Запретная

Брат Джейн был начальником охраны в боулинг-центре «Эмеральд Лэйнс» - том самом, где он начинал обычным вышибалой. В его подчинении находилось девять крепких молодых парней.

- Всё отлично, - ответила ему сестрёнка.

Она светилась от счастья и предвкушения сегодняшнего свидания.

- Я сейчас ослепну, - Конор улыбнулся и закрыл глаза ладошкой. – Мам, чего она так светится? Её что повысили?

- «Повысили», - передразнила его мать, фыркнув. – Разве может повышение заставить девушку так светиться? У неё любовь.

- Мама! – вскрикнула Джейн. – Что ты болтаешь?

Она ещё не рассказывала матери ни о свидании, ни о Дональде. Не хотела говорить о том, в чём не была уверена и что могло закончиться в любой момент.

- Значит повысили? – вскинул брови отец. – Или оклад подняли?

- Просто хорошее настроение, - пожала плечами дочка. - Неделя хорошо прошла.

- Мм, - промычал брат с набитым ртом. – У меня тоже неплохо прошла. Но я не свечусь… Или свечусь? – повернулся он к отцу.

- Ты, даже, если в лотерею выиграешь, не будешь светиться, - усмехнулся Томас.

- А ты что, будешь? – встала на защиту сына Мишель. – Ты и перед президентом будешь с кислой миной стоять.

Мать с сыном засмеялись, дочка улыбнулась, а отец начал шевелить губами и ртом, передразнивая жену.

- Как же я вас обожаю! – проговорила Джейн. – Без вас я бы не смогла светиться.

- Мы тоже тебя обожаем, - взяла её за руку Мишель и перешла на громкий шёпот: – Может покажешь фото своего кавалера?

- Да нет у меня никакого кавалера! – вырвала руку девушка.

- Не приставай, - сказал шептунье Томас. – Сама всё скоро расскажет и покажет.

- Да, - кивнул Конор. - Как разопрёт от желания поделиться, утопит нас в своих рассказах. Крэйг то, Крэйг сё, Крэйг посмотрел так, Крэйг любит сяк, - начал кривляться он.

- Почему Крэйг? – засмеялась Джейн.

- Не знаю, - пожал плечами брат. – А что, не угадал?

- Хорошая попытка, - дала ему пять сестра. – Но у меня и вправду никого нет.

- Ладно, верю, - проговорил с интонацией «ни черта не верю» здоровяк.

- Ты дома сегодня?

- Нет, на пикник шеф позвал. На пикник-собрание. Опять будет угощать и просвещать.

- Хороший у вас шеф, - закивал отец, закашлялся и вдохнул специальную аэрозоль для астматиков.

- Что, добрался до твоего сердца через желудок? – усмехнулась Мишель.

Иногда Конор возвращался с пикников-собраний с жареной дичью. В прошлый раз это была оленина.

- Миновав лёгкие, - улыбнулся отец.

- Всё также? – приложила руку к его груди дочка.

- Да нет, получше вроде.

- Да что там получше! – воскликнула мать. – Изводится каждую ночь!

- Нормально всё, - нахмурился Томас. - Не стращай детей.

Дети знали про его беспокойные, мучительные ночи.

- Сходи ты к этому Полу, пап, - сказал Конор.

- Нет, сегодня у нас не будет этого разговора, - поднял указательный палец и поводил им из стороны в сторону отец. - С прошлого ещё двух дней не прошло.

- Ну чего ты упрямишься? – проигнорировала его «не будет» Мишель. – Хуже же не будет.

Начались – а точнее продолжились, - трёхсторонние уговоры отца на поход к лучшему пульмонологу города. Несмотря на численный перевес поддерживающих друг друга и плавно перехватывающих аргументы союзников уговаривающих, они снова окончились ничем. Уговариваемый ни в какую не хотел идти к «очередному шарлатану, живущему в роскошном доме и ездящему на шикарной машине, купленными на деньги своих обнадёженных и обманутых пациентов».

- Не проймёшь его, - встал из-за стола сын. – Связать надо и принудительно лечить. Ладно, поехал я.

- До ночи будешь? – спросила Мишель.

- Не знаю. Может завтра приеду.

Глава 4

На пикнике-собрании, устроенном шефом Конора Ричардом, собралось двадцать семь человек. Двадцать семь крепких мужчин и женщин разного возраста, обожающих природу, леса, охоту и дичь.

Ричард был высоким, широкоплечим, спортивным блондином с кудрявыми волосами до плеч. Если вычесть год его рождения из года описываемых событий, получится цифра 66. Эта цифра никак не получалась у тех, кто пытался угадать его возраст. Тридцать пять – давали ему те, кто полагался только на свои глаза, тридцать восемь – те, кто кроме глаз, полагался на уши и накидывал три года из-за мощного, низкого голоса и сорок – те, кто узнавал, чем он занимается и накидывал ещё два года из-за серьёзности и важности этого.

Он сам выбирал места для очередных сборищ. На этот раз он выбрал лесную глушь в сорока километрах от Юджина, до которой не могло доехать ни одно транспортное средство.

Как же добрались сюда двадцать шесть его сотрудников? И он сам? На вертолёте? Нет – вертолёту здесь негде было приземлиться. Может быть такси оставляли их как можно ближе к этому месту на трассе, и дальше они шли пешком? Хороший вариант. Но часовая ходьба по дикому лесу может нанести серьёзный удар по лояльности и любви работников к тому, кто обрёк их на неё.

Давайте отмотаем время назад и посмотрим, как сюда добрался Конор. Уверяю, что все остальные не отличились креативностью и добрались точно также.

Выйдя из дома, Конор прошёл быстрым шагом до леса. Он жил на окраине города (если кто забыл), поэтому это не отняло много минут, хоть и отняло в шестьдесят раз больше секунд. Углубившись в чащу, он снял с себя всю одежду и обувь, а именно: бейсболку, джинсы, чёрную футболку, трусы, носки и кроссовки, положил их вместе со своим смартфоном и другими вещами из карманов в кожаную сумку, удлинил её резиновый, хорошо тянущийся ремень на максимум и повесил на плечо так, чтобы он опоясал его грудь и спину по диагонали. Сумка оказалась ниже его колен.

Голый парень с сумкой наперевес встал на четвереньки и начал быстро увеличиваться в размерах, одновременно покрываясь густой тёмно-серой шерстью. Зрелище было не из приятных. Сначала мне показалось, что ему больно – его лицо искажалось так, как оно и должно было искажаться от боли при подобных звучных манипуляциях с суставами и костями. Потом я решил, что он кайфует – его искажающееся лицо… то есть, уже морда – определённо волчья морда, - ухмыльнулась, он заурчал и радостно завыл. В общем, я пришёл к выводу, что первые секунды три ему было больно и не очень радостно, но зато, начиная с четвёртой, сила и энергия, впрыснувшиеся в его вены, как наркотик, довели его до эйфории и экстаза, которые и нашли выход в протяжном вое, как пар закипевшего чайника в свисте специально сделанной для этого насадке на носик.

Через семь секунд голый парень полностью трансформировался в огромного волка, которого я уже не мог назвать голым из-за густого тёмно-серого облачения, сохраняющего комфортную температуру тела зимой и летом.

Размером получившийся хищный зверь был с крупного быка.

Объяснить увиденное не смог бы ни учёный, ни неподготовленный шарлатан.

Конор полностью изменил внешность и повадки, получил улучшенные зрение, нюх и слух, набрал около полутонны качественного мяса и стал в несколько раз сильнее и быстрее.

Резиновый ремень сумки глубоко вдавливался в его пышную шерсть.

Волк покрутил головой, сканируя окружающую местность носом, ушами и глазами, уставился в сторону, откуда шёл недоступный для перечисленных органов сигнал и резко сорвался с места, манимый им.

Деревья и лесные животные мелькали у него перед глазами. Первые заставляли его вилять, вторые – вилять и дурачиться. Он обожал кружиться вокруг ошарашенных оленей, лосей и медведей, опрокидывать их и убегать.

Двадцать восемь минут хватило ему на то, чтобы добежать до источника манящего сигнала – Ричарда, - повалить на землю белую волчицу, примерно одних с ним размеров и массы, укусить её за задницу и весело покружиться по лесной поляне вокруг хохочущих коллег, спасая свои ягодицы от зубов догоняющей его подруги.

Пятнадцать сотрудников «Диких Волков» - среди которых были такие же начальники объектов, как Конор и старшие охранники смен, - уже были здесь. Они держали в руках банки с пивом и весело гоготали, подбадривая белую волчицу и пытаясь преградить путь Конору.

- Ну всё, всё, обращайтесь! Тьфу! Подняли пыль! – крикнул организатор пикника, когда раззадоренная волчица в третий раз лязгнула зубами возле попы последнего. – Хватит говорю! – рявкнул он изо всех сил, когда два волка сцепились и повалились на землю.

Могучие звери застыли, отпустили друг друга и убежали в лес.

- Достала она его, - улыбнулся накачанный лысый мужчина среднего роста.

- Не достала, - возразил высокий широкоплечий брюнет с причёской, делающей его ещё на семь сантиметров выше.

- Да схватила возле хвоста. Я же видел, - посмотрел на него лысый.

- Хотела схватить, - вмешался невысокий блондин с короткой стрижкой. – Но не достала.

- Это в первый раз не достала, во второй раз достала, - продолжал спорить первый.

- Ай, хватит вам! – обернулся на них шеф. – Щас придут, спросим.

Он следил за двумя жарящимися на костре оленями.

- Готовы уже, - сказал ему здоровый мощный шатен с длинными волосами и широкой челюстью.

- Нет, - бросил ему Ричард и прокрутил один из вертелов. – Я сам знаю, когда будут готовы.

- Волками мы бы их и сырыми съели, - улыбнулась женщина с тёмно-русыми волосами, собранными в хвостик, стоящая возле мощного шатена.

- Волками нам бы двух оленей не хватило, - парировал босс и глубоко втянул носом воздух. – И жареные мне больше нравятся.

- Я ж с ней игрался, - вышел на поляну Конор, потирая джинсы в районе правой ягодицы. – Зачем так сильно кусать?

- Я же говорил: укусила, - победно посмотрел на своих оппонентов лысый. – Что, сильно прихватила? – ухмыльнулся он.

- Чуть кусок не вырвала…

- В следующий раз вырву, - сказала стройная девушка с белыми волосами чуть ниже плеч, выйдя на поляну с другой стороны. – Ненавижу, когда меня так сбивают.

Она была в синем спортивном костюме и белых кроссовках.

- Ну, извини, в следующий раз просто укушу, - улыбнулся ей Конор.

- В следующий раз твою морду встретят мои лапы, - улыбнулась в ответ беловолосая.

Они подошли к шефу, обнялись и поздоровались с ним (он спросил про здоровье их близких), взяли по банке пива и стали обходить присутствующих, стукаясь кулаками, обнимаясь и целуясь с ними.

- Как ты, Майкл? – подошёл Конор к мощному шатену с длинными волосами и широкой челюстью и хлопнул его по спине.

- Не ахти.

- Что-то случилось?

- Сам знаешь, что.

- Что, вообще, точка?

- Жирная.

- Почему?

- Сказала, если буду надоедать, опротивлю.

- Неприступная у тебя сестричка, - улыбнулась женщина с тёмно-русыми волосами, собранными в хвостик.

Её звали Мелисса.

- Может она того? – слегка нахмурился Майкл. – Девушек любит?

- Да нет, - махнул рукой брат «неприступной сестрички». – У неё уже два парня в этом году было. И в прошлом трое или четверо. И это только те, о которых я узнал.

Мелисса улыбнулась, Майкл хмыкнул.

- Теперь Раймон хочет попробовать, - показала первая на высокого широкоплечего брюнета с причёской, делающей его ещё на семь сантиметров выше. – На следующей неделе пригласит её куда-нибудь.

- Не лучшее время, - покачал головой Конор. – Она кажется встретила кого-то.

- Кого встретила? – спросил мощный шатен.

Его самолюбие получило болючий укол.

- Не знаю. Не говорит. Светится только, как солнце июльское и улыбается больше обычного.

- Надо же! Джейн влюбилась! - воскликнула Мелисса.

Их коллеги продолжали прибывать на поляну. Кто-то объявлялся в образе волка, дурачился и убегал в лес обращаться и переодеваться, кто-то сразу приходил по-человечески.

Девушка, цапнувшая Конора за «булку» и кудрявая длинноволосая афроамериканка подошли к нашему трио.

- Слышали про высшего вампира? – спросила первая. Её звали Джейд. – Объявился в городе.