Лучший способ спрятаться

— Девочки, хватит болтать! Мне нужно платье!

Переодевалась я быстро. Если бы вздумала засечь время — это бы был рекорд в моей жизни.

Прическу и небольшой грим, Лика наносила мне в соседней комнате. Посадив в кресло перед зеркалом, она сначала вымыла мне голову, нанесла что-то на волосы, потом нанесла что-то на лицо, потом опять смыла с волос, что там было, потом опять занялась лицом…

В общем, когда я пришла в себя, волосы были уложены так, что казалось все эти волны и локоны — это не результат многочасового труда, а просто естественное состояние моих волос. Ага, так и поверила…

Первый раз в жизни мои длинные волосы мне не мешались, а вызывали восхищение. А уж что она сделала с моим лицом…

Во-первых, веснушек почти не было видно. Во-вторых, глаза у меня были на пол-лица. Они просто светились, привлекая внимание. Губы не выделялись яркой помадой, нежный персиковый оттенок и блеск для губ.

— Лика, вы — волшебница!

— Волшебник может работать только с хорошим исходным материалом. Ариадна, ты очень красивая девочка. Тебе просто надо иногда это показывать.

— Иногда?

— Пока не привыкнешь.

— Лика! Вы, где? Вернитесь немедленно!

Голос Маргариты Константиновны было сложно не услышать. Что ж, пора возвращаться к тому, во что теперь превратилось мое сегодняшнее платье. Боюсь представить, что значит «экстравагантно» в ее понимании и исполнении…

* * *

Уфф, вроде нормально. Ну, длина спереди чуть выше щиколоток и видно носки туфелек. Кстати, надо спросить, может у них тут и туфли есть, а то мои рабочие черные, конечно, не плохие, но на парадные — не тянут.

Ну, рукава по локоть, но из такого тонкого кружева, что не понятно, они больше открывают или закрывают. По лифу тоже раскрылось кружево. И цвет его… Я даже взяла прядь своих волос и поднесла к кружеву — один в один!

А если еще учесть перчатки… Распущенные волосы, которые тоже смотрятся достаточно вызывающе. Каждое изменение в образе по отдельности — внимания не привлекают, но все вместе….

— Красотка!

Две женщины переглянулись и … ударили по рукам! Я думала это чисто мужская привычка, и я просто не ожидала такого поведения от двух степенных, во всяком случае, точно старше меня, женщин.

— Подожди, сейчас тебе туфли подберем и может еще что-нибудь… А потом отдохнешь на диванчике, пока граф Вяземский не подойдет.

— Не будем портить шедевр. Платье и прическа — идеальны. Добавлять что-то еще — портить совершенство. Большое спасибо.

Пусть это и их работа, но работу можно выполнять по-разному. Они ее делали с душой.

Ожидая шефа на диванчике, я должна была расслабиться. Ага, сейчас!

Я догадывалась, для чего шефу нужна именно моя компания. Не думаю, что из-за моей «неземной» красоты, которая появилась благодаря волшебным рукам двух замечательных женщин. Ну и немного магии. Я чувствовала, что и у Маргариты Константиновны, и у Лики — она есть. Так быстро переделать платье практически кардинально, так уложить мои волосы, которые каждую расческу считали серьезным противником, который часто там застревал. Намертво.

Я, без сомнения, очень красивая сегодня, но шефу наверняка нужен мой дар. Кстати на Маргарите Константиновне и Лике он не сработал. Не было опасностей в ближайшем будущем, да и в прошлом мы не пересекались даже через знакомых. Не скажу, что расстроилась…

* * *

Я так глубоко погрузилась в экстренную проверку знаний, умений и навыков, которые в нас впихивали на уроках этикета, что просто проворонила появление Ярослава Александровича Вяземского. Графа из древнего и престижного рода, немного высокомерного, но идеально ведущего себя в обществе. Моих познаний в этикете вполне хватало это оценить.

Взгляд, которым, он меня окинул…

— Вы прекрасно выглядите, Ариадна. Маргарита, Лика — вы сегодня просто волшебницы. Теперь я заберу вашу подопечную, нам еще надо поговорить.

К платью мне выдали… Плащ? Накидку? Расшитая бисером, утеплённая, с капюшоном. Жалко нельзя было натянуть еще одну пару перчаток, на этот раз — теплых.

Разговор происходил на заднем сиденье служебного автомобиля, отгороженном от водителя, да и от всех вокруг «пологом молчания».

— Ярослав Александрович, вы думаете, я справлюсь?

— Вы — графиня, Ариадна. По матери или по отцу — не важно. Особенно учитывая, что в вашем случае и по отцу, и по матери. И пансион вам дал очень хорошее воспитание. К тому же сегодня вам надо по возможности молчать, не озвучивать никакую личную информацию, касаться тех, кого я попрошу и рассказывать мне, если вы увидите хоть что-то.

— Прямо сразу рассказывать? При всем столпотворении? Не думаю, что вам понравится, если я выйду на середину, встану как ребенок на стульчик и начну все рассказывать в качестве стихотворения для Деда Мороза.

Граф усмехнулся.

— Идея, конечно интересная, но попробуем решить этот вопрос по-другому. Я рад, что вы обратили внимание на этот факт. Держите.

И он протянул мне веер с рисунком в каком-то растительном стиле. Нежно-розовые цветы, зеленые лепестки, иногда прописанные всего несколькими легкими движениями. Тот, кто его разрисовывал — несомненный талант.

— При нажатии на этот камень в ручке, включается артефакт от подслушивания. Он создает небольшую закрытую зону, поэтому в этот момент я буду наклонятся к вам, а вы, прикрыв веером рот, чтобы по губам нельзя было ничего прочесть, будете мне рассказывать, что увидели.

— Вы часто посещаете званный ужин с дамами?

Брови шефа поднялись на лоб, и он стал похож на удивленного осьминога из детской книжки. Моей любимой книжки, которую мне не разрешили брать в пансион.

— Нет.

— Значит я в любом случае буду привлекать внимание, вне зависимости от того, что буду делать и что буду говорить?

— Скорее всего. Для всех — мы недавно познакомились, и я рассматриваю вас на роль своей невесты.

— Вашей репутации не повредит моя роль восторженной дурочки?

— Не повредит. Даже поможет. К тому же — мою репутацию сложно испортить.

Глава 9

Прием баронесса Ревельская проводила в честь годовщины свадьбы с бароном Ревельским. А так как почетным гостем на свадьбе когда-то был его императорское величество Павел IV (правда на тот момент он был еще высочеством), а сын баронессы служил в личной гвардии Александра Павловича, наследника престола, то появление наследника престола было вполне ожидаемым.

Когда мы подъехали к ярко освещённому дому на одной из центральных улиц, я не удивилась. Уже по платью было понятно, что прием должен быть масштабным и многочисленным. Такого количества огней я еще нигде не видела и очень хотелось все внимательно осмотреть.

Боже! Я же графиня, я не могу пялиться вокруг как деревенская простушка! Восторги тут уже пришлось спрятать куда-нибудь поглубже. Ооочень глубоко.

Ари, вспомни, что ты на работе. Шикарное платье, обувь и прическа — это твоя униформа. Драгоценности — тоже. Точнее — драгоценности особенно.

Как мне объяснил шеф, на этом замечательном комплекте из изящного колье, сережек и браслета наложена защита как на банковский сейф. И вся это защита настроена на сохранение меня любимой от всевозможных бед. Сережки, например, влияют на мою запоминаемость. То есть через полчаса после общения со мной, человек уже с трудом вспомнит как я выгляжу, какого цвета у меня глаза или форма губ. Общее впечатление в памяти сохранится: симпатичная — не очень, глупенькая — умненькая, понравилась или нет, но вот описать мою внешность кому-то третьему будет затруднительно. Без специальной работы менталистов.

Ментальные маги не просто редкость в нашем мире, они работают только на госслужбе и под жестким контролем. Любые влияния на ментальном уровне ограничены строгими рамками. Вряд ли кто-то будет обращаться в Центральное управление жандармерии, чтобы вспомнить случайно встреченную на приеме девушку. Даже если и обратятся — их прошение попадет на стол шефу.

Было опасение встретить своих «замечательных» родственников, но до дня рождения мне оставалось меньше двух недель, а там я буду уже относительно свободна от их влияния. Да и отходить от графа Вяземского на этом приеме я не планировала. К тому же шеф мне обещал, что Венюковы ко мне даже близко не подойдут в любом случае. И я ему верила.

Колье должно было обеспечить мою физическую защиту. По утверждению выдавшего мне его специалиста, оно выдержит небольшой взрыв рядом. Точнее прикроет меня так, что я от этого взрыва не пострадаю.

Браслет — куча маячков, которые должны работать на любой высоте, на любой глубине и сигнализировать, если вдруг я буду в жуткой панике. В этом случае он должен выдать сигнал опасности на браслеты прикрывающих нас сотрудников.

Эта информация меня почему-то не успокоила, а наоборот взбудоражила. Это от чего нас надо прикрывать на обычном светском приеме?

Из машины я выплывала, облокотившись на руку шефа. Вход в дом. Швейцары настолько важные, как будто лично прислуживают императору. Или он им. Передав им выданную Маргаритой Константиновной накидку, посмотрела в зеркало сбоку на стене.

А что? Неплохо! На меня смотрела девушка с огненно-рыжими волосами. Похоже амулету сегодня не повезло. Уж по волосам меня точно все запомнят.

Я выглядела как… не я. Я привыкла и в пансионе, и на работе к неяркой одежде, незаметному поведению, а в пансионе — еще и к темным волосам. Сейчас я сверкала так, что можно было спички зажигать, как об огонь. Яркие волосы, яркое платье и яркий мужчина за моей спиной.

Костюм почти черного цвета, но не траурно-мрачного, а антрацитового. Как уголь. С легким блеском. Причем костюм смотрелся на шефе очень органично. Сейчас за моей спиной стоял не просто чиновник жандармерии, за мной стоял граф Вяземский. Ярослав Александрович. Эффектный мужчина, который сегодня однозначно привлечет целую волну женского внимания. Я впервые почувствовала какую-то особую мужскую ауру. Именно мужскую. Надежную.

— Вы готовы, Ариадна?

— С вами, куда угодно, ваша светлость, — сказано абсолютно спокойно, без всяких заигрывающих ноток. Было чувство, что мы в логово врага идем.

— Хорошо, графиня.

Под руку с шефом мы вошли в зал, и церемониймейстер громко объявил:

— Граф Вяземский со спутницей.

Ни во одном месте не екнуло, что здесь меня объявили не графиней Чернышевой или Бельской, а всего-навсего спутницей графа Вяземского. Так безопаснее. Меньше знают, меньше желающих попробовать меня на зуб. Я же всего-навсего спутница, такой вариант «+1». Не важный и не опасный элемент. Сегодня — один, завтра другой. Не стоит и запоминать. И я постараюсь подольше казаться такой «не опасной» и «не известной».

Барон и баронесса Ревельские стояли недалеко от входа, чтобы все пришедшие на прием гости имели возможность поприветствовать хозяев.

Поклон со стороны графа, реверанс — с моей.

— Ваша светлость, я очень рада, что вы все же нашли время посетить наш прием. В последнее время вас так редко можно встретить на различных мероприятиях.

Баронесса Ревельская светилась как новогодняя елка

— Много работы на благо империи, ваш муж не даст соврать. Мы часто пересекаемся с ним на совещаниях во дворце.

— Что вы, мой муж ненавидит дома говорить о работе! Поэтому я больше о его работе узнаю от других, чем от него самого. Может представите свою спутницу?

— Ариадна Бельская.

— Оу, из тех самых Бельских?

— Возможно.

— Вы просто как мой муж! Когда я у него что-то спрашиваю, он говорит: «Дорогая, это государственная тайна».

— У вас очень мудрый муж.

«Мудрый муж» все это время стоял рядом и молчал. В общем, как и я. Только я еще при этом улыбалась, а он — нет.

— Милое дитя, вам здесь нравится?

— Прием великолепен, баронесса. Я очень рада, что у меня есть возможность посетить его.

Хорошо, что мы были не единственными гостями на этом празднике жизни. Граф повел меня к фуршетным столам в следующий зал, попутно высматривая кого-то. К нам подходили, здоровались, что-то спрашивали. Пока мне удавалось просто улыбаться, просто здороваться и просто выражать восхищение окружающей действительностью.

Кстати, первым, кого я увидела в фуршетном зале, был Аскольд в темно-синем костюме и с бокалом шампанского в руке.

* * *

Как оказалось, веер — это очень удобная вещь. Например, чтобы скрыть улыбку. А она нагло пролезала на спокойное лицо, стоило мне выхватить Аскольда взглядом. Не могу сказать, что он смотрелся чужеродно на светском рауте, просто… я постоянно чувствовала его взгляд. То, что его роль — держатся рядом, было написано самым крупным шрифтом у него на лбу. Не хватало еще таблички над головой «ОХРАНА».

Расстояние между нами было всегда одинаковое, как по линейке, стоило мне или графу сдвинутся на полметра в сторону, Аскольд тут же повторял наш маневр. Поэтому мне, в свою очередь, пришлось изображать, что я совершенно не знаю этого молодого человека, который просто сверлил меня взглядом.

Надо будет ему потом намекнуть, что такое пристальное внимание привлекает к объекту охраны дополнительные сложности. Одна из таких сложностей в виде молодого человека, чем-то напоминающего шефа, двигалась к нам прямо от входа. Если бы он шел аккуратно от группы к группе — я бы не заметила, но один раз его пытались приостановить и им это удалось на полминуты, не больше. Шефу и этого хватило, чтобы заметить и дать короткую характеристику.

Наклонившись ко мне, он негромко сказал:

— Мой двоюродный брат, граф Вяземский-Рюмин. Очень любит ухаживать за девушками. Не женат.

— Ваше сиятельство, это вы сейчас за него беспокоитесь или за меня?

— А мне надо начать беспокоиться?

— За меня — нет.

Улыбка. Молчание. Тем более, что молодой человек как раз практически приблизился к нам. Одетый по последней моде, спортивного телосложения, волосы темные, слегка вьющиеся. Синие глаза, видимо это у них семейное.

Эффектный мужской экземпляр. Вспомнилась Юлианна. Она бы такой экземпляр точно не упустила.

— Добрый вечер, братец. Не ожидал тебя увидеть на сегодняшнем мероприятии.

— Добрый вечер, Виктор. Зато твое появление вполне предсказуемо.

— Не представишь мне свою очаровательную спутницу?

— Ариадна, познакомьтесь, это мой двоюродный брат Виктор, граф Вяземский-Рюмин.

— Приятно познакомится, ваша светлость.

— Мне тоже очень приятно, Ариадна. Мой брат так редко появляется с девушками на официальных мероприятиях, что это привлекает повышенное внимание его родственников.

— Считаете, я не могу привлечь внимание сама по себе?

— Какая очаровательная леди, Ярослав! Вы правы, вы можете привлечь внимание и сами по себе. Разрешите вас пригласить на танец? Мой брат сейчас опять начнет решать рабочие вопросы, а я готов сделать все, чтобы такой милой девушке не было скучно.