Странные времена: идеальный джентльмен

– Некоторые татуировки – всего лишь татуировки, – улыбнулся уголком губ Джон Мор.

– И право на взыскание могут продать? – наклоняясь к нему, уточнил Стэнли.

– Так не положено делать, – ответил собеседник, снова обводя подозрительным взглядом караоке-бар. – Но да, некоторые всё же так поступают. В основном же это просто способ гарантировать честную сделку между сторонами. Хотя отдельные личности превращают подобные договоры в бизнес.

– Типа гангстерское ростовщичество? – спросил Окс.

– Лучше не использовать это слово, – предупредил Джон Мор, затем заметил, как Нэнси выглянула из-за занавеси, подзывая их, и торопливо добавил: – И вообще никакие. Молчите, чтобы наверняка. Помните о нашем соглашении.

Окс и сам не знал, что ожидал увидеть в отгороженной части зала, но реальность оказалась разочаровывающе обыденной. На диване сидели двое мужчин, а перед ними на столике стояли бокалы с недопитым пивом.

Первым заговорил платиновый блондин в кепке и хлопчатобумажной рубашке по фигуре. Растительность на его лице была аккуратно подстрижена, придавая вид мушкетера из романа в жанре стимпанк, если можно так описать.

– Малыш Джон! – поприветствовал незнакомец с сильным манчестерским акцентом. – Чем обязаны чести тебя лицезреть?

– Мистер Ферри, – пожал протянутую руку Джон Мор, после чего кивнул компаньону собеседника, мужчине с длинными черными волосами и определенно куда более кудлатой бородой. – Райли.

– Как там поживает Марго? – вежливо поинтересовался брюнет.

– По-старому.

– Передавай ей от меня привет.

– Присаживайтесь, присаживайтесь, – пригласил Ферри, и троица гостей заняла места напротив него. – Будете пить? – Получив согласие, он сделал знак Нэнси, и та беззвучно растворилась за занавесью. – Не представишь мне своих друзей, Джон?

– Это Окс и Стэнли, они работают в «Странных временах».

– Ты привел сюда журналистов? – Ферри застыл неподвижно, не донеся руки до бокала, и пронзил Джона Мора недовольным взглядом.

– Все не так, как вы думаете. Даю слово.

– Что ж, ладно, – слегка расслабился Ферри, возвращаясь к напитку. – Тогда как же?

– Этой ночью на них напали двое из братства Сефрам. По крайней мере, они себя так называют.

– Этого братства больше не существует, – прокомментировал блондин, бросив короткий взгляд на Райли.

– Я так и сказал, но оба нападавших носили балахоны, а на лице одного красовались разноцветные четверти.

– Это еще ни о чем не говорит, – нахмурился брюнет.

– Не спорю, – кивнул Джон Мор. – Но вот в чем дело: на коже мужчины, с которым встречались те двое, имелся знак долга перед вами.

– Мне кажется или наша дружеская беседа перестает быть дружеской? – угрожающе наклонился вперед Райли.

– Не обязательно. Я явился сюда не для выяснения отношений, а в поиске ответов.

В разговоре образовалась пауза, заполненная бурными овациями из другой части зала, когда исполнение песни Footloose получило незаслуженно теплый прием.

– Тебе-то что за дело до всего этого? – наконец поинтересовался Ферри.

– Тот упомянутый мужчина по имени… – Джон Мор многозначительно посмотрел на Окса.

– Дариус Уильямс.

– Так вот, он нанялся выполнить одну работу для «Странных времен». Но это служило только прикрытием для нападения.

– Нападения какого рода? – уточнил брюнет.

– Неважно. Вы знаете правила. Газету и ее сотрудников никто не должен трогать.

– Ты слышишь, Райли? – рассмеялся Ферри. – К нам заявляются в гости и обвиняют в нарушении Соглашения. Чертовски смело, не находишь?

Окс ощутил, что обстановка накаляется, и на секунду подумал об отступлении, но тут же отбросил эту мысль. Выход теперь казался недостижимой мечтой.

– Я никого ни в чем не обвиняю, мистер Ферри, и не утверждаю, что вы знали о взыскании долга у мистера Уильямса третьим лицом. Просто говорю, как было дело, и вежливо прошу направить меня в нужную сторону.

– Ты ждешь, что мы станем крысятничать? – теперь рассмеялся Райли. – Если слух об этом разойдется, нашему бизнесу конец.

– Полагаю, при сделке вам не сообщили, для каких целей собираются использовать приобретенное у вас обязательство.

– Конечно, нет, – прорычал Ферри, прекратив изображать веселье.

– Я знаю, вы не стали бы передавать свои права на взыскание долга, если бы подозревали об этом. – После паузы Джон Мор продолжил: – Позвольте очистить ваше честное имя, которое запятнали те негодяи.

Ферри открыл рот, чтобы заговорить, но так и застыл с отвисшей челюстью, когда на заднем фоне зазвучали первые аккорды Wonderwall[24]. В баре воцарилась гробовая тишина, не считая музыки. Райли уже привстал с диванчика, когда вступление резко оборвалось.

Пару секунд спустя из-за занавеси высунулась голова смущенной Нэнси:

– Простите, босс. Один из новичков решил сыграть на гитаре. Я говорила ему не исполнять эту песню, но он, видимо, забыл.

– Напомни так, чтобы он больше никогда не забывал, – смерив подчиненную суровым взглядом, сказал Ферри. – Иначе может сыграть уже в ящик.

– Это песня босса, – пояснил Райли, заметив недоуменное выражение лица Окса. – Все об этом знают.

Напряженная атмосфера слегка развеялась, когда послышались первые такты Angels Робби Уильямса. Этот выбор композиции, похоже, не вызвал ни у кого возражений. Ферри отмахнулся от обоих подручных, какое-то время повозился на диване, устраиваясь поудобнее, и только потом снова взглянул на лидера народца.

– Твоя просьба бесцеремонна, Джон.

– Всего лишь хочу сохранить мир, мистер Ферри. Вы же знаете, я бы не стал просить, если бы мог без этого обойтись.

– Удивлен, что тебе потребовалась моя помощь. В конце концов тот, кого ты разыскиваешь, твой старый приятель.

Окс почувствовал, как великан рядом с ним напрягся и выпрямился.

– Не может быть.

Взгляды Джона Мора и мистера Ферри скрестились в безмолвном поединке.

– Ты называешь меня лжецом? – угрожающе процедил ростовщик.

– Но он… он давно мертв.

– Я тоже так думал, – улыбнулся Ферри. – Пока он не явился сюда и не сел напротив на то же место, где сейчас сидишь ты.

– И вы не сообщили об этом мне?

– Что ты себе… – начал было Райли, но замолчал по знаку Ферри.

– Давайте все немного успокоимся. По старой памяти я спишу сказанное Джоном на последствия потрясения от неожиданной новости, так как знаю, что обычно он не склонен к проявлениям столь самоубийственной глупости. – Он одним глотком осушил пиво в бокале и громко рыгнул. – А сейчас, раз мы всё уладили…

– Мне нужен адрес.

– Советую не испытывать удачу. Откуда я могу его знать?

Джон Мор ничего не ответил, сидя на месте с бесстрастным видом.

Наконец Ферри сдался и со вздохом сказал:

– Ладно. По пути к выходу Нэнси даст тебе адрес. Но учти, ты получил его не от меня.

– Понял. Спасибо за уделенное время. – Джон Мор встал.

– Ага, конечно, – отмахнулся Ферри с недовольным выражением лица. Когда троица гостей уже направилась к занавеси, он окликнул: – Кое-что еще, Джон. – Тот обернулся. – Чтобы внести ясность: если ты когда-нибудь снова заявишься ко мне в сопровождении чертовых журналистов, то нам с тобой придется серьезно побеседовать.

Великан кивнул.

По пути к выходу из караоке-бара Нэнси сунула Джону Мору в руку клочок бумаги. Только когда все трое оказались снаружи, Окс почувствовал, что может опять дышать свободно.

Глава 49

Когз с закрытыми глазами растянулся на шезлонге на палубе плавучего дома, наслаждаясь тишиной и покоем. Это стало возможным благодаря табличке «Не работаю» и шумоподавляющим наушникам. Они могли бы считаться наилучшим вложением капитала, если бы не тот факт, что их отдал в качестве оплаты один строитель, который желал знать честное мнение, выглядит ли он в очках более умным.

Когз не открыл глаза даже тогда, когда в ногу ткнулся мокрый нос бульдога, и только проворчал:

– Зик, бога ради, умоляю: прочитай табличку. Позволь устроить выходной мне хоть сегодня. Неделя выдалась ужасной, засим хочу забацать я релакс.

Пес снова ткнулся мордой в ногу.

– Иди сходи в горшок с растеньем, я не возражаю. Ему ведь так и так полив уж нужен.

Однако Зик продолжил настойчиво подталкивать своего не-хозяина, и тот нехотя приоткрыл глаза, приподняв солнечные очки.

– Ну, что случилось, ты, невыносимый пес?

Бульдог выразительно мотнул мордой, указывая в сторону моста.

– О нет, – отмахнулся Когз, даже не глядя в том направлении, и громко возвестил: – Какое б дело вас ни привело, назавтра возвращайтесь. Я не работаю сегодня, ибо даже правде нужен выходной.

Он уже собирался снова закрыть глаза, когда рядом с ним на палубу приземлился колокол, обычно привязанный к тросу. Когз вскочил, сдернул с головы наушники и посмотрел на мост. Там стояла роскошная красотка из «Странных времен».

– Мадемуазель, какого черта? Вы этой штукой черепушку мне едва не раскроили!

– Мне нужно с вами поговорить.

– Нет, нет и снова нет! Вот уж дудки! Что за бестактность, соблаговолите мне ответить? Табличка для кого стоит? – Когз повернулся, собираясь демонстративно ткнуть в вывеску, и обнаружил ее отсутствие. – А кстати, где она?

– Я ее выбросил, – радостно откликнулся Зик.

– Но почему, позволь спросить?

– Потому что я пес и твой выходной равняется неделе по моему собачьему календарю. Плюс пластинка заела.

– Мне нужно с вами поговорить, – громко повторила Ханна.

– Как я уже упомянул, дела отложены до завтра. Миледи, вам нельзя вот так являться и крушить все планы, не говоря уж о колоколах. Они ведь на деревьях не растут, позвольте вас заверить. Вы мне и без того немало задолжали. И, дабы не гневить богов, о пенье даже и не помышляйте!

– Но дело крайне важное.

– О, небеса, смиритесь надо мной! – патетически возопил Когз, воздевая руки. – И ниспошлите мне хоть одного просителя, чье дело бы не сотрясло основ Вселенной. – Он повернулся к Ханне и добавил: – Ответ все тот же: нет!

Он едва не упал, когда лодка внезапно дернулась к берегу, очевидно по собственной воле.

– Кажется, босс аннулировала твой выходной, – усмехнулся Зик.

– Забудь о стейке, ты, предатель, – раздраженно бросил Когз, глядя на компаньона.

– Опасно говорить такие вещи псу с большими зубами, который знает, что ты спишь голым.

Плавучий дом причалил к каменной набережной в то же время, как Ханна добралась туда.

– Прежде чем ступить на борт сей лодки, извольте поначалу плату принести, – остановил ее Когз.

– Я хочу не задать вопрос, а пожаловаться на качество услуг. Вы меня обманули!

– Увы, мадмуазель, я неспособен лгать, коль даже пожелаю.

– Он прав, – обменявшись взглядами с не-хозяином, подтвердил Зик. – Бедняга просто не может соврать.

– Тогда как вы объясните… – Ханна замялась, дважды осмотрелась по сторонам, немало удивив этим собеседников, затем перегнулась и торопливо прошептала: – Что прошлой ночью вампир убил женщину?

– Не может того быть! Их…

– Не существует, – закончила за Когза Ханна. – Вы так утверждаете. Однако прямо сейчас еще один вампир сидит в подвале под нашей редакцией.

– И это невозможно.

– Серьезно? Значит, вы намекаете, что я вру? Тогда просто посмотрите новости. Город стоит на ушах.