Странные времена: идеальный джентльмен

– Тот, кто ремонтировал нашу ванную и, ну сам знаешь… – Грейс понизила голос.

– Как ни иронично, ты сообщила даже слишком много подробностей.

– Что теперь делать? Он хочет поговорить с тобой.

– Так, я знаю, что телефон где-то здесь… – Бэнкрофт случайно сбил со стола стопку книг и обрадовался: – Вот он. – Затем наклонился и снял трубку. – На какой линии?

– У нас только одна.

– Тогда и говори: «На первой», – фыркнул редактор и нажал на кнопку, принимая звонок. – Слушаю.

– Здравствуйте, это мистер Бэнкрофт? – голос строителя звучал как у человека, намеренного вести разумные переговоры.

– Да, а вы Дариус Уильямс. Хочу спросить кое-что важное: когда у вас день рождения?

– Что?

– День рождения – быстрее, быстрее, быстрее.

– Двадцать четвертого августа.

– Это многое объясняет.

– В самом деле? – удивился Ульямс, явно не ожидавший такого поворота беседы.

– Дева. А какое-нибудь представление об основах фэншуй имеете?

– Ну, немного знаю.

– Великолепно. А понимаете, какими последствиями грозит появление дракона, если первым делом он увидит туалет?

– Не вполне, но…

– Вот и я нет, – перебил Бэнкрофт, – но почти уверен, что это приведет к катастрофе. Настоящей катастрофе. Простите, но я нанял вашу компанию, думая, что вы учитываете культурные особенности клиентов.

– Что?

– Один из сотрудников газеты родился в Азии.

– Что? – повторил Уильямс.

– Извините, но у меня просто не остается иного выбора, кроме как прибегнуть к услугам другой строительной фирмы, которая полностью переделает обстановку.

– Не нужно, – взмолился Уильямс с отчаянием. – Послушайте, давайте не будем торопиться. Я вижу, что произошло досадное недоразумение. Конечно, наша компания внесет все требуемые изменения в первоначальный проект и произведет все работы по переделке бесплатно.

– Бесплатно?

– Да, бесплатно.

– Как вы смеете намекать, что я не в состоянии расплатиться?!

– Что? Нет, я…

– Разговор окончен! – Бэнкрофт швырнул трубку и посмотрел на Грейс. – Готово!

– Один из сотрудников газеты родился в Азии? – повторила она.

– Так и есть. Тебе следует обращать внимание на подобные вещи.

– А ты можешь назвать имя этого сотрудника?

– Конечно, могу.

– Вперед, – фыркнула Грейс, скрестив руки на груди и выжидательно изогнув брови.

Из приемной донеслась трель телефонного звонка.

– Полагаю, это мистер Уильямс, – прокомментировал Бэнкрофт. – Скажи ему, что до конца дня я на совещании и что позднее ты попытаешься уговорить меня принять предложение.

– Ха, – покачала головой Грейс. – Чтобы поверить в такое, нужно совсем тебя не знать.

– И проинформируй вышеупомянутого сотрудника, что наш строитель находится на грани отчаяния. Если я могу судить – а я могу, – то истинный наниматель мистера Уильямса наверняка захочет с ним побеседовать.

– Вышеупомянутого сотрудника?

– Того, который родом из Азии.

– Каким-то чудом тебе удалось сделать это заявление еще более оскорбительным.

– Ты разве не слышишь, как звонит телефон? – Бэнкрофт указал в сторону приемной. Грейс еще раз покачала головой и вышла. Он снова откинулся на спинку кресла и вернулся к чтению материалов из папки, бормоча: – Как смеет эта женщина намекать, что я не знаю имен своих подчиненных.

Следующей попалась статья из прошлогоднего номера «Странных времен» про «нападения» на Музей восковых фигур в Уэльсе. Там утверждалось, что неизвестный злоумышленник вламывался внутрь и кусал за шею экспонаты знаменитостей, причем только англичан, что наводило на размышления насчет культа валлийских вампиров-националистов.

Бэнкрофт как раз доставал из ящика стола новую бутылку виски, когда дверь в кабинет опять распахнулась. Влетела Грейс, уже без стука.

– Черт побери, женщина, что ты себе позволяешь?

– Стелла! Она пропала!

– Что? – Бэнкрофт тут же подскочил на ноги. – В каком смысле «пропала»?

– Сбежала. Видимо, проскользнула мимо, пока мы разговаривали здесь. Я увидела ее в окно и окликнула, но эта негодная девчонка только перешла на бег.

– А, тогда понятно, – выдохнул Бэнкрофт, падая обратно в кресло.

– Что ты делаешь? Нужно ее догнать.

– Нет, не нужно. Это не похищение, а всего лишь акт подросткового бунтарства. Если обрушиться на Стеллу, как тонна кирпичей, то станет только хуже.

– Но она может оказаться где угодно.

– Рюкзак у нее с собой?

– Я сейчас позвоню Ханне.

– Даже не смей. Послушай меня, Грейс, Стелла взяла с собой рюкзак?

– Нет.

– Ну и отлично. Значит, это всего-навсего небольшая прогулка. Я разберусь.

– Ты? – недоверчиво переспросила Грейс, вскидывая брови так резко, что они грозили достигнуть скорости преодоления земного притяжения и покинуть атмосферу.

– Да. Если честно, то я удивлен, что этого не случилось раньше.

– Но…

– Я здесь начальник и сказал свое слово. Это моя работа – заботиться о подчиненных.

– В самом деле? За все время нашего знакомства ты ни разу не выказал ни малейших следов вышеупомянутой заботы.

– Действую сурово, но справедливо.

– Ты даже не знаешь всех имен сотрудников.

– Я сказал свое слово.

– Хватит это повторять! – Грейс с грохотом захлопнула за собой дверь.

Бэнкрофт снова взял папку и принялся раздраженно перелистывать страницы, ворча:

– Что за невыносимая женщина! Это я-то не знаю имен сотрудников? Конечно же, я их прекрасно знаю. – Он едва не выпал из кресла, когда наклонился вперед и крикнул вслед Грейс: – Окс! Его зовут Окс!

– Слишком поздно.

Глава 29

Ханна посмотрела вверх на роскошный восемнадцатиэтажный небоскреб с элитными квартирами. Стеклянные стены сверкали в лучах закатного солнца. За спиной возвышался почти идентичный близнец здания, только двумя этажами ниже. Отраженные полосы света создавали между строениями мерцающую долину. Рядом фыркал Реджи, допивая бутылку холодной воды, которую купил по настоянию Ханны. Он точно не был создан для проживания в жарком климате.

– Может, тебе следовало бы одеваться во что-то полегче несколько дней? – предложила она.

– Есть такое понятие, как высокие стандарты, знаешь ли, – отозвался Реджи с видом оскорбленного достоинства.

– А еще есть такое понятие, как тепловой удар. Неизвестно, что раньше скончается: ты или твои высокие стандарты. Пожалуйста, хотя бы носи рубашку с короткими рукавами. И лучше всего с брюками из хлопка.

– Я лучше умру, – непреклонно объявил Реджи без малейшего сарказма в голосе.

– Кажется, я оставила блокнот в машине, – похлопав себя по карманам, прокомментировала Ханна. – Жаль, хотела записать это высказывание, чтобы потом зачитать на твоих похоронах.

– Как самонадеянно с твоей стороны рассчитывать, что ты непременно попадешь в список приглашенных, – проговорил Реджи, убирая пустую бутылку в свой портфель.

Ханна заметила, что от главного входа в здание им машет пожилой мужчина с короткими седыми волосами. Спутник помахал в ответ.

– Ты знаешь охранника?

– Это Слишком мертвый Тони, – пояснил Реджи. – Мы вместе участвовали в нескольких постановках любительского театра.

– Даже страшно спрашивать, откуда взялось такое прозвище.

– Оно появилось из-за того, что Тони потрясающе изображал трупы.

– Что, прости?

– Он играет мертвых с невероятной степенью достоверности. Поразительно убедительно. Как-то раз мы ставили «Гамлета», а Тони получил роль покойного короля. В итоге он пролежал на сцене весь спектакль – даже в перерыве. И, должен заметить, служил истинным украшением пьесы. Исключительный талант.

– Понятно.

– «Пираты Пензанса» – это мюзикл, где никто не умирает, но наш режиссер специально изменил сценарий ради Тони. Зрители приходили посмотреть только на него. Его игра – нечто потрясающее.

– Верю на слово.

– Он все время получает приглашения исполнять роли на телевидении, но после одной съемки в сериале «Катастрофа» несколько лет назад разочаровался в процессе и теперь отказывается. Говорит, что не хочет обесценивать актерское мастерство. И с тех пор играет только в любительском театре.

– А он когда-нибудь…

– Что? – подтолкнул Реджи.

– Ну, пробовал роли с текстом?

– С текстом? – фыркнул он. – Просить Слишком мертвого Тони говорить – все равно что просить Моцарта читать рэп. Лишь обыватели, подобно филистимлянам…

К счастью, возмущенную речь Реджи прервал объект обсуждения. Как ни иронично, упомянутый Тони выглядел сейчас совершенно живым. С нервной улыбкой он открыл дверь перед гостями.

– Реджинальд! Спасибо, что пришел.

– Уверяю, оказать услугу другу мне за счастье. Позволь представить Ханну Уиллис. Она работает помощницей редактора.

– Не пропускаю ни одного выпуска газеты! – поприветствовав девушку, заверил Тони.

– Как приятно встретить столь верного читателя, – улыбнулась она.

– Можешь еще раз рассказать, что случилось? – попросил Реджи.

– Объясню все по дороге. – Тони жестом пригласил спутников следовать к лифту и кивнул мужчине с толстой книгой за стойкой в фойе, а когда они вошли в кабину, то нажал на кнопку с номером четырнадцать и только после этого заговорил: – Простите, но Майкл считает, что мне не следовало вам звонить. Хотя он ее и не видел… В смысле, когда это случилось. А я видел, потому что дежурил вчера ночью.

– Видели кого? – уточнила Ханна.

– Леди по имени Джорджина Грант. Она живет здесь по краткосрочной аренде. Так вот, прошлой ночью она проснулась и обнаружила постороннего мужчину у себя в квартире.