Убийство в снежном городе

***

– Девушку увезли в больницу, прогноз пока неутешительный, врачи пугают, что травмы, не совместимы с жизнью. Она сейчас в реанимации, – не успев поприветствовать прибывших, уже знакомый Саше и Никколо руководитель следственной группы по имени Андрей ввел их в курс дела.

– Водитель при всем желании не успел бы затормозить, девушка буквально выкатилась под колеса. Но кроме травм, полученных в результате аварии, у нее рана на шее, кто-то воткнул нож, но не успел завершить начатое. Мы прошли по следам девушки, повезло, снег лишь недавно пошел с такой силой.

– У вас в России зима всегда такая? – спросил Никколо.

– Нет, что вы, иногда и на Новый год снега нет. Все говорят о всемирном потеплении, вот и до нас добралось. Но последние зимы снова стали снежными и морозными, тем более февраль, он всегда славился снегопадами и метелями. В общем, повезло, среди деревьев следы еще не засыпало, и мы вышли по следам на дорожку, а с нее вот сюда, – офицер кивнул в сторону одноэтажного домика среди деревьев. – Тут пацана и застали.

Парень лет 18ти дернулся при виде входящих в избушку, вскочил с дивана, если бы два полицейских не схватили его под локти, кинулся бы навстречу.

– Да не причем я здесь. Я вообще не знаю, куда она делась!

– А скальпель откуда? И кровь на руках?

– Я подхожу, а тут кровь на снегу и нож валяется, ну, я нож поднял, я испугался, дверь открыта, а когда я уезжал, я сам ее закрыл. А в сторожке никого. Только куртка Алкина валяется. Да я сам испугался, выхожу- а тут вы.

– Как тебя зовут?

– Максим.

– Ну, рассказывай, Максим, все по порядку, кто такая Алка, зачем ты сюда приехал.

– Алка это моя девчонка, ну, встречаемся мы. Батя мой дежурит тут, на горнолыжной станции. А сегодня на горе никого нет, он пошел с мужиками в гараж, потом в баню, ну я взял из его телогрейки ключи, чтоб нам хоть где-то посидеть. А куда нам идти? Зима же! Некуда у нас в городе ходить!

– Ты не жалуйся, а рассказывай. Взял ключи, и дальше что?

– Ну… Я и машину его взял. А что, у меня права есть! Ну, и мы поехали в сторожку. А я забыл пива купить, ну и закуску ж надо какую-нибудь.

– Одни «ну»! То есть ты пригласил даму и решил, что надо накрыть на стол?

– Чего? Никаких дам я не приглашал. Только Алку. Ну, и она осталась меня ждать. А я поехал за пивом. Арахиса взял, соломку рыбную. Потом встретил пацанов, и мы застряли. Надо было перетереть кое че. Ну, а когда приехал, тут вон, кровь, а тут вы приехали.

– Забирайте его, пусть посидит, подумает.

– Да не было меня тут, пацаны ж скажут. Я с ними был!

– Был, да вернулся.

– Меня батя ж убьет! Мне надо ключи вернуть и машину! Вы че, это не я!

– Батя твой пусть на работу ходит, а не по гаражам и баням в рабочее время. Отпечатки твои на ноже? Твои. Девушка твоя? Твоя. Может, вы поссорились? Может, она передумала с тобой тут… уединяться, ты разозлился, схватил скальпель…

– Да ничего я не хватал! Ничего она не передумала! Я ничего не сделал!!

Когда Максима увезли, следователь и Саша с Никколо вышли на улицу.

– Хотя бы мы знаем, кто наша жертва.

– У вас же маленький город, я думала все друг друга знают.

– Девушка, вы в каком доме живете?

– В пятиэтажном.

– Всех соседей знаете?

– Нет…

– Вот видите. А тут город, где больше 10 тысяч живет. Мы уже связались с родителями девушки.

– Думаете, это парень ее зарезать пытался?

– Думаю, это наш убийца. Парень дурачок, сразу видно, давно бы уже сопли пустил, если б он зарезал. Ей повезло. Смогла убежать. Вернее, повезет, если выживет после аварии. Снег сильно утоптан, даже под новым слоем заметно, видимо, она боролась, и смогла вырваться.

– Следы можно выявить?

– К сожалению, все очень сильно перемешано, сверху нападал снег, и парень ее тут потоптался, и наши, если честно, тоже.

– Вы установили по следам, что убегала она именно отсюда. И ни одного следа нападавшего?

– Ни одного. Мы все тут осмотрели. Девушка бежала по лесу, без тропинок, проваливалась в снег. Там следы глубже и сильно не засыпаны, ветви деревьев удерживают снег. А он все за собой разрыхлил, пятачок, где они боролись, маленький, а дальше два шага -и на дорогу, а по ней сколько народу прошло, наши же и натоптали.

– А отпечатки на скальпеле?

– Отправили в лабораторию. Скорее всего только отпечатки Максима и найдем. Наш маньяк не дурак, просто так, не стерев отпечатки, скальпель бы не бросил.

– А зачем бросил? – спросила Саша.

– Видимо, побоялся, что девушка будет кричать, прибегут люди и скальпель может его выдать. А так поди, докажи, что он тут не просто гулял. Мы сейчас весь снег просеиваем, за каждую соринку цепляемся, может, хоть что-то от него осталось.

– Она вырвалась… значит, не смог удержать.

– Да, наши эксперты на вскидку определили, что в этот раз он подошел сзади. До сих пор он делал это спереди, хватал за одежду, перерезал горло, дальше раздевал жертву и вырезал сердце. Много времени на это не уходило. Потом он уходил, закапывая одежду девушек в сугроб неподалеку. И через десять минут все белым бело, никаких следов. Поэтому он и бросил сейчас скальпель – назад капли вряд ли упали, и разрез сделать не успел толком, а значит, следов крови на нем нет. Он мог спокойно идти по дорожке, задержи его- никаких улик.

Саша задумалась:

– А как он находит своих жертв? Вот если случайно, то откуда он знает, что никто сейчас не появится вслед за жертвой? С той девушкой, Ириной, понятно, она одна ушла в темноту из компании. Мог и случайно увидеть. Затаился, как… как дикий зверь в темном лесу. С медсестрой тоже понятно, возможно, ждал ее, многие знали, что она по ночам бегает кормить свою скотину. А первая девушка?

– Тут любой, кто лежал в больнице, знал, любая медсестра могла сказать вскользь кому-то из знакомых, вот, мол, бегает с дежурства наша Леся. И опрашивать бесполезно. Вы правы, с Ириной могло выйти случайно. Первая девушка тоже могла попасться случайно, раз поссорилась с парнем и убежала через лес.

– А сегодняшняя, Алла? Кто мог знать, что она поедет в сторожку, тем более, она была с парнем, что останется одна… Эта девушка никак не вяжется.

– Вполне вяжется. Приехали двое, парень уехал, крикнул, что скоро будет, только до магазина и все. И дорога нашему маньяку открыта.

– То есть все его жертвы случайны?

– Это и пугает. Если они случайны, мы никогда его не поймаем. Тут не найдешь общего знакомого, который бы знал всех четверых, какого-нибудь друга семьи.

– Погодите! – воскликнула Саша. – Он должен их всех знать!

– С чего вы взяли?

– По легенде все девушки, чьи сердца он отдаст мертвой царевне, должны бы невинными! Он не может ошибаться, иначе ритуал не сработает! Баба Онисья даже сказала, что нам с Соней можно не волноваться, на нас никто не нападет! – Саша покраснела. – В смысле… вы поняли.

– Ох, уж эта баба Онисья… – вздохнул следователь. – Все мы тут на ее сказках выросли. Но вы с ней поосторожнее.

– В каком смысле? На лопату посадит и в печь отправит?

– Хуже. Не понравится что – не отмоетесь.

– Она же тут вроде всем помогает, квартиры выбивает, на работу устраивает.

– А еще жалобы пишет. Во все инстанции, от МВД до уполномоченного по правам человека. Не одного руководителя сгубила. И ведь не отобьешься, если ей не по нраву, так жалобами замучает, что вышестоящим проще снять человека с должности, чем от бабки отделаться. Ей бы в 37 год… – грустно покивал головой Андрей. – многие бы по ее жалобам в лагеря отправились, а кого и расстреляли.

– Ничего себе, бабушка!

– Но знаете, Саша, сходить к ней надо. Похоже, в сложившейся ситуации ваша версия о легенде единственная, которая может хоть что-то объяснить.

Саша покраснела, на сей раз от удовольствия.

– Он должен где-то держать эти сердца. Не тухлые же он понесет своей царевне! Или… скармливает по одному.

– Если по одному, то давно должен был убедиться, что царевны не существует. Значит, копит. Легенда что говорит?

– Ничего не говорит, во всяком случае баба Онисья просто сказала про 12 сердец.

– Мы не можем проводить обыски у всех, кого проверяем. Для этого нужны основания и ордер. Но как минимум осмотреть холодильник и погреб можем. Все усложняется зимой, это летом трудно сохранить сердца, а зимой закопал в саду в сугробе– и никто не найдет.

– Вот он и выбрал зиму… Андрей, я занималась одним делом… в Италии… там тоже была одна старая история, все было по-другому, совсем не похоже на эти преступления, но историю мы нашли в архиве. Давайте я покопаюсь в архиве, с краеведами поговорю, и вас разгружу, и вдруг польза будет? Надо поискать все, что связано с легендой.

– Хорошо, договорились! – при этих словах Саша чуть не подпрыгнула от радости. – А нам уже поздно умалчивать, народ знает, так что придется поговорить со школьниками… где у нас еще девственницы водятся? – невесело пошутил следователь.

– В монастырях! – ахнула Саша. – Монахини же в лес ходят! А они… ну, типа…

– Наивная вы, девушка! У некоторых монахинь такая бурная жизнь за плечами, что вам и не снилось. Некоторые Христовы невесты еще те оторвы были. В прошлой жизни. У нас тут одна игуменья на дни рождения всех собирала, и детей, и внуков. Как на елке новогодней, внуки стихи читали, песенки пели, бывшие мужья тосты говорили.

– Не все ж такие!

– Конечно, не все. Но не приставим же мы охрану к монахиням. У нас полицейских не хватит. А беседу проведем, предупредим.

– Надо бы сходить к горе, где царевна заточена.

– Вот вы нам, Саша и расскажете, где эта гора, ищите, если не лень! Одно дело легенда, другое- координаты, хотя бы приблизительные. А мы усилим патрули в парке, весь лес не охватим, если посмотрите с Лысой горы- тут на многие километры ни одной деревни, лишь леса густые. Но вряд ли кто в здравом уме зимой в лес сунется. Так что парк- самое вероятное место.

***

Утром Саша и Соня воодушевлённо обсуждали, откуда начать поиски. Сначала Соня обиделась, что подруга не поделилась новостями, даже не позвонила, вернувшись в отель. Но, узнав, что им нашлась работа, сразу забыла обиды.

Мужчины же восприняли радость подруг без энтузиазма.

– Нам скоро возвращаться, отпуск не резиновый. И что мы видели в России? Нет, нам все очень понравилось, но как не посмотреть Москву, да и рядом тут старинные туристические места, а мы сидим в этом городе…

– Вам не до туризма, вы преступлением увлеклись. – поддержал друга Марко. – А у нас билеты домой через три дня. Обидно!

– А давайте мы вас во Владимир отправим? Тут ехать недолго. И гида найдем с итальянским языком.

– Вы хоть с английским найдите, – вздохнул Марко.

– Решено! – Соня схватила планшет. – Сейчас экскурсию на завтра закажем, а к вечеру вы вернетесь. Такси мы за вами отправим, или вон, следователя, нового друга Саши и Нико подрядим забрать вас со станции. И то дело, мы в архив, а вас как одних бросить! О, я списалась с экскурсоводом из Нижнего, тут езды час на электричке. Сейчас возьму вам билет туда и обратно, там часа четыре погуляете, Кремль посмотрите, а завтра- Владимир.

Бедные итальянцы не успели опомнится, как им составили жесткую туристическую программу на два дня сразу и через полчаса уже усаживали в такси, дополнительно заплатив водителю за «погрузку» мужчин в нужный поезд. Тот и не возражал, в Городенце зимой особо не заработаешь, а тут небольшие деньги, но сами в руки прыгают. Обещал и на обратном пути встретить, благо билеты были уже куплены и время прибытия известно.

Отъехала машина, девушки вернулись в дом, где стояла непривычная тишина, посмотрели друг на друга и завопили: – Урааааа!!!!

Первым делом они отправились к Онисье. Бабка может и «куку», но уж историю в подробностях расскажет. А теперь слушать не страшно, теперь они «при исполнении».

– Ну точно, ведьма! – подумала Соня, когда дверь отворилась, не успели они постучать. – Или у окна сидит от скуки, за порядком смотрит, издалека нас увидела.

– Бабушка… ой, простите, даже не знаю, как вас правильно называть.

– Да все бабой Онисьей кличут, – снова перешла на простонародный говор бывшая партийная деятельница. – Так и вы зовите. Хоть горшком- только в печь не сажайте.

– Блин… – испугалась Саша, – как будто она мой разговор со следователем слышала. Как я пошутила про лопату и печь. Ох, не нравится мне эта «старушка». – А вслух сказала: – Торопились мы прошлый раз, баба Онисья, не расспросили толком. Что там за предание про царевну?

– А ты думаешь, Пушкин откуда сюжеты для своих поэм брал? Отсюда и брал, из народных преданий. Все это когда-то было, запомнилось, да потом рассказалось.

Мимо Китежских гор

Проплывала грузная ладья – лодочка,

Откуда она взялась – поднялась,

Только бог один весть.

И повстречалась эта лодочка