В Осаде

Тем временем в оставленных кошаками городах жизнь, казалось, вымерла. С учетом, что практически все боеспособное население граддары выгребли из каждого полиса, теперь на полях и производстве, если такое осталось, будут трудиться совсем уж негодные старики, женщины и дети. И, черт возьми, это идеальный момент для Мэрау, чтобы скрыться на территории своей бывшей родни. Там сейчас будет тяжкое время, и любой паре рук будут рады, вряд ли у кого-то возникнут вопросы относительно ее происхождения.

Я снова оказался на кушетке в медотсеке. Залатанный автодоком шов разошелся, когда я попытался поднять упавший на пол чайник. Чайник поднять удалось, вот только пол оказался подозрительно близко, от боли потемнело в глазах, а на полу остались капли крови.

А когда основное войско кошаков благополучно отчалило, я едва не взвыл от бешенства. На болоте медленно рос полноценный лагерь. Нападать джаргары, похоже, вообще не собирались, спокойно таскали материалы с дежурной машины, курсировавшей по маршруту «лес за горами-лагерь на болотах», проводили поединки, драли самок… Но даже попыток пройти на мою территорию больше не предпринимали.

— Ты был прав, — подытожил я на исходе второй недели этого смехотворного противостояния. — Они не хотят нас штурмовать.

— После разделения у гор это стало очевидно, — подтвердил помощник. — Первая база использована нами для демонстрации мощи. Джаргары ее уничтожили. Однако граддары не могли отправить столь малый контингент для штурма гораздо большей площади. Раса джаргаров владеет арифметикой, сопоставление возможных потерь при штурме зоны «А» вполне соответствует портрету поведения архимагов.

— Если ты такой умный, почему мы еще не правим этим миром? — хмыкнув, задал риторический вопрос.

— Вероятность летального исхода при попытке подчинить себе враждебно настроенный разумный вид, не обладая мощностями Директората, равна ста процентам.

Проводимый впопыхах ремонт был остановлен. Теперь мы занимались нормальным восстановлением утерянных из-за жучиной войны мощностей.

Узнав, что ее сородичи не спешат развязывать войну, Мэрау вернулась на базу вместе с Дараном. Для мелкого это осталось маленьким незначительным путешествием, большую часть которого он просто проспал, а вот джаргарра теперь красовалась седыми прядями в гриве.

Переоснащение одного самолета она все же завершила, здраво восприняв мои слова о перелете в родные края. Я установил на бывший беспилотник прямую связь со спутником. Теперь, когда машина окажется в небе и достигнет зоны охвата постепенно удаляющегося по орбите наблюдателя, Мэрау сможет скорректировать полет, управляемый автопилотом.

Сам обзаводиться подобным средством последнего шанса я не стал. В отличие от воительницы, мне среди кошаков не спрятаться: любой граддар отличит меня по, так сказать, ауре. А потому лучше иметь лишний бомбардировщик под рукой, чем его не иметь.

Автодок продолжал периодически пластовать меня на хирургическом столе. Клонированная селезенка и почки, которые наш медик собирался мне пришить, все еще плавали в своих банках. И я, откровенно говоря, не был уверен, что готов к пересадке. Или когда-либо буду вообще.

Спокойствие, с которым кошаки обживались на опустевшем после исхода мертвоедов болоте, просто выводило меня из себя. Каждый день я тратил по несколько часов, стараясь понять, где здесь закрался обман, и когда же кошаки полезут в бой. Но еще через несколько дней они настолько охренели, что перестали выставлять дежурных по ночам. Мы с помощником были солидарны: это наглая, не прикрытая провокация. Джаргары ели, пили, спали и трахались. С оружием еще не расставались, но, похоже, выпивку им уже стали подвозить вместе с питанием. Лагерь обрастал удобствами, простые казармы расширились, а затем появились и гаражи с мастерскими. Если так пойдет и дальше, они тут целый город отстроят.

А я? Я топтался на месте, восстанавливая потерянное, и гадая, через что же мне придется пройти во время этой осады.

Глава 7

— Тоннели очищены и полностью под нашим контролем.

Кажется, в голосе помощника при этих словах даже прозвучала гордость. Впрочем, было от чего. После жучиной битвы скарабеев все еще оставалось слишком много. Добить последних ргоров, представляющих собой практически поголовно совсем зеленый молодняк, было не сложно. А вот с мертвоедами пришлось повоевать.

За это время лагерь джаргаров превратился в аналог городка на Диком Западе. Там были шлюхи, бухло и постоянные перестрелки. Трупы пускали на пропитание, хотя никакой нужды в этом на самом деле не было: весь континент трудился, чтобы защитнички по эту сторону гор не ведали печали.

Как бы там ни было, полное уничтожение всех конкурентов из пещер и тоннелей открывало новые горизонты. В частности, прорытые коридоры, некогда принадлежавшие мертвоедам, уходили достаточно глубоко и обладали огромными запасами нужных нам ресурсов. Даже беглый осмотр двух третей всех ходов приводил меня в состояние эйфории. Освоив эти залежи, я вполне могу обеспечить себя всем необходимым на весь остаток жизни.

Конечно, при условии, что джаргары не решат покончить со мной раньше, чем помру от старости.

Бездельники, развлекающиеся на подсушенной территории болот, активизировались. Несколько граддаров, трудящихся над осушением болот, едва ли не пинками загнали часть солдат в мутную воду. Мы с помощником следили, как маги буквально выращивают траву на поднятой из глубины земле. Ускоренный процесс переработки донного ила в сухую почву протекал не очень быстро, и вскоре граддары заставили воинов копать почву со дна, и уже на ней зарождать жизнь.

Прогноз мы с помощником составили, основываясь на уже увиденных объемах работы кошачьих колдунов. Через год от болота не останется и следа. Но будут ли граддары ждать этот год, или решатся на приступ, пока было не ясно. Однозначно, маги не столько нуждались в ручном труде, сколько включили воинов в работу, чтобы не дать глупым собратьям перестрелять друг друга по пьяни. Видимо, принцип «солдат должен быть всегда занят, чтобы не натворил дел» работает и здесь.

К тому же переход на облагораживание территории давал понять, что кошаки собираются остаться здесь надолго. В любом случае, пока граддары сушили болото, мы протягивали сеть связи в тоннели мертвоедов и ргоров. Последние пауки, как оказалось, тоже времени не теряли: их сеть коридоров опускалась ниже уровня моря на добрый километр. Здесь нашлось много соляных залежей, не заинтересовавших прошлых владельцев. Я же уже как наяву видел развитие нашей химической промышленности на будущих хлоридах. Предполагаемый объем с разработки соляных залежей превышал полтысячи тонн, чего нам хватит за глаза.

Но не все было настолько гладко. Из-за обвалов, случившихся после подрыва войска скарабеев, резко сократившаяся популяция животных грозила приближающимся голодом. Ведь кошаки не стеснялись охотиться на вышедших к берегу болота зверей. И в отличие от нас, делали это ради забавы.

Решив, что нужно как-то ввести границы дозволенного, я зарылся в чертежи. В открытую начинать войну все еще рано, а потому массовый отстрел джаргаров, как бы мне того ни хотелось, придется отложить. Для реализации задуманного мне будет достаточно показать, что делать можно, а чего лучше избегать.

Вытащив из репликатора еще теплую винтовку, собирал ее уже вручную.

— Что это? — спросила Мэрау, разглядывая получившееся оружие. — Ты хочешь начать войну? Мы еще не готовы!

— И никогда не будем, — кивнул в ответ, навинчивая на ствол глушитель. — Но есть нам что-то все еще надо.

Кошка неодобрительно покачала головой, но слушать ее доводы я все равно не стал бы. Если ничего не делать, джаргары охамеют еще больше. И вот тогда конфликту точно быть.

— К ужину меня не жди, — сообщил, укладывая оружие на сидение.

Снарядив магазины, отнес их в багги и, устроившись за рулем, вжал кнопку открытия гаража. Машина выскочила на простор, и я направил ее немного южнее, где имелась отличная площадка для обустройства точки.

Лазеры и плазма хороши на близких дистанциях. Но здесь в джунглях слишком большое расстояние. И потому придется действовать по старинке. Опять же, не особо хочется подставляться, а так — попрут кошаки на штурм, их встретит первая линия обороны, до этого молчавшая.

Добравшись до нужного места, выключил двигатель и, воткнув магазин в винтовку, вылез наружу.

Алое солнце живописно опускалось прямо в море, и казалось, вот-вот вода закипит от погрузившегося в нее раскаленного красного шара. Красиво, черт возьми. Шум прибоя снизу, порывы ветра, треплющие листву за спиной. Это ведь мог быть райский сад, но из-за проклятых экспериментов ладжара, чтоб ему там вечно икалось в его сверхразуме, вместо эдемских кущ мне достался настолько кровожадный мир, будто я и не покидал Землю. С другой стороны, даже не представляю, что бы я делал в Мьеригарде, если бы здесь не было разумной жизни.

Интересно, куда делись последние племена гра. Не перебили ли джаргары собственных созданий. Кажется, в нашу последнюю встречу эти разумные кузнечики уходили на север, но я не могу припомнить, чтобы хоть раз видел их хотя бы через ладжарский спутник.

Вздохнув, уложил винтовку на капот багги и огляделся. Расстояние до болот отсюда чуть больше двух километров, мыс немного выступает от берега, и даже без распечатанной в репликаторе оптики можно заметить крохотные фигурки джаргаров, суетящихся у своего городка.

Сняв шлем, чтобы не мешался, я установил винтовку на сошки, не спеша отрегулировал прицел. До наступления ночи время еще есть, потому занялся полезным делом: высматривал наиболее уязвимые места лагеря. Возникший соблазн пальнуть в какого-нибудь мага пришлось давить усилием воли. Хотя палец все равно предательски дрогнул на спусковом крючке. Хорошо, я не снимал винтовку с предохранителя.

Убедившись, что все нужные мне места скопления кошачьих воинов отлично просматриваются, оставил оружие в покое. Вытащив прихваченный с базы питательный батончик, откусил первый кусок.

Зона обитания косуль после нападения червя очень сильно уменьшилась. Отловленные и привыкшие к нам особи погибли. Набрать новых пока было негде. Нет, животные не перевелись, но брачный сезон у них уже миновал, и ждать новый приплод еще не скоро. Сейчас выжившие в перипетиях самки растят своих детенышей под охраной самцов, и вмешиваться в этот процесс не стоило. Тем более и загоны пока что все еще не готовы, просто не было на них достаточно времени.

Часть пригодных в еду хищников, конечно, пополнят наш рацион, да и холодильная камера пока не опустела. Но впереди нас ждет неизвестность, и вряд ли будет возможность спокойно охотиться, когда джаргары решатся на приступ.

А в то, что этого не произойдет, что нас просто заперли от греха подальше, я не верил. Разумеется, компьютер во многом прав, в нем сейчас такие мощности, что моего верного помощника можно сравнить с земными сетями, но никакая машина, даже самая продуманная и сверхразвитая, не может точно предсказать, когда идиотизм одного человека приведет к катастрофе мирового масштаба. Свобода воли, мать ее, все еще слишком непредсказуемая вещь, чтобы действующая по четко прописанным алгоритмам программа могла ее понять.

И тот факт, что мы в какой-то степени изучили джаргаров на примере Мэрау, еще ничего не значит. Я вот до сих пор не уверен, что она действительно тот обученный воин, каким хочет казаться, а не простая беглянка, которой повезло снять с трупа ключи от моих турелей и похитить, назовем вещи своими именами, плод чужого эксперимента.

Какая судьба ждала Дарана, пройди все так, как рассчитывал Марлес? Он бы рос, окруженный заботой и вниманием соплеменников. Обучался их магическим техникам и готовился бы занять место на троне, доставшееся по законному наследству. Официальный зар-граддар на троне. Наверняка это многое бы изменило в самих джаргарах, быть может, даже в лучшую сторону. Уж точно после того, как Совет бы убедился, что сделал все правильно, во главе народа встали бы такие маги-правители. Ведь это, по сути своей, была бы бескровная революция.

А теперь он, вероятно, даже до подросткового возраста не доживет. Да и что греха таить, тут речь идет о днях, а не годах. Как бы ни сложилась судьба массовой экспедиции на второй материк, рано или поздно за мной все равно придут. А если малец будет все еще здесь, он тоже неизбежно погибнет. И на самом деле нам с Мэрау стоит перестать оттягивать момент расставания, посадить будущего зара в самолет, и пусть он живет долго и счастливо.

Да, мнимая безопасность зоны «А» успокаивает, но мы все видели, чего стоит эта безопасность против одного единственного граддара с червем под рукой. И ведь таких гигантов на территории кошаков еще полно, один только встреченный мной дракон чего стоит, и нужно лишь их правильно направить в сторону моей базы, чтобы проклятый чужак отдал концы.

Так что, Мэрау, прости, но пора вам паковать чемоданы. Погостили, и хватит. Находиться рядом со мной опаснее с каждым днем. А уж после того, что собираюсь сделать — тем более.

На этой мысли я закончил жевать батончик. Убрав алюминиевую обертку в машину, вернулся к капоту и, обняв винтовку, вновь прильнул к прицелу. Экзоскелет защитит меня от отдачи, а у такого ружьишка она будет дай бог. Но сперва нужно проверить оружие, чтобы немного с ним освоиться. Не считать же пальбу из дробовика от бедра за стрелковый опыт.

Разумеется, вшитый в доспех помощник скорректирует огонь, но и ему нужно набрать немного статистики для учета всех факторов.

Для пристрелки выбрал плод на пальме. Расстояние около полутора километров, так что если никто не сунется между стволом и кокосом, проблем не возникнет. Включив режим тепловизора, убедился, что живности рядом с выбранной пальмой нет. Затем перевел прицел в ночной режим — солнце почти скрылось за горизонтом, а в выбранных для проверки джунглях уже совсем темно.

Задержав дыхание, спустил курок. Глушитель не дал выстрелу прогреметь, хотя сам я отчетливо все услышал. Впрочем, иначе и быть не могло, при такой-то мощи. Стреляная гильза задребезжала по капоту, я машинально прихлопнул ее ладонью, не отрываясь от прицела. Кокос, как и ожидалось, разлетелся на клочки, забрызгав соком все вокруг.

— Ну, чем порадуешь? — отпустив винтовку, постучал по забралу шлема пальцем.

— Корректировка принята, — сообщил помощник через встроенные динамики. — Погодные условия учтены. Броня полностью готова для ведения боя.

— Отлично, — выдохнул в ответ, чувствуя прилив адреналина.

Не сразу понял, что боюсь. Первый выстрел однозначно должен быть самым эффективным. А потому нужно нанести ровно столько ущерба, сколько потребуется для передачи послания.

Джаргары стреляют в дичь с безопасного расстояния. По одному выстрелу от одного охотничка. Вот и я буду придерживаться такого принципа. Один охотник — одна пуля.

Развернув винтовку в нужном направлении, приник к прицелу, выслеживая будущую жертву. Долго искать цель не пришлось, поселок гудел, как обычно. По единственной улочке расхаживали раздувшие грудь и выпятившие руки самцы, рядом с ними крутились не менее развитые самки. Ночное освещение в несколько раскачивающихся на ветру фонарей выхватывало возникающие из темноты фигуры развлекающихся парочек. В сторонке от них трое джаргаров удерживали четвертого, сменяясь периодически для сильных ударов по ребрам и морде.

Наблюдать за обычной жизнью лагеря было странно. Я не испытывал к джаргарам лютой ненависти, презрения или чего-то подобного. Сейчас, наблюдая через прицел их расслабленную суету, видел лишь жизнь. Банальную, немного дикую, но все же совершенно обыденную жизнь. Поменяй их сейчас на солдат Директората, и будет ровно та же самая картина: служаки развлекаются, как могут. Простые потребности, не менявшиеся тысячелетиями в нашей истории, пользовались спросом и в Мьеригарде. Может быть, прав был ладжар, и нас действительно лепили по одному эскизу? Или все дело в пирамиде Маслоу?

Однако как бы там ни было, это они пришли в мой дом, бьют посуду и даже грязные сапоги не сняли в прихожей. Так что какими бы близкими сейчас не рисовала их моя расшатанная психика, но защита собственного дома — не обязанность и не долг, это такая же первостепенная потребность человека, отца и мужчины. Так что пусть хоть чипами обзаведутся — враг есть враг, каким бы похожим на тебя он ни был.

Поймав в прицел грудь вальяжно прогуливающегося джаргара, взял немного выше и спустил курок в первый раз. Эффект превзошел все мои ожидания.

Давно оставившие несение службы, кошаки даже доспехи перестали носить. И хотя с ружьями еще не расставались, к отражению атаки они совершенно не готовы.

Грудь жертвы взорвалась, разбрызгивая куски плоти, обломки костей и кровь. Джаргар еще не упал, пытался затянуть несовместимые с жизнью раны, а я дернул затвор, высвобождая гильзу, и перевел ствол правее.

Новой целью стала самка, стоящая боком ко мне в коленно-локтевой позе. Ее голова разлетелась на куски, и, пока любовник не успел ничего предпринять, я пристрелил и его. В лагере еще не поднялась паника: выстрелов там не слышно, трупы пока только в темных закоулках, но уже чувствую утекающие сквозь пальцы драгоценные секунды.

Затвор, прицел, спуск. Затвор, прицел, спуск.

Только опустошив все магазины, отложил винтовку и передернул плечами. Джаргары теперь точно не станут расслабляться. Подумать только, воспользовавшись их безалаберностью, я сократил население лагеря на 25 бойцов. Крупнокалиберная пуля с вкусной начинкой рвала кошаков на кровавые лоскуты, и даже их хваленая регенерация не справлялась с такими повреждениями.

Конечно, теперь они будут носить броню, вспомнят о дисциплине и постараются взять реванш, но, черт возьми, у меня найдется, чем их встретить.

Взбудораженный покрепче, чем от укола чистым кофеином, убрал оружие вместе с гильзами и пустыми магазинами в машину. Багги рыкнул мотором, когда я вдавил кнопку зажигания. Тронувшись с места, гнать не стал, а потом и вовсе переключил транспорт на автопилот. Вывел изображение с камер на стекло шлема и с удовольствием наблюдал, как застава встает в ружье. Оставившие свои посты, как и менее одаренные собратья, граддары бегали по лагерю, светом своих щитов выдавая свое местонахождение. Поднятия магами суета возымела действие: те из воинов, кто относительно крепко стоял на ногах, спешно влезали в доспехи, занимали брошенные за ненадобностью позиции. Но больше никто по ним огня не вел, так что сидение под прикрытием брустверов ничего им и не дало.

Довольно улыбаясь, я дождался, когда багги лихо въедет в предварительно открывший двери гараж, прихватил снайперку и остальной груз. Мэрау уже встречала меня в дверях из отсека. Вид у нее был крайне встревоженный, но ситуация все еще была под контролем: маги навели порядок, рассредоточились по периметру лагеря, закрывая поселок растянутыми щитами.

— Что случилось, Виктор? — спросила она, сжимая кулаки. — У тебя слишком довольный вид.

— Двадцать пять попаданий, ни одного выжившего, — пожал плечами в ответ, проходя мимо. — Кстати, пакуй вещи, Мэрау.

— Что?! Мы теперь убежим?

— Не мы, а вы с Дараном, — ответил, остановившись в коридоре. — Это моя война, не ваша. Да и потом, я и так много для вас сделал.

— Думаешь, я на это куплюсь? — повысила голос она. — После стольких месяцев под одной крышей я уже достаточно тебя изучила, Виктор.

— Вот и хорошо, — совершенно спокойно произнес, укладывая винтовку у репликатора, — в случае необходимости воспользуешься полученными знаниями, чтобы купить вам обоим жизнь. А теперь, будь умницей, забирай Дарана и улетайте. Ночью вас никто не заметит, а если не сделать этого сейчас, то уже никогда не получится.

— Тревога! — взвыла сирена, и я махнул на кошку рукой.

Переключив дисплей помощника, с холодным спокойствием хмыкнул. Ну, как я и ожидал, нашлась пара горячих голов, решивших найти обидчика.

Два драджара влетели на мою территорию, забитые джаргарами. Что ж, значит, сегодня счет будет еще больше.

— Открыть огонь на поражение, — распорядился, вылезая из брони. — Никакого больше перемирия.

Картинка на дисплее у стола сменилась, демонстрируя, как два «Оккупанта», появившись будто из ниоткуда, пластуют джипы плазморезами. Кошаки, может, и хотели отстреляться, но упавшие с неба дроны их опередили, выпустив лазерные лучи в бойницы.

Бой кончился, не успев начаться. И хорошо, осаду пора переводить в новую фазу. Еще немного убитых, и мы посмотрим, кто кого здесь запер.

Глава 8

— И помни, автопилот все сделает за тебя. Ничего не трогай, — в сотый раз повторил, глядя, как Мэрау со значительно подросшим Дараном устраиваются внутри самолета. — Как только вы войдете в зону спутника…

— Загорится зеленый сигнал, — кивнула воительница, защелкивая ремни безопасности. — Я знаю, Виктор.

Кивнув, я отошел от бывшего бомбардировщика. Кошка улыбнулась на прощание и закрыла поляризованную крышку. Двигатель машины загудел, корпус завибрировал — подготовка к старту началась.

Сделав еще несколько шагов назад, проверил состояние аппарата. Пока он не перейдет под контроль спутника, полет пройдет полностью под нашим с помощником управлением. По сути, все, что требуется от Мэрау — обозначить площадку для посадки.

Разумеется, делать это нужно в безлюдном месте, иначе все пойдет насмарку. Но с этим, подозреваю, она справится, недаром же Мэрау провела у нас так много времени.

Подавив желание оставаться на площадке до последнего, отправился обратно на базу. На дисплей брони помощник вывел данные самолета, и я подтвердил взлет.

Машина на картинке сменила цвет с желтого на зеленый. Вот и все, теперь мы снова будем одни.

— Мы взлетели, — сообщила Мэрау по связи. — До встречи, Виктор. И спасибо.

— Приятного полета, — отозвался я.

Проводив взглядом удаляющуюся точку на дисплее, просто запретил себе переживать о Мэрау и Даране, ставших за это время практически своими. Их судьба больше от меня не зависит, и это на самом деле хорошо: устроенная мной акция устрашения принесла свои плоды.

За минувшие с момента нападения сутки еще трижды джипы кошаков пытались штурмовать мои джунгли. Пока я не трогал осаждающих, они, по-видимому, уже считали их безопасными, ведь никаких препятствий с нашей стороны никогда, по сути, и не было. Теперь же джаргары потеряли две сотни солдат, пробуя вторгнуться с разных сторон на мою землю.

Конечно, после первой провальной попытки, когда дроны и боты порвали ринувшихся мстить кошаков на одном эффекте неожиданности, солдаты одумались и больше не спешили. Им даже удалось разнести пятерых «Оккупантов» и семнадцать дронов. Однако эти потери мы возместили еще раньше, чем подоспело подкрепление в лице двух граддаров.

Решив не испытывать судьбу, магов встретили турели. Там, где не справлялась точечная стрельба, отлично показал себя газ. Экономить на нем, имея под рукой огромные соляные залежи, и обеспечив загрузку отравы через подземные ходы насекомых, было глупо.

Эффект превзошел все мои ожидания. Поедаемые газом кошаки вопили так громко, что никто из готовившихся к штурму джунглей солдат не посмел переступить городскую черту. Боль не давала магам поддерживать щиты, и теперь я мог бы расстрелять их. Но вместо этого позволил колдунам орать от боли в разъедаемых хлором тканях. А потом они просто сдохли, хотя сипели обожженными глотками еще несколько часов. Концентрация яда была такой, что ни о какой эффективности регенерации уже не было речи. Едва ли не купающиеся в отраве, маги лишь продлевали агонию, сращивая полученные повреждения, пока их энергозапас не оказался окончательно исчерпан.

Видели это не только мы с помощником, но и оставшиеся в лагере джаргары. Может быть, именно благодаря этому никто больше не пытался взять берег джунглей нахрапом. Вместо этого, не расставаясь с броней, кошаки спешно воздвигали укрепления, защищаясь от новой угрозы.

О потере дисциплины речи в их рядах уже не шло. Да, наши виды не слишком-то отличались. И, наблюдая и слыша, как умирают на протяжении нескольких часов их граддары, солдаты перестали покидать территорию поселка.

Для пущего эффекта я раздал всем «УБ» по снайперской винтовке, а вшитые в них электронные мозги распределили между собой сектора обстрела. И теперь, стоило кому-то из кошачьих героев сунуться на обозримое пространство, в него летела пуля. Разумеется, о каком-либо нанесении урона речи уже не шло, но нервы джаргарам изрядно трепало.

Маги хоть и использовали свои щиты для защиты всего поселка, но как показала практика, расширение площади покрытия пагубно сказалось на эффективности, и остановить пулю они уже не могли, лишь немного сбить скорость и отклонить с курса.

Тогда колдуны решили изменить тактику. На обстреливаемое пространство вышел один воин, на которого навесили щиты сидящие под защитой стен маги. Поначалу джаргар опасался, но когда первый десяток пуль упал у него под ногами, не причинив вреда, рискнул приблизиться к джунглям. Однако расстояние между целью заклинания и поддерживающими его магами имело свои пределы. Так что, ступив на мою территорию, воин спокойно прошел метров триста, не встречая сопротивления. Я специально позволил ему зайти глубже, и только потом порвал на куски одновременно тремя десятками турелей. Пусть считают, что безопасная зона гораздо больше, чем кажется.

После этого, однако, эксперименты закончились. Из поселка выдвигались только под щитами, что серьезно ограничило возможности солдат. Выкатившаяся же из укрытия машина была превращена в решето бронебойными снарядами из снайперских винтовок.