Попаданец в тело матери роя пожирателей вселенной. Том l (СИ)

Annotation

Франс Кафка и не подозревал во что выльются его идеи...

Если вам ещё не понятно о чем книга исходя из названия, поясню. Вот определение из Википедии: Рой насекомых — семья, совокупность пчёл или других насекомых, образующих во главе с маткой обособленную организацию.

А теперь тоже самое, только рой пожирателей вселенной.

Книга эксперимент. Нет задачи рассмешить, или выдать интересный сюжет, или захватывающий экшн. Скорее это будет полное и планомерное описание захвата вселенной расой насекомоподобных существ, а-ля зергов. Кто-то может найти в этом что-то интересное для себя...

Попаданец в тело матери роя пожирателей вселенной. Том l

Глава 1. Крылья, лапки, клешни, хоботок, жвала и брюшко...

Глава 2. Первый контакт с разумной жизнью

Глава 3. Королева Ос

Глава 4. Беззащитные головастики

Глава 5. Один в поле — работяга.

Глава 6. Разведчик, воин, переносчик.

Глава 7. Неопознанный Летающий Объект

Глава 8. Дальний рейд

Глава 9. Горбатый

Глава 10. Истинный Боец

Глава 11. Караван

Глава 12. Раздельный Пищевой Склад

Глава 13. Жуколов

Глава 14. Вопрос жизни и смерти

Глава 15. Незавидная судьба пленника

Глава 16. Дом Дракона

Глава 17. Назгул

Глава 18. Интересы Роя превыше всего

Глава 19. Чудовище из бестиария Лавкрафта

Глава 20. Стрелок и Имитатор

Глава 21. Непреднамеренная подлость

Глава 22. Воздушная схватка

Глава 23. Марш-бросок

Глава 24. Начало битвы за выживание.

Глава 25. Кровавая бойня

Глава 26. Мясная буханка, семенящая ножками

Глава 27. Много Мяса

Глава 28. Берегите глаза!

Глава 29. Дикарь-оборванец

Ссылочки

Попаданец в тело матери роя пожирателей вселенной. Том l

Глава 1. Крылья, лапки, клешни, хоботок, жвала и брюшко...

Студент провинциального поварского училища, по имени Фёдор, шагал по улице родного города, возвращаясь из учебного заведения домой. Парень не смотрел на дорогу, потому как глаза уставились на экран смартфона. Там он внимательно мониторил курсы криптовалют, в которые недавно вложил значительную для себя сумму.

Проверив все интересующие данные, юноша вышел из приложения по инвестициям и перешел в приложение с музыкой. Смартфон залез в карман ветровки, а из беспроводных наушников заиграл трэк в стиле dark phonk. Плейлист переслушанный тысячу раз уже начинал раздражать, но искать что-то новенькое и такое же классное, было лень.

Мысли, тем временем витали вокруг девочек. Первый курс только-только стартовал. Студенты присматривались друг к другу и раззнакамливались получше. В группе Фёдора было всего три парня, а все остальные молодые особы противоположного пола. Собственно, при выборе будущего образования, это и стало для него определяющим фактором. На повара идут в основном девушки, а значит будет легко с кем-то сблизиться и завести отношения. Юноша уже присмотрел несколько фавориток по внешности и теперь оставалось понять у кого характер получше да и кто вообще поведётся на такого шалопая, как он.

В голове всплывали приятные образы девичьей красоты. В первую очередь интересовала миловидная мордашка. А уж всё остальное было не так и важно, если лицо действительно красиво.

Сквозь басы, бившие по ушам, студент услышал тонкий гудящий звук, долетающий откуда-то сбоку. Он повернул голову и увидел трёхметровую фуру, несущуюся по тротуару на всём ходу. Фёдор успел перепугаться и уже хотел было обидеться на водителя, нарушающего ПДД. Но на второе времени не осталось. Удар чудовищной силы о капот вынудил лопнуть черепную коробку, как переспевший арбуз под летним солнцем. Серое вещество, разрезаемое осколками костей, окрасилось в розовый цвет и размазалось по асфальту.

В следующие мгновение сознание переместилось в другое тело. Вместо ожидаемой паники и растерянности, к своему удивлению, парень испытал глубокое успокоение. Все рассуждения и переживания о девушках и деньгах, разом покинули голову. Юноша чётко осознавал, что человеческое тело погибло и что теперь он находиться в ином организме. Он хорошо помнил всю свою прежнюю жизнь, но почему-то утратил львиную долю эмоциональности.

Зрение кардинально переменилось. Добавился угол обзора, по центру появилось огромное слепое пятно, а мир вокруг утратил краски. Фёдор точно различал меньше цветов, но никакой тревоги по этому поводу не зарождалось. В одночасье ему стало всё по барабану, хотя и вещи происходили экстраординарные.

Парень попробовал пошевелится. Он тут же обнаружил три пары тоненьких лапок и длинные, прозрачные крылышки на спине. Позади тонкое тельце переходило в довольно увесистое, толстое брюшко, покрытое хитиновым панцирем. Чувствительность у такой поверхности, была раз в десять ниже чем у человеческой кожи.

Ароматы и звуки, юноша улавливал, но как-то иначе. Сразу и не скажешь, в чём отличие с прежней жизнью, и в чем собственно дело. То ли это из-за другого устройства органов чувств, то ли от того, что мозг по другому обрабатывает собранные сигналы, то ли всё одновременно. Никакого дискомфорта из-за перемены восприятия, опять же, не ощущалось. Будто изначально он родился насекомоподобным существом, похожим на осу, а всё людское прошлое это лишь опыт, определяющий личность. Потери в функциональности менталитета, могли бы вызвать тревогу, если бы умение испытывать тревогу не было бы той самой утратой менталитета.

По итогу непродолжительного самоанализа, помимо воспоминаний о прошлой жизни, Фёдор нашел в себе лишь любопытство. Хотелось поскорей изучить окружающий мир и понять способности нового тела.

Крутить головой, чтобы осмотреться не потребовалось. Вращая глазами можно было видеть вообще в любом направлении, кроме точки спрятанной непосредственно за брюшком. Парень сидел внутри длинной тоннелеобразной пещеры, с относительно гладкими стенами без сталактитов и сталагмитов. Впереди, на выходе виднелись дневной свет, зеленые трава, кусты и деревья. Сложно было определить размеры самого себя, пока рядом не находился какой-то знакомый предмет.

Не найдя в пещере ничего занимательного, юноша решил выползти наружу. Опробовать крылья для полёта он подумывал на открытом пространстве. Стало быть, потребуется пока обойтись лапками. Сознание отлично справлялось с ходьбой сразу на шести конечностях. Брюхо потащилось по ребристому каменому полу, следом за туловищем и Фёдор тотчас оценил его вес. Эта часть организма была тяжелее всего остального, вместе взятого. Казалось, брюшко единственное, что делает парня медленным и неповоротливым. Он также понял, что с такой ношей вряд ли удастся полетать, хотя попробовать конечно стоит.

В каменных ложбинках под ногами собрались мутные лужицы. С первого взгляда на них юноша понял, что хочет пить. Чтобы дотянутся пастью до воды, пришлось опустить всё туловище, поскольку шею покрывал жесткий негибкий хитин. Орган приема пищи предоставлял сразу несколько различных инструментов: типичные жучьи клешни, как у муравьев, длинный эластичный сосущий хоботок, как у бабочки, и жвала из четырёх челюстей, покрытые острыми зубами в несколько рядов. Фёдор попробовал испить через хоботок и жажда начала утоляться. Впрочем другого пути и не было. Дотянутся жвалами из-за длинных клешней не представлялось возможным.

“Наверное эта оса заползла в пещеру, как раз, чтобы попить.” — подумал парень. — “Вернее я заполз в пещеру, чтобы попить. Ведь эта оса, теперь я.”

И тут юноша осознал, что если эта пещера довольно велика, то и он является просто таки огромным насекомым. Лужи в ложбинках не выглядели, как капельки росы, от которых могут испить даже жуки с жвалами. Они смотрелись как полноценные лужи, а сам бывший студент в сравнении с ними достигал размера кошки или собаки. На Земле таких существ точно нет. Уж передач про животных он насмотрелся вдоволь, и знал, что самые крупные насекомые вырастают не больше блюдца. А тут какой-то мутант-переросток.

“Ну и ладно, мне же лучше, если я буду покрепче и не умру от нападения птицы.” — пораскинул Фёдор.

Удивляться, как и раньше, особо не хотелось.

Оса решительно поползла дальше. Выйдя наружу парень вновь осмотрелся. Пещера, как оказалось, углублялась в небольшой холм, высотой эдак с пятиэтажку. Выход из неё был, как раз у подножия. Холмик устилала реденькая травка и одинокие маленькие деревца. Вокруг раскинулся густой широколиственный лес, без признаков какой-либо разумной цивилизации. Дикая природа и ничего больше.

Юноша сравнил нынешнее распознавание цветов с опытом человека и обнаружил что вся листва — зеленая, стволы деревьев — серые, небосвод — серый, а цветы и плоды фруктов — фиолетовые. Не успел он подумать об испытании крылышек, как возникло чувство голода. Срочно требовалось что-нибудь сожрать.

Фёдор подполз к ближайшему кустику и обнюхал его антеннками торчащими из головы. Размеры растений подтверждали догадку о пропорциях туловища около крупной кошки. Жирное брюшко тянуло на ещё одну крупную кошку. Итого, в целом, получалась среднего размера собака.

“Увидь я такую тварь во времена человеческой жизни, то обосрался бы от страха.” — рассуждал парень — “Но а сейчас я лишь слегка обеспокоен опасностями этого мира. Вдруг тут птицы размером со слона. А впрочем, я могу находиться где-то на Земле. В таком случае я подохну на лабораторном столе. Насекомых люди не уважают и даже, скорее ненавидят. Пару препараций мне организуют, а в новостях напишут, что во всём виновата радиация. Хотя я всё ещё обладаю навыками письма. Могу нацарапать лапкой какое-то послание. Сойду за умного жучка и стану любимцем широкой публики. В интернете такое любят. Главное чтобы хозяин не попался мудак, наряжающий домашних любимцев в клоунские костюмы. Такому придурку я мозги через ухо высосу, пока он спит.”

Мысль была крайне жесткой и к тому же искренней, то есть совсем не шуточной. Подобной жестокости юноша раньше за собой не замечал, а значит это тоже может быть следствием переноса сознания в организм насекомого. Наверное жучий менталитет не отличается особой моральностью и нравственностью…

А тем временем, за размышлениями, голод только усилился. Под давлением навязчивого желания Фёдор откусил целую охапку листьев с куста. На вкус они напоминали картон. Поедание не вызывало удовольствия, а нужда в пище утолялась очень слабо. Но это не помешало осе без лишних сожалений сожрать пол куста. Парень понял что процесс идёт слишком медленно и стал без разбору грызть листья вместе с тонкими ветками. Теперь стало лучше, но всё ещё, что-то не то…

Сточив кустик под корень, он устремил взор подвижных глаз на плодовое деревце. Ближайший фиолетовый шарик, по форме напоминающий яблоко, висел высоко над землей, так что не дотянутся даже если встать на задние лапы.

“Настало время покорить небеса!” — восторженно подумал юноша, разминая крылышки.

Он начал делать последовательные взмахи, прислушиваясь к насекомьим инстинктам и постепенно ускоряясь. Крупные полупрозрачные отростки создали сильный ветерок, который разогнал в стороны ошмётки погрызанных листочков. Туловище оторвалось от земли без особого труда, а вот брюхо лежало мертвым грузом. Тогда Фёдор выложился на полную, не жалея сил. И медленно, но верно, задняя половина стала приподниматься.

По лесу разлетался звук громкого жужжания. Крылышки двигались так быстро, что становились почти невидимыми. Он так и не уловил момента, когда полностью воспарил, но ветка с заветным плодом неспешно приближалась. И вот парень смог ухватиться за неё передними лапами. Немного напрягшись он затащил наверх и неповоротливое брюхо. Оказывается им тоже можно шевелить, хотя и с большим трудом.

“С этим мешком за спиной я лёгкая добыча для хищников.” — подумал юноша — “Нужно срочно, хорошенько наесться и спрятаться обратно в пещеру. Или вырыть себе норку в земле. В общем, что-нибудь придумаем, главное не попадаться.”

Хоботком он обвил висящий фрукт, клешнями срезал плодоножку, после чего закинул добычу внутрь жвал. У этой пищи был вкус пресного яблока. Из хороших новостей, наедаться чем-то подобным казалось выгоднее, чем жрать кустарник.

Переползая с ветки на ветку, Фёдор методично потреблял все фрукты, до которых мог дотянуться. Вскоре он осознал, что ещё быстрее утолить голод получится если совместить оба открытых им способа потребления. Теперь парень на дереве съедал не только плоды но и листья с тонкими веточками. За этим делом он открыл ещё одну примечательную особенность избранного растения. Его сердцевина вмещала в себе чудеснейший сок, просто созданный для вкусовых рецепторов в хоботке. Уничтожив крону под ноль, оса спустилась к корневищу, раздербанила ствол (благо силы в клешнях хватало) и стала жадно всасывать мельчайшие следы выделяющейся жидкости.

Пока юноша пиршествовал, на глаза попалась птичка. Её оказалось легко заметить, ведь она была окрашена в красный цвет. Немного поглядев на Фёдора издалека, пернатое существо полетело дальше, по своим делам. Оно и не странно. Птичка размером походила на земного снегиря. То есть охотится она, скорее всего, на насекомых земного размера, а не на ос способных в один присест сожрать дерево. К тому же парень разглядел витающих вокруг мушек и комариков. Те не были такими переростками, как он…

“Эх, всё-таки я мутант.” — мысленно проговорил юноша — “Мог бы я нормально летать, осмотрелся бы получше и гляди нашел бы следы цивилизации. Не то что я туда сильно рвусь. Просто знать, что тебя может найти разумное существо, полезно заранее. Хотя бы пояснительную записку на берёсте нацарапаю и к лапе примотаю. Если кто наткнётся на меня, то её прочитает и поймёт, что я разумное существо, готовое к диалогу и сотрудничеству.”

И тут Фёдора посетила идея. Он вдруг вспомнил, что у него под боком, как раз холмик нарисовался. Да ещё и без густой растительности. Значит можно на него взобраться и осмотреться. К тому же попробовать взлететь повыше. Всё-таки, хоть медленно и слабо, но летать он умеет.

И пополз парень вверх по склону, попутно отщипывая листочки с низких деревьев и пожёвывая жухлую траву. Брюшко набитое ветками, явно потяжелело из-за чего лапки двигались со скрипом. Но хотя бы голод был отчасти утолён. Проблема заключалась в том, что чем больше он двигался, тем больше хотелось чревоугодствовать. Получался какой-то замкнутый круг…

Когда оса поднялась на вершину холма, тяжесть в брюхе как-будто бы пропала. Словно всё успело переварится за такой короткий промежуток времени. Юноша заметил, что в центре головы, между уже имеющимися антеннками, появилась ещё пара усиков, покороче и потолще.

“Я уверен, что их не было, когда я нюхал первый куст. Они что… Выросли?..”

Фёдор задумался над восприятием времени в новом теле. Небесное светило он отлично видит, и оно сдвинулось самую малость. Потратил он часика три на обжорство, судя по солнцу. И птица двигалась на вполне нормальной скорости. Так что не сказать, что восприятие времени у организма насекомого как-то сильно искажено в сравнении с человеком.

“Ох-ох, надеюсь цикл жизни у этого жука не слишком короткий. А то паршивая житейка получается, если через неделю откладывать личинки и помирать. Но что мне точно нравиться в новой жизни, так это постоянный голод… Найти бы ещё что-нибудь повкуснее листьев и пресных яблок. Сок из ствола очень даже хорош. Жаль его там кот наплакал.”

Вокруг на многие километры раскинулась лесистая равнина. Где-то в непомерной дали виднелись зеленые холмы, а за ними на самом горизонте, синеватая полоса гор. Осмотр окрестностей дал результат. Парень различил на фоне серого неба тонкую струйку дыма. Казалось, если подняться чуть повыше, удастся разведать и место откуда он исходит.

Юноша замахал крылышками и мгновенно ощутил разницу с прошлым полётом. Мощность летательных отростков явно возросла. Он замедлил их взмахи и окинул взглядом полупрозрачные перепонки. Складывалось впечатление, что крылья удлинились и расширились. Тело очевидно менялось прямо на глазах и не замечать это становилось всё сложнее.

С парой усиленных крылышек, оторвать брюшко от земли получилось раза в три проще. Поднявшись на несколько метров над холмом, Фёдор понял, что чувствует себя в воздухе гораздо увереннее. Он попробовал поманеврировать из стороны в сторону. Благодаря системе полёта насекомого, ему не требовалось постоянно планировать, как птице. Парень мог зависать на месте и свободно передвигаться назад-вперёд, вверх-вниз, влево вправо, подобно вертолёту. К сожалению какого-то удовольствия от подобного опыта он не испытывал. Хотя людская память подсказывала, что человек пригвождённый с рождения к земле, должен был наслаждаться таким даром.

Юноша просто отметил новые возможности в поиске и добыче пищи. А тем временем, он воспарил ещё метров на десять ввысь и наконец сумел увидеть крайне занимательную вещь. Дым поднимался не просто от костра или одинокого домика, а от целой деревни. Взору открылись несколько десятков деревянных домов, окруженные забором, тропинки уходящие от поселения в разные стороны и поля с возделанной почвой.

“Деревенька выглядит крайне аутентично” — подумал Фёдор — “Неужто городок реконструкторов. Как-то раз бывал я в таком на экскурсии…”

Он определённо захотел подлететь поближе и разведать обстановку.

Глава 2. Первый контакт с разумной жизнью

Путь к деревне предстоял относительно не близкий. Фёдор предпочёл прогуляться на своих шестих, потому как во время полёта чувство голода росло в геометрической прогрессии. От ползания по земле, жажда обожраться тоже возрастала, но не так сильно. И естественно парень параллельно намеревался пощипать листики и цветочки, чтобы восстановить энергию, затраченную на проведение разведки.

Ему было очевидно, что его организм стремительно развивается. Лапки удлинились и потолстели. Брюшко потяжелело, но явно не из-за еды внутри, а из-за того, что прибавило в объеме. Пара новых усиков удлинилась сантиметров на десять. В отличии от самых длинных, изначальных антеннок, эти не были подвижными, не улавливали запах, и вообще, выглядели бесполезными.

“Бодаться мне ими что-ли?” — спросил себя юноша.

Удаляясь от холма с пещерой, он оставлял след из ощипанного кустарника и придавленной брюхом травы. Несколько раз оса забиралась на деревья и срезала целые ветки, нагруженные плодами. Дальше, орудуя передней парой лап, хоботком и клешнями, Фёдор заталкивал всё это в пасть. Жвала перемалывали древесину, листья и мякоть фруктов в однородную кашицу.

И вот, на одной из веток ему попалось птичье гнездо. Тройка пятнистых яиц красного цвета лежали на стопке сухой травы, пререплетенной с тоненькими сучками. Антеннки подсказали, что и гнездо, и яйца вполне съедобны. Но парень нашёл в себе силы проглотить не всё разом, а начать с одного яйца.

Стоило хоботку полезть к кучке соломинок, как в воздухе возник пернатый защитник. Маленькая пташка набросилась на гигантское насекомое, вереща и размахивая крыльями. Первым делом она попыталась поклевать его в голову. Толстый хитин почувствовал лишь лёгкое поскрёбывание. Следующий план пернатого родителя заключался в выклёвании глаз. Юноша рефлекторно закрывал защитные перепонки, похожие на веки. Пока один глаз претерпевал нападение, другой отлично видел. Такой слабенькой птичке точно не было, что противопоставить летающему, бронированному хищнику.

От лицезрения этого отчаянного сопротивления, в Фёдоре не проснулось ни жалости, ни злорадства. В человеческой жизни он любил животных, не относился к ним с жестокостью, но и вегетарианцем из сентиментальности не ставал. Обычно парень покупал готовую тушку в магазине, и не тешил себя иллюзиями о том, как обходятся со скотиной на фермах. Сам он мог бы спокойно зарезать и выпотрошить курицу или кролика на пищу. Ну а разорять гнездо дикой птицы, ради еды, тогда смысла не видел.

Всё это осталось где-то в воспоминаниях. Отказываться от своего людского прошлого юноша конечно не собирался, но сейчас дело было отнюдь не в человеческой морали. Его организм испытывал голод, а птичьи яйца, согласно внутренним ощущениям, казались съедобными. И он, как часть окружающей экосистемы, имел право потребить их ради собственного выживания и развития. Фёдор ничего не знал о насекомом, которым стал. А потому, оставалось прислушаться к инстинктам и следовать им в пределах разумного.

Хоботок выстрелил вперёд, быстро обвил сплетённую стопку и потащил гнездо к пасти. Жвалы широко раскрылись, чтобы проглотить добычу целиком. Взбешенная пташка не успела среагировать и клюнуть эластичный отросток хотя бы раз. Птичье потомство исчезло в бездонной глотке. Всё что она могла делать теперь, это кружить около морды гигантского насекомого и злобно чирикать.

Такое поведение стало фатальной ошибкой. Насекомьи рефлексы позволили парню дёрнуть клешнями с невиданной скоростью. Птица была поймана за основание лапки, прямо на лету. Беспорядочное барахтанье и удары крылышками не помогли вырваться. Хоботок выстрелил вновь и обвился вокруг приплюснутой головы. Силы хватило, чтобы мгновенно преломить тоненькие позвонки и пресечь любое сопротивление. Тушка в перьях отправилась следом за своими не вылупившимися детьми.

Сырые желток и белок по вкусу напомнили наваристый бульон. Гнездо из веток, травы и птичьего кала, напомнило глину вперемешку с кратоном, но отторжения почему-то не вызывало. Рвотный рефлекс, будто бы отсутствовал и жрать можно было вообще, что-угодно. Костлявая тушка по вкусу походила на тугую, но сочную, котлету с сухарями. Есть животную пищу осе определенно было и вкуснее, и полезнее в плане накопления энергии. Юноша ощутил весомый прилив сил, несоизмеримо больший, чем при потреблении растений. Соответственно, вместо того, чтобы тратить три часа на разделку дерева, можно попробовать поохотиться на крупное травоядное животное, например, оленя, козу или быка.

“Вот только, как подкрасться к ним незаметно, если летаю я медленно и с ужасно громким звуком?” — задумался Фёдор. — “В конце-концов, птица приблизилась ко мне, ради защиты яиц. А в обычных условия у меня нет ни малейшего шанса за ней угнаться. Из-за своей неповоротливости мне следует рассчитывать только на лёгкую добычу. Может попробовать добыть других насекомых?...”