Книгоед

С этими словами мальчик разревелся и побежал.

А Змей зевнул и дохнул ему вслед пламенем.

"Пословицы - кладезь народной мудрости, - подумал на бегу Эмка, вытирая слезы. - И никогда не врут".

Огонь особого ущерба лесу не принес - вокруг входа в пещеру всё, что могло гореть, давно уже сгорело. А мальчик, к счастью, отбежал достаточно далеко.

Тогда Змей еще раз зевнул, расправил крылья и полетел за нахалом. Змей придерживался принципа: раз уж почистил зубы, изволь кого-нибудь съесть. И если бы у Эмки были такие же зубы, как у этого чудовища, он бы, наверное, тоже так поступал...

Но сейчас мальчик мчался через лес к двум скалам и надеялся, что Котигорошек не подведет. И что камень окажется достаточно большим и тяжелым. И что Змей не вырвется. И что...

А вот и скалы. Эмка вбежал в расщелину между ними и здесь позволил себе оглянуться.

Фу ты - ну ты!

Змея нигде не было!

Решив, что чудовище замыслило какую-то пакость, Эмка рванул дальше.

Он уже пробежал ущелье и выскочил на берег Черной речки, когда заметил Змея: тот, видимо, заподозрил неладное и потому облетел скалы справа. И значит...

"Ой! - подумал Эмка. - Кажется, пора просыпаться".

Но не проснулся, а помчался к речке. Всё равно больше бежать было некуда.

Змей отправился следом, выжигая огнем траву под собой и надеясь поджарить Эмку. Тот оглянулся и поднажал.

Наконец добрался до берега. Мальчик в последний раз посмотрел назад (Змей не отставал) и прыгнул в воду. В следующее мгновение стена огня встала на том месте, где только что был Эмка.

А он тем временем проплыл немного под водой и вынырнул где-то на середине реки. Хоть была она большая, течение здесь оказалось не сильное, так что мальчика почти не сносило.

"Ну, и где же мой противник?"

Змей сидел на берегу и озирался. Наконец он углядел мальчика и помахал ему лапой:

- Эй, вылазь! Так нечестно! Ты же знаешь, что мы, огнедышащие, боимся воды.

- Не вылезу, - бесстрашно заявил Эмка. - Ты меня поджаришь. И съешь.

- Ну, - пожал плечами Змей, - ты же проиграл. Так что, извини, ничего другого мне не остается. Вот был бы ты Котигорошком...

В это время Котигорошек, подкравшийся к Змею сзади, взял да и припечатал его большущим дубом - единственным деревом, которое росло на скале, где герой сказки прятался в засаде.

Змей аж крякнул от боли и обиды.

- Так нечестно! - снова завопил он. - Кто ж подкрадывается сзади, да еще дубом молотит по крыльям? Они у меня, между прочим, нежные. И вообще, что за манера: двое на одного?!

Котигорошек не знал, что ответить. Да и расстроен он был очень сильно, оставшись без булавы - до сих пор успокоиться не мог. Поэтому еще разок огрел Змея дубом.

- Слушай, парень, чего ты хочешь? - прошипело чудовище, давясь собственным дымом: видать, что-то там у него внутри от Котигорошковых ударов повредилось. - Ты за золотом моим пришел? Или, может, тебе славы молодецкой хочется? Так будет тебе слава - я завтра же уберусь из этих краев, а ты скажешь, что убил меня. Или, допустим, золото тебе нужно - отсыплю я тебе, я же не скупердяй какой-нибудь, чтобы добру молодцу золота пожалеть.

Но подобные гнусные предложения Змея только еще больше рассердили Котигорошка, и он огрел чудище в третий раз. Тут-то дуб и переломился, ровнехонько пополам.

- Он братьев пришел выручить, - объяснил из воды Эмка. - И сестрицу. Правда ведь, ты их не съел?

Змей раздосадованно потер ушибленную спину и посмотрел вслед Котигорошку. Тот бодрой рысцой направлялся к лесу, за следующим деревом.

- Не съел, - проворчал Змей. - Не положено мне их есть, братьев его и сестру. Нет, мальчик, - возмутилось чудовище, - что ж ты сразу-то не сказал, что это Котигорошек?! Я ж не железный, такие удары выдерживать! Мне по сказке что положено? Удар булавой, я - в обмороке, он забирает своих родственников, и они отсюда уходят. А тут - дубом, по пояснице! Так и помереть недолго. Учти, я буду жаловаться, по всем инстанциям пройду. Вот где, например, его булава? Он что, не знает правил?!

- Да нету у него булавы, - признался Эмка, выбираясь из воды. В лесу раздавался скрип: Котигорошек никак не мог выломать очередное дерево. Увеличилась она в размерах, так что ему не удалось ее из земли выдернуть. Поэтому мы пошли так.

- А ты вообще кто такой? - подозрительно поинтересовался Змей.

- А я так, прохожий.

- Ну и ладно, - чудовище как-то сразу успокоилось, притихло. - Это даже хорошо, что мы наконец разобрались. Я сейчас улечу отсюда, а ты ему скажешь, когда вернется, что издох я и в пепел рассыпался, по ветру развеялся. Главное, чтобы сказка нормально закончилась. А то... - и Змей испуганно оглянулся. Жить-то всем охота, правильно я говорю?

- Ты о чем? - удивился Эмка.

- О Книгоеде... - Змей осекся, насупился, посмотрел на мальчика. - Короче, ты запомнил насчет меня? Издох, в пепел рассыпался, по ветру развеялся. Именно в таком порядке, не перепутай!

- А...

- А остальное забудь. Тебе, прохожему, оно ни к чему, - и с этими словами Змей улетел за Черную речку.

Эмка же отправился в лес, спасать от Котигорошка деревья.

Затем они отыскали в Змеевой пещере братьев и сестру, и все вместе отправились домой.

А потом Эмка проснулся.

"Фу, ерунда какая, - решил мальчик. - Наслушался библиотекаря, теперь всякая чушь снится".

Он посмотрел на полку: "Украинские народные сказки" стояли на прежнем месте, как будто и не пропадали никуда.

"Наверное, мама нашла и поставила на полку, пока я спал".

Глава третья,

в которой Эмка убеждается,

что порой "небеда" бывает пострашнее "беды"

Эмка взял книгу, раскрыл на странице со сказкой про Котигорошка, смотрит страницы как новые и булава на картинке нормальная.

"А ведь в "Сказках" что-то изменилось".

И тут Эмку осенило.

"Так вот почему во сне у Котигорошка булава была здоровенная! Я ее сам и нарисовал такую!"

Но теперь-то в книжке красовалась нормальная иллюстрация, безо всяких излишеств.

"Вообще-то могла мама стереть", - подумал Эмка, а потом сам себе возразил: "Нет, не могла. Я ж фломастером малевал, это, как в пословице, и топором не вырубишь".

- Ничего не понимаю, - признался мальчик Мэлу Гибсону. Тот геройски подмигивал со своего места на стене - уж Мэлу наверняка было всё понятно.

- Ну и ладно, некогда мне сказки читать, - чуть обиженно сказал Эмка. - В школу пора.

Сегодня был последний день занятий, так что ничего неприятного не предвиделось. Можно и поторопиться.

Уроки прошли быстрей и веселей, чем вчера. Все откровенно радовались грядущим каникулам: учителя были милы, ученики - приветливы.

После школы Эмка со Славкой отправились к Костику Вышинскому, у которого дома был компьютер. Костик в честь лета пригласил приятелей поиграть в компьютерную игру, так что сидели у него в гостях до позднего вечера.

- Ну, ты завтра в футбик придешь играть? - спросили у Костика на прощанье.

- А как же! Последний матч, потом разъедемся кто куда... - и он вздохнул, то ли радостно, то ли огорченно. Костика родители высылали к бабушке послезавтра.

Зато Славка с Эмкой оставались в городе еще на целый месяц! Родители, словно сговорившись, отправляли их в лагерь аж на вторую смену.

За ужином мальчик спросил у мамы с папой, не они ли нашли "Украинские народные сказки". Мама покачала головой, папа хмыкнул: "Да ну, ты, наверное, вчера плохо искал".

Ну и ладно, плохо так плохо. Хотя Эммануил-то не сомневался: искал он вчера как следует. Но есть вещи, о которых взрослым говорить не стоит - всё равно не поймут и не поверят.

Размышляя об этом, Эмка разделся и лег в постель.

И приснилась ему яхта с гордым названием "Победа". Будто сидит Эмка на палубе и удивляется: яхту взял на буксир какой-то катер, а толку - никакого. Стоит "Победа" у берега, словно вросла в него, - даже не шелохнется.

"Может, якорь забыли поднять?" - подумал он.

Пригляделся - нет, якорь подняли и с парусами полный порядок.

И тут над ухом мальчика сердито гаркнули:

- Старший помощник Лом! Поч-чему на судне лишний пассажир?!

Только Эмка подумал, что это о нем спрашивают, как яхта накренилась - и у него закружилась голова. Но вот всё прошло - смотрит: берега поменяли очертания, нету провожающих на берегу, в воде плавают головные уборы и рядом же качается на волнах будка с мороженым.

"Ого! - догадался Эмка. - Так это же "Приключения капитана Врунгеля"! Вот здорово!"

Мальчик огляделся.

Яхта как яхта - прямо как в книжке! И даже борта у нее в корешках: всё правильно, она же ими к берегу приросла, потому и сдвинуться с места не могла, потому и катер брал на буксир.

Старший помощник Лом тоже заметил корешки и сунулся было очищать от них борта проросшей яхты, но с капитанского мостика внезапно приказали зычным голосом:

- Да не беда! Отставить, старший помощник Лом! Сами отвалятся.

Ну кто еще способен отдавать приказы таким голосом - разумеется, капитан Врунгель.

Эмка восторженно смотрел на этого низкорослого человечка, который сейчас оставил штурвал и спустился на палубу.

А спустившись - пододвинул в тенек от парусов раскладушку и улегся на нее, забросив руки за голову.

Эмка почесал затылок: "Что-то тут не так. В книге всё по-другому было".

Тем временем Врунгель, не поворачивая головы, с ленцой в голосе обратился к мальчику:

- Молодой человек, я там курс на карте проложил - так вы передайте ее Лому. Пусть постоит на вахте, а мы с вами пока рому по рюмочке выпьем.

- Непьющий я, - растерялся Эмка.

- Не беда. Научим.

Не переставая удивляться, мальчик сбегал на капитанский мостик за картой и передал ее Лому:

- Это вам.

А Врунгель уже поднялся с раскладушки, похлопал Эмку по плечу:

- Идемте-идемте, молодой человек. Лом - моряк бывалый, справится и без нас.

Вслед за капитаном мальчик спустился в кают-компанию, где Врунгель привычным движением откупорил бутылку.

- Вас как звать-то? - спросил он, роясь в буфете.

- Эммануил. Но можно просто Эмка.

- "Эммануил"... Красивое имя. У судна тоже название должно быть красивым. Вот, например, назовите его "Геркулес" или "Богатырь" - перед ним льды расступятся сами, а попробуйте назовите свое судно "Корыто" - оно и плавать будет, как корыто, и непременно перевернется где-нибудь при самой тихой погоде. Поэтому-то я и назвал свою яхту "Победа". Вот славное имя для славного корабля! Имя, которое не стыдно пронести по всем океанам!

С этими словами капитан налил и выпил рюмку рому. А выпив, пробормотал: "У нас, у моряков, говорится: "Не выспаться всегда успеешь"!" - бухнулся в кресло и тут же захрапел.

Опешивший Эмка оглядел открытую бутылку, но пробовать напиток желания не возникло, поэтому мальчик отправился обратно на палубу. Там он увидел, что прямо перед носом "Победы" встает и ширится полоска берега.

- Старший помощник Лом! - закричал Эмка. - На берег идем! Разобъемся же!

- Не беда, - зевая, отвечает матрос.

Эммануил оглянулся: берег приближается.

Мальчик подбежал к Лому и дернул его за рукав:

- Старший помощник! А старший помощник! Очнитесь!

- Не беда, - только и отвечает Лом, словно робот какой-нибудь, который и других-то слов не знает.

- Беда! - кричит Эмка. - Беда!