Бесценная награда

— Зачем ты привел меня сюда? Я знаю историю Великой Войны.

Антоний посмотрел на меня, и глаза его снова нехорошо заблестели.

— Значит, демоны знают о существовании ангельских потомков…

— Он замолчал на мгновение и продолжил уже совсем другим тоном. — А знают ли об этом ангелы?

— Если хочешь, спроси об этом у Энджи.

Антоний опустил голову.

— Я не решаюсь тревожить его. А сам он не заговаривает ни с кем из нас.

Значит, не заговаривает. Ну что же, наверное Энджи нечего сказать людям.

Антоний отошел к фреске, на которой были изображены три прекрасных существа, и произнес:

— Люди хотят быть похожими на ангелов. Они устали от постоянных войн. И если бы демоны оставили нас в покое, мы могли бы стать счастливыми, мы бы строили свой мир сами.

Я усмехнулся.

— Демоны, ангелы… вас постоянно должен кто-то вести. Люди слишком беспомощны, они не могут ничего делать сами. Вы можете только рисовать бессмысленные красивые картинки, и поклоняться им.

Антоний повернулся ко мне и воскликнул почти с отчаянием.

— Я не понимаю, почему тебе абсолютно все равно то, что ты здесь видишь!! Тебя не трогает их красота! Безразлично их великое мужество и огромная воля. Неужели вас, демонов, ничто не волнует?! Я думал, ты способен почувствовать хоть что-то, если увидишь их своими глазами. Но тебе все равно… Ты считаешь нас чем-то вроде сумасшедших и без жалости уничтожил бы всех «Белых щитов»! Мы же просто благодарны и честны. Мы живем памятью о величии прошлого, о доблести и милосердии существ, нас спасших, и мечтой о будущем — надеждой на встречу с теми, кто добр, прекрасен и мудр.

— Тогда радуйся. Энджи полностью соответствует твоим запросам. Заметил я сухо и отправился прочь из храма.

Бесчувственные мы, значит, ничего не понимаем. Кому они нужны уничтожать их?.. Слишком много эти люди о себе воображают… Фанатик… Подумаешь, подвиг.

Хмурый и недовольный, чувствуя некоторые угрызения совести из-за того, что проболтался без дела целый день, я возвращался к хозяину и, не доходя до апартаментов Буллфера, услышал его разъяренный рык.

— Мне осточертела ваша ненормальная семейка! Убирайся отсюда! Проваливай! И чтобы я тебя больше не видел!

Интересно, кого это он так? Я осторожно подошел к двери, и приложился к ней ухом. Буллфер орал еще несколько минут, потом замолчал, и я услышал смутно знакомый, на удивление спокойный голос.

— Я хочу принять участие в битве, Хозяин.

Буллфер снова заревел.

— Я — не Хозяин, а ты не будешь участвовать в битве!

С кем это он там? Я потихоньку приоткрыл дверь и заглянул в комнату. Булф сидел в кресле, размеренно постукивая кулаком по подлокотнику, его рыжую физиономию перекосило от ярости, ноздри широкого носа раздувались, а глаза горели красным огнем. Ну, все понятно, уже взбешен, но еще сдерживается. А вот его собеседник пока спокоен. В свете настольного фонаря я увидел высокого парня. Его дорожная одежда посерела от пыли, сапоги заляпаны уже подсохшей грязью, значит ехал издалека. Темный плащ радовал глаз после тоскливо — светлых одежд «Белых щитов», а оттенок длинных волос чем-то напоминал золотые кудри Энджи. И его человеческое упрямство можно было сравнить с безмерным терпением нашего ангела.

— Я останусь здесь. — Повторил незнакомец.

Буллфер еще раз саданул кулаком по подлокотнику, потом откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. В наступившей тишине стало слышно стрекотание цикад за окном и шумное сопение хозяина. Я потихоньку вошел в комнату, прикрыл за собой дверь и сел на пуфик, ожидая продолжения. Парень терпеливо стоял перед Буллфером и упрямо смотрел на него исподлобья. Где-то я уже видел эти глаза…

— Ричард. — Снова заговорил Буллфер. — Ты должен уехать.

— Точно! Ричард! — Воскликнул я вслух, мгновенно узнавая и эти глаза, и округлый подбородок с ямочкой и общее упрямое выражение смуглого по-человечески привлекательного лица. Старший брат леди Виктории был очень похож на свою прекрасную сестру.

Буллфер и Ричард взглянули на меня с одинаковым удивлением и тут же равнодушно отвернулись. Я поспешил заткнуться и сделал вид, что меня вообще нет в комнате.

— Ты должен уехать. — Повторил Булф.

— Ты не можешь меня прогнать. — Сказал Ричард. — «Белые щиты» принимают всех, кто хочет воевать с демонами.

— Дурак! — Прошипел Буллфер сквозь зубы. — С демонами ему воевать захотелось! Ну и шел бы проситься к генералу или к этому… советнику Теренцию. Чего ты ко мне приперся?!

Ричард опустил глаза, заметно бледнея под темным загаром, и стал еще больше похож на свою сестру.

— Ты мне очень помог… тогда, помнишь? А я не забываю платить свои долги. Теперь тебе нужна помощь, и я…

— Все. — Сказал нетерпеливо Буллфер. — Ты заплатил все свои долги. Теперь можешь убираться.

— Нет.

Да, пожалуй, лорд Ричард может вывести из себя не только вспыльчивого демона. Но интересно, чем же это Булф ему помог, что-то я не слышал, чтобы он когда-нибудь помогал людям.

Хозяин сделал короткую передышку. Поднялся, подошел к столу и налил себе вина, даже не подумав предложить гостю. Я заметил, с какой жадностью Ричард посмотрел на запотевший кувшин. Видимо скакал несколько суток, и теперь едва держится на ногах от усталости. Бедный мальчик боялся не успеть к началу битвы, спешил изо всех сил, а в итоге нарвался на откровенное хамство и пренебрежение к своей персоне.

— Сестра знает, что ты здесь? — Спросил Буллфер, снова прикладываясь к кувшину.

— Нет. — Ответил Ричард с усилием. — Не знает.

— Ты подумал, что будет с ней, если тебя убьют? Она же любит тебя.

— Меня не убьют. Я прекрасно стреляю из лука, я…

— Знаю-знаю. — Буллфер нетерпеливо отмахнулся от него. — Великолепный лучник, непревзойденный наездник… мальчик, это их война. Эти ненормальные «Белые щиты» помешались на ней. Они воображают себя потомками ангелов, идиоты, и считают, что имеют право вершить правосудие!

— Во мне тоже течет ангельская кровь, — негромко сказал Ричард.

Хозяин грохнул пустым кувшином об стол и заорал, в бешенстве:

— Он мне еще о происхождении своем будет напоминать! Пошел вон, я сказал! Катись отсюда, ангельский выродок!

Сильно сказано! Я бы на месте хозяина поостерегся с такими выражениями. Ричард покраснел, потом побледнел, рука его нервно сжала рукоять меча. Я на всякий случай, приподнялся с пуфика, надеясь, что смогу предотвратить кровопролитие. Еще скандала с «Белыми щитами» нам не хватало. Но, к моему огромному облегчению, спасать мальчишку от разъяренного Буллфера не пришлось. Несколько мгновений Ричард пристально смотрел на хозяина, потом развернулся и стремительно вышел из комнаты, зацепив меня длинным пыльным плащом. Борьба между долгом и гордостью была короткой… Буллфер схватил со стола уже пустой кувшин и швырнул его в угол. Остатки вина потекли по мраморной стене и закапали на пол. Хозяин равнодушно взглянул на испачканный ковер и отвернулся. Я же на цыпочках подошел к окну, высунулся наружу и через несколько мгновений увидел Ричарда, выбегающего из башни. Оттолкнув кого-то из «Белых щитов», попавшегося ему на дороге, он подбежал к коновязи, вскочил в седло своей лошади и погнал ее к северным воротам, только пыль взвилась из-под копыт…

— Уехал? — Негромко спросил Буллфер и я вздрогнул от неожиданности услышав его голос за спиной.

— Уехал. — Ответил я, слезая с подоконника.

— Хорошо. — Пробормотал хозяин и вернулся к столу.

Лично я ничего хорошего здесь не видел. Ангелы и их потомки, какие-то неоплаченные долги… Я посмотрел на Буллфера, ожидая объяснений, но он сосредоточенно крутил в руке кубок, постукивая когтями по его серебряным бокам, и выглядел очень задумчивым.

— Значит в Ричарде есть ангельская кровь? — Спросил я осторожно, чувствуя, что разговор на эту тему может быть неприятен Буллферу, но не сумев сдержать любопытства.

— Ангельская кровь… — Повторил он раздраженно и хмуро посмотрел на меня. — Да.

— Значит Ричард — потомок ангелов? — продолжил я осторожный расспрос.

— И Виктория тоже. — Неохотно ответил Булф.

— Забавно. То-то я смотрю, он как будто бы похож на Энджи… И как ты помог ему?

Буллфер засопел, потом усмехнулся и тяжело опустился в кресло.

— Ангельская кровь… — Снова пробормотал он. — Объяснений это не требует. Лорд Ричард нежно любит свою сестру. Она без сомнения отвечает ему взаимностью. Для ангелов это естественно — глубокая искренняя привязанность, родство душ, полное взаимопонимание, чувства непостижимые для демонов, — Буллфер насмешливо фыркнул и добавил ехидно, — впрочем, как и для людей. Ангельская сила чувств, эта их великая любовь, отрицающая все условности… но они не ангелы, и живут не на Небесах и более того, близкие родственники. Какая трагедия… Помнится, я очень смеялся, когда Ричард обратился ко мне за помощью. Я был его последней надеждой.

— И чего он просил? — Спросил я осторожно.

— Ничего особенного. Разрешения на брак.

Он отошел к окну, навалился кулаками на подоконник и стал смотреть в небо, залитое ночной чернотой. И мне стало как-то не по себе. Слишком одиноким он выглядел сейчас, слишком усталым. Хозяин, пусть даже бывший, не должен быть таким.

Одно из качеств хорошего секретаря — угадывать настроение хозяина, поэтому я не стал доставать его утешениями и вопросами. Наверное, сейчас Буллферу нужно побыть одному. Я поднял брошенный им серебряный кувшин, без стука поставил его на стол и хотел потихоньку удалиться, но Булф глубоко вздохнул и сказал не поворачиваясь.

— Гэл, позови Энджи.

— Он тебе очень нужен?

— Что за дурацкие вопросы, если зову, значит нужен!

— Он в последнее время как-то сник. По-моему, он догадывается, что ты задумал.

Буллфер с треском захлопнул ставни.

— А ты думай поменьше, что я задумал. И поменьше болтай.

— Ладно, как скажешь.

Я поплелся в апартаменты Энджи. Дверь оказалась открытой, в комнате было темно, но на фоне открытого окна я увидел его крылатый силуэт, подошел и встал рядом. Воздух остыл, на меня повеяло приятной прохладой….

— Сегодня со мной разговаривал один мальчик, — сказал вдруг Энджи тихим задумчивым голосом. — Он видит очень странные вещи… то, чего не видят другие люди. И он просил меня объяснить последнее свое видение: «Белые всадники скачут по небу. И пыль из-под копыт их коней оседает на небе Млечным путем». Это напомнило мне о том, как погибших в Великой Битве ангелов Небесные кони возвращали обратно домой, в Твердыню. Что это? Предупреждение нам? Или знак того, что мы победим…

Я отвел глаза в сторону… Значит Энджи все же разговаривает с людьми.

— Буллфер просил, чтобы вы спустились к нему.

Ангел повел крыльями, как будто ему стало холодно, и грустно посмотрел на меня.

— Гэл, почему так официально? Мы же друзья и были на «ты».

Я пожал плечами и отвел глаза в сторону.

— Не знаю. Как-то все изменилось.

— Да. Ты прав. Все изменилось.

Энджи слез с подоконника и подошел ко мне.

— Хорошо, пойдем, узнаем, чего он хочет…

Буллфер ждал нас, по своему обыкновению нетерпеливо расхаживая по залу.

— Энджи, нужна твоя помощь. — Воскликнул он, увидев ангела. — Ты сможешь открыть окно?

— Об этом мог бы и меня попросить. — Пробормотал я сердито, но, увидев полный презрительного высокомерия взгляд хозяина, понял, что речь идет об «окне» магическом. Тогда конечно! Я-то в магии не силен, а Буллфер, видимо, решил вспомнить свои прежние королевские привычки, и теперь у нас ангел придворный колдун!

— Куда навести? — Спросил Энджи.

Булф протянул ему листок.

— Вот по этим координатам.

Я заглянул через крыло ангела в бумажку и не удержался от удивленного свиста. Буллфер хотел заглянуть прямо в свой бывший кабинет. Обалдеть можно!

— Это рискованно. — Энджи перевел в слова мои бурные эмоции.

— Знаю. — Буркнул хозяин. Он сел в кресло и начертил в пространстве перед собой воображаемые линии будущего окна. — Здесь. И поторопись, пожалуйста.

Энджи молча встал напротив него, закрыл глаза, вытянул руки. С кончиков его пальцев потекли тонкие золотые ниточки, сплетающиеся в светящийся прямоугольник, пока еще мутный, но уже готовый отразить картину другого мира. Буллфер крепко сжал подлокотники кресла, отдавая Энджи какой-то мысленный приказ, и в то же мгновение «окно» распахнулось. В раме из белого пламени я увидел кусок знакомого до последней полки кабинета. Массивный стол на ножках, выточенных в форме когтистых лап, тяжелая лампа из черного камня, ониксовое пресс-папье с трещиной на ручке, появившейся когда разгневанный Буллфер шарахнул им по столу, книги… и Хул, за этим самым столом сидящая. Когда перед ней распахнулось «окно», она уронила перо и воскликнула удивленно:

— Буллфер?! Ты?!

Хозяин откинулся на спинку кресла и сказал, улыбаясь:

— Да, моя дорогая. Узнала?

— Ты не изменился. — Ответила она.

Не знаю, что Хул чувствовала на самом деле, но внешне она была совершенно спокойна. Кажется, наша дамочка научилась следить за своими манерами.

— Я знала, что ты жив.

— И ничего не предприняла? Какая оплошность!

— Почему же, мой дорогой. Я сделала очень много, ты себе даже представить не можешь, сколько. Отменила некоторые законы, ввела новые льготы, освободилась от некоторых навязчивых слуг, уладила конфликт с соседним Хозяином. — Она мило улыбнулась, облокотилась о стол и опустила хорошенькую мордочку на переплетенные пальцы рук. — И знаешь, что? Все довольны. Твоим обожаемым демонам нравится мое правление. А мне понравилось править.

Когти Буллфера проскрипели по обивке кресла, оставляя глубокие царапины.

— Дрянь!

Хул обиженно надула губки.