Координаты любви

Нана Рай

Координаты любви

Молли определенно влипла. Она стояла в дверях старого паба «Роза и корона», который напоминал кошелек из натуральной кожи. Некогда дорогой, теперь же настолько потертый и заношенный, что на нем живого места не осталось. И посетители здесь такие же. Их тусклые взгляды скользили по Молли, ощупывали каждую часть ее тела, особенно задерживались на щиколотках. В черных капроновых колготках из-под драпового пальто они казались тонкими стебельками.

Она ещё раз посмотрела на лист бумаги и тут же смяла его пальцами.

Райли Донован. 54,304434. — 2,197953.

Молли так долго ждала, когда получит заветные цифры, а в итоге они привели ее в захолустную деревушку Хоус в Лестершире с населением около шестисот человек. Пока она искала единственный паб, успела изучить всю деревню, хотя местные и называли ее городом.

Конечно, это сужает поиск. Не надо лететь в другую страну, как старшему брату Джейкобу, когда тот получил свои координаты. Но всё-таки Молли могло бы повезти, как и Вайолет. Младшей сестре даже не пришлось уезжать из Лондона.

— Детям вход запрещен, — прохрипел из темного угла сморщенный, как чернослив, старик.

— Я не ребенок, — процедила Молли. — Мне уже двадцать восемь.

Она судорожно вздохнула. Из-за маленького роста ее снова приняли за несовершеннолетнюю. Но пять футов и один дюйм — это нормальный рост для женщины!

— Я ищу Райли Донована, — уже громче произнесла она, и звучный голос разнёсся по всему пабу, перекрывая тихий блюз, льющийся из вымученного приемника.

Хоть бы это был не он. Пусть тезка, только бы не он. Иначе она на веки вечные останется старой девой!

Громила за барной стойкой вдруг пошевелился. Из-за тёмно-серой жилетки Молли сначала приняла его за огромный шкаф. Но когда мужчина обернулся и пронзил ее синими глазами, которые буквально раздевали догола, руки непроизвольно задрожали.

Это был он. Без вариантов. Молли конец. Ее жизнь была яркой… и короткой.

— Кто меня ищет?

Почему-то Молли ожидала услышать режущий противный голос, но на удивление Райли говорил так, словно укутывал в плюшевый плед. У нее перехватило дыхание, и она не сразу сообразила, что стоит с открытым ртом, не в силах отвести глаз от мужчины.

— Я, — наконец, пискнула она.

Каждая черта лица мистера Донована казалась рубленой, словно он был весь высечен в скале. И только темные волнистые волосы смягчали жёсткий образ.

Райли со вздохом поднялся и подошёл к Молли. Видимо, решил, что у нее все плохо с головой. По сути, так и было, но лучше бы мужчина продолжал сидеть. Молли пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Да, кажется, она припоминает. Она ведь писала про него статью. Его рост примерно шесть с половиной футов. О, боже! Неужели бабушка не могла подобрать для любимой внучки более подходящего мужчину?!

— Это я понял, — произнес Райли и в ожидании приподнял брови, но Молли продолжала молчать.

Она завороженно смотрела на чёрную прядь, которая упала на лоб мужчины, и не отдавая себе отчета, привстала на носочки, чтобы ее убрать. Как только холодные пальцы Молли коснулись горячей кожи Райли, в груди разлилось щемящее чувство тоски. От неожиданности навернулись слезы.

Видимо, Райли ощутил нечто подобное, потому что его глаза широко распахнулись, и он молча перехватил ее руку, а затем выволок на улицу. Уже завтра, а может и сегодня, о них будет судачить весь Хоус. Кто такая эта рыжеволосая куколка, и что ее связывает со знаменитостью Райли Донованом?

Центральную дорогу продувал холодный зимний ветер, поэтому Райли затащил Молли за угол паба и чуть не впечатал ее в белую стену. Опершись рукой над головой Молли, он навис над ней черной тенью.

— Ну, давай, детка, скажи, что ты — журналистка и покончим с этим спектаклем, — бархатный голос ожесточился, и Молли невольно съежилась.

— Я и правда журнали… — начала она, но так тихо, словно надеялась, что он не расслышит. Но он все прекрасно услышал.

Райли хлопнул широкой ладонью по стене, и на макушку Молли посыпалась штукатурная пыль.

— Твою мать! Я переехал в эту глушь не для того, чтобы раздавать интервью!

Молли зажмурилась.

Ну, почему все так сложно? Джейкоб говорил, главное — встретиться, а дальше чувства возьмут верх. Но Молли хотелось провалиться сквозь землю.

Приоткрыв глаза, она поняла, что лукавит. Ещё никогда раньше ей так не хотелось обнять мужчину, как сейчас. Причем почти незнакомца. Если не считать одной статьи, которую она написала о Райли три года назад. После этого их жизни изменились. И не в лучшую сторону.

— Ладно, Дюймовочка, — после небольшой паузы произнес Райли, словно он тоже не мог осознать свои чувства, — я уже давно не общаюсь с журналистами. Так что пока.

Он развернулся, но Молли поспешно ухватилась за его предплечье. Под грубой тканью рубашки она почувствовала горячую кожу.

«Какая широкая рука. И сильная. Неужели все гонщики такие?». Нет, не все. Только Райли Донован.

— Я бывшая журналистка! И приехала сюда не за интервью, — протараторила она.

Райли задумчиво оглянулся на нее:

— Как твое имя, не журналистка?

— Молли Кит.

Это была ее ошибка. Не стоило так быстро раскрывать полное имя.

Синие глаза Райли сузились и потемнели. Казалось, ещё чуть-чуть, и он сожжет Молли лазерными лучами. Под стать его злости сизые тучи на небе почти лопались от напряжения.

— Надо было сразу догадаться, — прошипел он и стряхнул ее руки. — Мало разрушить мою жизнь, решила вернуться и добить? — его пальцы сжались в непроизвольный кулак. — Ты даже не представляешь, как я сейчас хочу сломать твою тщедушную шейку…

Молли отшатнулась. Сердце колотилось где-то под горлом, она задыхалась и уже подумывала, что лучше остаться старой девой, чем мертвой. Или же бабушка всё-таки ошиблась в цифрах, и судьба Молли кроется в каком-нибудь живописном месте на берегу озера.

— Я поплатилась за это карьерой! — воскликнула Молли.

— Карьерой, не жизнью…

— Что-то ты не похож на ходячего мертвеца.

Райли рванул к ней и схватил за горло:

— Я похоронил жену и дочь!

— Моей вины в этом нет, — прохрипела Молли.

— Но ты поспособствовала, — он отпустил ее так же резко.

Молли согнулась пополам, откашливаясь, но, кажется, Райли совершенно не мучился совестью.

— Не знаю, зачем ты здесь. Но мне плевать. Убирайся, пока я не лишил тебя не только карьеры.

Он развернулся и широким шагом направился вглубь города, где низкие одноэтажные дома были хаотично разбросаны в каком-то непонятном чужеземцу порядке. Вообще, весь Хоус напоминал нечто несуразное. Словно огромный карточный дом, разрушенный лишь наполовину. Где-то проплешина и зияли площади, где-то ютились белые невыразительные дома, которые населяли такие же блеклые, уставшие жители. И тем сильнее среди них выделялся Райли Донован — в прошлом звезда гонок, победитель множества заездов, миллионер и владелец сети фастфудов «Стрит-Ит».

Молли стояла на месте, пытаясь осознать, что именно он сейчас произнес. Начал накрапывать дождь, но она не обращала внимания. Она полностью погрузилась в прошлое, когда ее вынудили написать статью о Райли Доноване, после чего вся жизнь полетела в тартарары.

— Хочешь работать — напишешь, — владелец журнала «Люби и читай» Крис Морган не обладал ни обаянием, ни дипломатией. Прямолинейность мужчины, как и острое орлиное лицо с седыми, словно выцветшими, волосами, била по глазам, затем по душе. Ещё по почкам и печени.

— Но откуда вы знаете, что жена мистера Донована не врёт? — Молли рискнула спросить.

Вся эта история с фотографиями, на которых Райли Донован якобы изменяет беременной жене с молоденькой фанаткой в номере дешёвого отеля, висела на хлипких ниточках. Начиная с того, что лица гонщика почти не видно. Только профиль и со спины. Заканчивая тем, что миссис Донован — миловидная брюнетка с детской мордашкой и с совсем недетским бюстом, сама принесла фотографии в журнал, которые сделал нанятый частный детектив, и очень слёзно просила не разглашать ее имя. Якобы боится побоев.

Якобы, якобы… Вся эта история описывалась одним словом «якобы». И Молли ещё тогда надо было догадаться и послать Криса Моргана и его жёлтую прессу куда подальше. Вместо этого она написала статью, порочащую репутацию Райли Донована. Она лишь потеряла работу мечты, но Райли потерял намного больше.

Дождь усилился, или слезы застила глаза, поэтому она стояла как в тумане, но одна мысль билась в висках: не дать Райли уйти. Молли сама не могла объяснить странное чувство, которое толкнуло ее вслед за мужчиной. Бабушка бы с усмешкой сказала: судьба. Наверное, это было так, потому что когда Молли догнала Райли у дороги и с силой дернула на себя, перед ними промчался автомобиль, который словно возник из ниоткуда и исчез тоже в никуда.

Райли выругался и бросил на Молли гнетущий взгляд.

— Я тебе жизнь спасла, так что ты обязан меня выслушать! — быстро проговорила она, хотя у нее уже зуб на зуб не попадал.

Пальто промокло, берет превратился в мокрую мочалку. Ещё минут десять такой прогулки, и она точно сляжет с температурой. Хотя приближающийся гром пугал сильнее, поэтому Молли искренне надеялась, что Райли сжалится над ней.

Он вздохнул и неожиданно крепко сжал ее ледяные пальцы. Контраст холодного и горячего в который раз поразил Молли, но она только послушно переставляла ноги, чтобы поспеть следом.

К счастью, шли недолго. Уже спустя две минуты Райли свернул к одноэтажному белому дому, который ничем не выделялся среди остальных таких же домов. Но когда Молли вошла внутрь, она испытала настоящее блаженство, окунувшись в тепло.

— О-о-о, — простонала она и прижала заледеневшие кончики пальцев к губам.

— Да, из-за тебя мы промокли, — проворчал Райли.

Он прошел мимо нее к догорающему костру в камине из кремовой плитки.

Пока Райли подкидывал дров и ворошил кочергой, чтобы пламя разгорелось с новой силой, Молли огляделась. Она стояла посреди просторной гостиной, отделанной темным деревом. Возможно, кедром, она в этом не разбиралась. Шкура медведя на полу впечатляла. В углу Молли заметила книжный шкаф, до отказа забитый книгами. Причем они стояли как попало. Боком, лёжа, даже верх ногами. В остальном это был холостяцкий дом, напоминающий дворняжку. С виду неказистую, но с добрыми глазами, и все же без хозяйки в них крылась печаль.

— Рассказывай, — коротко приказал Райли, когда огонь в камине вовсю полыхал. Мужчина снял жилетку и бросил на кожаный диван. Переживать, что можно испортить вещь, было не в характере Райли.

Молли повесила мокрое пальто на вешалку-рогатку. Туда же отправился и берет. Ее идеальный французский пучок превратился растрёпанное птичье гнездо, грязь заляпала высокие сапоги. Пришлось снять и их тоже. Пока Райли тащил ее за собой, она собрала все лужи.

Все это время по Молли блуждал цепкий мужской взгляд, который словно проникал под одежду и выискивал тайны.

Она гордо расправила плечи и подошла к камину:

— Я замёрзла и пока не согреюсь ничего не скажу. Думаю, это небольшая плата за спасение, — она протянула ладони к огню.

Райли фыркнул:

— Какая же ты мелкая.

Он направился в маленькую кухню, объединенную с гостиной в одно помещение. Там тоже витал одинокий дух. Слишком пусто и даже пыльно. Кажется, Райли дома не питался. Но судя по звонку кружек, чаем угостить мог.

— Мой рост пять футов и один дюйм, — гордо заявила она, когда Райли вернулся с подносом, на котором дымились две огромные чашки.

Райли вскинул бровь и впервые улыбнулся искренне, без раздражения.

— Целый один дюйм, — добавил он и поставил поднос на кофейный столик. — Ужас какая высокая. Угощайся. Из закусок только крекеры, но я не помню сколько им лет.

Молли не удержалась и прыснула от смеха, но тут же напустила на себя важный вид.

— Это не чашка, а супница, — заметила она, когда присела на диван и взяла чай. Он приятно обжигал пальцы.

— Так и есть.

Райли остался стоять, и Молли снова пришлось постараться, чтобы заглянуть ему в лицо. Их взгляды пересеклись. Он так и замер с супницей в руках, поднеся ее к губам. Сложно было не заметить, как вздымается его грудь. Да и самой Молли стало трудно дышать. Она вдруг опустила глаза, разрывая невидимую связь.

— Я не хотела писать ту статью. Мистер Морган уволил бы меня… — она запнулась, но слова уже было не сдержать, — твоя жена твердила, что это ее единственная возможность спастись. Говорила, ты не дашь ей развод… Конечно, я не могу доказать, но…

— Я знаю, — выдохнул Райли и сел рядом с ней. Нетронутый чай вернул на поднос и с закрытыми глазами откинулся на спинку дивана. — Она попала в аварию вместе с любовником. Позже я изучил ее переписку. И с Морганом, и с этим доходягой, в которого Дженни вдруг безумно влюбилась, — слово «безумно» он буквально выплюнул. — Она сама все придумала. Подставить меня с помощью фото, сделать из себя невинную жертву, потребовать моральную компенсацию… Вот только смерть не входила в ее планы. Дженни не доходила каких-то полмесяца до родов. А ведь ребенок был мой… Хотя я до последнего надеялся, что тест ДНК будет отрицательный.

Райли шептал, словно боялся спугнуть момент искренности. Никогда раньше рядом с чужим человеком Молли не было так спокойно. На нее совершенно не давил его высокий рост. И как бы грозно Райли не смотрел, ей хотелось лишь спрятаться в его объятиях. Записка, которая осталась в пальто, обретала смысл. Да и глупо было думать, что бабушкин дар вдруг дал сбой.

— Мне очень жаль. Но запирать себя в глуши не стоило. Ты ведь отомстил. Уничтожил журнал Моргана, меня тоже больше никуда не взяли. Это достойная плата за глупость, — Молли спокойно перечисляла последствия, не испытывая ни капли злости на Райли. Но, похоже, он решил иначе.

— Ты ведь за этим приехала? — он поднял голову и посмотрел на нее. — Чтобы я помог восстановить твою карьеру?

Впервые они глядели друг другу в глаза так близко. Молли ощутила аромат хлеба, исходящий от Райли. Видимо, он пил пиво в пабе, и, возможно, на его губах ещё можно было ощутить вкус солода. Лицо Молли «загорелось» от смущения.

— Так я и подумал, — выдохнул он.

— Нет! Ты не то подумал! — Молли поставила супницу с наполовину выпитым чаем на стол. — Я вообще до последнего надеялась, что ты не тот самый Райли Донован, а какой-нибудь другой…

В этот момент где-то над домом взорвался гром, и Молли с криком закрыла голову руками и сжалась в комок. Дождь влил с новой силой. По крыше разлетелся барабанящий шум.

— Боишься грома? — удивился Райли и задумчиво посмотрел в затуманенное водой окно.

— Очень. Ещё с детства. Бабушка говорила, что однажды я потерялась и попала под сильный дождь. Прямо настоящая гроза сверкала. С тех пор мы не дружим, — Молли заставила себя выпрямиться.

— Похоже, ливень надолго. Ты остановилась у миссис Коллинз?

— Что? Нет. Я искала гостиницу, но не нашла. А машина осталась возле паба.

— Здесь нет гостиницы. Только миссис Коллинз сдает одну из трёх своих комнат после того, как овдовела, — Райли задержал взгляд на Молли и вдруг наклонился к ней. — Не боишься остаться у меня? Я не маньяк, на красивых женщин не бросаюсь.

— Я — красивая? — заулыбалась Молли, когда Райли встал и снова скрылся на кухне.

— Нет, просто мне любопытно зачем ты всё-таки искала некоего Райли Донована, а нашла меня, — прокричал он. — И кстати, если ты остаёшься, тогда готовишь ужин. У меня есть томатная паста и спагетти.

Молли вздохнула и осторожно прошла на кухню. Перед этим она вытащила из кармана пальто смятую записку.

Райли на маленьких квадратных метрах смотрелся забавно. Словно великан в спичечном коробке.