Дежурных больше нет!

– Кикбольным матчем! – вскричали все трое.

– Это и был план Орсона! – сказал Сэм, оглядываясь на старое высокое здание школы. – Мы знаем, чего он хочет. Того же, что и всегда. Съесть…

Сэм не закончил фразу. Он говорил правду – и страшную. На деле она была настолько ужасна, что Сэм с друзьями прошли остаток дороги до дома в испуганном молчании.

Вверх и прочь

Голос директора Виника долетал через открытое окно класса:

– Команды, пожалуйста, займите свои места!

Было утро следующего дня, и кикбольный матч начинался с минуты на минуту. А Сэм, Люси и Антонио застряли в собственном классе, отскребая жвачку.

– Чувствую себя Золушкой, – пожаловался Антонио, счищая резинку со стекла.

– Ага, только мы пропускаем не пышный бал, а кикбольный турнир, – согласилась Люси.

– Разговорчики! – рявкнула мисс Гринкер, которая восседала за своим столом (полностью покрытым жвачкой).

Учительница встала и протопала по кабинету:

– Я собираюсь привести в порядок кладовку. Но буду следить за дверью! Если кто-то выйдет за неё, у него будут большие неприятности!

Дверь закрылась.

СВИИИИИ!

Воздух прорезал звук свистка.

Это директор Виник объявил о начале первого периода.

Сэм, Люси и Антонио подбежали к окну. Учителя и ученики сидели на трибунах.

– Там все! – заметил Антонио.

– Кроме дежурных, которые могли бы помешать Орсону напасть! – проговорила Люси.

– Ребята, мы должны найти способ защитить их, – заявил Сэм.

Антонио выглянул в окошко на двери. Он видел мисс Гринкер у кладовки.

– Как нам ускользнуть, если она прямо на пути?

И тут – ШМЯК!

Сэму на плечо шлёпнулся комок жвачки. Мальчик поднял глаза.

Нить резинки свисала с решётки вентиляции в потолке.

Сэм улыбнулся:

– Если мы выйдем не через дверь, мисс Гринкер и не узнает, что мы слиняли!

Через мгновение он уже стоял на парте. Антонио и Люси подняли друга к решётке…

Страшные зубы!

– Вчера мы влипли в историю, – пошутил Антонио. – А сегодня мы в стеснённых обстоятельствах!

Трое друзей ползли по вентиляции. Им приходилось извиваться и ёрзать, чтобы продвигаться вперёд.

– Ой-ой-ой, – произнёс Сэм. – Впереди шахта разветвляется. Каким путём мы доберёмся до главного входа в школу? Направо или налево?

– Дай-ка я проверю! – сказала Люси. – У меня с собой чертежи школы.

Она выглянула наружу сквозь щель в шахте. И увидела, что они находятся над кабинетом рисования. Люси прищурилась, изучая чертежи, как карту.

– Кабинет директора Виника рядом с главным входом, так что давайте двигаться туда, – Люси водила пальцем по чертежу: – Здесь поворачиваем направо, затем над спортзалом налево и снова налево над столовой.

Сэм пополз направо.

Они слышали доносящийся снаружи голос директора:

– Начинаем второй период!

– О нет, – простонал Антонио. – Уже второй период! Осталось всего три! Орсон скоро атакует!

– Нужно поспешить! – ответила Люси.

Сэм заторопился. В вентиляцию просачивались запахи из столовой. Это означало, что они уже близко! Сэм заполз за угол и почувствовал, как из отверстия доносится прохладный ветерок.

Он увидел внизу стол директора Виника.

– Мы на месте! – сказал Сэм.

Он попытался осторожно спуститься, но вместо этого…

ХРЯСЬ!

Нога Сэма провалилась в вентиляционное отверстие! И он с треском приземлился на директорский стол.

– У-уф, – простонал Сэм, поморгал и увидел, как из отверстия в потолке на него глядят друзья.

– Мягкая посадочка! – пошутила Люси.

Сэм встал и помог друзьям спуститься.

И вдруг он почувствовал, что должен кое-что сделать… Сэм открыл ящик стола директора Виника.

– Я её забираю! – заявил он, хватая перевязь.

На него тут же накатило облегчение. Люси и Антонио улыбнулись другу.

– А теперь идём на кикбольное поле и остановим Орсона Жуткинса! – заявила Люси.

Она выбежала в коридор. Антонио последовал за ней. Но стоило Сэму шагнуть за дверь кабинета…

Дерево в двери треснуло! Теперь дверь выглядела как рот с зубами-щепками!

– Осторожно! – вскричал Антонио.

ЦАП! Жуткие зубы ухватились за перевязь! Сэм вцепился в один конец, а чудовищная пасть – в другой!

В переделке

Чавкающая дверь крепко держала перевязь в своих щепках-зубах.

– Мне не вырвать её! – крикнул Сэм.