Паутина

— Молодец. Но все равно, звони, если что, я помогу. Удачи.

— Спасибо, отец.

Сыщик положил трубку, попытался отдышаться. Снова посмотрел на часы. Скоро вылет. Он наскоро умылся, надел походные ботинки, плотные штаны, кофту и неброскую серую куртку с защитой от ветра и дождя, взял ключи и застыл в коридоре у закрытой двери, покачал головой.

Этот день должен был закончиться совсем не так…

Глава 2. День, который не открыл завесу тайны

— Да! — рявкнули из- за двери, и Александр зашел внутрь.

Всё здание выглядело повидавшим виды: глаз следователя сразу отметил недавно прошедшую бомбардировку. Трещины в стенах и пыль, тонким слоем лежащая на всех горизонтальных поверхностях, говорили сами за себя.

В Лирмонте, полевом аэропорту Четвертой ударной его встретили на удивление вежливо. Даже командир дивизии нашел пару минут, чтобы поздороваться и попросить передать привет отцу.

Притом сам Александр интересовал военных чуть больше, чем никак. И это парня, скорее, даже порадовало.

С личным водителем командира дивизии Филатова отправили ближе к передовой: туда, где базировался нужный ему полк. Очередной КПП, где пришлось оставить смартфон, и получить вместо него дежурный телефон. Тот был потрепан временем, и функция у устройства была одна — звонить.

И вот парень уже добрался до передового штаба. Отсюда стоит начать.

Командир полка, худой и какой- то тщедушный мужчина лет сорока пяти, никак не ассоциировался со своим громовым голосом:

— Что? — он отложил в сторону пистолет, сборкой которого, видимо, был занят до визита Александра.

— Александр, — представился вошедший. Нехотя добавил, — Филатов.

— Извини, вскакивать не буду. Что нужно?

Видимо, из дивизии его никто не предупредил. Следователь почувствовал, как челюсти сжимаются сами собой, непроизвольно.

— У меня спецразрешение на проведение расследования, — он постарался вышвырнуть из своего тона все эмоции, — у вас числится без вести пропавшей Агата Лан…

— К начальнику штаба! — резко оборвал полковник, не дослушав, — и пусть доложит, как закончите.

— Я понял, — больше общаться желания не было. Да и Александр видел по дороге поцарапанную табличку «Начальник штаба, полковник Юрьев А.К.»

— Давай, иди, — не дождавшись, пока гость покинет кабинет, офицер вернулся к своему занятию.

Постоянно зрела ассоциация с какой- то бюрократической структурой. Время тянулось и тянулось, как паутина, а он пока не добился ровным счетом ничего.

— Слушаю, — начальник штаба полка не почему- то не вызывал такой неприязни, несмотря на свой вид: высокий, широкоплечий, с жесткими черными волосами и грубыми чертами лица он больше всего напоминал монстра Франкенштейна.

— Я по спецразрешению, — не став уже в десятый раз называть фамилию, Александр сразу перешел к делу. Заметив в погасших глазах искру интереса, он протянул офицеру документ.

— Так, так. Вижу, — проговорил тот. Речь полностью соответствовала внешности: тяжелая, неторопливая, — какое нужно содействие?

Наконец, что- то сдвинулось с мертвой точки:

— Прежде всего — что вы можете сказать о пропавшей? Агата Михайловна Лантратова, — повторил парень, — прибыла к вам в расположение полтора месяца назад.

— Да. Помню. Вам бы лучше обратиться в кадры, — проговорил мужчина, — но ввиду последней бомбежки кадры — это я.

Ни один мускул на его лице не дрогнул. Филатов же едва не выдохнул с облегчением, чего тут же устыдился.

— Могу присесть? — он бросил взгляд на один из стульев.

Начальник штаба кивнул и продолжил:

— Общие сведения я дам, но основное нужно смотреть в личном деле. Дела я не дам: понимаете, почему.

Офицер сцепил могучие руки и хрустнул пальцами.

— Девочке тут место предложили по знакомству, насколько известно. На передовую сама хотела. По личной беседе — энтузиазм так и бил. Молодые, — он выдохнул все с тем же каменным лицом, — с тыловиком конфликтов не было, как и с остальными. Наоборот, девчонка видная, привлекательная. Многие за ней бегали.

Александр взглянул на экран телефона: еще в полете он изучил все, что прислал Михаил. Девушка в самом деле была собой хороша. Густые волосы необычного рыжего оттенка, черты — острые, с выраженным подбородком. И, надо думать, ростом в отца.

И зачем её тоже потянуло в эту структуру?

— С кем- то они были особенно близки? — уточнил Филатов, на что хозяин кабинета покачал головой:

— Не думаю. По моему личному впечатлению — девка с характером. К первому встречному не прыгнула бы.

— А лично вы, — следующий вопрос прозвучал незамедлительно, — когда ее видели в последний раз?

Мужчина прищурился:

— Я — начальник штаба, — пророкотал он, — и круг общения у меня небольшой. Наверно, дня за два до налета. А уже в день, когда мы в бункер забились, её точно не было.

— Хорошо, — спокойно ответил Александр. Всю полученную информацию он аккуратно фиксировал в диктофоне, — и еще одна просьба. Можете дать мне сопровождающего? Или помощника, вдруг что понадобится уже на месте.

Густые черные брови сошлись на переносице, и все морщины на лице офицера стали глубже:

— У нас сейчас боевая готовность, — произнес он в итоге, — после атаки.

— Если атака уже была, — осторожно спросил Филатов, — то зачем сидеть в готовности?

Тут уже в собеседнике промелькнула скрываемая злость, но он все же ответил спокойно:

— Не моя прихоть. Так положено.

Общение с офицером не было таким неприятным, как с остальными, но Александр предпочел бы не общаться с ними всеми вовсе.

Но блуждать тут в одиночестве, тратя время на попытки понять, где что находится, он не собирался. А еще меньше хотелось бегать и задавать глупые вопросы местному начальству каждые пару минут.

— Извините, но я вынужден настаивать, — он указал на разрешение.

«Оказать содействие по мере запроса», — значилось там последним абзацем. Чуть ниже стояла гербовая печать командора.

— Используете все средства? Понимаю, — хмуро кивнул Франкенштейн, — подождите у дверей штаба, к вам подойдет боец. И держите в курсе, как всё проходит, — последнее прозвучало больше как просьба.

Он поднял телефон и нажал одну за другой четыре клавиши.

— НШ, — холодно бросил офицер в трубку, — пусть командир даст одного с вашей роты к штабу. В помощь гражданскому. Пока на день, потом будет видно.

Короткая пауза заставила мужчину измениться в лице:

— Любого, твою мать! Мне насрать, кто у вас где работает! Сдавай дежурство и через тридцать минут у меня в кабинете! Всё понял?

Александр поспешил удалиться: вся эта речь заставила его невольно поморщиться.

— Дегенераты, — услышал парень из- за спины.

Вновь захотелось перекурить. Выйдя на крыльцо штаба, Филатов представил, как затянулся бы табаком. Вот только места тут не найти.

Холодный осенний ветер пытался прорваться через пальто. К груди, к спине, к рукам и ногам — по всем направлениям разом.

Очередной выдох помимо дыма обернулся облаком пара. Кажется, за время его полета сюда успело похолодать.

Где этот чертов солдат? Даже ладони, спрятавшиеся в карманы пальто, уже начинала мелко подрагивать от пронизывающего ветра. Пальцы казались уже просто деревянными.

— Это к вам меня назначили? — приблизившийся боец выглядел лет на двадцать, не больше. Зато в нем виднелась энергия, а это было Александру на руку.

— Полагаю, да. Александр, — следователь протянул почти онемевшую руку, и солдат с готовностью пожал её.

На нем ладно сидела демисезонная форменная куртка серого цвета, вызывая у Филатова легкую зависть.

— Сержант Полянский, — представился солдат, прищурившись от налетевшего ветра, — в чем нужна помощь?

— Для начала — мне нужно в управление тыла. Правильно назвал?

— Так точно. Только «служба тыла», — быстро ответил сержант, — пойдемте, я отведу.

Вкупе с воющим ветром это «так точно» кольнуло сильнее обычного. Александр покачал головой и двинулся за бойцом.

Расположение полка было усеяно воронками от авиабомб. Тут и там суетились бойцы, приводя в порядок то, что повредили повстанцы.

«Служба» оказалась небольшим одноэтажным строением. Позади виднелись склады. Один стоял невредимым, у соседнего осыпалась одна из стен. На месте третьего Александр разглядел лишь груду обломков, да огромную воронку рядом.

— Бомба? — уточнил он у Полянского на всякий случай, и тот кивнул.

Переход до строения продлился куда дольше, чем предположил Филатов на первый взгляд. Развороченная снарядами повстанцев земля была рыхлой, да еще и холодный ветер бил в лицо.

Погода продолжала портиться.

— А у вас тут была такая девушка, — невзначай уточнил следователь, пытаясь догнать сержанта, — высокая, симпатичная. Как же её звали?

— В сентябре новенькую распределили! — перекричав ветер, ответил солдат, — как раз к тыловикам. Агата! — вспомнил он имя, — ничего такая.

— Ничего? — доверительно уточнил Александр, — близко знакомы?

— Ну, как, близко, — боец пожал плечами, — раз с отделением помогали ей коробки выгрузить. Ну, на чай потом зашел, минут на двадцать. Да и всё.

Филатов подозрительно взглянул на солдата, и тот словно почувствовал это:

— Ничего не было, — показал руку. На пальце красовалось обручальное кольцо, — да и потом её больше не видел. Нас кинули в разведку, а как вернулись — вот.

На «вот» сержант обвел рукой разрушенные склады.

— Много погибших было? — Александр сразу же переключил тему, — ваши разбирали завалы?

— Я ж говорю, позже мы пришли. Слышал, двенадцать человек всего. А уж сколько именно тут — не готов доложить. Только она и осталась, наверно.

Следователь кивнул.

Они, наконец, добрались до службы. Филатова уже трясло крупной дрожью от пронизывающего холода. Ничего, здесь должно быть получше.

— Я вас тут подожду, разрешите? — проговорил сержант, — там жарко внутри, подышу воздухом.

— Хорошо, — Александр пожал плечами, — и попробуй без своих «разрешите», если можно.

— Принял, — кивнул ОПЗМовец.

Филатов поспешил зайти в постройку. После слов солдата он рассчитывал согреться, но внутри ждало только разочарование.

— Начальник службы тыла, майор Паули, — торопливо представился хозяин помещения, только увидев гостя, — извините, к нам трубу отопления перебило взрывом, но могу предложить чай. Вы по какому направлению?

— Направлению? — удивился Александр. Кажется, его тут ждали. Вернее, ждали, но не совсем его.

Тыловик говорил быстро, складно, много жестикулировал и в целом казался более человечным, чем все, кого встретил Филатов до него.

— Вы не из комиссии? — удивленно переспросил офицер, на что следователь только покачал головой:

— Нет. Меня зовут Александр Филатов, и я здесь по поводу исчезновения Агаты Лантратовой.

ОПЗМовец изменился в лице. Оживление начало стекать с него, как грязная вода.

— Агата, да. Была квартирмейстером и хорошей опорой. В кои- то веки мог на кого- то рассчитывать, — он погрузился в воспоминания, — себе на уме она немного, но в остальном — профессионал.

— У вас были хорошие отношения? — парень решил начать с базовых вопросов. Если этот человек и был в чем- то замешан, то скрыл эмоции умело.

— А у нас отношений и не было, как таковых. Давайте начистоту: вы же знаете, чья она дочь?

Александр раздраженно кивнул. Что за привычка — судить о человеке по его происхождению?