Повелитель теней. Том 4 (СИ)

— Упасть!

— Встать!

— Упасть!

— Вста…

— Прекратить! — перебил я фамилиаров и оттащил их от принцессы Ядозубов. В моей голове крутились тысячи мыслей. Дракоша способен сдерживать проклятие, которое обрушилось на принцессу Ядозубов. Значит, можно заключить с королём мирный договор, да ещё и потребовать достойную плату… Нет, исключено. Ведь в таком случае мне придётся оставить Дракошу в мире Ядозубов, а я обещал его матери позаботиться о нём. Обмануть короля? Пообещать, а потом оставить ни с чем? Бесчестная чушь. Во-первых, я всегда выполняю обещания, а во-вторых, я лишь усилю ненависть короля Ядозубов к человечеству, а это может спровоцировать настоящую войну. Так что же делать? Вдруг я вспомнил про Ледяного Дракона. Я ведь убил его ещё на вступительном «экзамене» в Академию — по его же просьбе, а тело потом забрал. Драконью чешую можно использовать для приготовления ценных зелий… А что если?..

— Крабогномище, достань с Изнанки тело Ледяного Дракона.

— Хорошо, великан-хозяин-друг! — отчеканил тот и растворился в воздухе, чтобы через секунду появиться вместе со здоровенным мёртвы Ледяным Драконом. Туша длиной в несколько десятков метров растянулась вдоль домов, хвост заворачивался на перекрёстке и скрывался за углом, а голова смяла лавочку и фонтан. Крылья распластались и, согнувшись под прямым углом, едва ли не полностью накрывали дома по обе стороны улицы. Туловище, покрытое тусклой чешуёй, вытеснило нас в переулок. Я едва успел взять на руки принцессу Ядозубов, иначе её бы просто расплющило. Король о своей дочери не особо беспокоился. Хотя… Это не совсем правильно. Он был в глубоком шоке.

Есть у меня предположение, что Ядозубы — народ с довольно узким кругозором. Столетиями они жили обособленно и ни с кем не контактировали, разве что изредка охотились на монстров. Для них обычный дракон — это уже событие века, если не тысячелетия. А Теней они вообще считают Ракшасами — ядовитыми тварями, тело которых абсолютно чёрного цвета. Эти монстры встречаются невероятно редко, и это хорошо, потому что они невообразимо опасны. Они — великолепные хамелеоны, способные скрываться в темноте, их могут выдать только ярко-оранжевые глаза со зрачками-точками. В прошлой жизни я сталкивался с Ракшасами три раза, и одна из этих встреч, произошедшая в Новый год, запомнилась мне надолго… Встряхнувшись, я отогнал лишние мысли и подошёл к принцессе Ядозубов. Приподняв, я прислонил её спиной к телу Ледяного Дракона, и она сразу же распахнула глаза.

— Что происходит⁈ Человечишка! Как ты смеешь надо мной издеваться! — прошипела она. Упс, кажется, память после предыдущих пробуждений как минимум частично сохранилась. Я усмехнулся, и принцессу это так взбесило, что она подалась вперёд, пытаясь отвесить мне пощёчину. Но, к сожалению, она сильно наклонилась, потеряла контакт с телом дракона и без сознания повалилась набок.

— Ну что же, определённо работает, — пробормотал я, повернулся к королю Ядозубов и громко поинтересовался: — Хотите, чтобы я вернул вашу дочь к жизни? От проклятия это её не избавит, но она хотя бы сможет жить обычной жизнью и заниматься… Не знаю, чем там занимаются приличные Ядозубки? Устраивать балы, сажать цветы, править страной или охотиться на монстров?

Король Ядозубов растерянно переводил взгляд с меня на дочь и обратно. Наконец, он с трудом выдавил:

— Что ты хочешь?

— Для начала — поговорить в более уединённом месте, — ответил я и приказал Крабогному: — Дружище, спрячь снова Ледяного Дракона в Изнанке. Он понадобится нам чуть позже.

— Так точно, великан-хозяин-друг! — залихватски отдал честь Крабогном, и исчез вместе с драконьей тушей.

Я поднял принцессу Ядозубов на руки и направился за королём, который усталой походкой пошёл направо — судя по всему, к высокому мраморному зданию, похожему на храм. Десятки колонн, множество скульптур, изображающих Ядозубов и монстров, и прекрасная лепнина. Мы поднялись по лестнице и зашли внутрь. За дверями стояли стражники, которые при нашем появлении спрятались за колоннами, стыдливо отводя глаза. Дракоша топал чуть позади и с восхищением рассматривал внутреннее убранство храма. На стенах висели красивые гобелены, в высоких шкафах со стеклянными дверцами сияли золотые украшения, а мраморный пол был словно подсвечен изнутри фиолетовыми лампами. Крабогном летал где-то под потолком — прыгал из тени в тень. На секунду мне показалось, что он натягивал там белёсые нити, но моё внимание отвлёк король Ядозубов.

— Сюда, — грубо бросил он и кивнул на узкий коридорчик, идущий под небольшим наклоном направо. Наклон быстро увеличивался, а коридорчик начинал виться змейкой — это был необычный спуск на подземный уровень. Король Ядозубов привёл нас к массивной деревянной двери, открыл её и перешагнул порог. Повернувшись через плечо, он сказал: — Выкладывай требования. Но не думай, что ради дочери я предам свой народ! Ядозубы никогда не склонятся перед людьми, никогда не позволят двуногим кожаным червям управлять нашей великой расой! Проси, чего хочешь, но помни — я пожертвую своей дочерью ради моей страны! Один Ядозуб, пусть даже и королевских кровей…

— Поубавь пафос, пожалуйста, — попросил я, закатив глаза. — Мои условия не затронут независимость Ядозубов, не беспокойся. Первое — мы заключим с тобой магический мирный договор, и ты поклянёшься, что не нападёшь на Землю. Исключение — только если люди атакуют первыми. Второе — три желания по востребованию, когда они мне понадобятся. А третье — в течение десяти лет ты и твой народ будете помогать мне в охоте, а также создании зелий и артефактов. Не так много за жизнь дочери, верно? — я пристально на него посмотрел и слегка прищурился. — А за это я буду снабжать тебя частями драконьего тела, которые помогут твоей дочери бороться с проклятием.

Король Ядозубов несколько раз прошёлся по комнате и, вздохнув, признал:

— На твоём месте, я бы потребовал больше. Так что… — он обернулся на меня и оскалился в опасной ухмылке. — Мы заключим договор.

Около трёх часов мы занимались документами, и вот тут-то король Ядозубов боролся за каждую строчку, за каждую формулировку. Так что это была только видимость, что он очень легко согласился на мои условия — о нет, мне пришлось столкнуться с настоящей дипломатической акулой. Мда, я бы предпочёл сразиться с настоящей, Ягуаровой Клыкастой. В общем, через три часа мы утрясли бюрократию и заключили магический договор, подкреплённый клятвами. После чего вышли на улицу и Крабогном снова притащил тело Ледяного Дракона. Изнанка оберегала его от гниения, и это хорошо, даже представлять не хочу, чтобы от него осталось после стольких недель. Король Ядозубов вызвал кожевника и портного. Первый аккуратно срезал квадрат чешуйчатой кожи с Ледяного Дракона — где-то два метра на полтора. А портной снял мерки с принцессы и принялся шить платье. Но королю этого показалось мало, и он вызвал ещё и ювелира — тот сделал несколько браслетов из драконьих клыков. Мол, принцессе же нужно переодеваться, а если она забудет и разденется полностью⁈

Пока портной занимался работой, я прогуливался вокруг храма. Король же скрылся в храме. Ядозубы постепенно вылезали из своих домов — поняли, что опасность миновала. На меня никто не пытался напасть — видимо, король каким-то образом передал своим подданным, что я теперь здесь желанный гость. Ну или хотя бы гость, которого запрещено убивать. Крабогном время от времени куда-то отлучался, и да — абсолютно точно у него был моток странных белёсых нитей.

А вот Дракоша держался рядом со мной, и через полчаса я заметил, что он красуется перед Ядозубами — поворачивается и изгибается так, чтобы свет на его чешуе красиво поблёскивал. Мол, смотрите, а ваша чешуя так не сверкает. Ядозубы его выступление оценили и скоро начали подходить, чтобы его погладить, — даже от меня перестали шарахаться. Дракоша зорко следил, чтобы на меня не напали, но и от комплиментов не отказывался. В общем, к концу второго часа мне уже казалось, что в этом мире король — это Дракоша, а не, собственно, настоящий король Ядозубов.

Портной справился за два с половиной часа — ко мне подошёл Ядозуб в форме слуги и, поклонившись, шепнул:

— Костюм из драконьей кожи готов, король зовёт вас.

Я кивнул и устремился в храм, в комнату на подземном этаже. Когда я вошёл, принцесса уже была в сознании — её одели в брючный чешуйчатый костюм, который идеально сидел на её худощавом теле, на запястье болтался браслет из драконьих зубов. Она приняла человеческий облик — прекрасной девушки со светлыми волосами и зелёными глазами. Двигалась она с заметным трудом — годы в коме не прошли для неё бесследно. На отца принцесса демонстративно не смотрела и несколько раз передёргивала плечами, когда он тянулся, чтобы её обнять. Она явно почувствовала, что я пришёл, несмотря на то, что разглядывала стену, однако промолчала.

— Вижу, мой метод сработал, — протянул я.

— Да, — сказал король Ядозубов. На секунду его лицо исказила злость. Ненависть так просто не искоренить. Он злился на людей, считал человечество врагом и мечтал о мести долгие годы. Неудивительно, что ему приходилось прикладывать усилия, чтобы нормально со мной разговаривать, да ещё и признавать моё превосходство. Он вздохнул и добавил: — Я выполню свою клятву.

В комнате повисло напряжённое молчание.

— Принцесса, вам не нравится цена, которую заплатил ваш отец? — уточнил я.

— Мне не нравится, что мой отец — упрямый осёл! — гаркнула принцесса голосом осипшего бомжа и, прокашлявшись, требовательно закончила: — Хоть какого-то извинения я всё-таки заслуживаю. Ведь это ты заставил меня…

— Если бы ты убила ублюдка, то проклятие не затронуло бы родную кровь! — возмутился король, но заткнулся, когда принцесса схватила со стола тяжёлую статуэтку собаки и швырнула ему в голову. Увернувшись, он зажмурился, потёр виски и произнёс: — Доченька, я беспокоился о тебе. Тот предатель… Он не заслуживал твоего сына! И он должен был познать ту же боль, на которую обрёк тебя!

— Спасибо, мне очень помогло, — язвительно фыркнула принцесса, тяжело опустилась в кресло и обратилась ко мне: — Отец сказал, что ты знаешь моего сына. Я пойду на Землю вместе с тобой, и ты меня с ним познакомишь. Драконья кожа долго не продержится, я ощущаю, как проклятие вытягивает из неё магию. Этого костюмчика хватит от силы на три недели. Я смогу растянуть твоего дракона на полтора года, а потом… мне что, носить ожерелье из его костей? Да и кости не вечны, — она печально улыбнулась. — Так что единственный выход — исправлять ошибки прошлого. Как я уже сказала, ты познакомишь меня с моим сыном, и я постараюсь получить его прощение.

— А потом исчезнешь? — я усмехнулся.

Наши взгляды столкнулись, принцесса горько скривилась и вздохнула:

— Как пожелает мой сын, — она нервно сжала-разжала пальцы и прикусила нижнюю губу. — Проклятие отняло моё тело, но не разум. Всё это время… Всё это время я была в сознании и слышала, что происходит вокруг. Чужие разговоры хотя бы ненадолго меня развлекали, но когда я оставалась в одиночестве… Тогда ко мне возвращались воспоминания. Я видела прошлое — моего возлюбленного, нашу свадьбу, которая состоялась, но которую признали недействительной, и, конечно же, моего сына… Сначала я злилась, но через несколько лет всё переосмыслила и поняла, что позволила моему отцу решать за меня. Поняла, что предала своего сына так же, как предали меня. Проклятие — заслуженное наказание, и теперь я обязана заслужить прощение.

— Не уверен, что Саша вот так просто тебя примет, — засомневался я.

— Он не будет знать, кто я, — отрезала принцесса Ядозубов. — Вы учитесь? Отлично. Значит, я поступлю в ваш университет и стану такой же студенткой, как и вы. Если он узнает меня, то обязательно выслушает! Он поймёт, что я… Что я… — она спрятала лицо в ладонях и всхлипнула.

Я скрестил руки на груди. Вот так незадача… С одной стороны, мало ли какие тараканы обитают в головушке у этой Ядозубки. Но с другой — Саша, очевидно, тосковал по своей маме, несмотря на то, что она его бросила, а он никогда её не видел вживую. И что же делать? Стоит ли дать принцессе второй шанс?

* * *

Два часа спустя, Великая Туалетная Катастрофа цивилизации Ядозубов.

Джабби наелся сочных ягод марики и с удовольствием завалился на диван — он давно хотел дочитать книгу об отважном пирате, который бороздил моря и океаны в поисках приключений. Маме эта книжка не нравилась — она пыталась приучить его к добрым и милым рассказам о природе. Джабби поморщился — про сверчков читать было скучно. Он потянулся за книгой, но, подумав, поднялся и потопал в туалет. Ягоды марики были очень водянистыми и обладали мочегонным эффектом. Пританцовывая, Джабби добежал до заветной двери и уже потянулся к дверной ручке, как…

Перед его лицом соткалась паутина из белёсых нитей, которая не позволила даже дотронуться до двери. Она оттолкнула его и возмущённо зазвенела. Джабби пригляделся и понял, что это была не совсем паутина — нити были связаны друг с другом крошечными узелками. И один из узелком сейчас призывно сиял белым светом. Трясущимися руками Джабби попытался развязать этот узелок, но у него не получилось. Он не мог сосредоточиться — ягоды марики просились наружу.

— Да чтоб тебя! — воскликнул он и помчался к другу — тот жил на этаж ниже. Джабби позвонил в дверной звонок. Бледный друг открыл дверь, и Джабби взмолился: — Пожалуйста, впусти в туалет!

— Ну, тут такое дело… — друг сделал шаг назад и показал на туалетную дверь, которая была полностью затянута белёсой паутиной. — Я не знаю… Но мне кажется, надо развязать все узелки, чтобы попасть внутрь. А там этих узелков больше сотни. На самом деле я хотел подняться к тебе…

— Может, у Боба? — жалобно протянул Джабби.

Он ещё не знал, что каждый туалет в столице Ядозубов был надёжно защищён волшебной паутиной. Спустя пару часов город погрузится в панику и… смущение, и ещё несколько дней после этого Ядозубы будут стараться не смотреть друг другу в глаза.

Глава 17

Я взял несколько минут на размышления — брать с собой принцессу Ядозубов в реальный мир или отказаться от сомнительной авантюры? Я взвесил все за и против. Чтобы она находилась рядом с Сашей, ей придётся поступить в Академию. Но как она это организует без документов и образования Российской Империи? А если принцесса Ядозубов выдаст себя — разразится не просто скандал, это будет подобно взрыву бомбы. А ведь достаточно кому-нибудь случайно рассыпать сахар — и принцесса превратится в ящерицу и бросится собирать его по крупинкам. Я поморщился — да уж, не зря Ядозубов сравнивают с мифическими лепреконами.

Так-с, это всё минусы. Ну а что плюсы? Прищурившись, я посмотрел на принцессу — она нервно сжимала пальцы и кусала губы. Волнуется, переживает… Почему-то я ей верил — сложно представить, что она пережила за долгие годы комы, фактически всё время оставаясь в сознании. Ужас. Я передёрнул плечами и отогнал неприятные мысли. А что касается плюсов — если правильно разыграть карты, это сможет укрепить моё положение в Российской Империи, а также я получу благодарность принцессы Ядозубов. И она останется мне ещё должна. Совмещу приятное с полезным, так сказать, — налажу связи между человечеством и Ядозубами, осчастливлю Сашку и обзаведусь дополнительной поддержкой. Ну, на случай непредвиденных обстоятельств.

— Хорошо, — медленно произнёс я, и принцесс Ядозубов вздрогнула так, словно я прокричал это ей в ухо. — Ты отправишься в Российскую Империю вместе со мной. Но обязана меня слушаться и максимально не высовываться и не вызывать подозрений. Ты должна быть нормальной. Самой обычной человеческой девушкой. Народ ещё не готов к тесным отношениям с Ядозубами. По факту о вас остались одни легенды, а ведь минуло всего два десятилетия. Информацию о вас тщательно затирали… — я взял принцессу за подбородок и приподнял её голову, вынуждая посмотреть мне в глаза. — Если ты нарушишь эти условия, я не стану тебя выгораживать и защищать. Будешь выкручиваться, как пожелаешь.

— Договорились, — принцесса кисло улыбнулась. Ей, очевидно, не нравилось такое грубоватое отношения, но я хотел убедиться — она точно осознала, что я не шучу и не преувеличиваю. Притащить на Землю иномирное неуправляемое существо — не в моих интересах. Пару секунд мы смотрели друг на друга в полной тишине, даже король Ядозубов не попытался вставить своё очень важное слово. А потом принцесса вздохнула и пробормотала: — Нет, правда, договорились. Если бы ты пожелал пожить в нашем мире, я бы выдвинула такие же требования. Справедливо.

— Рад, что мы друг друга поняли, — я удовлетворённо кивнул. — Ты действительно собираешься покинуть свой дом сегодня, сразу после того, как очнулась после долгой комы?

— А что, у меня есть причины задержаться? — горько усмехнулась принцесса, покосившись на отца, и демонстративно бросила в стену небольшой энергетический шарик. — Мой организм быстро восстановится. Пока я валялась без сознания, отец пичкал меня кристаллами. Так что во мне накопилось очень много энергии, — она положила ладонь на солнечное сплетение. — Она не могла меня исцелить, как и поднять по рангам, и поэтому просто копилась. Сейчас она, наконец, тратится на полезное дело — стимуляцию мышц, усиление кровотока… В общем, скоро я смогу пробежать марафон.

— А как же побыть с семьёй? — не удержался я от иронии.

— Спасибо, хватило на сотню лет вперёд, — хмыкнула принцесса. — Так когда выдвигаемся?

— Не торопись, — я отступил и повернулся к королю Ядозубов. — Мне нужен отряд охотников на монстров. Вы обрушили на мою страну кучу тварей и должны исправить последствия. Хотя бы немного.

— Через полчаса отряд будет ждать вас у храма, — сказал король со смирением. Он как-то резко осунулся, и, судя по всему, у него не было сил на споры, в которых он заведомо проиграл. Ненависть к людям, которая долгое время была его топливом, заметно поутихла — точнее, её больше нечем подпитывать. Он больше не мог прятаться от горькой правды — проклятие пало на принцессу именно из-за него.

Пока король Ядозубов собирал своих воинов, принцесса провела мне небольшую экскурсию по храму. Оказалось, что у их расы нет богов — Ядозубы поклоняются Изнанке. Считают, что именно Изнанка сотворила Данжи, в которых они обитают. Принцесса подробно объяснила мне эту теорию, но особого доверия она у меня не вызвала — слишком уж накрученная концепция. Если кратко, Изнанка — это не потустороннее измерение, а основной мир. Соответственно Данжи — это не результат черномагических экспериментов, а едва ли не параллельные вселенные, которым невероятно много лет. Мол, когда-то они были огромными и необъятными, но в какой-то момент начали разрушаться, а их жители — превращаться в чудищ. По итогу от них осталась куча Данжей, населённых монстрами. Ядозубы воздают почести Изнанке, чтобы она как можно поддерживала их вселенную в целости и сохранности.

Я задрал голову, изучая высоченную скульптуру из серого невзрачного камня. Она изображала фигуру, отдалённо напоминающую человеческую. Однако из её спины и боков вылезали десятки рук, на ладонях которых были распахнутые глаза.

— Так мы видим Изнанку, — пояснила принцесса.

— Не хотел бы с нею встретиться. И мы забыли обсудить с тобой очень важный вопрос, — я улыбнулся, когда она настороженно напряглась, и спросил: — Как мне к тебе обращаться?

— Меня зовут… — она оборвала себя на полуслове и покачала головой. — Неважно, как меня звали. Я не желаю брать старое имя в новое будущее. Пусть оно останется позади, как и совершённые мною ошибки. Моё имя… — она впилась взглядом в моё лицо. — Ты скажи моё новое имя. На кого я, по-твоему, похожа? Аня, Маша, Катя, Ангелина?

— София, — произнёс я и уточнил: — Устроит?

— Значит, София, — согласилась принцесса Ядозубов, нахмурилась, словно к чему-то прислушиваясь, и, развернувшись на пятках, пошагала к выходу. — Отец зовёт нас. Он собрал отряд и готов открыть портал в твою реальность.

Я позвал фамилиаров. Дракоша бродил поблизости — искусство Ядозубов очень его увлекло. А ещё, как выяснилось, он действительно невероятно быстро впитывал новую информацию и обучался. Как я это понял? Да просто Дракоша умудрился поспорить с принцессой Софией о том, что означают лилии у ног скульптуры Изнанки.

— Лилии — это непорочность и правосудие! — категорично заявил Дракоша. — То есть ваша Изнанка — не создательница, а судья! Вселенные, которые разрушились и превратились в Данжи, были наказаны. Изнанка приговорила их к смерти, вот они и загнулись. Но лилии — это также милосердие. И поэтому Изнанка не убила существ, которые населяли эти вселенные, а трансформировались в монстров.

— Лилии находятся у ног скульптуры, потому что мой отец обожает эти цветы, — возразила София.

— Нет, лилии — это непорочность и правосудие, — безапелляционным тоном повторил свою горячую тираду Дракоша, да ещё с такой уверенностью и убеждённостью, словно написал докторскую диссертацию по культуре Ядозубов.

Спор вышел весьма странным, и я могу сказать, что у Дракоши есть весьма неплохой ораторский талант. Под конец беседы у меня создалось чёткое ощущение, что принцесса Ядозубов переосмыслила все свои взгляды на Изнанку и Данжи. Мысленно посмеиваясь, я оглянулся — Крабогном подал сигнал, что находится где-то рядом, но так и не показался. Наконец, когда мы уже выходили из храма, он вывернул из коридора, который вёл к туалетам, и побежал к нам. На улице нас ждал отряд Ядозубов, которые приняли человеческий облик, и король. Жители города ходили неподалёку — вроде бы занимались своими делами, а вроде бы следили за нами и прислушивались.

— Мои воины будут в вашем распоряжении три дня, — отчеканил король. — Мы выпустили много монстров… Их вполне хватит, чтобы создать панику. Жертвы, конечно, тоже будут, но это скорее связано с неожиданностью, чем с реальной опасностью тварей. Люди вполне справились бы и без моего отряда, но это жест доброй воли… Жест примирения. Однако, если люди не одолеют этих монстров с нашей помощью за три дня… В таком случае они не достойны спасения.

— Естественный отбор? — я приподнял брови.

— Слабые умирают, — кивнул король и, взмахнув когтистыми руками, открыл фиолетовый овальный портал. — Он выведет вас в то же место, откуда вы зашли в наш мир.

— Спасибо, — поблагодарил я и ступил в портал.

Меня обдало приятным теплом, а в следующую секунду я вывалился в тёмную прохладную ночь… где-то в двадцати метрах над землёй. Ну, король Ядозубов не соврал — в Трещину я проник на довольно большой высоте, ведь ярко-красная воронка в тот момент крутилась в небе. Я быстро вызвал Теней, и те, на манер парашюта, помогли мне аккуратно приземлиться посреди разрушенной улицы. Дракоша и Крабогном опустились рядом. Отряд Ядозубов и принцесса София медленно планировали — оказывается, они умели отращивать крылья. Не энергетические, а самые настоящие, перепончатые. Я набросил на них маскировку, чтобы сидровцы не примчались — убивать летающих монстров. Приземлившись, командир отряда подошёл ко мне и спросил:

— Что прикажете?

— Незаметно патрулировать город и уничтожать чудовищ, — ответил я. — Облик не изменяйте, в глаза не бросайтесь. Если привлечёте чьё-то внимание, быстро и оперативно сматывайтесь. Крабогномище! Ты будешь за старшего! — зловредный дух моментально подобрался и клацнул клешнями, от него пахнуло гордостью и самодовольством. — Но помни, командир в боях не участвует, а командует и подстраховывает своих бойцов на расстоянии! Сопровождай отряд, маскируй их, помогай скрываться. А когда они устанут, покажи им духовку и отправь отдыхать в Северные Гребешки. Ну и мне отчитайся.

— Так точно! — козырнув, гаркнул Крабогном.

На этом мы разошлись. Я с Дракошей и Софией отправился в Академию — всё-таки остановка времени меня здорово вымотала, и мне требовался отдых. К тому же мне нужно договориться с директором. По дороге я сканировал улицы Краснодара и нашёл лишь нескольких слабеньких монстров, которыми уже занимались военные. Возможно, король Ядозубов не соврал и дождь из монстров был опасен в главной степени из-за своей неожиданности. Принцесса София молчала и беспрекословно выполняла мои указания. Она немного изменила свой облик — теперь у неё были длинные, до поясницы, огненно-рыжие волосы и тёмно-синие, словно грозовые тучи, глаза. Великолепная фигура, белоснежная кожа, изящные движения… Она выглядела даже чересчур идеальной.

В Академию мы прошли через главный вход. Благодаря чрезвычайному положению, мне удалось провести Софию внутрь незаметно. Мы поднялись в общежитие, в мою комнату. В коридорах было пусто — видимо, студентам велели не высовываться. Я вытащил из шкафа второй комплект постельного белья, одеяло и подушку, передал всё это Софии, а потом стянул с кровати свои постельные принадлежности. Вообще-то можно было снять для Софии гостиницу, но я не видел смысла — нам всё равно через пару часов топать к директору на серьёзный разговор. Уж до восьми утра мы как-нибудь, в тесноте, да не в обиде…

— Располагайся, — сказал я, застилая себе спальное место на полу в углу комнаты. Пока я возился, за моей спиной раздавался какой-то шорох. Я оглянулся через плечо — хотел показать, где стоит чайник и печеньки, но так и замер с приоткрытым ртом, согнувшись буквой «зю». София была полностью голой. С абсолютно невозмутимым видом она складывала штаны и рубашку, в которые была одета буквально пару секунд назад. На ней остался только браслет из драконьих клыков, который и уберегал её от проклятия. Заметив, что я пялюсь на неё с совершенно очумевшим видом, она озадаченно склонила голову набок. С трудом из-за пересохшего горла я выдавил: — Не хочешь одеться?

— Зачем? — искренне удивилась София. — Неужели люди спят в одежде?

— Ага, — кивнул я. В этот момент кто-то робко постучался ко мне, сразу же дверная ручка повернулась, и дверь медленно, словно в замедленной съёмке, отворилась. На пороге застыла Кристина, её взгляд прикипел к Софии. Которая была полностью голой! Сначала в глазах Кристины горел синий экран смерти — видимо, её мозг не мог обработать то, что видел. Но потом… Потом лицо Кристины исказилось от ярости, и она встряхнула головой, отчего её розовые волосы рассыпались по плечам, как змеи.

— Что здесь происходит? — прошипела Кристина.

* * *

Ночлежка для бездомных, северо-западный район Краснодара.

Дмитрий Нахимов перебирался по городу с помощью канализации. После массовой резни, которую он устроил в «Днище», его внешний вид сильно изуродовался. Хотя казалось бы — куда больше. В данный момент Дмитрий напоминал кусок обожжённого мяса, лишь отдалённо напоминающий человека. Его тело увеличилось, расплылось и деформировалось и подрагивало от каждого движения, словно мягкий манный пудинг. А ещё Дмитрий столкнулся с неприятным побочным эффектом — он начал разлагаться заживо. И чтобы затормозить этот процесс, ему требовалось… питание. Органическая пища с похожим генетическим кодом — чтобы организм использовал его в качестве примера и восстанавливался как бы по образцу. В общем, Дмитрий был вынужден постоянно убивать.

Изначально он не планировал становиться серийным маньяком — всего лишь хотел отомстить ублюдку Ломоносову и готов был заплатить за это любую цену. Правда, он не думал, что цена будет настолько высокой. Дмитрий не был святошей, и уж тем более он не был лицемером. Он убивал не раз и не два, но одно дело убивать из-за необходимости, по работе или ради возмездия, и совершенно другое — чтобы пожрать. Однако давать заднюю было уже поздно, так что Дмитрий вышел на охоту. Он посетил каждую канализационную ночлежку, о которой знал. После него не оставалось горы трупов… просто потому, что он съедал всех своих жертв. Очень скоро среди бездомных поползли слухи о страшном монстре, который промышляет в канализации. Бомжи поспешили свалить на поверхность. И теперь Дмитрий голодал.

Выбраться на поверхность он не решался, чтобы не нарваться на бывших сослуживцев, а в канализации теперь водились только крысы. Он пытался пообедать ими, но его моментально вывернуло наизнанку. К тому же тело странно мутировало — покрылось серой шёрсткой и отрастило три тонких длинных хвоста. Нет, ему нужен был человек. Но на случайного прохожего нападать глупо — полиция может заметить что-то по камерам, которые сейчас натыканы через каждые два метра. Полицейские примутся проверять канализацию и обнаружат его. С нынешней мощью Дмитрий способен дать отпор трём-четырём воинам восьмого ранга. Но этого слишком мало. А если противников будет пять или шесть? Нельзя рисковать. Ублюдок Ломоносов жив, так что Дмитрию нужно быть очень осторожным и не ошибиться.

Поэтому он решил атаковать ещё одну ночлежку для бездомных — в этот раз на поверхности. Она очень удачно располагалась неподалёку от канализационного люка — можно сказать, вплотную. Если исчезнет парочка бездомных, этого никто даже не заметит. Ухмыльнувшись, Дмитрий свернул в узкий вонючий коридор и остановился под лазом, ведущим вверх. Подпрыгнув, он зацепился за ржавую лестницу и начал подниматься. Снаружи было тихо. Он аккуратно отодвинул чугунный люк и выглянул наружу. Замусоренная узкая улочка, по обеим сторонам которой тянутся старые одноэтажные кирпичные домики. Заборов нет, только трава по пояс. Дмитрий выбрался и пополз к домику с оранжевой крышей — черепица до конца не выцвела. Он спешил, чтобы его никто не заметил на подходе.

Неожиданно над головой Дмитрия прогрохотал гром и полыхнуло красным. В небе появилась ярко-красная воронка, из которой посыпались монстры. Обычного человека это бы напугало, но Дмитрий расплылся в улыбке — любая чрезвычайная ситуация сыграет ему на руку. Теперь он может не скрываться и вдоволь попировать.

Глава 18

— Что здесь происходит? — прошипела Кристина, но буквально через секунду она подавила эмоции и преобразилась в снежную королеву. Сурово поджатые губы, гордо вздёрнутый нос, пристальный и требовательный взгляд. Я залюбовался. Парадоксально, однако мне хотелось смотреть именно на Кристину, а не на принцессу Софью, хотя последняя была полностью обнажённой. Но времени на любование у меня не было — требовалось срочно разъяснить ситуацию, пока охваченная гневом Кристина не натворит дел.

— Закрой дверь, — попросил я её и, когда она послушалась, обратилась к Софии: — Покажи свой истинный облик.

София кивнула — надо же, а она держит обещание и выполняет все мои приказы — и превратилась в человекоподобную ящерицу, Ядозубку. Она вопросительно посмотрела на Кристину: мол, теперь твоя душенька спокойна? Розоволосая красотка резко стушевалась — её не испугало странное существо в моей комнате, о нет. Просто Кристина была достаточно умной, чтобы сообразить — кажется, произошло недоразумение и не всё является тем, чем выглядит. Её щёки окрасил румянец, и она, вздохнув, сказала:

— Ну, мне всё ещё интересно, что здесь происходит, — в её голосе звучало невысказанное извинение.

— Не переживай, мне приятно, — я ей подмигнул. — Главное, не перебарщивай с ревностью. Она всё-таки как перец в рагу — если бухнуть слишком много, есть невозможно.

— Я не ревную, — слабо возразила Кристина и покраснела ещё сильнее, потом покосилась на Софью и попросила: — Ты можешь, пожалуйста, одеться?

— Да, я уже как-то забыла, что люди придают важное значение обычным тряпкам. Мой несостоявшийся муж очень не любил, когда я расхаживала по Императорскому дворцу в неглиже, — с пренебрежением фыркнула Софья, но натянула на себя рубашку и штаны. Поймав удивлённый взгляд Кристины, она пояснила: — Мой народ носит одежду, но она выполняет защитную функцию. В Данжах, которых мы обитаем, до сих пор водятся опасные монстры. Мы не можем их истребить, они уже стали неотъемлемой частью экосистемы. Так вы это называете, верно? В общем, одежда для нас — это слабенький доспех, который позволит пережить неожиданное нападение. Когда Ядозубы возвращаются домой, они раздеваются. Мы не стесняемся своей природы. И уж тем более мы не спим в тряпках.

— Интересные культурные особенности, — с пониманием покивала Кристина и повернулась ко мне. Следующий вопрос она задавала как бы Софии, но смотрела прямо на меня, буквально взглядом прожигала. — Но это не объясняет, что ты здесь делаешь. Хотя мне следует это спросить не у тебя. Так что, Марк? Неужели ты нас обманул, проводил до общежитий, развёл по комнатам, а сам, притворившись, что тоже будешь сидеть и не высовываться, отправился в гущу событий? Как ты там говорил? — она задумчиво постучала пальчиками по подбородку и процитировала меня: — Необходимо ждать указаний директора. Мы не должны подвергать себя опасности. Если мы понадобимся, нас позовут!

Она снова начала злиться и, судя по всему, специально подстёгивала своё внутреннее возмущение, в этот раз уже не намереваясь отступать. Её пышная грудь быстро и часто поднималась, кулаки крепко сжались, а ноздри слегка раздувались. По моему телу внезапно разлилось возбуждение — мне совершенно не хотелось что-то объяснять. Я бы с удовольствием прижал бы Кристину к стене и поцеловал. Картинка, представшая перед глазами, была настолько яркой, что я почти ощутил изгибы прекрасного тела под моими ладонями. Видимо, Кристина заметила, что мой взгляд изменился, и тяжело сглотнула. Её зрачки расширились, когда я подошёл к ней почти вплотную.