Жребий некроманта 5

— Ясно, всё ясно, ваша светлость, — подхалимски протараторил толстяк под одобрительные возгласы дворян. — Нижайше благодарю вас. Я за вас свечу поставлю в храме. Вы мудры не по годам.

Я благосклонно кивнул, встал с дивана и направился к двери, чувствуя на себе восхищённые взгляды людей. И уже около двери меня догнал чей-то робкий вопрос:

— А что же на самом деле произошло в Степи, ваша светлость?

— Всё было не так, как вам рассказывают. Однако кто-то должен был взять на себя вину, — не оборачиваясь, многозначительно проговорил я и с видом мученика покинул вагон.

Авось мне удалось хоть немного поднять с колен свою упавшую в последние недели репутацию.

А ещё я очень надеюсь на то, что дальнейший мой путь пройдёт без приключений, а то что-то они уже приелись.

И, видать, кто-то на небесах решил смилостивиться надо мной. Весь день прошёл без происшествий, если не считать одного обмена колкостями на тему курения. Его устроили Лёха и Модест во время общего обеда в крохотной столовой, обнаружившейся в нашем вагоне. Конечно, образованный барон положил моего недалёкого братца на обе лопатки, чем тот остался весьма недоволен. Он шёпотом пообещал мне, что ночью нагадит ему под дверь. Но его страшная угроза, так и осталась всего лишь угрозой.

Однако ночью нам всё же пришлось проснуться, когда грозно застрекотал пулемёт, а пара магов-охранников запустила огненные шары в стаю волколаков. Получив отпор, шерстяные твари с пронзительными визгами поспешно ретировались. И на этом всё успокоилось. Я снова смог вытянуться на накрахмаленной простыне.

А уже под вечер следующего дня поезд стал приближаться к Уральску. Городок хорошо было видно из моего окна. Посему мы вместе с зашедшей в моё купе Ленкой приникли к стеклу.

— Мда-а-а, и правда дыра дырой, — разочарованно протянула она, скользя взглядом по лесистым холмам, среди коих и раскинулся Уральск. — Кажется, этот городок хотели спрятать и забыть.

— Ты неправильно смотришь на мир. Вот я вижу экологически чистое поселение, через которое, к тому же, течёт река. Правда, вон там к небу поднимается дым от заводских труб, но это мелочи, — снисходительно закончил я, действительно заметив дым. Он тянулся к темнеющему небу. — Да и посмотри какие на севере горы. Просто шик! С заснеженными шапками. И идти до них всего-то пару часов от города.

— А по чему идти? По дороге? Так тут таких слов, наверное, даже не знают. Да ещё идти придётся через лес. А он даже с виду такой, словно в нём чудеса: там леший бродит, русалка на ветвях сидит. Там на неведомых дорожках следы невиданных зверей.

— Когда ты стала такой брюзгой? Ты же была полна энтузиазма. Куда он делся? Его из тебя комары выпили? — поморщился я, глянув на кое-где потрескавшуюся городскую стену. Хорошо хоть на её вершине в лучах заходящего солнца грозно поблёскивали артиллерийские орудия, а не дряхлели какие-нибудь допотопные катапульты.

— Мой энтузиазм никуда не пропал. Его просто нежно придушила жестокая реальность. Что ни говори, а человек быстро привыкает к комфорту. Вот твой Лёшка, например, по словам Анастасии, ещё вчера воду из лужи пил, а нынче подавай ему шампанское исключительно французского производства, — с усмешкой выдала Ленка и посмотрела на распахнувшиеся ворота. Поезд втянулся в них, пробрался в город и медленно поехал мимо бревенчатых одноэтажных домиков с резными ставнями и жестяными петушками-флюгерами на крышах.

— Это верно, — согласился я и отлип от стекла. — Готовься, скоро наша остановка. И встречать нас будут самые уважаемые дворяне города. Они станут танцевать около нас, словно накосячившие студенты вокруг препода. Так что держи физиономию кирпичом, на лесть не реагируй и помалкивай. Справишься? Или я слишком многого от тебя хочу?

— Ф-ф, — фыркнула девица и покинула моё купе.

А буквально через несколько минут показался собранный из красного кирпича вокзал. И на нём меня уже поджидала целая делегация.

Стоило мне в окружении спутников сойти с поезда, как передо мной предстала группа из семи серьёзного вида мужчин с заискивающими улыбками и тревогой в глазах. Они тут же принялись представляться и справляться о том, как доехала его светлость, то бишь я. А после этого господа усадили нас в машины и повезли в выделенный нашей банде дом.

Мне довелось очутиться на просторном заднем сиденье вместе с хмурой Ленкой и градоначальником Демьяном Поликарповичем. А на переднем пассажирском сиденье рядом с бледным от волнения шофером уместился ректор местного университета Аристарх Антипович. Худой такой старичок, похожий на сморчок с крысиной мордочкой. Однако несмотря на свой ущербный вид Антипыч являлся самым сильным в городе магом. Он был магистром третьего ранга, магом земли.

— Это писец, более точно пока описать не могу. Мата даже не хватает, а раньше он меня всегда выручал. Реальность оказалась ещё более жестокой. Я уже немножко жалею, что приехала сюда, — безрадостно прошептала мне на ухо девчонка, угрюмо глядя на покрытую грязью немощёную дорогу. Она изобиловала лужами. Весьма глубокими лужами. Их со страхом форсировали немногочисленные автомобили и телеги с лошадьми, понуро опустившими головы.

Градоначальник кое-чего расслышал из шёпота Ленки, и тут же затараторил:

— Ох, давно-давно я хочу брусчаткой все дороги покрыть, да токмо то горгульи нападут, то орудия какие из строя выйдут или иная беда приключится. Но по сему году я обязательно начну улицы мостить. Вот весна пройдёт, земля немного подсохнет, и сразу возьмусь за дело.

На его одутловатой морщинистой физиономии со свисающими, как у бульдога, щеками появилось решительное выражение. А его маленькие ручки легли на круглое пузо, придающее ему вид колобка.

— Верно, верно, сударь. Одни напасти сыплются на наш славный город, но под вашим чутким руководством он всё же процветает, — сладко прожурчал ректор, отразив лысиной свет масляного уличного фонаря. — Вашими стараниями вот шахту новую открыли, да завод ещё один поставили.

— Есть такое дело, — скромно улыбнулся градоначальник, украдкой наблюдая за мной внимательными глазами, спрятавшимися в набрякших веках. — Город-то наш, ваша светлость, живёт добычей ископаемых и металл кое-какой льём. А ещё у нас студенты имеются. Чуть ли не половина города их. Много к нам кто едет с окрестных городков, дабы знания получить. А Аристарх Антипович весьма недурно правит нашим университетом.

— Уж не лучше, чем вы городом, милейший Демьян Поликарпович, — опять облизал градоначальника ректор.

Он расхваливал главу города так, словно собрался срочно продать, поскольку к утру уже заканчивался его срок годности. Я лишь с трудом не закатил глаза, прекрасно понимая, что эти двое пытаются придать себе значимости. А то мало ли что. Вдруг я всех тут с должностей поснимаю, да в шахты и отправлю? А я могу. Власти у меня хватит. Потому-то эта парочка и пыталась задурить голову юнцу, коим они меня считали.

В общем, эти двое ещё немного попели друг другу дифирамбы, а затем градоначальник с робкой улыбочкой спросил:

— Ваша светлость, позвольте всё-таки узнать цель вашего визита. Вы проездом али как?

— Али как. Устал от столичной суеты и решил отдохнуть, — соврал я и глянул через окно на пузатого городового. Он вытянулся во фрунт возле своей будки, а затем отдал честь везущей нас машине.

— А-а-а, это дело, хорошее дело, — одобрил Поликарпыч, явно не поверив мне. На его бульдожьей физиономии нет-нет да и проступал терзающий душу страх. Но чего именно он боится?

— Отдыхать обязательно нужно. Лекари так велят, — вставил свои пять копеек ректор и указал сухонькой лапкой на появившиеся трёхэтажные кирпичные особняки с электрическим светом, бьющим из окон. — А вот и центр города. Обратите внимание, ваша светлость, тут дороги и площади уже мощёные, а дома стоят справные.

— А юные маги у вас в городе и правда пропадают? — с ленцой проговорил я, заломив бровь.

Ректор с градоначальником синхронно вздрогнули, переглянулись. И глава города всем своим видом показал, что на этот неудобный вопрос стоит ответить Антипычу. А тот торопливо облизал сморщенные губы и с картинно тяжёлым вздохом произнёс:

— Да, к сожалению, пропал пяток студентов. Однако наша полиция уже усиленно ищет их. Но мы пока не знаем на кого грешить: на человека аль на чудовище.

— На оборотня, — усмехнулась Ленка, откинув со лба прядь рыжих волос, — в погонах.

— Можа и оборотень, можа и в погонах, — подобострастно согласился градоначальник и следом решительно пропыхтел: — Однако не извольте сумлеваться, ваша светлость. Мы изловим преступника кем бы он ни был!

— Да-да, изловим-изловим, — прострекотал ректор, постоянно выворачивающий шею, дабы глянуть на меня. — А раз вы у нас задержитесь, ваша светлость, то окажите мне честь, проведите пару лекций в университете. Я уверен, вам есть что рассказать. Вы же герой Безымянного поля, сильнейший некромант в Империи. Да и о вашей способности творить руны прямо в воздухе ходят легенды. Вы, несмотря на свой юный возраст, уже вписали своё имя в историю мира.

— Я сейчас блевану, — едва слышно шепнула мне на ушко Ленка. — Если тут все чиновники такие, то твой зад будет блестеть аки солнышко.

— Они во всех мирах такие, — тихонько ответил я и согласно кивнул, глядя на ректора. Тот радостно ощерился жёлтыми зубами. Но уже в следующий миг ему стало не до улыбок, поскольку он вмиг расширившимися глазами увидел грузовик, несущийся на нас со страшной скоростью…

Глава 4

Грузовик мчался с холма, шелестя колёсами по брусчатке. А в его кузове похоронно грохотали трубы. И что самое страшное, наш водитель уже не успевал среагировать. Грузовик врезался в машину, словно многотонный таран. Душераздирающе заскрежетал металл, и во все стороны полетели брызги разбившегося стекла.

Мир закружился перед моими глазами, а лоб полоснуло болью, будто по нему провели острейшим ножом. Меня швырнуло на отчаянно заверещавшую Ленку, вжавшуюся в боковую дверь. А затем под перепуганные вопли градоначальника грузовик потащил наш автомобиль в сторону лавки с большим панорамным окном. Через него обе машины с визгом разлетевшегося стекла вломились в безлюдное, темное помещение, круша прилавки с наручными часами.

Благо кузов нашего автомобиля оказался покрыт укрепляющими рунами. Полыхая жёлтым цветом, они не дали металлу деформироваться даже когда грузовик впечатал машину в дальнюю стену лавки. А если бы их не было, то из автомобиля доставали бы уже не его светлость, а фарш из его светлости.

Однако водитель грузовика не случайно врезался в наш автомобиль. Он немного сдал назад, а затем снова со скрежетом впечатал бампер грузовика в машину. Она содрогнулась, но руны и на сей раз сдюжили. А я непроизвольно качнул головой и понял, что надо срочно действовать.

Мне каким-то невообразимым образом удалось вылезти через разбитое заднее стекло, оцарапав ладони об осколки. А потом я не слишком ловко грохнулся на пол, больно ударившись коленом. И практически тут же краем глаза заметил увесистый стеллаж. Он падал прямо на меня, грозя переломать рёбра. Я тотчас метнулся в сторону и перекатился. А стеллаж с шумом рухнул буквально в десяти сантиметрах от моей руки, разбив плитку, покрывавшую пол. Она жалобно взвизгнула на фоне тоненько вопящего градоначальника и грозно рычащего мотором грузовика. Последний снова сдал назад и единственной уцелевшей фарой осветил прижатую к стене машину. Её руны погасли, намекая, что исчерпали свой заряд. А двери, кажется, заклинило. Ректор с вытаращенными глазами судорожно дёргал ручку, но дверь не открывалась.

В это время на заднем сиденье Ленка сжалась в комочек, обхватила голову руками и вопила, срываясь на визг:

— Помогите! Помогите!

Грузовик же рыкнул мотором, словно рассвирепевший бык на корриде.

Твою мать! Ещё один удар — и он сомнёт машину! Наплевав на ломоту в колене, я вскочил на ноги, лихорадочно вывел в воздухе руну и вызвал «Поток тьмы». Тотчас резкая боль пронзила солнечное сплетение. Она так и терзала меня во время вызова заклинаний.

Между тем, одновременно с созданием магии, мой взор заметил короткую вспышку в кабине. Револьверный выстрел!

Мои колени подогнулись в один момент с негромким хлопком. И свинец недовольно просвистел над головой. А спустя один удар сердца из моих рук наконец-то вырвался «Поток тьмы». Короткий поток практически чистой энергии ударил в вытянутую морду грузовика, будто кувалда по ведру. Машину отбросило на несколько метров, а её передок с лязгом смялся. Аж капот вырвало с корнем! И он со свистом влетел в кабину. До моих ушей донёсся вскрик, а затем по капоту что-то прокатилось и шлёпнулось на пол. Голова! Капот весьма удачно перерубил шею злодея, хотя он бы и так умер, поскольку мотор грузовика вмяло в кабину.

— Ваша светлость! С вами всё в порядке⁈ — выпалил Пожарский, заскочив в разгромленную лавку.

Он где-то потерял свой котелок, а его рука сжимала книгу с заклятиями. И следом за бароном показались мои до предела встревоженные братья. Они облегчённо выдохнули, увидев меня живым и относительно здоровым.

— Вы очень вовремя сударь. Окажите помощь моей помощнице и прочим людям.

— А как же вы? — выдохнул барон и глянул на мой лоб. Он мог похвастаться шикарной кровоточащей царапиной. Кровь попадала в глаза, но я её смахивал.

— Сперва их подлатайте, а уж потом меня, — благородно сказал я и почувствовал, что адреналин стал покидать моё тело. Да и несущееся галопом сердце начало постепенно успокаиваться. Оно осознало, что мы не будем прямо сейчас переселяться в другой мир. — К тому же шрамы украшают мужчину, а мне кажется, что я ещё недостаточно хорош собой. Ступайте к Елене, сударь.

— Как прикажете, ваша светлость.

Пожарский вместе с градоначальником кое-как открыли заднюю дверь, после чего барон с помощью магии принялся лечить пострадавших людей. Благо у всех, кроме шофера, были лишь царапины, а вот водитель получил сотрясение мозга. Однако Модест и ему помог.

Я же присел около отрубленной головы и хмуро посмотрел на желтокожую физиономию с раззявленным окровавленным ртом, крупным шнобелем и азиатским разрезом глаз. Олег Монгол? Нет, просто степняк. И кажется, весьма глупый одиночка-энтузиаст, мечтавший отомстить. На что он рассчитывал? Он ведь даже не знал, что автомобиль градоначальника защищён рунами, иначе бы действовал по-другому.

Мои мысли будто бы прочёл Шурик. Он с кряхтением присел подле головы и хрипло просипел:

— Видать, этот степняк хотел отомстить за то, что ты, по слухам, устроил в Степи.

— Молю, простите, ваша светлость! — запричитал градоначальник, подкатившийся ко мне проворным колобком. На его упитанном лице красовалась целая россыпь красных полос от заживших царапин. — Недоглядела наша полиция! Не думали они, что кто-то дерзнёт напасть на вас посреди города! Однако я всех накажу! Всех, кто проворонил эту атаку! Они у меня сгниют в темнице! И пособников этого степняка я найду, а потом повешу!

— Не надо никого наказывать, — хмуро выдал я, выпрямившись во весь рост. — Выговора хватит. А личность степняка установите. И узнайте, с кем он контактировал. Может, среди них есть кто-то ещё, кому не мил мой светлый лик.

— Всё сделаю! Всё сделаю! — истово заверил меня градоначальник и обрадованно сверкнул глазёнками. Он, вероятно, боялся того, что я кто-то вроде Ким Чен Ына. Тоже без разбора караю за любой проступок. Однако я всё же решил дать ушлому чиновнику урок бесплатной мотивации.

— Демьян Поликарпович, не хотел вам сперва говорить, а вот теперь решил сообщить, что император намеревается посетить ваш город.

— Сам императора⁈ Когда⁈ — хрипло выдохнул он и выпучил глаза, будто кто-то невидимый схватил его за шею и принялся неистово душить. Из-за этого градоначальник стал ужасно походить на жабу, услышавшую, что в её жабье царство идёт прожорливый аист.

— Не знаю когда именно, но надо подготовиться. Стены починить, дома покрасить. Ну, вы сами знаете, что нужно сделать.

— Вы правы! Вы правы, сударь! С завтрашнего дня приступлю, — выпалил Поликарпыч, расчертил лоб глубокими морщинами и в глубокой задумчивости вышел из лавки.

— Император же сюда не поедет, да? Ты просто хотел заставить его работать? — смекнул Шурик, осуждающе косясь на Лёху.

Тот словно лис ходил по лавке и усиленно делал вид, что осматривает место происшествия. Но на самом деле его проворная ручонка хватала разбросанные тут и там дорогие часы и прятала в карманы. Они уже раздулись от «улова».

— Молодец, сообразил. Эй, Алексей, а ну иди сюда!

— Да, братец? — елейным тоном выдал Лёха и следом горячо затараторил: — Чуть такая трагедия не произошла! Хорошо, что тебя так просто не взять. Наша порода, Корбутовская. И что ты теперь будешь делать? Из-за чего степняк хотел убить тебя или не тебя? И не служил ли он сам знаешь кому?

— Разберёмся, — хмуро проронил я, выразительно глянул на его карманы и недовольно прошипел: — Зачем? У тебя же есть деньги. Чего ты позоришь меня?

— Не могу удержаться, — виновато опустил он вихрастую голову. — Рука будто сама хватает, что плохо лежит.

— Верни часы обратно, — попросил я и заметил степенно идущего ко мне Пожарского.

Алексей тяжело вздохнул и снова начал ходить по лавке. Только теперь он избавлялся от часов. А барон в это же время раскрыл книгу и вызвал свою магию. Она зелёной щекочущей волной обмыла моё тело, затянув все порезы. На коже осталась только засохшая кровь.

После этого мы все вышли из лавки. А на улице к этому моменту уже собрались немногочисленные зеваки. И даже остановилась конка, из которой высыпались пассажиры. Народ галдел и пугал голубей, носящихся тут и там.

Я громко произнёс, поднеся ко рту сложенные рупором руки:

— Расходимся! Крови и кишок нет! Есть только отрубленная голова, но вам её никто не покажет. Так что смотреть не на что!

По толпе прокатился разочарованный вздох. Однако люди всё равно не спешили расходиться. Они вытягивали шеи и пытались увидеть, что творится в глубине разгромленной лавки.

— Стибрить, наверное, что-то хотят, — с апломбом сказал Лёха, поглядывая на толпу. Её освещал не только фонарный столб, но и свет из окон близлежащих домов. К стёклам последних приникли любопытные физиономии, включая одну усатую кошачью морду.

— Дурной пример заразителен, — ровным голосом произнёс Модест и тонко улыбнулся.

— На что это вы намекаете, сударь? — с искренним возмущением выдал Лёха, сощурив глаза.

— Ни на что, — развёл тот руками.

Алёшка ещё несколько секунд сердито посопел и успокоился, отстояв свою потрёпанную честь. А я скользнул взглядом по бледной, молчаливой Ленке и сказал градоначальнику:

— Далеко ли до дома, который вы нам выделили?

— Нет, ваша светлость. Вон он. Чуток не доехали, — ответил Поликарпыч и указал пухлой ручонкой на особняк в готическом стиле.

Он оседлал небольшой холм и сверху поглядывал на округу тёмными стрельчатыми окнами. А вокруг особняка рос запущенный сад и красовался высокий кованный забор с арочными воротами.

— Дом на холме, да ещё и выглядит заброшенным, — мрачно прошептала Ленка, хмуря брови. — Что-то это мне напоминает.

— Сударыня, сударыня, не судите по внешнему виду. Это самый комфортабельный особняк в нашем городе, — застрекотал градоначальник. — Да, в нём некоторое время никто не жил, поскольку…

—… Поскольку все его обитатели в одночасье исчезли? И их до сих пор не могут найти? — сострила девушка и испустила нервный смешок. Кажется, она начинает потихоньку оживать.

— Нет, что вы? Хозяин особняка Франц Герхардович никуда не исчез. Он ныне живёт в Царьграде вместе со своей семьёй. А этот дом он уже давно выставил на продажу. Однако шибко много за него хочет, потому и покупателей на него пока нет. Я давеча телефонировал ему и испросил позволения на время занять его дом. Он с радостью согласился, когда узнал, что в нём будет жить сам князь Белозеров со своей свитой.

— Прислуга в доме есть, сударь? — уточнил я.

— Есть, есть, — закивал Поликарпыч и стал перечислять: — Шофер, садовник, кухарка, две служанки, три сторожа, дворецкий…

—…Ладно, — перебил я градоначальника. — Мы тогда покидаем это место, а вы тут с лавкой все решите. И о степняке не забудьте. Выясните, кто он и что он. А-а-а, и ещё вот что. Скажите хозяину лавки, чтобы он табличку сделал и написал на ней: «Эту лавку первой в Уральске посетил его светлость князь Белозеров, великий некромант, свет земли русской». Уверен, что от туристов и покупателей отбоя не будет.

— А что по питанию и алкоголю? — встрял Лёха, почесав острый кадык.

— Закупили для вас всё самое лучшее. В подвале особняка имеется даже французский коньяк.

— Вот это дело! — радостно потёр ладони Корбутов, вызвав у Шурика тяжёлый вздох.

— По машинам, судари и сударыни, — скомандовал я.