Этика: конспект лекций

С развитием политической этики постепенно сформирова–лись и ее подотрасли. Это прежде всего система норм и пра–вил, которые регулируют проведение в жизнь прав человека в политической жизни, а также депутатская этика парламент–ского поведения, политического соперничества и сотрудниче–ства; этика политического лидера и избирателя, которая регу–лирует поведение электората, а ему совсем не безразлично, в чьи руки попадает власть, и которого не может удовлетво–рить только имитация избирательного процесса.

Были выработаны также этика партийной деятельности, нормы и правила различных профессиональных этик: юриди–ческой, журналистской, научной, экспертно-консультатив-ной деятельности – в той степени, в какой они оказываются причастными к политической власти.

Нормы этики побуждают политического лидера к деловому и жизненному успеху, но таким образом, чтобы, преследуя собственный интерес (популярность, карьера, слава, стремле–ние к власти, игровые побуждения и т. п.), он мог бы соотносить подобную ориентацию со своей ответственностью за поступки. Он должен заботиться о том, чтобы они способствовали обще–ственному благу и приносили благо другим, отвергая мотивы политического гедонизма, а также желание упиться властью над людьми и ситуациями, демонстрируя свой властный по–тенциал. Этика политического лидера, несомненно, нацели–вает его на осмысление своей политической деятельности, профессионального призвания, восприятие им своего дела как верного служения обществу (которое необходимо отли–чать от фанатического служения какой-либо идее).

В число предписаний и запретов этики политического ли–дера включают те, которые обеспечивают естественный ход честной игры на политической ниве. Они предполагают спо–собность лидера достойно выдержать как успех, так и пораже–ние в борьбе. А также политик должен уметь работать в кон–такте с другими политиками, противниками или партнерами по политическим коалициям.

Предполагается присутствие у него таких моральных ка–честв, как правдивость, верность письменным и устным обя–зательствам независимо от того, выгодно или же невыгодно это делать в каждом конкретном деле, отсутствие политиче–ского цинизма в высказываниях и поступках, стойкая не–приязнь к скандалам, закулисным интригам, демагогии, нечи–стоплотности в деловых отношениях, а также к прямой коррумпированности.

Вместе с этим этика политического лидера отнюдь не эго–истична. Она не накладывает запретов на замысловатые ком–бинации и обманные действия в сложных, запутанных поли–тических играх, а также не осуждает различного рода политическое маневрирование, поведенческую и словесную жесткость, стремление публичных политиков показывать себя в выгодном свете.

Политическая этика базируется на способности лидера со–четать принципиальность с необходимостью идти на вынуж–денные компромиссы, на реалистическом, отнюдь не роман–тическом осмыслении интересов и задач политики, на максимально полном понимании последствий принятых им решений и совершенных поступков.

В результате она несет в себе признаки консеквенциональ-ности. Причем в «открытом обществе» политик не может проигнорировать предъявляемые каноном требования, не рискуя неисправимой компрометацией, не обрекая себя на политическую изоляцию, потерю респектабельности как осо–бенного рода политического капитала, на отказ в доверии к проводимой политической линии.

Регулярное отклонение от норм этики, от правил порядоч–ности поведения на политическом поприще может привести к тому, что в обществе приживается опасный миф о занятии политикой как о заведомо «грязном деле».

Такое положение вещей способно только отклонить поря–дочных людей от вовлечения в политику, от реализации ими своего гражданского долга. Также опасен и миф о вероятности радикальной морализации политики, который показывает ее как заведомо «чистое дело».

В настоящее время все политические институты, формиро–вания, прежде всего государственные, призваны в нужный момент пресекать негативные стремления тех или иных деяте–лей, а в случае нужды – заменять их другими руководителями, действия которых отвечают потребностям общества, а также требованиям законов и нравственности.

Опасность для политического лидера представляют и нега–тивизм, обвинение, бичевание «врагов». Исторические факты подтверждают необходимость выдвижения на руководящие посты политических лидеров нового, демократического типа, которые способны вести подлинную борьбу за влияние в об–ществе граждан, доказывающих способность управлять как словом, так и делом. Наиболее типичная ошибка современных лидеров – подмена цели средствами ее достижения. Так было в истории не один раз, но это явление встречается и в совре–менных условиях. И на макро-, и на микроуровнях.

Проведенные исследования показали, что не только к ка–чествам лидера, но и к средствам агитации, которые он ис–пользует, у народа разная реакция. Студенты, в частности, проявляют отношение лидеров к конкурентам.

В этом случае необходимо иметь ввиду, что политика – это не только отношения между классами, национальными и со–циальными группами по поводу власти, но и отношения по действенному использованию всех форм и видов власти, по поводу целесообразного управления первостепенными обще–ственными процессами.

Возможно, многие проблемы и не завязывались бы между лидерами разного ранга, если бы обе стороны не подозревали друг друга в склонности к узурпации ими власти. По этой при–чине здесь необходимо руководствоваться не вопросом: «А не претендуете ли вы на власть?», а вопросом: «Каковы ваши способности, осведомленность в общественно-политических делах?». Чаще всего лидер, который выступает против своего конкурента недозволенными методами и средствами, прои–грывает. Дж. Буш доказательно отметил это в своей автобио–графии, выделяя четыре основных правила лидерства.

1. Какой бы ожесточенной ни была борьба по любой про–блеме, никогда не прибегайте к личным выпадам.

2. Выполняйте «домашнее задание». Вы не сможете лиди–ровать, если заблаговременно не знаете того, о чем будете го–ворить.

3. Используйте вашу власть лидера прежде всего для убеж–дения, а не для запугивания.

4. Будьте особенно внимательны к нуждам ваших коллег, даже если они находятся в самом низу тотемного столба.

Лидерство и лидеры – это весьма деликатная и тонкая сфе–ра. В ней очень легко нарушить границу, сорваться в область невезений, а также впасть в крайности: или чрезмерно преуве–личить роль какого-либо лидера, или серьезно недооценить его действия, его возможности, способности, самому не вос–пользоваться ими. В этом случае многое зависит и от непо–средственного окружения, так называемой «команды», или круга помощников, советников, консультантов, экспертов и т. д Понятно, что каждый и обязан, и вправе играть только свою роль и не поддаваться искушениям политики и власти.

В наше время переход к демократизации политической жизни совсем не застраховывает лидера от той же возможно–сти сползти к культу личности. Нам известно, что многому на–учил россиян культ личности Сталина. Но нельзя с полной уверенностью утверждать, что уже все выводы сделаны и что все уроки нами извлечены.

Проблемы лидерства обострились сегодня и в связи с об–щей политизацией жизни, усилением политического сопер–ничества, а также политической борьбы. Неудержимые поли–тические амбиции, претензии, популизм могут нанести значительный урон. Все большую значительность в наше время приобретают вопросы формирования «команды» лидера и во–влечение в активную политическую деятельность молодых ли–деров. Цель политического лидера сегодня – благосостояние и свободное развитие народа, а допустимые средства – это де–мократизация и рынок. Без сомнения, понятно, что глубокая разработка механизмов для достижения поставленных целей является наиважнейшим элементом всей деятельности поли–тического лидера. Причем совершенно недопустимо смеше–ние им целей и средств.

В России в первые годы перестройки симпатии общества часто привлекали люди слова, которые образно мыслили, вла–дели ораторским искусством. В настоящее время взгляды об–щества обратились к людям дела, практических поступков – истинным выразителям политических интересов народа.

3. Демократический строй и проблема формирования новой этики

В то время, когда стали формироваться институты граж–данского общества, представительной демократии, правового государства, когда произошли глубокие изменения в полити–ческой культуре общества, власть начала лишаться ореола сак-ральности и патерналистичности, возникли новые методы ее легитимизации, неизвестные в прошлом формы мобилизации масс, возникла потребность в профессионализме политиков при выполнении ими властных полномочий. Это в конечном итоге и вызвало новые отношения между массой и политиче–ской элитой, а также внутри самой этой элиты. Такие обстоя–тельства в их историческом развитии и послужили общей предпосылкой возникновения новой этики.

Зачатками такой этики можно считать правила, установле–ния, изречения публичной состязательности в осуществлении права на государственную власть, на отстаивание своих инте–ресов и взглядов, которые получили развитие в античной по–лисной системе и до некоторой степени в ряде городских ком–мун Средневековья.

Содержание политической этики выражается нравствен–ными требованиями граждан к облеченным властью профес–сиональным политическим лидерам, к причастным к полити–ке, социальному управлению чиновникам, а также ко всем, кто по своей воле или против нее оказался вовлеченным в ки–пучие водовороты политической жизни, имел отношение к ее фасадным и закулисным сторонам.

Демократические принципы предполагают привлекать к власти политических деятелей, рационально мыслящих, умеренно настроенных, способных к продуманным реше–ниям. Политическая этика демократического общества при–зывает к реализации принципа разделения власти и ответ–ственности политиков за нее. А также она предполагает самоограничение власти, толерантность по отношению к ина–комыслию, чуткость к интересам союзников, разных мень–шинств, верность обязательствам, честность, партнерскую на–дежность.

Политическая этика в демократическом обществе требует отказа от конфронтационности политического поведения повсюду, где это только возможно, от правил политического радикализма. Политические лидеры обязаны отдавать пред–почтение компромиссам, диалогу, переговорам, сотрудниче–ству, достижению баланса интересов соперников. Этика под–крепляет нормы деятельности разных властных институтов моральными средствами.

ЛЕКЦИЯ № 11.

Хозяйственная этика

1. Предпринимательская (деловая) этика

Предпринимательская (деловая) этика – специфическая подсистема прикладной этики, связанная с хозяйственной деятельностью в условиях рыночной экономики. Ее также на–зывают этикой бизнеса. Предпринимательством принято по–лагать такой тип хозяйствования, который опирается на:

1) экономическую свободу выбора направленности дея–тельности, ее планирования, управления и организации;

2) наличие прав собственника на средства производства, а также на продукцию;

3) получаемый доход, что предполагает наличие рыночно-конкурентной среды деятельности и должного нравствен–но-психологического климата в обществе, который обес–печивает данную деятельность необходимым уровнем свободы выбора в отношениях с другими агентами товар–ного производства.

С предпринимательством связывают и характерный мен–тальный настрой, который «воодушевляет» производство и коммерцию, деятельность обслуживающих их институтов (банков, брокерских контор, бирж, страховых обществ и т. п.), своеобразный стиль хозяйственного поведения, «дух капита–лизма», о котором писали М. Вебер, Э. Трёльч, Т. Парсонс и многие другие исследователи. «Экономический человек», предприниматель, не может не считаться с социальными, в том числе и нравственными нормами, с принятыми им пове–денческими образцами культуры.

При этом возможен вариант ориентации только на внеш–ние ограничители активности, а также сведение их ценност–ной значимости до уровня этикетных правил и, таким обра–зом, переоценка роли собственно нравственных соображений.

Очень возможен и вариант опоры на внутренние побужде–ния, т. е. сознание долга и нравственные чувства (например, добрая воля, совесть, симпатии и т. д.).

В этом случае и возникает предпринимательская этика, а общая сумма жизненных установок, ценностных ориента-ций, соответствующей мотивации создает профессиональный этос капиталистического хозяйствования.

Этику и этос предпринимательства считают нравственно положительными социализированными личностными ориен-тациями и побуждениями, не допуская сведения их к полному эгоизму и своекорыстию, осуждая ограничение рациональных подходов одними только соображениями максимизации при–были. Индивидуалистические ориентации и побуждения лишь тогда способны приобрести моральную значимость, ког–да они, с одной стороны, основываются на мотивах жизненно–го призвания, служения делу путем увеличения эффективности общественного капитала, с другой – связаны с пристрастием к правилам «честной игры» на рынке, которая контролируется с помощью санкций общественного и группового мнения.

Экономисты не имеют единого мнения в конкретных истолкованиях данного вопроса. Например, М. Фридмэн и его школа полагают морально допустимыми поступки предприни–мателей, если они направлены на достижение прибыли и не вступают в конфликт с правовыми ограничениями. В то же время Ф. Хайек и его последователи утверждают, что нормы и правила «честной игры», эталоны экономического поведе–ния не должны толковаться ситуативно, так как имеют харак–тер безусловного приказа. Правовые обязательства предпри–нимателя (уплата налогов, выполнение контрактов или долговых обязательств, обеспечение определенных условий труда и мер по экологической безопасности, требований доб–росовестной конкуренции, поддержание деловой репутации и т. п.) получают дополнительную значимость в качестве мо–рального долженствования, без которого одна только право–вая регуляция оказывается недостаточным барьером для про–тивоправного и аморального поведения.

Предпринимательская деятельность служит общественно–му благу не только в экономическом, но и в нравственном плане, поскольку только социум с динамично развивающейся экономикой может быть процветающим.

Кроме вполне естественного стремления к результативно–сти и прибыли у предпринимателя могут быть и другие лич–ные мотивы активности, имеющие нравственный смысл: стремление к независимости от опеки разного вида, самореа–лизации, склонность к благотворительности, желание помочь конкретным людям, их объединениям и т. п.

Предпринимательская этика обосновывает, оправдывает и поощряет эгоизм как ориентацию на собственный интерес и выгоду, так как они осуществляются в общественно задан–ных рамках хозяйственного поведения.

Необходимо отличать честный эгоизм (а именно эгоизм в рамках честной игры за рыночный успех) как норму пред–принимательской этики от негативных изменений этой нор–мы. Попрание ценностей общественной нравственности без особого труда отыскивается во всех видах человеческой дея–тельности, и предпринимательство здесь не исключение.

И в практике совершенно зрелого бизнеса нарушаются нормы, ценности, запреты и дозволения предприниматель–ской этики, которой приходится существовать в сфере повы–шенного морального риска.

И в самых передовых странах бизнес и сегодня сопровож–дается порой актами мошенничества, «сбрасывания ответ–ственности», необузданного (не соблюдающего оговоренные правила) эгоизма, который не способен справиться с искуше–нием власти денег, давлением доводов циничной наживы, бессердечности, печального прагматизма.

Рыночный механизм не обязательно бывает справедли–вым, награждая, как в нравоучительном рассказе, достойных, умелых, предприимчивых, и карая недостойных, безответ–ственных. В известном смысле рынок – это необходимое зло, аналогичное любому другому хозяйственному механизму, и все же меньшее зло, так как не может быть результативной экономики, движущей силой которой были бы не интересы, не представления выгоды, а тяга к умозрительной справедли–вости и любви к ближнему.

В отличие от Западной Европы, где в основании предпри–нимательской этики находились менталитет средневековых городов, этос капитализма и особенно этика протестантизма, в России духовными истоками данной этики оказались слу–жебные этосы сословного общества, которые и содействовали становлению очень важных для предпринимательской дея–тельности моральных качеств и черт характера.

Такими качествами являются: верность долгу, принятие воздержания и бремени государственных обязанностей, дис–циплинированность, упорство в труде и т. п. Вместе с тем те же этосы задерживали формирование существенных для пред–принимательской этики формул частной жизни, личного ус–пеха, персональной ответственности, достоинства.

2. Корпоративная этика

Предпринимательская этика регулирует также и отношения между предпринимателями в различных сообществах – ассо–циациях, гильдиях, корпорациях.

Эти отношения предусматривают как отстаивание конку–рентных позиций, так и солидаристские связи, кооперативно-организационные программы деятельности. Последние строятся на принципах равенства, доверия, взаимоуважения и взаимопо–мощи, доброжелательности, ответственности за собствен–ность. Партнерские отношения предусматривают не просто солидаристскую поддержку, но и предполагают определенную степень близости, привязанности людей и именно поэтому могут строиться на принципах доверия и ответственности.

Одним из принципов корпоративной этики является прин–цип единой семьи. Это прежде всего означает, что на пред–приятии должно быть как в семье: интересы одного ее члена дороги всем, потому что все друг от друга зависят.

И главное, чтобы это не просто объявлялось на словах, важно, чтобы каждый член коллектива ощущал на себе заботу, поддержку, уважение. Тогда он будет и работать так, чтобы де–ло семьи процветало, будет бороться за ее доброе имя, достои–нство и благополучие.

Чтобы в людях был дух причастности и даже совладельче-ства, надо, чтобы они чувствовали, что их не обманывают Экономика предприятия должна быть прозрачна не только для руководства, но и для всего коллектива. Самоотдачу со–трудников всех рангов, которые поднимают престиж предпри–ятия, следует поощрять. Человек прежде всего должен чув–ствовать, что коллектив его ценит, тогда он будет еще больше ценить коллектив и еще больше стараться на работе.

Чтобы человек добросовестно, с душой, по-хозяйски, а не как поденщик относился к своему делу, необходимо, чтобы ему было что терять, а значит, было, чем дорожить.

По принципу корпоративной этики также должны жить не только головные, но и все имеющиеся филиалы. Руководство головного предприятия должно делать все, чтобы филиалы не чувствовали себя придатками, а ощущали себя его неотъемле–мой частью.

Корпоративная этика – это не просто красивые слова. У каждого современного предприятия есть кодекс корпора–тивной этики, которому следуют и руководство, и служащие. Человек рожден для самореализации, утверждает корпоратив–ный кодекс. А реализоваться личности легче всего в условиях корпоративности, т. е. взаимоуважения и взаимопонимания.

3. Благотворительность

Благотворительность – это деятельность, в результате кото–рой частные ресурсы добровольно распределяются их владель–цами в целях помощи очень нуждающимся людям, решения общественных проблем, а также улучшения условий обще–ственной жизни.

Под нуждающимися в этом случае понимаются не только находящиеся в нужде, но и те люди (специалисты, лица твор–ческих профессий, политики, учащиеся) и общественные (т. е. неполитические и некоммерческие) организации, которые испытывают недостаток в дополнительных ресурсах для реше–ния личных, профессиональных, культурных и гражданских задач.

Как частные ресурсы могут выступать финансовые и мате–риальные средства, а также способности и энергия людей. В последнее время (примерно с 1960-х гг. когда стали особен–но быстро развиваться так называемые неправительственные организации) сформировалось устойчивое представление о благотворительности не только как о денежных и имуще–ственных пожертвованиях, но и как о безвозмездной (добро–вольной) деятельности. А также как об общественном (т. е. не–коммерческом и неполитическом) деле в прямом смысле это–го слова.

Широкая мировая практика свидетельствует о том, что благотворительность, как правило, представляет собой обо–ротную сторону успешного (временами и ловкого) бизнеса.

Но в то же время она по своей природе противоположна бизнесу: бизнес стяжателен, ориентирован на извлечение прибыли, на скапливание средств с целью их вложения и из–влечения еще большей прибыли. Филантропия же по внутрен–нему значению этой деятельности бескорыстна, с ее помощью средства распределяются, прибыль растрачивается.

При всем том кажущаяся противоположность благотвори–тельности и предпринимательства отрицается тем, что в со–циальном плане они часто представляют собой разные сто–роны одной медали. Не случайно почти во все времена филантропия – в такой же мере, как и предпринимательство, – оживляла и жадный интерес, и скепсис, и подозрение, что это, конечно, хотя и нужное, но сплошь и рядом грязное дело.

С одной стороны, в благотворительности, бесспорно, ус–матривались великое благо и возможность спасения для мно–гих, даже вконец утративших надежду. С другой – в благотво–рительности зрели источник социального и морального зла, «самообман нечистой совести».

Что же такое благотворительность: этика или социальная инженерия? Переосмысление значения благотворительности в жизни общества приготовило интеллектуальную почву для замены принципиальных и прагматических приоритетов бла–готворительности, для изменения мнения о благотворитель–ности как элементе и факторе общественной жизни.

Во второй половине XIX в. в деле филантропических орга–низаций, главным образом, американских, происходил ради–кальный перелом: благотворительность все менее рассматрива–лась как способ раздачи благ бедным; ее задача усматривалась в совершенствовании состояния общества в целом.

Например, признается, что благотворительность должна обеспечивать людей не предметами потребления, а средства–ми, с помощью которых они смогут сами себе помочь; под–держка, таким образом, совершенно определенно находится в том, чтобы нуждающиеся перестали являться зависимыми и могли быть ответственными за свою жизнь.

Но в этом случае сама благотворительность как целенапра–вленная деятельность должна стать другой: просвещенной, научной, контролируемой, технологичной.

В отличие от старой филантропии, которая несла в себе дух патернализма, новая филантропия обязана стать деятельно–стью, имеющей ввиду планомерное развитие общества и ши–рокомасштабное улучшение жизни человека. Методология нового подхода к благотворительной помощи, которая была заимствована из социальной инженерии, заключается в следую–щем: сформулировать вопрос в терминах объективно фиксируе–мых критериев; определить цели, поддающиеся контролю; по–добрать средства для реализации данных целей и достижения конструктивных практических результатов.

Показателен в этом плане опыт очень известного промы–шленника и впоследствии одного из крупнейших в XX в. фи–лантропов Дж. Форда. В духе своего времени он исходил из того принципа, что истинная помощь нуждающимся состоит в том, чтобы предоставить им самим возможности зарабаты–вать себе на жизнь. Как и мыслитель Сенека, Форд выступал не против благотворительности, а против собственно расточи–тельности: расточительно оказывать организованную по–мощь, отдавая при этом физически и психически здоровым работникам рабочие места, на которых можно было бы ис–пользовать неквалифицированный или частичный труд.

Как пример частного решения проблем в Детройте, где располагались заводы Форда, была организация на коммерче–ской основе бесплатной специальной профессиональной шко–лы для детей рабочих и рабочей молодежи. Форд, таким обра–зом, взялся реализовать совет, предложенный Конфуцием, – учить ловить рыбу, а не просто раздавать ее.

Проблема не так уж и проста. Как быть с порядком работ, в частности, в условиях экономического спада и роста безра–ботицы? Стоит ли тратить деньги на благотворительность, об–учение и создание рабочих мест, когда денег очень мало (на–пример, хватает только на организацию небольшого курса обучения, но не на предоставление работы по профессии) и надо выбирать между оказанием конкретной помощи кон–кретно нуждающемуся человеку и организацией условий для того, чтобы бедствующий сегодня не нуждался завтра? Понят–но, что первое требует намного меньших материальных и ор–ганизационных средств, чем второе.

Хотя поворот в деле благотворительности нельзя истолко–вывать односторонне: отказаться от раздачи не обеспеченных трудом ресурсов и организовать обучение и переквалифика–цию нуждающихся.

Сам вопрос организованного оказания помощи не одноро–ден по своим задачам. Данная проблема не стоит при этом та–ким образом, что надо перестать раздавать продукты и деньги и начать раздавать рабочим знания и умения. Люди, конечно же, нуждаются в помощи, и причем в разной степени.

Кому-то сегодня не хватает денег, чтобы, например, орга–низовать выставку экзотических бабочек, а кто-то не знает, чем ему накормить своего ребенка. Поэтому и формы помощи должны быть разнообразными, как в плане объекта благотво–рительности (кому помогают) и предмета (чем в настоящее время помогают) помощи, так и в плане социальных функций оказываемой помощи (какие задачи должны решаться благо–творительной помощью).

В настоящее время развитые индустриальные общества могут позволить себе содержание очень значительных масс малообеспеченных людей.

Современные благотворительные программы направлены не только на поддержание достаточного жизненного уровня нуждающихся, но в широком масштабе – на финансирование различных научных, образовательных, экологических, со–циально-культурных и т. п. программ.

Однако неправильно было бы считать, что с их помощью действительно возможно разрешить многие социальные про–тиворечия, причем даже в развитых обществах «золотого мил–лиарда» человечества. И более того, сама по себе благотвори–тельность – и как система перераспределения ресурсов, и как область специальной деятельности – остается источником очень серьезных проблем социально-этического, нравствен–ного порядка. Нравственная критика благотворительности в наше время производит сдвиг в решении прагматических во–просов на ценностные и нормативные ориентиры и подводит тем самым к наиболее специфическим и человекоориентиро-ванным темам. Этическое рассуждение о филантропии пыта–ется выявить ее нравственный смысл с точки зрения заповеди любви. В ходе данного рассуждения проясняется и само чело–веколюбие.

В такой связи представляют интерес размышления Л. Н. Тол–стого и Ф. М. Достоевского о явлении благотворительности. По сути дела, исторически их можно отнести к тому же сам–ому времени, когда в Западной Европе и в Америке происхо–дит значительное переосмысление самой социальной миссии благотворительности.

В России в то далекое время совсем не было условий для развития принципов и методов филантропии. Но постижение того, что принципы и методы благотворительности должны отвечать нравственным критериям, бесспорно, было.

И Ф. М. Достоевский, и Л. Н. Толстой в критике благотво–рительной практики очень точно отметили наиболее важ–ные этические проблемы. Но таким же образом полемика о благотворительности была переведена в более широкое, не–сомненно, и нравственно, и духовно значимое, но проблемно иное русло – общих этических задач человека, путей его сам–опонимания и совершенствования.

Помощь другим людям, как правило, нуждающимся, – это выражение солидарности и учтивости к ним, а собственно че–ловеколюбие является милосердием, в свете которого целесо–образные аргументы утилитаризма потеряют свою остроту. Милосердие не должно подсчитывать равенства благ, что очень важно для государства или добросовестного благотвори–тельного фонда, оно дарит и сострадает.

Благое дело как нравственная тема выражается не просто в готовности делиться, отдавать, но и в готовности выйти из ограниченности личного эгоизма.

Только бескорыстных действий, только самоотверженности далеко не достаточно. Здесь будут необходимы как понимание, так и сочувствие, солидарность, чтобы воплотить в жизнь за–поведи любви.

Милосердие потребует от человека не только щедрости, но также и духовной чуткости, и моральной зрелости, и поэтому ему надо самому возвыситься до добра, искоренив в себе зло, чтобы суметь сделать добро другому. Этический и прагматиче–ски-инженерный подходы к явлению благотворительности значительным образом дополняют друг друга.

Необходимо иметь ввиду, что нравственная критика благо–творительности выступает прежде всего как немаловажный вклад в преодоление нравственных искажений в филантро–пии. А также благотворительность проявляется как показатель нравственной зрелости, но не совершенства человека. В ходе критики благотворительности были предложены, несомнен–но, принципиальные критерии, которые и привнесли в благо–творительную деятельность расчет и рачительность.

Свободные финансовые средства и материальные ресурсы должны концентрироваться с наибольшей эффективностью и делиться таким образом, чтобы благо и материальные сред–ства частных лиц при их желании могли бы значительным об–разом способствовать приумножению блага всего общества И хотя в рамках тех или иных благотворительных проектов эти меры инструментализируются соответственно програм–мным целям, в основании общей оценки конкретных благо–творительных программ находится их вклад в дело благоден–ствия общества и повышения благополучия отдельных его граждан.

ЛЕКЦИЯ № 12.

Экологическая этика

1. Природа и общество: эволюция взаимоотношений

Экологическая этика – это направление междисциплинар–ных исследований, предметом которых являются нравствен–ные и духовные стороны отношений человека и общества к природе. В англоязычной и североевропейской литературе экологическая этика – это набирающее силу направление фи-лософско-этических исследований, ориентированное на пе–ресмотр ценностных основ западной цивилизации, на изме–нение целостного развития человека и ограничение его жизнедеятельности на Земле.

Общеизвестно, что первостепенное воздействие человека на среду связывается с его орудийной деятельностью, энергово–оруженностью и с умением накапливать, хранить и передавать поколениям информацию. Эти три элемента характеризуют в конечном счете отличие людей от других живых существ, со–гласованность действий человека с биосферными процесса–ми, вероятность нахождения собственного места в биосфере экологически определенными методами.

Люди стали использовать простейшие орудия примерно 3 млн лет назад. С этим временем можно связать зачатки его характерного влияния на среду. В дальнейшем орудийная дея–тельность усовершенствовалась, и общий эффект воздействия ее на среду постепенно увеличивался. Количество энергии, затрачиваемой на обеспечение потребностей человека, также возрастало, и именно этот показатель рассматривается обыч–но как энерговооруженность.

Известно также, что для удовлетворения собственно био–логических нужд человеку, как и другим, очень близким к не–му по размеру видам, хватит 2500—3000 ккал энергии в сутки.

В тот период, когда человек занимался собирательством, он получал с пищей и тратил для обеспечения жизнедеятель–ности такое же количество энергии. Сегодня существование среднестатистического человека связывают с использованием 80—100 тыс. ккал энергии в сутки. А в индустриально разви–тых странах ежедневный среднедушевой расход энергии равен 250—300 тыс. ккал. По выражению В. Небела, существование человека в современном мире при переводе затрачиваемой энергии на силу мускульную обеспечивается трудом 80– 100 рабов. В результате численность населения Земли если ее привести к биологической мерке, следует увеличить в 80—100 раз.

К тому же по воздействию на среду энергия технического общества очень отличается от мускульной. Это неминуемо приводит к нарушению функционирования экосистем, за–грязнению среды и другим антиэкологичным издержкам Биологический коэффициент численности населения должен быть приумножен еще в десятки и сотни раз.

В литературе также можно встретить следующие факторы согласованной деятельности человека с законами и принци–пами общей экологии.

1. Изменение границ оптимальных и лимитирующих фак–торов. Человек может изменять силу действия и число лими–тирующих факторов и сужать или расширять границы средних значений факторов среды.