Попаданец. Маг Тени. Книга 6

Дальше нужно было пользоваться преимуществами адепта тени, но сначала требуется найти место, где можно незаметно уйти в сумрак.

Попрощавшись со сторожем, Немченко пошёл к порту, по пути высматривая подходящий закоулок. Такой он обнаружил весьма скоро. Однако, свернув туда, неожиданно столкнулся с двумя молодыми мастеровыми, года на три-четыре старше его.

— Гля, Санти, никак вояка заблудился? — усмехнулся один из них.

— Кого ты здесь ищешь? — спросил у попаданца второй.

— Вам-то не всё равно, парни? — примирительно сказал ол Рей. — Встречу мне назначили. Иду вот, куда пригласили.

Землянин чуть сместился к ограде, освобождая парочке путь.

— Эй, а ты, случайно, не далиорец? — вдруг нахмурился начавший разговор, остановившись в нескольких шагах от Немченко. — Говор у тебя южный.

Тот, кого он называл Санти, дёрнул приятеля за рукав.

— Не начинай, Орлик. Далиорец, и далиорец. Пусть идёт, куда шёл. И нам надо. Нас Рибит ждёт.

— Они моего брата твари в прошлом году под Фожем убили! — сжал кулаки приятель. — А сейчас разгуливают по нашему городу как у себя дома.

— Что он возле Фожа-то делал? — поинтересовался Немченко.

Вопрос ответа не требовал. И так понятно, что пришёл тот братец воевать и грабить.

— Ах ты урод! — взорвался Орлик и кинулся на ола. — Получи!

Замах его был на рубль, а удар получился на копейку, в том смысле, что в землянина кулак зачинщика драки не попал — Немченко вовремя пригнулся и сделал шаг в сторону — зато в сложенный из булыжников забор впечатался со всей силы.

На этом беда отбившего себе руку парня не закончилась. Ол Рей ногой подбил его сзади по коленкам и хуком слева начавшему заваливаться на спину скривившемуся от боли Орлику попал точно в челюсть. Нокаут.

— У тебя будут ко мне какие-нибудь вопросы? — спросил Андрей у отступившего на шаг Санти.

— Лучше здесь больше не появляйся. — ответил тот, почти прижавшись к противоположному забору и мстить за дружка явно не собираясь. Быстрая и эффективная расправа произвела нужное впечатление. Хвататься за тесак Санти тем более не стал. Это дало бы Немченко право извлечь свой меч. В бою на оружии у горожанина тем более не имелось никаких шансов против профессионального вояки. — Второй раз можешь отсюда здоровым не уйти.

— Как получится. — хмыкнул землянин и пошёл, не оглядываясь, вглубь проулка.

За спиной услышал стоны приводимого в чувство Орлика.

Всё-таки насколько ощутимый прогресс произошёл с вялым телом Вита за довольно короткий срок. Расправился с крепким молодым мужиком быстро и всего одним ударом. Сейчас даже без улыбки не вспомнишь, какими сложными были для него первые схватки в этом мире. Андрей не забыл поставить себе плюс и напомнил, что почивать на лаврах не следует.

Через пару десятков шагов погрузился в сумрак и направился к конторе Горстенов, те в это время должны быть там.

Поначалу, когда прибыл в порт, Немченко показалось странным, что Тобрук со стороны моря не защищён стеной. Неужели горожане настолько уверены в мощи своего флота, который не допустит высадки врага на причалах? Объяснение этому пришло сразу же, когда ол Рей оказался на набережной.

Гавань Тобрука имела форму подковы, на концах которой высились мощные форты. С башен в воду были спущены цепи, которые натянут при первых же признаках опасности. Наверняка и на ночь их поднимают.

Здание управления судоходной компании Горстенов нашёл без проблем. В ряду тёмных портовых строений оно выделялось белым цветом кирпича. Неужели здесь научились изготавливать силикатные стройматериалы, удивился попаданец? Подойдя ближе, понял, что окрас двухэтажной конторы обеспечен обычным цементным молочком.

Пустынник со своей манией скрывать о себе всё, что можно, включая и голос, сильно облегчил задачу своей не состоявшейся жертве. Хрипота у всех людей достаточно похожа, и контрагенты вряд ли обнаружат подмену, если конечно не затягивать беседу и не сводить её к темам, которые могли быть известны только настоящему Виналию Галлу.

Контора Горстенов сильно напоминала офисы земных компаний. Тот же вахтёр на входе, та же суета в коридорах и секретарша, явно состоящая в любовной связи с главным боссом, а то и с его сыном. Во всяком случае, из кабинета начальства девушка вышла виляя бёдрами и с загадочной полуулыбкой.

— Подожди, Раймон. — сказала она сидевшему в приёмной капитану. — Там Ютания отчитывают.

Андрей просочился в комнату судовладельца и застал там обоих компаньонов Пустынника, беседовавших с сидевшем на стуле шкипером. Разглядев их лица, понял, что теперь точно знает, как выглядят отец и сын Горстены, Нанк и Гидел.

— Ты же опытный мореход, Ютаний. — морщился молодой мужчина едва за тридцать. — Двадцать два тюка шёлковой ткани попорчено водой. Двадцать два! Я понимаю, что шторм, но можно же было это как-то предусмотреть. Или ты забыл, какие ветра налетают у западного побережья Тамоа? Вот куда нам теперь это девать?

— Продадите со скидкой. — спокойно ответил шкипер, кряжистый крепыш далеко за сорок. — Спроси лучше у отца, зачем он мне своего племянника, твоего троюродного братишку непутёвого, мне в суперкарго навязал. Это Барий уложил шёлк на юте, я же лишь, каюсь, не досмотрел.

Сидевший в кресле Нанк, седой как лунь, поднялся из кресла.

— Ладно, ты прав. Ох, не знаю, что мне с балбесом делать. Ни на что не пригоден. Сестра сама с ним извелась. Может его уговорить на военный флот податься?

— Тогда нашему прославленному адмиралу олу Ситгару конец. — саркастически поморщился Ютаний.

Слушать не касаемый его разговор Немченко не стал. Вышел из кабинета, вернулся на выход, за пару-тройку минут выбрал момент, когда в холле никого не оказалось, а вахтёр отвлёкся на извлечение из сумки свёртка со снедью, и появился в реальности уже в теневом образе Виналия Галла.

— Я к Нанку. — прокряхтел он и неспеша направился к лестнице.

Ожидал в спину какого-нибудь уточняющего вопроса, но его не последовало. Вахтёр знал посетителя.

— Почтенный Виналий? — широко улыбнулась красотка в приёмной и с ехидством посмотрела на красномордого капитана. — Извини, Раймон, тебе придётся ещё подождать.

Легкокрылым мотыльком она впорхнула в кабинет и доложила о прибытии Галла.

— Виналий? — удивился Нанк появлению инвестора. — Мы же тебе за предыдущие два месяца всё выплатили. Следующая выплата будет осенью, так ведь договаривались.

— Я по другому поводу. — Андрей не знал, стоит ли ему сесть, и, если стоит, то куда. Где тут обычно Пустынник располагался? Решил остаться на ногах. — Мне срочно потребовались деньги, и я готов продать свою долю.

Отец и сын радостно переглянулись. Гидол махнул Шкиперу.

— Ютаний, оставь нас. — попросил он. Дождавшись ухода моряка, подошёл к адепту тени. — Ты сейчас серьёзно, уважаемый Виналий?

— Вполне. Объяснять ничего не стану. У меня серьёзные проблемы, и лучше вам о них не знать. Да, и деньги мне нужны монетами.

— Ты же понимаешь, что такой крупной суммы золотом у нас здесь нет, Вин. — старший Горстен тоже приблизился к землянину. Ерунда, заклинание гарантировало точность образа такую, что пусть хоть руками трут. — Может всё же вексель? Ох, что же мы стоим. Гелда! — крикнул он громко в строну двери. — Принеси нам вина! — судовладелец потёр руки. — Не скрою, Вин. Ты меня, ты нас, порадовал своим решением.

— Не нужно вина, Нанк. И вексель не нужен. Когда мы с тобой можем совершить нашу сделку? Сколько тебе надо времени, чтобы найти золото?

Договорились встретиться завтра в морской гильдии. Там Горстены получат на руки расторгнутый договор долевого участия, а почтенный Галл двадцать тысяч оборов золотыми монетами. Уплату гильдейского налога судовладельцы взяли на себя. Чувствуется, решись Андрей поторговаться, мог бы получить с Горстенов больше. Только лишний раз рисковать, продлевая беседу, было бы неосмотрительно.

Из конторы направился к портовой таможне, чтобы узнать, отправляется ли в ближайшее время какое-нибудь судно вдоль побережья на юг, к Фожу, Нагабину или далее. Про себя решил, что чсли завтра-послезавтра никаких кораблей в том направлении не намечается, то и чёрт с ней, с его плаванием под парусом. Обидно конечно будет, ведь вскоре они с Джисой отправляются в столицу, а там не поплаваешь на кораблях, разве что на лодках — Далий расположен на берегу полноводной реки.

Ему повезло. Поучивший серебрушку в один обор молодой мытарь, воровато оглянувшись и спрятав монету в карман сообщил:

— Возле девятого причала сейчас шлюпка с брига «Ветерок» пришвартована. Этот парусник как раз завтра вечером уходит в королевство Яролию. Наверняка в Нагабин пополнить запасы воды зайдут. Так что, договаривайся, почтенный. Ещё работорговая галера в это же время в Фож пойдёт, но ты вряд ли захочешь на ней плыть.

— Да, вонь этого скота нюхать не хочется. — подтвердил предположение мытаря Андрей совершенно искренне.

Он кратковременно побывал на подобном судне, когда разбирался с людоловами, ему впечатлений хватило с горой.

В дом Пустынника он вернулся не меняя больше обличья. Встретившей его рабыне сказал:

— Как приготовишь ужин, у нас с тобой разговор будет. Да, и перестань трястись.

Глава 10

У девушки теперь времени на подготовку застолья будет достаточно, солнце едва только перевалило за полдень. Андрей вернулся, чтобы немного отдохнуть, а затем снова отправиться к компаньонам Пустынника.

Двадцать тысяч оборов слишком крупная сумма. Как бы жажда стяжательства в Горстенах не перевесила желания иметь репутацию надёжных партнёров, и они не решили бы вернуть себе долю бизнеса бесплатно, то есть сохранив свои деньги. Тем более, что отошедший от дел работорговец Виналий Галл одиночка, не имеющий за своей спиной никого, кто мог бы его поддержать.

Зря Андрей не оставил судовладельцам слухача в подарок. Подумал об этом, уже когда договаривался о своей поездке в Нагабин в качестве пассажира на борту брига «Ветерок». Решил, что уши ола Рея справятся с задачей получения информации не хуже магического разведчика. Какая разница, с расстояния подслушивать или находясь рядом с объектом?

— А у тебя деньги-то остались? — спросил он у служанки, когда увидел, как та собирается на выход, сменив войлочные домашние боты на деревянные сабо.

Догадался, что девушка, имя которой Джиса в ходе пыток наёмного убийцы спросить не сообразила, вот и он не знал, как к ней обращаться, кроме «эй, ты», хочет идти за продуктами.

— М-м-м-а. — вот и весь её ответ был.

Впрочем, киванием и демонстрацией в протянутой ладони нескольких медных и серебряной монет несчастная калека смогла донести, что оставленные ей на хозяйство деньги ещё не потрачены.

— Много не закупайся. Мы завтра вечером отправляемся в путь. Не вздрагивай, ничего страшного с тобой не случится. Да, и ужинать буду очень поздно, когда стемнеет. Раньше не жди.

Отдавая задаток боцману «Ветерка», Андрей предупредил, что возьмёт с собой служанку. Тот лишь пожал плечами. Отдельной каюты для неё не найдётся, а так-то пожалуйста, ещё пятнадцать оборов, и пусть размещается вместе со своим хозяином.

Посмотрев, как за рабыней закрылась дверь, землянин направился в спальню. Постельное бельё девушка сменила, и всё же Немченко почему-то было неприятно ложиться в кровать Пустынника.

Преодолев в себе брезгливость, скинул с себя верхнюю одежду, зажал в руке кусочек хрусталя и лёг поверх одеяла.

Таня появилась сразу же, едва Андрей провалился к ней в гости. Рок-представление в прошлый раз ей не очень понравилось, и сейчас попаданец не стал экспериментировать, показав ей пятую и шестую серию «Ну, погоди». Мультфильмы подруга-стихия любила, так что, тут ошибиться с выбором невозможно.

Когда Таня отсмеялась, а потом вдруг призналась, что ей волка жалко, он хотел вернуться в реальность, но тень его не пустила.

— Подожди. Пойдём со мной. — стихия, чуть размыла свой образ Джисы, крепко прижала адепта к себе и, как в прорубь, минуя семь слоёв, затянула на восьмой. — Прими и от меня очередные дары. — с явным удовольствием на лице произнесла она.

Теперь настала очередь Андрея обнимать подругу, что он и сделал с удовольствием. Даже расцеловал в обе щёчки. Было за что. С этого момента он мог находиться в сумраке пять часов, а его перемещение по магическим путям достигло расстояния в тридцать миль за одно заклинание. Кроме того, попаданец обзавёлся умением сновидения, позволяющее незаметно оказаться во сне любого человека, находящегося не далее, чем в пятистах шагах от него.

Про ментальную магию в Гертале никто не слышал, но это почти что она и есть. О человеке очень много можно узнать из его снов. А ещё больше Андрея обрадовали слова, оброненные смеющейся Таней:

— Дождусь ли я поцелуя в губы? Или это произойдёт только тогда, когда ты сможешь ещё и насылать сны, да? Не бойся, о наших объятиях я Джисе ничего не скажу.

— Ты давно его заслужила. — Андрей поцеловал подругу, как она просила. Передать теплоту человеческого тела Таня сама не умела, хотя подаренное ею заклинание сумрачного обличья копировало образ полностью. Сейчас же землянин почувствовал, словно прикоснулся губами к мраморной статуе. — Спасибо тебе огромное. Отслужу, отблагодарю, за мной не заржавеет. А пока всё же откланяюсь. В пути вымотался, сама понимаешь, хотя бы пару часиков отдохнуть.

Однако сразу уснуть у него не получилось, уметь бы как тот Штирлиц засыпать по команде. Пожалуй, в таких обстоятельствах и славный разведчик не смог бы себя заставить. Шутка ли, в девятнадцать неполных лет освоить восьмую ступень! Неужели судьба ему уготовила повторить успех Великого мага? Надо было у Тани спросить, собирается она знакомить верного адепта и друга со своими коллегами? А как же быть со светом, если она сама на любые амулеты или заклинания этой стихии чуть ли ни шипит как кошка. Андрей при каждой активации осветительного артефакта чувствует неприятные мурашки по коже, как от царапанья ногтями по стеклу в детстве.

Мысли, мысли, и всё же, проворочавшись в постели минут двадцать, смог уйти в царство Морфея, да так крепко, что даже не услышал возвращения рабыни. Таня разбудила его ровно через два часа. Надо было ей сказать про три, торопился он не сильно, но уже не переиграть. Пришлось вставать и одеваться.

Можно воспользоваться тем, что его время непрерывного пребывания в сумраке резко увеличилось, и отправиться незваным и незримым гостем к Горстенам пораньше, чем хотел. Конечно, придётся долго бездельничать, зато можно будет много нового узнать о морских перевозках. Вряд ли ему это когда-нибудь пригодится, но, как говорится, чем чёрт не шутит.

— Жди меня, и я вернусь. — сообщил ол Рей служанке.

Опять испытал к этой забитой, изувеченной девушке острый приступ жалости, как будто бы не получил ещё в Гертале хорошей закалки характера.

Та опять что-то промычала в ответ, низко кланяясь.

Выйдя за ворота, сделал несколько шагов, убедился, что никого в округе, кроме склонившихся над грядками капусты соседской старушки и её раба нет, переместился в контору Горстенов, сразу к ним в кабинет.

Примерно час действительно пришлось поскучать, заняв место на угловом стуле и выслушивая отчёты начальников складов и доклады секретарши.

Кстати, здешняя, в отличие от Галины, совсем не умела отделять личное от служебного. Вихлялась и жеманилась перед начальством даже при посторонних. Её бы на недельку переместить на Землю для стажировки у Галки. Та на службе общалась с шефом абсолютно невозмутимо, словно стоявшая рядом с ней кофемашина.

Наконец, отец и сын остались вдвоём и заспорили о стоимости фрахта до Фагосской империи, стоит ли включать в цену доставки доплату за скорость.

— Всё правильно говоришь, Гидол. — сидевший в кресле старший Горстен смотрел на стоявшего перед ним сына с досадой. — Конечно, мы имеем право, и многие так делают. Но если Шабер не уложится в три недели? Ураган, бегство в ближайший порт от пиратов? Или вовсе будет вынужден прибиться к какому-нибудь каравану судов и тащиться с ними как старая телега?

— Он же вдоль берега пойдёт, отец. Какие пираты?

— Всё может случиться. Не спорь. Я так решил, на правах старшего и теперь уже единственного твоего компаньона. Ха, не думал, что Виналий окажется таким простаком. Когда он заявился, я был готов увеличить стоимость выкупа до двадцати пяти. Что-то крепко его прижало.

— Прежние долги, наверное? Мутный он какой-то.

— Каким бы он ни был, Галл нас сильно выручил. Все ведь тогда нам в кредите отказали.

— Да, но часть нашего бизнеса взял. А сколько мы ему уже выплатили? — Гидол уселся прямо на отцовский стол. — Раза в два больше. — об этом Андрей знал. Вот только получить по именным векселям богатство Пустынника не мог, сколько бы с Джисой об этом ни думали. На свитках частицы крови этого негодяя, и любой маг воды, жизни или адепт смерти легко отличит подлинного предъявителя документа от его поддельного образа. — Так может что-нибудь придумаем, как нам не расставаться с деньгами? — предложил младший Горстен.

— С ума сошёл? — возмутился Нанк. — Сделку же в гильдии будем оформлять…

— А потом? Наш Карлер сейчас на берегу, он мастер по тёмным делишкам и держать язык за зубами умеет. Всё равно ему только через неделю в плавание. Пусть займётся.

Старший Горстен резко поднялся из кресла и отошёл к окну. Оттуда, стоя к своему отпрыску спиной, произнёс:

— Нет. Репутация дороже. Мне жаль, что ты до сих пор этого не понял.

— Послушай…

— Нет, Гидол. Если Виналий пропадёт или будет убит вскоре после того, как получит от нас такую крупную сумму, мы окажемся среди тех, кого станут подозревать…

— Отец, Галл и так исчезнет из города. Я в этом уверен. Иначе, зачем ему золото. Наверняка, решил к старому вернуться. Мы же оба понимаем, что тех денег, которые он нам давал, на легальной торговле двуногим скотом не заработаешь. Думаю…

— Мне всё равно, сын, что ты по этому поводу думаешь. Я решение своё принял. Лучше отправляйся к Ольгенту в банк, предупреди, что мы завтра утром хотим забрать крупную сумму золотыми монетами. Пусть приготовит. Я сам за нею зайду. И приходи сегодня с Кермией на ужин. — тут Немченко даже вздрогнул, подумав, что речь идёт о нагабинской прево, его старшей приятельнице, но быстро понял о простом совпадении имён. — Мать всё время про тебя спрашивает.

— Скажи, что мы завтра навестим. К нам Ригарды вечером придут. Папа, только, пожалуйста, не начинай опять. Я давно охладел к жене Айшера. Мы просто друзья. К тому же, ни он, ни моя Кермия, ни о чём не догадываются.

Беседу прервала секретарша, сообщившая о прибытии двух торговцев, собирающихся отправиться на южный материк одним из кораблей Горстенов.

— Ладно, я пойду тогда. — сказал младший компаньон.

Андрей ещё во время спича Нанка заметил на лице Гидола мелькнувшую ухмылку, которую смело можно было назвать строками Лермонтова, насмешкой горькою обманутого сына над промотавшимся отцом. Похоже, молодой мужчина не просто не согласен с родителем, но и собирается всё сделать по своему усмотрению.