, а Эльдмар, кряхтя и охая, все-таки с трудом поднялся на ноги. Отра попыталась подхватить старика под локоть, но тот грубо отпихнул ее, дернув рукой.

— Проваливайте, — проскрипел эльф, обращаясь к нам. — Занятий больше не будет. Чего застыли как истуканы?

В полной растерянности мы смотрели, как старик в сопровождении незнакомца понуро поплелся прочь. Обернувшись, чужеземец криво ухмыльнулся и коснулся двумя пальцами полей шляпы в насмешливо-прощальном жесте. Первой пришла в себя Отра.

— Учитель! — воскликнула она и припустилась вдогонку. — Я с вами!

— Я же сказал, проваливайте, — бросил через плечо Эльдмар. — Обучение окончено!

Я припрятал обломок рапиры в заплечную сумку — такими ценными вещами не разбрасываются — и сделал знак Холту, чтобы следовал за мной и помалкивал. Сам я решил держаться чуть поодаль, чтобы не пропустить ни слова, однако под руку старику не лезть. Отра уже проявила инициативу, вот пусть эта выскочка теперь и принимает весь огонь на себя. Толпа безропотно расступилась, утратив к нам всяческий интерес — развлечений на рыночной площади хватало.

— Учитель! — снова окликнула Эльдмара полукровка, — только намекните, что я могу для вас сделать?

Мне показалось, или в ее голосе прозвучали надрывные нотки? Вдруг и вправду расплачется посреди улицы? Вот это будет номер!

— А ты расскажи им правду, излей душу, — снова перешел на понятный нам орктар смуглолицый, обращаясь к эльфу — иначе ведь не отстанут.

— Не их собачье дело, — пробурчал в своей манере эльф и как-то уж совсем по-стариковски ссутулился.

— Ну, тогда я расскажу, — хохотнул чужеземец, — раз уж молодые люди решили составить нам компанию в этой увеселительной прогулке. Дело в том, многоуважаемые воспитанники, что ваш благородный наставник — досар-кондотьер.

— Наёмный убийца! — изумленно выдохнул Холт, заслужив мой осуждающий взгляд. Велел же держать язык за зубами!

— Официально зарегистрированный и платящий налоги наемный убийца, — снисходительно поправил его человек. — Гильдия досар-кондотьеров независима и экстерриториальна, но официально признана всеми правящими домами, которые ее финансируют. Собственно, главы государств или их министерства и выдают кондотьерам официальные ордеры на розыск и устранение международных преступников.

— Бывший, бывший кондотьер! — каркнул в ответ Эльдмар и закашлялся.

— А бывших не бывает.

— Прошло пятнадцать лет, Бамбур!

— Да хоть триста! Задаток взял? Взял! Заказ не исполнил? Какие у тебя еще могут быть оправдания, старый сморчок? Задача и без того была плёвой, раз уж для этого наняли тебя!

— Какие оправдания? — взвизгнул старик и замер на месте, буравя своего спутника острым, как кинжал, взглядом. Мне показалось, еще чуть-чуть, и он вцепится тому в глотку голыми руками. На всякий случай я снова нашарил обломок рапиры в заплечном мешке, хотя тягаться со смуглолицым и с исправным оружием в руках было бы слишком самонадеянно. Вот если навалиться толпой…

— Да ты… Ты… Да я тогда…

Старик тяжело, устало вздохнул, опустил плечи и поплелся на негнущихся ногах дальше.

— Я закончу начатое.

— Как будто у тебя есть выбор, Эльд, — хмыкнул человек.

— А если вернуть задаток? — подала голос Отра. — Мы… я помогу собрать деньги!

— Ничего не выйдет, сударыня, — насмешливо склонил голову чужеземец, которого эльф назвал Бамбуром, — в гильдии досаров приняты определенные правила, и их нельзя нарушать. Отступников жестоко карают, причем достанется не только самому предателю, но и тем, кто связан с ним кровными узами… Верите ли, но я пытаюсь помочь вашему учителю. Бывшему учителю, я хотел сказать.

— Бывших не бывает, — передразнила чужеземца девушка. — Я останусь с ним. Хотите вы этого, или нет.

— Вот как? — поднял бровь Бамбур. — Что ж, для начала попробуйте убедить самого Эльда, что ему нужна подобная обуза. Работа досара весьма деликатного свойства.

— Не нужна, — проворчал старик, — справлюсь без помощников. Ступай домой, девочка.

— Нет! — упрямо топнула ногой Отра. — Я отработала сегодня на площади, а значит, вы должны мне занятия на неделю вперед. Таков был уговор. Так что я останусь, пока не получу положенное.

— Однако! — Бамбур глянул на девицу с явным интересом.

— Дык это, — неожиданно встрял в разговор Холт, — я, получается, того… Ну, то есть, тоже это самое… работал!

Я закатил глаза. Мой крупногабаритный друг всегда действовал напрямик и говорил то, что думает, причем из самых лучших побуждений. Однако его души прекрасные порывы порой приходились весьма некстати. Там, где требовалась выдержка, терпение и такт, Холт предпочитал идти напролом. Как писал в своих трактатах один древнеэльфийский философ, носорог близорук, но с его весом это не его проблемы.

— А вы идите к мамочкам, мальчики, — огрызнулась Отра, — мы тут как-нибудь разберемся без вас.

— Ага, щас, — отозвался я, — бежим и спотыкаемся, аж ветер в ушах свистит. Ты, значит, будешь развлекаться, а мы сидеть по домам?

Еще не хватало, чтобы эта вздорная девица считала себя благородной спасительницей старого эльфа, причем за наш счет. Только и ищет любую возможность выслужиться, — небось, надеется, что ее обучат за это каким-то тайным знаниям или приемам. Да и вообще, Эльдмар, конечно, вредный старик, и характер у него скверный, но времени и сил он на нас истратил уйму. С другой стороны, помогать убийце, который должен в силу данного им обета погубить невинную жертву, — пусть даже она официально числится среди международных преступников, душегубов и злодеев — это против моих моральных правил. Одно дело — прикончить кого-то в честном бою, и совсем другое — подло из-за угла. Против такого категорически противится все мое естество. Вот ведь дилемма: и бросить старика никак нельзя, и помогать ему в столь черном деле я не желаю. Как поступить-то? Может, разыскать его жертву, вызвать на дуэль и проткнуть шпагой? А что, это вполне годный вариант!