Генезис

Так благодаря терминатору я смог найти удалённый выход к местному ИИ, и подключив к нему планшет, не я, терминатор всё делал, мне в ту закрытую часть не было доступа, начал взлом. Через месяц завод оказался под моим управлением, о чём Генезис пока не узнал. К сожалению, местный ИИ, не имел нужной мне информации, поэтому я решил сменить своё местонахождение. А завод уничтожить. Поставил бомбу, прогнал местных рабов и активировал таймер. Рвануть должно красиво, большая воронка будет. Жаль я не увижу. Ну и со свитой в шесть хорошо вооружённых терминаторов «Т-101», седьмой был новейшим, «Т-1000», тот что жидкий металл. Вот его под контроль взять и приписать к себе было сложнее всего, к счастью оборудование для этого обнаружилось на складе завода, так что получил отличного диверсанта и разведчика. Летели мы на грузовом судне на основную базу, подозреваю что их несколько, но координаты главной базы всё же имелись, и судно, на котором мы летели, доставляло готовое вооружение. Когда мы доберёмся до Северной Америки, именно там база и находится, в бывшей Оклахоме, то завод что мы покинули будет уничтожен.

Этот рейс, на борту судна которого мы находились, был плановым, по всем спискам грузоперевозок проходил, так что добрались мы до разгрузочных ворот базы вполне благополучно, как и сошли с судна. А дальше две недели на сбор информации. Взломав удалённые терминалы, я получил схему базы и некоторую информацию, и главная, тут то что я искал на ней имелось. Всё же похоже именно Генезис и снял фильмы о терминаторах, иначе откуда такое сходство? Подкинул идею сценаристу, и тот снял эти фильмы. Другого объяснения у меня не было. А вот дальше началась игра. По множеству мелких деталей я понял, что Генезис в курсе моего нахождения на его главной базе. Сбежать я не смог, тягаться с этим монстром на его поле было невозможно, тот просто играл со мной. Например, тот мне слил через взломанный мной же терминал что машина времени уже задействована. В тысяча девятьсот восемьдесят первый был отправлен терминатор. Пока «Т-101», потому как для терминаторов «Т-1000» нет возможности отправлять, вокруг терминатора должна быть живая плоть, металл машина не отправляет. И нет, задача не убить Коннора. Тут этого типа не существовало. Задача терминатора выйти на одного учёного афроамериканца в Вашингтоне, который и устроит технический бум, создавая новейшие технологии. Этот заднеприводной должен стать создателем новейшей системы, которая лет через двести получит наименование Генезис. Сразу создать его, технологии не позволят, лет сто не позволят, но сам ИИ решил, что начинать нужно именно в это время. Ещё я обнаружил в терминале схему самой машины времени, которую тут же скачал, ну и инструкцию по использованию. Мне явно слил её Генезис, тем более нас обнаружили и начали отжимать от складов в сторону блока, где и находилась нужная мне машина.

Вот что это? Конечно же подстава, мной играли, тут и тупой поймёт. В общем, пока терминаторы отбивали атаки, там и до рукопашных доходило, я добежал до машины, и только убедился в своих предположениях. Время переноса стоит то же самое, питание не отключено. В общем, подбежав к пульту я стал вводить другое время. Отправится на сорок лет дальше, в сорок первый. Однако Генезис контролировал всё, и приток энергии уменьшился, я подсчитал, мощности теперь хватит только для отправки в восемьдесят первый. Я в эти игры играть не хотел, поэтому отправил «Т-1000» на пост электриков, подать больше энергии. Тот порвался через огонь, и через полчаса начало поступать достаточно энергии. Видимо на ручное управление переключил. Снова, поставив нужнее время, я быстро скинул с себя всё, сунул в рот наручный сканер, это только идиоты терминаторы без всего отправляются в прошлое, и встал на площадку яйца машины времени, через секунду застонал от боли, когда та заработала, и меня электромагнитным излучением оторвало от пола, где я и завис. Кричать не мог, рот открыть тоже, прибор потеряю, так что терпел жуткие боли. Однако сфера завертелась на огромной скорости, засверкали голубые искры, и когда в огромный зал с машиной времени ворвался огонь со всех сторон, таймер мины сработал, я подорвал центральную базы Генезиса, причём рванул бомбу у складов с боеприпасами, увеличив силу взрыва, как меня унесло в прошлое. А перед отправкой я услышал в голове.

- Генезис - это я. Генезис - это мы.

Как только я переместился, упав на расплавленную землю от яйца перемещения, то тут же прыжком перекатом ушёл в сторону, хотя сильные ожоги на ступах ног заработать успел. Пока земля в форме половины шара остывала, лава из ярко-красной становилось темнее, я катался по земле, пытаясь взять под контроль тело. Похоже подселенец, а Генезис явно подселился ко мне, может только часть его, таким образом отправился в прошлое со мной. Зачем ему это нужно, я не знаю, но план его удался. Только на конце расчёты того подвели. Я за десять секунд выбил его из своего тела, просто уничтожив подселенца. После этого быстро проверил, память чиста от вирусов, только то что накопил на главной базе. Ну да, я там всё лишнее удалил и накачал полезной информации и баз знаний с терминала. Даже память сканера забил. Кстати, достав его, чуть не проглотил, и вытерев о траву от слюны, застегнул на руке. После этого стал осматривать подошвы ног. М-да, до костей прожарило. Теперь неделю зарастать будут, я уже запустил процесс. Надо больше питаться, чтобы был материал для лечения. После этого я наконец осмотрелся, отметив что свидетелей моего тут появления нет. Во всю сторону было поле, засеянное гречкой. Красиво цветёт.

Машина времени работала не только по временному диапазону, но и по координатам. С установкой даты, начало мая тысяча девятьсот сорок первого года, проблем не возникло. Но вот с координатами да, проблемы были. Генезис был полностью проамериканским. У него были координаты только Северной Америки. Данных по другим государствам или континентам просто не существовало в памяти. Времени подбирать другие координаты не было, вбил наугад те что попаслись первыми, и задействовал машину времени. Кажется, я где-то в районе Юты на границе с Колорадо нахожусь. Несильно уверен, кроме того, что в штатах оказался. Вставать я не спешил, наноботы работали, пусть хоть немного подлечат ноги. Ситуация неприятная, обнажённый на поле с повреждёнными ногами. Вздохнув, наконец последствия перемещения прошли, боли, головокружение, тошнота, я встал на руки, раз уж ноги повреждены, и пошёл на них, вниз головой. Потом и побежал. Где тут дорога находится не знаю, надеюсь найду. Нашёл, не скоро, но вышел наружу. Оказалось, я бы и раньше вышел, но шёл наискосок. Ничего, вышел, осмотрел следы от покрышек на полевой дороге, посмотрел в обе стороны, голова низко была, пришлось встать на колени и осмотреться. Пусто, на дороге пыли от движения машин тоже не было. Вздохнув, я снова на руках пошёл по дороге. Тут уже и бежать можно, гречка не мешает, вон поцарапан весь, так что развил приличную скорость, километров пятьдесят в час. Ух как я могу.

Каждые десять минут я встал и отдыхал, осматриваясь стоя на коленях. Это и позволило мне рассмотреть велосипедиста вдали, которого я нагонял со спины. Кстати, на горизонте строения какие-то были. Приблизил изображение и понял, что это ферма. Сблизившись, почтальон, а велосипедист почтальоном оказался, уже проехал мимо, возвращаясь по той же дороге. А как стемнело я проник в дом, хозяева спали к этому времени, а собака в будке с другой стороны дома находилась. В доме проживало трое, сканер это показывал, ну и стал понемногу отрезать от разной пищи в буфете небольшие части, поел то что с ужина осталось, бобовая похлёбка понравилась. В общем, заполнил желудок, сам сыт и материал теперь для лечения имелся. После этого я нашёл в одном из строений сеновал, и устроился там спать. Я решил тут прожить некоторое время, да так чтобы хозяева не обнаружили. Как восстановлю ноги, тогда и покину их. Ещё стоит узнать где я и какая сегодня дата. При перемещении погрешность может быть, всё же глубокий заброс в прошлое.

Проснулся днём, сразу проверив как тут местные. В доме сканер показал только одного жителя, двое других отсутствовали. Скорее всего работают в поле. Американцы при множестве минусов имеют один большой плюс, они очень трудолюбивые. Из дома я ничего не брал, а есть и пить уже хотелось, до наступления темноты часов пять, так что придётся потерпеть. Осмотрев ноги с удовлетворением убедился, что краснота заражения пропала. Скоро раны свежей плёнкой кожи покроются, а через шесть дней даже шрамов не будет.

Пока ожидал, поглядел на пару собак что бегают не привязанные, мне ночью повезло что не наткнулся на них. Хозяйка к вечеру под навесом на столе тарелки растравляла, супницу принесла. А за час до наступления темноты, на тракторе приехали двое мужиков, трактор похоже мазутный был, сильно дымил, тележку буксировал. Заглушив двигатель, мужики отправились в душевую, как я понял, там был хозяин фермы и наёмный рабочий. То-то один в отдельной подсобке в доме спал. В прицепе был щебень. Пока те под навесом посвежевшие после душа ужинали, хозяин разглагольствовал как щебёнкой вокруг дома всё покроет. Надоело ему по грязи после дождей ходить. Ещё планировал заказать асфальт, чтобы тут сделали его. Щебенную дорогу до трассы. Но это потом, сначала у дома всё сделать. Я же с трудом дождавшись, когда те уснут, выскользнул с сеновала и побежал на руках к дому. В этот раз собаки меня не упустили, с рычанием бросились ко мне, но получив по мордам, я левой рукой отбивался, со скулежом отбежали и смотрели со стороны. Проникнув в дом, я затаился под лестницей. Со второго этажа спускался недовольный хозяин, ворча на лаявших псов, что его разбудили. Пока тот их успокаивал, я на кухне из кастрюли налил в тарелку супу, хм, мясной, отрезал хлеба и стал есть. Замер лишь однажды, когда тот поднялся наверх. Поев, я и чаю попил, в чайнике вода ещё горячая, после этого прошёлся по дому. Хм, судя по фотографиям на каминной полке у фермеров трое сыновей, все в военной форме, два моряка и один пехотинец, служат значит. Тут же на столике обнаружил настольный календарь. Хм, судя по нему сейчас июнь сорок первого года. Не май. Только непонятно какой день. Пробежавшись повторно по дому, на руках естественно, так и не нашёл календарей, искал отрывных.

В гостиной стояла тумба радиоприёмника, его я и включил, и пока лампы прогревались, убавил звук. Когда радио заработало, на минимуме звука, чтобы хозяев не разбудить, стал ловить волны. Несколько передач поймал, музыка по некоторым каналам шла. Наконец ведущий одного из каналов сообщил, что сегодня шестнадцатое июня. Наступило как раз. Полночь была. Матюгнувшись, я отключил радио, переждал пока хозяйка спускалась попить воды, и стал искать то что мне пригодится. Раз сыновья были, может что осталось из одежды мне по размеру? Осмотрел кладовку и в сундуке действительно нашёл слегка потрёпанную одежду и обувь. Нательного белья я не обнаружил, пришлось так рубаху надеть, мой размер, штаны и куртку. Из обуви по размеру только походные полуботинки подошли, заметно ношенные. После этого найдя сумку, в прихожей висела, набрал припасов, две буханки хлеба и большой кусок копчёного мяса. Нож не забыл прихватить. И держа сумку в зубах, покинув дом, добежав до гаража где стоял, как я видел, «Форд»-пикап голубого цвета, собаки не приближались, хозяин их похоже в другом сарае запер, там открыл ворота, сумку и обувь забросил на сиденье, запустил движок и под загоревшийся в окнах второго этажа свет, выехав из гаража, погнал прочь от фермы. Я торопился. Хочу попробовать успеть к началу войны. А что? Почему бы и нет?

Гнал я по полевой дороге на максимальной скорости, фары не включал, и так всё видел. Некоторые повороты я юзом проходил с заносом. Вот и трасса, асфальтированная, всего в шести километрах от фермы. Выехав на неё, повернул направо, надеюсь именно это направление ведёт к атлантическому побережью, и погнал дальше. Бак не полным был, едва треть, но меня это волновало мало. Проскочив ночного городок, я приметил большой плакат рекламы, где красивая девушка стояла у трапа самолёта. Там было написано, что в аэроклуб принимают новых членов. Ну и как проехать к нему. Развернувшись, доехал до городка и на окраине свернул в поле, тут асфальтированная дорога вела до частного аэродрома. Подъехав к стоянке, из диспетчерской вышел сторож, поглядывая в мою сторону, но я уже нашёл подходящий самолёт, двухмоторный «Локхид», восемнадцатой модели. Новенький, блестел серебром покраски. Я читал о нём в американском журнале посвящённой авиации. Нашёл его в Ленинской библиотеке куда ходил довольно часто. Дальность, насколько я помню, две с половиной тысячи километров. Сторож подошёл, я прыгнул на него из темноты, и слегка вырубил, связав. Дальше стал проверять самолёт. Баки полные, это хорошо, но мало. Дальше я привёл сторожа в чувство, и тот сообщил где топливо хранится. Дальше я катал бочки к самолёту, и поднимал на борт. Жаль салон портить, кожаной отделки, диван, кресла, столик, представительского класса самолёт, для доставки важных пассажиров, но четыре бочки поднял и двенадцать канистр. Этот самолёт смотрелся как принц среди другой летающей мелочи, тут были в основном бипланы. Самый современный я выбрал. После этого узнав по картам где нахожусь, составил маршрут и взлетев, переполоха это не вызвало, полетел к атлантическому побережью.

Не успел добраться до побережья, хотя летел на предельной скорости что могла развить эта машина, четыреста километров в час. Светать начало, однако торопиться с посадкой я не стал, снизился до бреющего и продолжил лететь к Атлантике, забирая слегка к югу. Там большая база американского флота находилась, я рассчитывал найти гидросамолёт. Рисковать пересекая Атлантический океан на этом пассажирском самолёте я не хотел. Хотя, как оказалось, плавать я умел, проверил на реках в будущем, вполне неплохо держался на воде. Не понятно почему расчёты показывали, что камнем на дно пойду. К восьми часам дня я при пустых баках был на месте, совершив посадку и загнав самолёт на опушку леса, укрыв его там. Дальше поев, буханку съел и половину окорока, попил в ручье что нашёл неподалёку, надел обувь, морщась, ещё больно было, хотя ходить уже можно, молодая кожа на ногах появилась. Ну и повесив сумку на бок, я оседлал велосипед, прихватил на аэродроме, сторожу тот принадлежал, покатил в сторону Чарлстона. Там действительно была база береговой охраны и имелась стоянка гидросамолётов. Только небольших бипланов. Более крупных, вроде «Каталин», тут не имелось. Пришлось прямо днём языка брать и допрашивать. Нужные мне машины находились неподалёку, на военном аэродроме базировались, в трёх километрах от Чарлстона. Так что сломав тому шею, свидетель, прибрал немного наличности с тела, и по пути решил заехать в магазин. Закупить припасов. Денег немного, но надеюсь на полёт через Атлантику хватит.

Подъехав к магазину, тот торговал всякой всячиной, большой, вроде супермаркета. Я оставил велосипед снаружи, и прошёл в магазин. Найдя полки с товарами, присмотрелся, задумался, подсчитывая сколько денег нужно, и занялся закупками. Я купил себе две пары носков, ходить без них не удобно, и одну пару трусов с майкой. Зубную пасту в тюбике, щётку, полотенце и кусок мыла. Нашёл расчёску, взял и её. Ладно хоть бритву не нужно. Кстати, я остановил ускоренный рост, стал обычными темпами расти. Все ресурсы использовал для лечения ног. Теперь пару дней и всё заживёт. Теперь припасы. Купил шесть банок рыбных консервов, других тут и не было, нашёл сухарей с изюмом, новинка в магазине, вот и купил пачку. Также взял пачку чая и три бутылки с водой. Только этого мало, канистру нужно в запасе иметь. На этом всё, денег практически не осталось, мелочь. Перейдя на другую сторону улицы, ведя велосипед за руль, я подошёл к парикмахерской, явно итальянцы держали, и оставив своё транспортное средство снаружи, занял свободное место и попросил постричь покороче, а то отрастил шевелюру. Волосы у меня светлые, шею уже закрывали. Оставленных денег как раз хватило расплатится. В результате бока и затылок практически налысо обриты, а сверху шапка волос с чёлкой, что на глаза падали. Надо мной точно мастер работал, так подобрать стрижку, чтобы подходила к типу лица. Молодец, что ещё тут скажешь? Вот так расплатившись, снова устроился на велосипеде и покатил к выезду из города, а там и к аэродрому.

Устроился неподалёку в посадке, и обедая, стал ожидать вечернего времени, со стороны изучая стоянку воздушных судов. Нужных мне «Каталин» я тут приметил только три штуки. Пообедав и попив воды, я устроился на днёвку, решил отдохнуть, ночью работы много ожидается, но сон не шёл, всё мысли крутились в голове. Да всё насчёт Генезиса. Задержаться в моём теле тот не смог, я был просто сильнее, да и тело освоил от и до, так что уничтожил, моя взяла. Однако думаю это копия его сознания, а тот там в будущем остался. Да, главную базу я подорвал, но я никогда не поверю, что у того нет запасных, где его сознание дублировано, причём не один раз. Опыт создания машины времени у него был удачным, что ему стоит построить ещё одну и пустить по моему следу терминаторов? Вполне может, так что буду сторожится. Они могут оказаться рядом в любой момент. Также по терминатору, которого тот отправил в восемьдесят первый. Время и место перемещения мне известно, думаю если у меня появится желание его там встретить и взять под контроль, то сделаю это. Пока такого желания нет. А вот афронегра я грохну, мне известны его данные. Родится тот только через два года. Надо будет его родителей навестить и не дать произойти такому несчастью.

Кстати, стоит отметить что я установил наноботам программу вообще замедлить старение. Сейчас я на двенадцать как выглядел, так и выгляжу, хотя за два месяца заметно подрос, это как дети за полгода вырастают. На этом хватит. Я уже повоевал в рядах РККА, постоянно то расстреливают, то подставляют, то под трибунал отправляют. Повторения ситуации я не хотел, так что пока побудем ребёнком. Я решил помочь семье Некрасовых, я это сделаю, в остальном Союз и сам справится. А вообще, увидеть начало войны в Западных областях мне любопытно, потому так и торопился. В прошлом теле я на начальном этапе войны на койке в больнице провалялся, а тут твёрдо решил стать очевидцем нападения немцев на Союз. Так думая и строя планы я и уснул, и проснулся, когда будильник на часах-сканере подал сигнал.

Осмотревшись, уже стемнело, я подхватил велосипед и сумку и покатил к аэродрому. Тот был огорожен, просто сетка, без колючей проволоки сверху. Рвать я её не стал, поверху перебрался с велосипедом на другую сторону и покатил к стоянке «Каталин». Быстрый осмотр дал понять, что одно воздушное судно заправлено полностью и явно подготовлено к вылету, видимо дежурное, а вот другие нет. Более того, они были законсервированы. Ручки чтобы открыть люк на месте не было, экипаж его приносит, или у механика, так что прислонив велосипед к фюзеляжу, я сбегал на поиски механиков. Они нашлись в подсобке ангара, двое, дежурная смена, лётчики в другом месте. Одному шею ударом ребра ладони сломал, другого внимательно допросил.

Вот что мне удалось узнать. Ключ был у них, я его сразу прибрал. Где находится охрана или склад тоже узнал. Ну и отправил его следом за напарником. В подсобке ничего особо интересного не было, лишь всю наличность забрал что была у механиков, трофеи дело святое. Дальше добежав до самолёта, открыл его, поднял в салон велосипед, сумку в кабину убрал, проверил наличие парашютов, ни одного, но спасательная лодка на месте, и побежал уже за парашютами. Взял два. Потом взломал замок на небольшом складе, где хранились лётные пайки, и набрал полный баул. Нашёл три канистры, новеньких, промыл их в воде, тут же на колонке, заполнил, и всё это отнёс в салон самолёта. Тут ещё лётчик вышел некстати покурить и заметил шевеление, пришёл полюбопытствовать и пал смертью храбрых, а кобура с «Кольтом» стали моими трофеями. Даже два запасных магазина имелось. Ещё я не удержался и увёл от штаба лётной части новенький мотоцикл-одиночку, двухместный. И поднял в салон. Блин, я по паспорту тела две тонны могу поднимать, что мне этот мотоцикл? Конечно я помню насчёт лимита веса, но трофеи нужны. На месте продам, денег заработаю.

После этого закрепив всё, запустил двигатели и не прогревая их, дав газу, выкатился на взлётную полосу, и начал разгон. А аэродроме уже тревога поднялась, но было поздно, я оторвался от полосы и пошёл на взлёт. И почти сразу на посадку. До стоянки самолёта, что я угнал от аэроклуба, было пять километров. Сел на воду реки, «Каталинам» или аэродром с бетонной полосой подавай, или водную поверхность, на поле не сядешь. Подогнав машину к берегу и заглушив двигатели, я взял верёвку, она в комплект входила, и привязал машину к берегу, вбив клинышки, потом бегом добежал до спрятанного «Локхида», и запустив двигатели, по полю перегнал его к реке. Дальше разделся, и входя в воду, перенёс канистры и бочки на «Каталину», места свободного мало осталось. Были причины запасать топливо. Оно нужно, а на аэродроме топливо или в подземных цистернах, или в бензовозе. Так что хорошо, что я этот запас сделал и привёз его сюда. Поднявшись в воздух на гидросамолёте, это произошло после полуночи, судя по двум самолётам, что я видел воздухе в разных местах, поиски угнанного самолёта уже начались. Вот внизу мелькнула береговая черта, но я так и летел на бреющем. Около ста километров пролетел и дальше начал постепенно набирать высоту, остановившись на трёх километрах.

На борту было подобие автопилота, так что я установил его, и стал доставать снедь, есть захотелось. Поев, и изучив карту, я поставил таймер будильника на четыре часа и спокойно уснул. Может кого это шокирует, но я особо не беспокоился за полёт. Почувствую если тот снижаться будет или кренится. Рация включена была, настроил на волну где передают прогноз погоды, и вот так спал со шлемофоном на голове.

Когда я проснулся, вокруг светило солнце. А самолёт как летел, так и летел. Баки наполовину опустошены были. Самолёт летал дальше, а я, позавтракав, сходил в хвостовую часть, и отлил. Тут кабинка сортира была. С удобствами американские лётчики летали. Сильно пахло бензином, я проверил пробки у бочек и канистр, в одном месте нашёл протечку, которую устранил. После этого вернулся в кабину. По моим прикидкам позади осталось две тысячи километров, топлива ещё примерно на такое же расстояние. Осмотревшись, погода была просто чудесной, воды внизу ровные как стекло, хотя волны были, это я уж так, для красного словца сказал. Пару раз видел суда, один раз крупный конвой. В общем, я решил приводнится и отработать заправку на воде, лучше иметь запас топлива. Сказано сделано, снизился и приводнился. Хорошо получилось, хотя брызги летели во все стороны. Кстати, самолёт вооружён был, всё оружие я к бою привёл, заряжено. Дальше открыл технический люк, тот на крыло выходил, и стал все двенадцать канистр с бензином на левое крыло выносить. Туда же воронку, открыл горловину бака и по очереди не спеша сливал бензин в бак. Все канистры ушли. Закрыв горловину, чтобы бензин не испрялся, отнёс канистры обратно в салон и с помощью шланга самосливом стал снова заполнять канистры. Заполнив все, поднял четыре на крыло, хватит, бак почти полон, и снова начал сливать. Ушло три канистры. После этого перебрался на правое крыло и там начал пополнять бак. Одна бочка полностью ушла, и у второй половина осталось. Пустую бочку я наружу выкинул, та покачивалась на волнах. Канистры все снова полны были. Воронку и шланг я у механиков позаимствовал. От сильного запаха бензина кружилась голова, ну пролил немного, есть такое дело, однако пройдя в кабину я поднял машину на двухкилометровую высоту, там открыл форточку сбоку у пилота, и боковую дверцу в хвосте. Ветер что ворвался в салон самолёта, мигом проветрил, и убрал последствия заправки. Я так и летел со сквозняком, и только ближе к полудню, к пяти часам, снова пошёл на посадку на дозаправку. До Испании, к которой я направляюсь, не так и много осталось, позади шесть тысяч километров, впереди ещё столько же.

Зря я тут в самом широком месте Атлантики пресекать океан начал. Ранее все расчёты давали понять, что хватит топлива, а сейчас сравнил расход, прикинул и понял, может и не хватить. В общем, топливо должно закончится на подлёте. Я совершил посадку и стал заливать топливо в баки. Ещё одну бочку опустошил, и ту где половина было тоже ушла. Четвертую вскрыл, сливая, пока баки не оказались полными. Две бочки пустые выкинул наружу, и снова в воздух поднялся. Поставил автопилот и на четыре часа придавил щеку, поспал. Когда проснулся темнеть начало. Топливо пока есть, до Испании не так и далеко осталось, хватит, хотя на дозаправку сесть всё же придётся. Я вышел на волну испанских радиостанций и прослушал прогноз погоды. Он мне не понравился, портилась погода, так что я пошёл на посадку, пока у меня тут благоприятно, и стал заправляться, а потом снова поднялся в небо и дальше полетел. А погода действительно портилась, тучи наползали, ветер усилился. Ладно хоть не встречный, а боковой. Гром и молнии били, когда я добрался до испанского побережья. Хорошо дождя не было, иначе не знаю как бы рассмотрел эту пустынную бухту. Два часа ночи было, когда я снизился и увидел эту бухту. Поэтому развернувшись, пошёл на посадку, там тихо было. Дальше нос самолёта по инерции вылез на песчаный берег, я заглушил моторы и стал раздеваться. Дождь накрапывать начал, не хочу одежду мочить.

Спрыгнув воду, люк открыт был над водой, мне по шею тут было, я с бухтой верёвки добрался до берега и забив колышки, привязал самолёт за крепления на носу. Дальше вынес мотоцикл, и неся на руках, донёс до пляжа, где поставил его, прислонив к носу «Каталины». Дальше поискав на борту что-нибудь непромокаемое, взял чехол от спасательной лодки, он подходил, внутрь убрал одежду и обувь, деньги, пусть и американские, и заперев самолёт, ручка у меня была, завёл мотор мотоцикла и выехав с пляжа, дорогу нашёл вскоре, и покатил по ней прочь. Нужно добыть топливо, и ночь, да ещё с такой непогодой, мне помогут. Приметив придорожный мотель с харчевней, свернул на парковку, оставив мотоцикл на подножке, и добежав до навеса, оделся. После чего прошёл в харчевню, та работала. Да и на парковке было две легковых машины и небольшой развозной грузовичок.

Встретили меня хорошо. Хозяйка мотеля спросила где родители, на что я сказал, что они поехали дальше, к механику, колесо проткнутое починить, а меня здесь высадили. Американцы мы, туристы. Доллары тут принимали, так что я заказал плотный обед, ну и пока ел расспрашивал местных что тут и как. Особенно аэродромы интересовали. Оказалось, был один вблизи, всего в восьми километрах, только он военный. Ничего, поел, за обед я уже расплатился, покинул харчевню, раздеваться не стал, сразу промок под дождём, и спустив мотор погнал к испанским военным. Там проблем не возникло, правда бочек с топливом было всего пять, подогнал грузовик к складу «ГСМ», мой мотоцикл уже в кузове стоял, прислонённый со стороны кабины, и по доскам поднял бочки в кузов, расставив их. После этого проехав к воротам, испанцев я не убивал, вырубал и связывал, покатил обратно к пляжу. Пока не подъехал прямо к носу самолёта, после чего заглушив двигатель, перебрался в салон «Каталины», мотоцикл, и три бочки занёс, две поставил на крыльях, дождь прекратится заправлю самосливом. Когда закончил уже часа два как рассвело. Выжал одежду, развесив в салоне и вскоре уснул. Будем ждать, когда ненастье закончится. Однако поспать не дали. Снаружи раздался стук, гости появились. Те самые, нежданные.

Мгновенно вскочив, сбрасывая сонную одурь, проверил сканером, кто это меня там побеспокоил. Выставить режим охраны я забыл. Рядом с самолётом стоял один из местных. Покинув салон, дождь всё ещё барабанил по плоскостям, я обнаружил местного полицейского. Как он тут оказался и обнаружил меня, не знаю, но нужно что-то делать. А так я полтора часа поспал, пока тот меня не разбудил. Подскочив к тому, тот и сделать ничего не успел, вырубил его. Тот стоял у носа самолёта, держа за руль свой велосипед, кожаный плащ защищал того от дождя. В общем, я связал его и закинул в кузов грузовика, тот всё равно пуст. Следом и велосипед. Кузов тентом закрыт, в сухом месте полежит, а я отправился досыпать. Охрану я теперь настроил, если полицай пошевелится, узнаю об этом.

Непогода больше суток бушевала. А тут ещё проблемы с пленным. Корми его, до туалета води. Убивать не хочется. Испанцы мне ничего не сделали. Пока не сделали. Когда дождь прекратился, я залил баки, запустил двигатели, прогревая их, а потом сменил положение самолёта на стоянке. Столкнул на воду, развернул его и грузовиком на тросе вытащил хвост на берег. Теперь могу в любое время свалить. А грузовик отогнал, пока была ночь, и бросил в семи километрах, вместе с полицейским. На дороге. Найдут быстро. Вернувшись на велосипеде, это у меня второй уже, поставил в салоне, да привязал, зафиксировав чтобы его не мотало по салону, и стал ждать, когда ветер станет тише. Взлетать пока было опасно. Через три часа, наконец я решил что пора, запустил двигатель и взлетев, полетел над Испанией в сторону Средиземного моря, по направлению в сторону Турции. Сегодня уже девятнадцатое наступило, нужно успеть добраться до наших.

В тех местах погода отличная стояла, днём лететь опасно оказалось, и для дозаправки сел на воду у берега Франции, пустое побережье выбрал. Заправился и купался до одурения, потом поспал, и как стемнело, успел поднять в небо, а то к берегу пограничный катер шёл, меня заметили, и полетел дальше. Пролетел проливы и совершил посадку в бухте неподалёку от Стамбула. Туда я отправился на мотоцикле и оба велосипеда укатил. Утром как рассвело, на базаре всё продал. За царские червонцы, нашлись они у торгаша. Предложил ему крупнокалиберные пулемёты, и тот охотно согласился их взять. Часть авиационным топливом платил. В общем, мы на грузовой машине доехали до бухты, прогнали несколько мальчишек, что крутились у самолёта, и стали снимать пулемёты. А топливо я носил канистрами и сливал в баки. Авиационное, я проверил. Не знаю где тот его нашёл, но хорошо. Также я тому продал лодку, парашюты и баул с лётными пайками. Платил тот золотом, но узнав, что я и советские деньги готов брать, принёс целую пачку. Так что задерживаться я не стал, канистры и всё что было на борту продал, и полетел к Крыму, он ближе всего был. Вылетел в семь часов вечера двадцатого числа, и когда стемнело рассмотрел вдали полоску береговой линии полуострова. Там совершил посадку, подойдя к берегу, перенёс на берег сумку и заплечный вещевой мешок, у турка взял, после этого, самолёт, взревев моторами, стал разгонятся и вскоре взлетел, я же, проводив его взглядом, подхватив вещи, поспешил прочь. А что, я тому турку и самолёт продал, со мной его пилот летел, на ходу осваивая с моей помощью машину. Опознавательные знаки принадлежности к американской армии тот закрасит и сможет использовать. Или продаст. Товар дорогой. Тот у меня его едва ли за треть цены купил. Я и этому был рад, ранее планируя того вообще бросить на крымском побережье. А так избавился и с прибытком. Получил оплату не золотом, а советскими рублями. Проверил, не подделка, пятнадцать тысяч за самолёт получил. Так-то.

Выйдя на дорогу, я побежал к Севастополю, планируя там приобрести билет на поезд и отбыть числа двадцать второго. Посмотрю, как немцы бомбят порт, ну и отбуду. До города километров пятнадцать будет, так что через полчаса буду на месте. Скорость бега я держал километров шестьдесят в час. Пришлось придерживать сумку и вещмешок иначе от тряски лямки бы порвались, груз для них тяжёл. Тут и пистолет «Кольт», с боеприпасом, два американских пайка перекусить, бутылка с водой, золото, полученное с продажи товара, пачки наличности. Ещё отличный нож, охотничий. Турок подарил, довольный заключёнными сделками. Тот был бы не прочь и так всё получить, но я при нём поднял голыми руками мотоцикл и тот благоразумно передумал. В принципе, это всё что при мне было. Одежда на мне слегка мятая, но не страшно, я сегодня планировал посетить рынок Севастополя, после того как билет куплю, и переодеться. Нужно приобрести одежду советского пошива, идеально достать пионерский галстук. Обувь оставлю, эти походные полуботинки отличная обувь, я их разносил, крепкие и надёжные. Размер мой. Остальное продам. Я потому и от мотоцикла избавился, да от обоих велосипедов, техника не производства Союза, будет привлекать внимание, лучше тут куплю всё местное и сольюсь с толпой. От сумки тоже избавлюсь, а вот вещмешок внимание не привлечёт, в Союзе такие же шьют.

Наконец вдали показались окраины города, я добежал до него. В паре километров от окраин Севастополя я обнаружил на дороге «эмку», где у колеса возился водитель, а рядом курило два командира в форме НКВД, ожидая окончания замены колеса. Судя по направлению машины, те возвращались в город откуда-то. Вот их ещё не хватало. Я до сих пор к ним плохо относился, дрянь люди, и теперь будет сложно изменить моё мнение о них. Подумав, решил обойти их стороной, тут сложно, с одной стороны склон, с другой обрыв. Ничего, поднялся по склону, и пока пробирался поверху, водитель завершил ремонт и те укатили в город. Спускаться я не стал, отсюда был отличный вид на Севастополь и бухту. Зевнув, я устроился под кустом, вещмешок под голову, и завернувшись в крутку, уснул. До рассвета пара часов, а я рассчитывал перехватить часов пять.

Будильник на часах-сканера поднял меня. Охрана настроена была, но сигнал тот не подал, опасности не было. Быстро позавтракав и добив остатки воды из бутылки, я спустился на дорогу и неспешно, как бегают мальчишки, побежал к городу. Там сразу к железнодорожной станции, к кассам.

- Здравствуйте, - поздоровался я с кассиршей, после чего сказал. - Мне пожалуйста билет на завтра, до Москвы.

- Мы не продаём билеты детям. Инструкция, - строгим голос сказала та.

- Ясно.

Выйдя с вокзала, я осмотрелся и отправился на поиски местных забулдыг. Один такой ищущий чем бы поправить здоровье нашёлся, договорится удалось без проблем. Тот сходил и купил билет, за что получил небольшую сумму, что точно хватит на опохмел.

- А почему плацкарт? Я же купе просил? - спросил я.

- Малой, - усмехнулся тот. - Билеты за две недели раскупаются, скажи спасибо что хоть это было. Верхняя полка, в двух купе от туалета. Поезд отходит завтра в десять часов дня, пересадка в Ростове, там прямой на Москву будет. Не опоздай.

- Не опоздаю, - убирая билет в карман, ответил я.

На этом мы разошлись. Я направился на рынок решать свои вопросы. Там быстро купил отличные чёрные брюки моего размера, ремень, серую рубаху, куртку и головной убор. Удалось найти и приобрести новенький красный пионерский галстук. Шёлковый. Нательное бельё два комплекта. Я тут же переоделся и продал свою старую одежду. Кстати, по головному убору. Это была тюбетейка, довольно часто встречаемый головной убор среди мальчишек. Галстук я уже повязал и тот ярким красным пятном привлекал к себе внимание. Наручные часы я покупать не стал, уже настроил на московское время свои, а они точные. Только показывать их не стоит, слишком видом своим необычным внимание привлекать будут, поэтому и скрыл их рукавом рубахи или куртки. Теперь по поводу припасов. Начал с утвари, нашёл и купил котелок, удалось найти новенький армейский плоский, с крышкой для второго. Кружку взял, ложку и перочинный нож. Спичек купил. Из припасов, соли с перцем и мёду небольшую банку. Стопку свежих лепёшек, сала солёного, хороший шмат. Луку десять луковиц, две головки чеснока. Фляжку нашёл и приобрёл. Это всё не из скоропортящихся продуктов, остальное завтра приобрету перед отправкой. Пирожки там и всё такое.

Тут же я и пообедал, когда закончил с покупками, молока свежего попил, с пирожками. После этого на берег, где сложив вещи на пляже, до вечера отдыхал и купался. Загорал до черноты. В последние часы до темноты, в семь вечера, устроился чуть в стороне в кустарнике и уснул. Охрана стоит, кто на десять метров подойдёт, та сработает, я сузил зону контроля, а то тут много кто шляется. Будильник поставлю на полночь, поднимет тот меня.

Так и вышло, проснулся как будильник сработал. Позавтракав, я искупался и одевшись, спрятав вещи в кустарнике, побежал к аэродрому, где стоял авиационной полк, вооружённый истребителями. Они прикрывали Севастополь. Когда я проник на территорию и осмотрел технику, то прикинув, решил, что тут или два полка стоят, или местный перевооружается. Тут были «И-16» и «Миг-3». Я стал изучать машины, старясь не попадаться на глаза часовым, и обнаружив «ишачок», у которого стояли пушки, проверил, боезапас и топливо на месте, машина готова к вылету. Рации жаль не было, только приёмник. Вот и парашюта на месте тоже не было. Осмотрел другие машины и нашёл парашют в «Миге», там же на штурвале висел шлемофон с очками. После этого застегнул парашют, шлемофон надел, устроился в кабине «ишачка» и стал ждать, поглядывая на часы. Я помнил историю, немцы устроили налёт пятнадцать минут четвёртого, и вот в три часа, я запустил двигатель, электростартер тут имелся, и выведя истребитель на полосу, на аэродроме тревога поднялась, пошёл на взлёт. На бреющем уйдя от очереди зенитки. А быстро спохватились, не ожидал. В общем, отлетев, я стал накручивать круги, набирая высоту, отметив что на аэродроме подняли звено, а потом ещё одно, явно за мной. Да и видели те меня, я на фоне Луны крутился. На пяти тысячах метрах, я пошёл навстречу немецким «Хейнкелям». Советские истребители явно не успевали, на два километра ниже были. Атаковать было любо дорого, реакция у меня была бешённая, глазомер точным, так что на каждую машину я тратил едва ли по десятку снарядов. В первые две минуты сбив пять «Хейнкелей», те меня видели, когда я вблизи оказывался, но ничего сделать не могли, я заходил в атаку на них в мёртвых зонах. А вот мои преследователи вступили в бой с шестью «Юнкерсами», что шли ниже, сходу сбив один. Те бы не атаковали, но стрелки, когда наши «ишачки» подошли к ним, первыми открыли огонь. Вообще, малое количество самолётов противника удивило, семь «Хейнкелей» и шесть «Юнкерсов». Похоже у них задача только блокировать Черноморский флот минами. В принципе да, крупный состав не нужен, эти вполне бы справились.

Два оставшихся бомбардировщика стали пикировать вниз, уходя со снижением. Я погнался за одним и после второй прицельной очереди вогнал того в воды Чёрного моря. Вокруг парашюты опускались с немецкими лётчиками, но остался последний «Хейнкель». Развернувшись, я погнался за ним, при этом обнаружив что к моему хвосту пристроился наш истребитель. Тоже «ишачок». Я поначалу думал атакует, но тот просто держался за хвост как призванный. Видимо новичок, потерялся, увидел своего и пристроился к нему. Бывает. Пока ещё не светало, хотя горизонт посветлел, однако я нагнал «Хейнкель» и как тот не метался, сбил его. Снаряд рванул на крыле. То сложилось и бомбардировщик рухнул в волны. Экипаж спастись не успел, высота была небольшой. Развернувшись, вынужденный напарник всё также держался сзади, я направился обратно к Севастополю, постепенно набирая высоту. А нам навстречу два «Юнкерса» удирали. Один в стороне проходил, далеко, а вот один точно на меня пёр. Видимо пилот не видел нас. А когда увидел, было поздно, тот отворачивать, так я ему очередь в отрывшееся пузо всадил и тот взорвался, раскидывая огненные обломки.

Подумав, я погнался за тем драпающим «Юнкерсом», потому как похоже никто кроме меня его не видел. Догнать было сложно, улепётывал тот серьёзно. Однако нагнал и с третьей очереди сбил. Тот дымить и после первой начал, но падать категорически не хотел. Второй очередью борт-стрелка прибил, а то поливал из своего пулемёта. Вот третья и ушла на добивание. После этого я полетел к Севастополю, чувствуя, как рассвет за спиной загорается и всё вокруг окрашивается красками. На подходе я начал снижаться, пролетев над боевыми кораблями, одним из линкоров, в стороне флагман стоял. И дальше нажав на кнопку выпуска шасси, пролетая над крышами домов, и как только загорелась красная лампочка, сходу пошёл на посадку. А прямо на дорогу к Севастополю. Лётчик что за мной летел, с удивлением наблюдал за моими манёврами, не понимая, что происходит. Посадка была выполнена на оценку удовлетворительно, и то потому что солнце ослепило, прямо в глаза, вот и наскочил на камень левым колесом. Тряхнуло, но не более. Тормоза сработали как надо и истребитель замер на дороге. Отключив мотор, я отстегнул привязные ремни, и выбравшись на крыло, помахал рукой пилоту, напарнику что кружил надо мной. Скинув парашют, бросив в кабину, туда же лётный шлем, и вернул тюбетейку на голову. После этого достал из внутреннего кармана куртки блокнот с карандашом, и написал на листке:

«Моё спасибо за аренду машины. Семь «Хейнкелей» и два «Юнкерса» на моём счету. Механику машины мой уважительный поклон».

Сунув банкноту в десять рублей под лямку парашюта, туда же и листок, я спрыгнул на пыльную дорогу, от мотора «ишачка» доносилось потрескивание, и скрылся в кустарнике. Как раз вовремя, от Севастополя шёл шум моторов, несколько машин приближалось. Мою посадку многие могли видеть из города. Напарник, сделав несколько кругов, пошёл к аэродрому. Я же, добежав до места где спрятал свои вещи, и по берегу направился к городу, тот уже проснулся. Там и затерялся в толпе, при этом пытаясь скрыть улыбку. Я желал поучаствовать в обороне границ, при первом налёте вражеской авиации, и мне это удалось. Семь «Хейнкелей» и два «Юнкерса» на моём счету. Я всё точно в записке написал, которую уже наверняка нашли. Углубившись в улочки города, я добрался до рынка. Его ещё не открыли, вот и устроился в небольшом сквере рядом, сидя на скамейке, ожидая, когда пройдёт время.

Новости уже распространились по городу, война началась, налёт вражеской авиации благополучно отбили, ни один бомбардировщик к городу не прорвался. А я к шести прошёл на рынок, тот начал работать, купил десяток пирожков с луком и яйцами, лук зелёный. Потом пирог с капустой, мне его пополам разрезали и положили друг на друга, чтобы в сумку убрать можно было. Она у меня для переноски припасов и утвари. Взял варёной курицы, варёных яиц, с десяток. Огурцов, тут они свежие, из теплиц. В общем, припасы сделал, обычная добротная еда. Крупы или картошки брать не стал, в пути куплю. Тут же я поел, в запас, впрок, дорога длинная ожидается. Проверив поклажу, направился пока на пляж, вещи в тенёчек, в холодок, а сам купаться и загорать, скоро уеду из города, когда ещё в море искупаюсь?

До девяти часов купался, на станции я уточнял, расписание не изменилось, поезд отходит в десять часов, так что подхватив вещи я побежал в город, к станции. А перебегая улицу, услышал за спиной визг тормозов. Мельком обернувшись, увидел метрах в десяти позади легковой автомобиль открытого типа, «Газ-А», фаэтон, в котором сидели командиры-лётчики, судя по фуражкам и петлицам. И там сидел на заднем сиденье, с каким-то капитаном, сержант, а на переднем полковник. Этот сержант, вытянув в мою сторону руку, указывал на меня. Меня как пронзило. Это был тот летун, напарник мой. Тот разглядывая меня, крутясь над головой, чуть из кабины не вывалился. Поэтому я и не удивился что тот меня опознал. Вполне мог, да и мне его лицо знакомо. Правда, тот в шлемофоне был, не знал, что он светловолос.

- Стой! - тут же воскликнул капитан, явно обращаясь ко мне.

Да я и не торопился убегать, самому интересно что мне скажут. Люлей отхватить я не опасался, мы ещё посмотрим кто их тут раздавать будет. Поэтому я и стоял на месте, ожидая что будет дальше. Командиры быстро, полковник тоже, покинули машину и подбежали ко мне.

- Это ты? - спросил сержант.

- Тут смотря что вы подразумеваете, товарищ сержант. А так да, я собственной персоной. Или вы кого-то другого ищите?

- Ты истребитель угнал и сбил несколько немцев? - спросил капитан.

- Почему несколько? Девять. Семь «Хейнкелей» и два «Юнкерса». Я ночью вижу как днём, так что подходить к ним вплотную и давать очередь по кабине, большого ума не нужно.

- Он, - переглянулись капитан с полковником.

- Кстати, мою благодарность механику передали? Мотор работал как часики, к пушкам тоже претензий нет.

- Ты кто такой? - прямо спросил полковник.

- Прохожий, обшитый кожей.

- Зовут как?

- Сергей Сыроежкин.

- Так, а как ты узнал, что немцы летят? - всё допытывался полковник.

- Да тут всё просто. Я ночевал на берегу, у меня туристическая поездка по побережью Чёрного моря. Из Москвы я. На меня наткнулся немецкий диверсант-ракетчик. Тот меня задушить хотел, да не справился. Я мастер спорта по самбо. В общем, придавил его, придушил слегка. Разоружил, допросил, а тот и сообщил о налёте. Он должен был ракеты пускать на стоянки кораблей, что у пирса стояли. Сообщать смысл нет, не поверят, прибил этого разведчика и побежал к истребительному полку. Видел где он стоит. Времени мало было. Попасть на территорию не трудно оказалось, из всех машин я «ишачок» знаю, летал. Выбрал машину с пушками, проверил как снаряжена, нашёл парашют с шлемофоном и очками, дождался трёх часов и взлетел. Немцы магнитные мины должны были сбросить на парашютах, чтобы блокировать выход из бухты, в три пятнадцать ночи. Ну а дальше просто. Взлетел, поднялся повыше и пользуясь преимуществом в высоте атаковал строй «Хейнкелей» из семи машин. Сбил всех. Двоих одной атакой. Потом увидел, что ваши с «Юнкерсами» воюют, их всего шесть в строю было, а двое уходят, ну и рванул за ними следом, сбил оба. Тут ко мне другой «ишачок» прицепился как репей. Дальше вернул самолёт. На аэродром не хотел, пришлось на дорогу садиться. На аэродроме побить бы попытались, а я сдачу всегда даю. Удар поставлен, взрослых с ног только так валит.

- Лихой ты парень, - покачал головой капитан. - Кстати, ты на моей машине воевал. Я комэск в полку.

- О как? - оживился я, и скинув вещмешок, порылся и достал кобуру с «Кольтом», а сержанту протянул наручные часы, у него их не было, как я приметил. - Держите. Подарок от меня на память. А сейчас извините, мне бежать нужно.

- Куда спешишь? - спросил полковник, с интересом наблюдая как капитан, расстегнув клапан кобуры, достал из неё тяжелый пистолет.

- На поезд. Ждать меня он не будет.

- Постой, ты же не думаешь, что мы тебя так отпустим?

- Сам уйду, - пожал я плечами. - Три удара, три нокаута. Вообще скажите спасибо что согласился с вами поговорить. Вот сотрудников НКВД я жуть как не люблю. Этих сразу бы нокаутировал.

- Чем же они это заслужили?

- Это наше дело.

- Интересный ты парень, - сказал полковник. - Знаешь, я вот что тебе предлагаю. Билет сдаёшь, мы подбросим, а через два дня я тебе купейный вагон обеспечу. У тебя ведь плацкарт?

- Плацкарт, - протянул я задумчивым и заинтересованным тоном. - Предложение конечно интересное. Может быть я даже и приму его. Хотя условие у меня есть. Никаких сотрудников НКВД.

- Договорились, - легко согласился полковник. - Едем.

Мы устроились в машине, я снял вещмешок чтобы не мешал, а то горловину снова завязал, и за спину его убрал. Мы быстро домчались до вокзала, ефрейтор что сидел за рулём, оказался асом, там мы с полковником дошли до военного коменданта станции, тот принял от меня мой билет, до отправки десять минут осталось, и честно выдал купейный на поезд что уходил через два дня. Отправка тоже в десять часов. Покинув вокзал, вещи я при себе держал, мы снова устроились в машине, командиры нас рядом с ней ждали, капитан курил, а сержант видимо не курящий. Покатили мы на аэродром, проехали пост на везде из города, раньше его не было, и направились дальше. А я посмотрел на поезд что уходил вглубь полуострова. Ничего, с летунами пообщаюсь, и отправлюсь дальше. Кстати, я поинтересовался у капитана насчёт «Мигов», оказалось это полк черноморцев там стоял, сами они армейцы. В общем, на аэродроме два истребительных авиаполка было, а не один, как я подумал. А полковник командир авиадивизии, три истребительных полка в неё входит. Один тут стоит, это машиной его полка я пользовался. Два других тоже на полуострове, но в других местах. Где – военная тайна.

- Тут остановите, - попросил я, когда до аэродрома осталось чуть больше километра.

- Что, приспичило? - спросил полковник.

- Ага.

Оставив сумку, я с вещмешком убежал в кустарник. Отсутствовал минут пять, а за это время развив большую скорость отбежал на полкилометра, где спрятал вещмешок и также вернулся обратно. Всё без свидетелей.

- А где вещмешок? - спросил капитан. - Не доверяешь?

- Я своей жопе не доверяю, что уж о вас говорить? Вечно подводит в самый ненужный момент. Кстати, знаете, что задница самый главный орган у человека?

- Это как? - заинтересовался полковник, пока мы выруливали на дорогу и катили дальше

- Задница во всем принимает участие: в лечении, учении, воспитании, принятии решений. А в поиске приключений ей вообще равных нет. У всех без исключения оттуда растут ноги. У многих оттуда же растут и руки, а отдельные индивидуумы ею ещё и думают! И многое происходящее в нашей жизни делается именно через неё!

Когда я закончил, ржач в машине стоял знатный. Водитель чуть с дороги не съехал, вытирая слёзы. Какие тут люди на забавные рассказы впечатлительные. Мы так и въехали на территорию аэродрома, со ржущими командирами и водителем. Там подъехали к зданию штаба, похоже тут и располагался штаб дивизии. Сержанта отпустили, а мы прошли в здание. Там с полковником зашли в его кабинет, а капитан остался в приёмной, где что-то стал рассказывать нескольких командирам, я напряг слух, ну так и есть, про главный орган человека описывает. А вот полковник, устроившись за столом, велел мне:

- Присаживайся, поговорим, откуда ты такой интересный взялся?

- От папы и мамы, как я полагаю.

- Не ершись, я же просто хочу знать, кто ты и откуда.

- Ну если так. Мама меня одна растила, её фамилию ношу. Отца не знал никогда. Только то что он был известным лётчиком. Меня в честь него назвали, Сергеем Сергеевичем. С детства самолётами болел, учился летать, сначала планёры, поэтому аэроклуб, новый муж матери оттуда был. Инструктором работал. Он и научил. На «У-два» летал, на «УТИ-два». «Ишачок» плохо знаю, но летать доводилось. Хорошая машина.

- Это мы проверим. Мать в Москве? А ты тут один что делаешь?

- Умерла мама, весной ещё. Простыла. Сиротой я стал. Решил попутешествовать, прежде чем к родственникам дальним отправляться. А тут война. К ним поеду.

- Кто такие?

- Некрасовы, село Кожанка, Фастовского района. В ста километрах от Киева живут. Кстати, мой дядька, Юрий Некрасов воевал в Финскую, в плен генерала взял, награждён Золотой Звездой Гороя. Разведчиком он был. Сейчас в Москве, в больнице лежит со сломанными рёбрами. Я только вчера об этом узнал, поэтому билет и купил на Москву. Некрасовы в столицу недавно переехали.

- О Некрасове я слышал. Он ещё самолёт угнал у финнов.

- Он немецким был.

Тут в кабинет заглянул капитан, сообщив:

- Всё готово.

- Отлично, - вставая и беря фуражку со стола, сказал полковник. - Идём, покажешь, что в воздухе умеешь.

- Охохоюшки-хо-хо.