Скверная жизнь дракона

Девушка направилась к дальней стене, где была дверь. Рядом с ней, за небольшим столом сидела пара других эльфов, отличавшиеся от неё не только длиной ушей, но и богатыми одеждами и вычурной осанкой. И взглядом, которым они смотрели на меня и на работницу.

Поравнявшись с ними, она поклонилась и протянула одному из них мой бланк и что-то сказала. Бросив быстрый взгляд, высший эльф медленно встал, глядя прямо в глаза девушки, отчего она начала съёживаться, будто старалась стать меньше. Он что-то ей говорил, а она легонько вздрагивала.

Мне стало любопытно, и я направил поток маны в область ушей.

Активировано умение «Слух гончей»

Время действия: 3 минуты

Время до повторного использования: 48 часов

— … тупой Монкхай, — эльф говорил медленно, размеренно и сухо, без каких-либо эмоций в голосе, — я ещё раз задаю свой вопрос: из какой он семьи? Что написано в графе? Троптос?

— Нет, господин.

— Нет. Он всего лишь порождение причудливой воли богов, не больше. Но всё же, ты, подошла ко мне?

— Простите, господин. Нам говорили, что, если что-то необычное — доложить вам.

— И увидев ксата, ты подумала, что это что-то необычное? Он уже третий за этот месяц. Или необычно то, что его душу скверна извратила? Скажи, ты видишь его класс? Такие как он живут в порченых местах, где их душу скверна и насилует, как толпа нищих твою мать. А потом на нашей истерзанной земле рождаются такие создания, как ты. Иди и исполни его запрос.

— Да, господин, — девушка поклонилась и вышла за дверь.

Мы пересеклись с эльфом взглядом. Сделав вид, что ничего не слышал, я приподнял брови в немом вопросе. Махнув рукой, что волноваться не надо, он слегка кивнул мне и сел обратно за стол. Вскоре работница вернулась и пригласила меня в отдельную комнату, где меня уже ждали деньги. Забрав их и подтвердив, что всё в порядке, я вышел из банка.

На улице стало чуть светлей. И хоть небо всё также было затянуто тучами, но они уже не нависали свинцовой крышкой над городом, лишь серой ватой устилали небосвод. Неприятная морось прекратилась, и улица стала оживлённой. Можно было иногда заметить мелькавших среди толпы детей, которым родители позволили выйти на улицу поиграть. Были и другие, что боролись за свою жизнь, пытаясь украсть хоть немного еды или чей кошелёк.

Многие лавочники стали более активными, а рядом с кафе и харчевнями появились выносные таблички. Время уже обеденное, но идти к мастеровому пока рано, поэтому я зашёл в первую попавшуюся забегаловку, заказал горячего питья и погрузился в свои мысли. Но уже не хотелось думать о том, где провести эту зиму — и так понятно, что надо дождаться слов мастерового.

Сегодня, если всё пройдёт гладко, я закончу с первым этапом из всего запланированного. И в лучшем случае останется ещё два. С зельями всё пройдёт гладко — в любом отделении ксатов закажу и привезут их куда надо.

Главный вопрос: из чего сделать поглотитель? Можно воспользоваться церковной методикой, но после этого почти не останется магического следа. Воспользоваться услугами тёмных эльфов? Тоже не лучшая идея — скверну-то они откачают, но магический след будет перекручен до неузнаваемости.

Ещё остаётся сделать самому устройство из запчастей от магических зверей. Но кого именно? Конечно, самый лучший вариант — использовать шкуру тигров из нефритового семейства. Ничего другого не понадобиться больше, только она и зеркальное зелье. Но я их искать замучаюсь. Да и не факт, что вообще встречу этих меховых специалистов по пряткам.

Шкуру бородавочника предгорного проварить в жиру годовалого аиста? Нет — столько условностей надо учесть, что оторопь берёт. Какие ещё есть варианты? Опять за лунным зайцем гоняться по лесам и степям? Мысль достойная чтобы её думать, но только шанс успешно отзеркалить её свойства около десяти процентов. Масло из корневища пустынного тысячелистника? Тоже идея не лучшая: мне понадобится его литра два, или даже три. При том что всех моих финансов хватит лишь на пол литра максимум. Да и собираться они будут лет десять. А что…

Городские часы пробили два раза, вернув меня в реальность. Расплатившись, я быстрым шагом направился к Раймарту, ловя себя на том, что мне не терпится узнать точные сроки. Люди, дома, улочки мелькали калейдоскопом, пока перед глазами не показалась та же деревянная дверь мастерской, с той же железной окантовкой и с тем же глухим скрипом при открытии. Тот же сладковатый аромат в воздухе и такая же пустая входная.

— Ликус, приветствую тебя, — тот же мастер, появившийся в том же самом проёме. — Сегодня ты выглядишь лучше. Смог нормально отдохнуть?

— Приветствую, Раймарт. Тихая ночь, тепло и сытный ужин — это всё что мне было нужно. Четыре дня пути на холоде из любого разумного сделают кровожадного убийцу.

— Не любого, а конкретно из вашего племени. Вы же холод не переносите. Был в банке?

— Да, сделал всё, как договорились. Сколько в итоге получается? И что там по срокам?

— Двадцать девять монет ровно. А по срокам… К концу весны закончу, не раньше. Сейчас как раз жду столяра, у которого обычно заказываю обработку деревянных частей. С тиковым деревом проблемы, а он как раз должен быть в курсе.

— М-да, — вырвалось у меня.

Ну, хоть понятно, что можно из города уехать. А что дальше? На юг поехать да в деревне какой осесть? Я поднял взгляд и посмотрел на мастера: он выглядел немного взволнованно. Наверно, представил себе, что сейчас весь план придётся изменить.

— Ну а что делать? Переделывать заказ? На что тогда? Тик мы выбрали как раз потому, что он стабилен. Что ближе к нему? Серебролист? Его ждать ещё дольше: пока найдут распустившееся дерево может пройти месяц, а может и сто лет.

— Спорить не буду. Но всё равно — приношу тебе свои извинения!

— Не извиняйся. Ну не пойду же я к другому мастеру из-за этого, ведь не к кому! На этом континенте ты, да ещё с десяток, кто умеет работать с этими схемами. Но Густах посоветовал тебя, а его словам я доверяю. Можно самому сделать, но эта идея из разряда дурости. Даже будь у меня штук двадцать таких шкур, всё равно не подумал бы — не мой профиль, я по скверне специализируюсь.

— Спасибо за доверие. Завершим формирование контракта или столяра сначала дождёшься?

— Давай закончим уже: не люблю таскать с собой огромные суммы денег.

Раймарт достал с полки статуэтку. Получив и пересчитав деньги, он стал вновь обговаривать контракт, углубляясь во все детали, из-за чего мне пришлось ждать его минут пять. Зато потом достаточно было лишь уколоть палец, приложить его к статуе и подтвердить, что я согласен на заключение контракта.

Внимание, был заключён контракт, зафиксированный Системой

Цель: Создание модифицированного устройства экстрактора скверны

Исполнитель: Нортр Раймарт, Алхимический мастеровой города Инлийск

Оплата: Уплачена полностью

Срок исполнения: Оговаривается отдельно, но не больше года с момента заключение контракта

В случае неисполнения контракта: Пожизненное прекращение действия лицензии мастерового

Вот теперь всё хорошо. Можно начать думать о том, куда можно будет отправится.

— Ликус, благодарю тебя за эту работу. Ещё раз скажу — мне интересно воплотить твою задумку в жизнь.

— Я сам благодарен тебе, что ты взялся за него, — мы обменялись крепким рукопожатием.

— Столяр должен прийти с минуты на минуту. Вина не хочешь, пока ждёшь?

— Не откажусь, но только разбавленного. И тёплого, если можно.

— Конечно. Сказать по правде, я приготовился заранее — редко, когда мне получается изготовить нечто стоящее. Сейчас прикажу при… — скрежет открывшейся входной двери прервал мастера. Извинившись, он вышел во входную. — Горвил, приветствую тебя. Как раз с заказчиком разговаривали о проблеме с деревом. Известно, из-за чего задержка?

— Привет, Раймарт. Известно, чего ж гадать. Вчера твой раб спрашивать пришёл, я догадывался, а вот сейчас знаю точно — то морозные слизни. Заполнили они рощу собой так, что живности теперь плохо живётся, а тут поди отрядом деревья искать. Дело-то плохо, не раньше первых месяцев весны будет.

— А если заказ авантюристам предложить? На сопровождение.

— Да кто ж возьмётся-то? Особенно после того случая, что три года назад-то был. Слухи есть, что тот несчастный до сих пор никак сумму не накопит на лечение.

— О каком случае идёт речь? — моё любопытство перекрыло чувство такта, и я вышел во входную.

Напротив мастерового стоял мужчина лет сорока, немного упитанный, с косматой бородой и большими кистями рук. Поношенный, но качественный сюртук, одетый с целью произвести впечатление на одного из своих постоянных заказчиков, выглядел изысканным костюмом из гардероба королей рядом с лохмотьями, в которые был одет разумный, стоявший рядом.

Исхудавшее лицо, растрёпанные и засаленные волосы цвета соломы, опущенный взгляд в пол, кожаный ошейник, закрывавший почти всю шею и торчащие из-под одежды углы тела. Всё говорило о том, что это раб не самого хорошего хозяина. А болезненный вид сигнализировал, что жить ему осталось от силы несколько лет.

— Да что там говорить? — опешив от моего внезапного появления, столяр почти сразу смог вернуть себе самообладание. — Группа сопровождала вальщика одного, так во время привала один из наёмников сел на снег, а под ним слизень был. Вот то он и отморозил ему задницу так, что вырезать пришлось. Да так вырезали, что вообще ничего не осталось! То говорят в народе, что длинноухие такую цену заломили за отращивание новой, то тот до сих пор так и ходит.

Я на секунду представил эту картину и с трудом смог удержать смех: идёт группа авантюристов по лесу и один особо умный решается сесть не на поваленное дерево, не на пень, а вот прямо на снег, тем местом, которым он думает. А там внизу лежит слизень и он такой: «а-а-а-а-а-а, авантюристская жёпа!». И всё, больше думать ему нечем.

— Бедняга, — мастеровой с нескрываемой жалостью тихонько протянул. — Остаётся ждать весны?

— Снег как сойдёт и прогреет землю солнце, то слизни сами и помрут. Иль зароются вглубь до следующего раза. Они ж только на холоде опасны, под снегом прячутся, ползают, листву пожирают. Ты уж извини, но быстрее не получится достать.

— А что уже сделаешь? К тому же мы с Ликусом уже всё решили. Скажи лучше: ты когда в банк ходил? Я вот был там недели две назад и всё было нормально у них.

— А что такое?

— Я сегодня был там и мне сказали, что монеты города Мантар не принимают.

— Впервые слышу! Я-то, с неделю назад ходит и то ж ничего не слышал об этом.

— Значит, что-то случилось недавно. Надо будет завтра посмотреть в гильдиях: вдруг мор в окрестностях, а я рядом буду проезжать.

— Ну, тут только на волю богов стоит надеется, — столяр поднял глаза наверх в мыленной молитве. После короткой паузы он продолжил:

— Это, Раймарт. Я-то к тебе с делом ещё пришёл. Вот, — он показал рукой на раба, — ты до этого её проверял на магию, помнишь? Ну, ещё пальцы на ногах ей резал.

— Вспомнил, — всматриваясь в лицо рабы, он воскликнул. — И я не на магию её проверял, а пытался выяснить вид животного, лёгший в основу её осквернения. И не резал, а отрубал по фаланге, чтобы зафиксировать изменения. Если память не изменяет, то всего четыре отрубил, — повернувшись ко мне, мастеровой жестом показал на рабу, которую я принял за парня:

— Ликус, представь себе, что кости этого существа способны ману накапливать! В малой степени и с огромным смешением с порчей, но способны! А вид животного непонятен.

— Я столько денег-то потратил, чтобы узнать этот вид. А всё из-за церковного эдикта. Десять лет назад, когда купил её, сказали, что надо узнать и сообщить. И кормил её по-разному, как Раймарт говорил. А толку-то? Вон, уж совсем загибается. Я-то неделю назад новую купил. Ой, и как на сестрёнку-то мою похожа! А глазки-то добрые-добрые, а личико-то милое-милое. Бедная моя сестра… Чёртов дракон! Я надеюсь, ты страдаешь сейчас!

— Будет тебе, Горвил. Сестру твою не вернуть никак. А мы здесь.

— Да, мы здесь, — здоровяк шмыгнул носом и частенько заморгал. — Так я о чём — она же магию впитывает, нужна тебе тогда. Дёшево отдам, за четыре золотых. Магией кости напитаются у неё, вытащишь их, да и сделаешь что.

— И это что-то будет скверну источать? Не, не нужна она мне, тем более за столько. В ней же нет ничего ценного.

— А шкура? Ну та, на спине?

— Просто шкура. Волчья стоит дешевле, а по качеству лучше будет.

— Ну то для работы купи! У тебя ж много всяких работ, а лишние руки в плюс будут.

— Какая работа? Да она выглядит так, что стул не поднимет.

— В постель её возьми. Она вон же, как парень выглядит, плоская вся! Как раз в твоём вкусе.

Когда он произнёс эти слова, мне показалось, что мою пятую точку обняла костлявыми руками сама смерть. Нет, я, конечно, не против чужих увлечений гомогейством, но прям опасностью повеяло от того предложения испить винца.

— Она “как” парень, но не парень. К тому же у меня уже все семь ячеек заняты — я не смогу больше взять. Прости Горвил, но не куплю, — было заметно, как столяр осунулся. — Не пробовал зайти к торговцам?

— Да заходил я уже и к торговцам, и к аукционеру. Все как один говорят, что услуги труповозки дороже стоят, чем она. Боятся, что купят и она сразу умрёт.

— В итоге какой у неё вид? — эти двое так жарко спорили, что напрочь забыли про моё существование. По крайней мере, с десяток секунд в помещении стояла тишина, сквозь которую я слышал о чём говорят люди на улице.

— Записали как один из видов волков и на этом всё, — мастеровой заговорил первым. — Я, когда она впервые зашла, подумал, что в основе лежит нефритовый тигр. Шкура на её спине и боках так же имеет пять слоёв подшёрстка, но сколько её не кормили козьим молоком, так изменений и не последовало.

— Да я её не только молоком кормил — и сыром, и творогом, и кефиром, и чем ещё не кормил, то всё без толку, только денег зря потратил. Когда малой была, то выглядела лучше, чем сейчас. С каждым годом слабеет. Может, действительно, вывести за город да прирезать, чтоб на труповозку не тратиться?

Мысли вертелись роем пчёл в моей голове: пять слоёв, с каждым годом слабеет, ману в костях накапливает, молоко… Они неправильно её кормили! В основе у неё точно кто-то из нефритового семейства, я уверен. Они не знают как тигрицы выхаживают молодняк! Это объясняет, почему она выглядит как скелет: хоть её тело и растёт с каждым годом, но основа всё ещё как котёнок. Вдруг это окажется правдой, то сколько лет сэкономлю, если куплю и выхожу её? Два года? Три? Пять? Может, даже десять?!

Так, надо что-то придумать. Чёрт! Как не выдать, что она мне очень даже интересна? Думай, думай! Что её отличает от других порождений: мана в костях и шкура? Всё. Нет — ещё хилое состояние тела к…

— Сколько ей лет?

— Двадцать один как с месяц назад исполнилось.

— А купил ты её, когда ей было одиннадцать?

— Десять с половиной. Как десять лет ей стукнуло, торговец получил разрешение на продажу, то и выставил сразу, но не покупал её никто. Так полгода и просидела у него, пока он совсем цену не скинул до пол золотого. А мне пара рабочих рук мелких ой как нужна была.

— Девичья кровь у неё уже была?

— Да какая кровь, о чём ты? Она скверная! Кто ж её трогать-то будет? Не было у неё никого, как хозяин говорю.

— Ты серьёзно? Хорошо, давай попробуем по-другому: вот каждая девушка раз в месяц кровью течёт, она тоже?

— А то! Как купил, так года через два и начала одежду марать! — столяр от возбуждения стал чуть ли не кричать.

— Ликус, у тебя есть какая-то идея? — мастер с интересом смотрел на меня.

— Почти. Последний вопрос: она стала слабеть после начала взросления, или до того?

— После. То я помню, что примерно тогда она к Раймарту впервые и пришла.

— Я тебе вчера шкуру передал, — я с лёгкой улыбкой стал смотреть на мастерового, надеясь, что мой блеф удастся.

— Лунный заяц?

— Их же нужно добывать только до третьего года жизни, так? Там же у них потом первый брачный сезон и всё, шкура перестаёт отторгать ману. И кости их тоже после этого начинают ману всю жизнь накапливать. Самый минимум, но накапливают. У неё же всё точь-в-точь! Ты ведь её изучать начал уже после того, как месячные у неё начались?

— И ведь у зайцев тоже пять слоёв! Что же я так не заметил, стал на тигра думать? — Раймарт стоял и проклинал прошлого себя из-за невнимательности. Но, скорее всего, из-за алчности.

— Так это, может её то травой кормить?

— Какой? Да и зачем? Шкуру её уже не исправить, момент упущен. В детстве надо было содрать, тогда самое оно, а сейчас бесполезно. И кости её, раз вместе с маной накапливают скверну, нельзя использовать, даже как катализатор. Прирежь её и не мучайся — проще будет всем.

И в этот момент комнату накрыла атмосфера полнейшего разочарования на всё и вся в этом мире. Один разумный стоял, сокрушаясь о своей алчности, другой о том, что денег не выручит, и на зиму нужно хоть пару заказов достать. Третья как родилась троптосом, так и разочаровалась в жизни сразу. Лишь я стою, с разорванной на лоскуты скверной душой, и стараюсь не лыбиться.

— Один золотой.