Вечный лед

Глядя на лисье лицо, Джодах на мгновение задумался. Оно ему не нравилось, он ему не верил, и в манерах некроманта было что-то, беспокоившее его больше, чем умертвия у дверей.

Наконец он произнес: – Да. Меня учил Воска, а потом … были, как мне кажется, и другие.

– Хорошо, – сказал Лим-Дул, откидываясь назад и снова переплетая пальцы. – Я боялся, что слишком многое было утрачено.

В голосе Джодаха послышалась злость. – Вы говорите загадками и полунамеками. Каким образом я здесь оказался? Почему я жив? И жив ли я вообще?

Лим-Дул поднял палец с кольцом. – Начнем с основ. Создайте мне стул.

– Прошу прощения? – не понял Джодах.

– Произнесите заклинание, которое создаст стул, – неспешно сказал Лим-Дул тоном, которым разраженный взрослый разговаривает с ребенком. – Как те, на которых мы сидим за этим столом.

Джодах нахмурился и сделал движение вбок. В своем мозгу он нашел тихое местечко, свободное от жужжащих насекомых, в котором он хранил подобные знания. Оно казалось мирным и спокойным, безопасным от окружавшего его в данный момент безумия. Джодах вызвал энергию ферм и низин, и по его зову она появилась, хотя и инертная, почти замерзшая от времени и климата. Он медленно придал энергии форму обычного стула – четыре деревянные ножки с перекладинами и простая спинка сзади. Не совсем то, на чем он сидел, но достаточно похоже.

Джодах глубоко вздохнул и перенес образ вместе с сопутствующей ему маной из своего разума в реальность. Воздух перед ним слегка искривился, и появился стул, каким он его представлял.

Джодах выдохнул. Раздражающее помрачение куда-то исчезло. С произнесением заклинания в него что-то вернулось. Он чувствовал себя спокойным. Хотя он и не помнил, чтобы раньше произносил заклинания для создания стульев, но знал, что делал это.

– Очень хорошо, – сказал некромант. – Теперь моя очередь.

Лим-Дул сделал жест рукой, и сбоку от магической конструкции Джодаха вспучился пол. Из пола вырвались почерневшие кости, которые, пока Джодах смотрел, соединились в каркас стула, кости ног стали ножками, плоские тазовые кости стали сиденьем, а ребра – спинкой. Едва все это вылетело, как пол снова стал нормальным.

– Мы создали два стула, – сказал Лим-Дул. – Один из костей, один – из дерева, очень разные по своему внешнему виду, но оба были созданы из ничего с помощью магических сил. Вот та сила, которая возвышает вас и меня над дикарями. Сила магии.

Джодах ничего не сказал, и Лим-Дул продолжил: – Когда вы произносили заклинание, то представили себе то, что вы будете создавать, прекрасный «стул», который вы попытались сымитировать. Я слышал и верю в то, что где-то существует первичный «стул», исходя из которого и возникают наши мысли – тот, который обладает основами всего «стуловидного». Это вам не кажется знакомым?

Джодах медленно кивнул, и некромант улыбнулся. – Должно быть. Вы сами записали некоторые из этих идей, когда тысячу лет назад управляли Городом Теней. Мы создавали не настоящие стулья, а магические конструкции, копии стульев, являющихся на наш взгляд идеальными, копии наших идеалов, высеченных из магической энергии. Итак, если это применимо для стульев, то применимо и к, скажем, животным. Если вы вызовите собаку, и я вызову собаку, то мы получим разных собак, при этом они обе будут обладать природой «собаковости», а первичная собака будет воплощать в себе важные общие части обеих собак.

Джодах поразмышлял над этим. Это казалось знакомым. Было ли это частью его жизни, которую он не мог вспомнить? Но как это относилось к его нынешнему положению?

Лим-Дул выставил усыпанную кольцами руку. – А как насчет людей? – тихо спросил он.

– Простите? – сказал Джодах.

– Людей, – повторил Лим-Дул. – Если бы я вызывал, скажем, воина, чтобы я получил?

Джодах медленно заговорил, оживляясь только по мере осознания ситуации. – Вы получите … свою копию воина. Или ученого мужа. Вы говорите именно об этом? Значит я – не более чем магическое заклинание?

Против желания он снова оказался на ногах, его реакция напоминала реакцию ребенка, оказавшегося в теле старика. Лим-Дул тоже поднялся, опираясь пальцами о столешницу.

– Вы почти правы, – сказал Лим-Дул. – Да, вы живое изображение того, кем вы были много лет назад, вызванное моей магией, чтобы мне служить.

– Я не раб! – огрызнулся Джодах, и в глубине его мозга почти автоматически мана начала собираться, чтобы превратиться в еще не определившееся заклинание.

Лим-Дул оказался быстрее. Едва Джодах о чем-то подумал, как сквозь его мозг пролетела тяжелая, горячая стрела. У Джодаха возникло мысленное изображение того, как она разрушила то безопасное место, где он собирал свою ману.

Джодах испустил короткий крик и опустился на холодную плитку. Темнота росла и почти полностью его поглотила, но он удержался на краю реальности, словно тонущий человек, который изо всех сил держится за спасательный трос.

Когда он смог сфокусировать взгляд, то обнаружил, что Лим-Дул по-прежнему стоит на своем месте у стола. Оба созданных стула исчезли, остались лишь два исходных. Настоящих стула, подумал Джодах.

– Я не говорил, что вы – раб, – спокойно произнес Лим-Дул, как будто ничего не произошло. – Лишь то, что вы здесь для того, чтобы служить мне. Но перед тем как вы совершите еще какой-нибудь опрометчивый поступок, обдумайте его вместе со мной. Если я вызову воина, то какие особенности я получу?

Джодах помолчал, затем подумал о черной стреле, пронзившей его мозг. – Храбрость. Честь. Может быть, тактика. Способность вертеть мечом?

– А если я вызову воина и отправлю его работать в библиотеке? – в голосе Лим-Дула слышался намек на веселье.

– Он не будет идеальной кандидатурой, – сказал Джодах.

– Правильно. Характерные черты воина не совпадают с характерными чертами ученого, – сказал Лим-Дул, гордый, как учитель, который заставил что-то понять своего тупоголового ученика.

Джодах покачал головой. – Значит, эти люди в библиотеке, они …

Лим-Дул раскинул руки. – Столь же ненастоящие, как вызванные стулья. И, боюсь, такие же, как и вы.

Джодах тихо сказал: – Вот почему тот старик не знал, как его зовут.

– Это несущественно, раз он знает, как должен работать ученый, – сказал Лим-Дул. – Когда я вызвал его, я получил «тень», копию идеального ученого. Получилось, что он достаточно помнит о Городе Теней, чтобы узнать вас.

– Вот почему я не могу его вспомнить, – сказал Джодах. Он чувствовал, как в сердце, в месте, где он вызывал ману к жизни, где мог добраться до воспоминаний, что-то умерло.

– Частично, – сказал Лим-Дул, поднимая брови и начиная выглядеть почти симпатичным. – Лучше многих. Лучше только что вызванного ученого. А, вот и Чаеска вернулся.

Джодах повернулся на стуле. Он не слышал, как открывалась дверь или гремели шаги огромного человека. Хранитель Трессерхорна, слуга Лим-Дула, вел перед собой одного из ученых – человека-снеговика, который обращался к Джодаху раньше. Толстяк нервно потирал руки.

– Лорд Лим-Дул, – сказал толстый ученый. – Лорд Джодах. Я не имел в виду какого-либо неуважения, раньше…

Лим-Дул поднял руку. – Никто не обиделся. Тебя вызвали лишь для того, чтобы продемонстрировать моему коллеге некоторые вещи. Скажи мне, кем был Тавнос?

Толстый ученый, успокоившись, выпрямился. – А, – пробормотал он. – Он был учеником Урзы, как записано в легендарном произведении Кайлы бин-Кроог «Войны древних времен». В этой книге его рассматривают как …

Лим-Дул прервал его. – А генерал Джаркельд?

– Гм, – произнес ученый. – Судя по моим недавним исследованиям, это был известный генерал кьелдорцев, за свои тактические способности прозванный Арктическим Лисом. Предполагается, что он был убит, когда его войско пропало во время сражения в Адаркарских Пустошах …

– А Джодах из Гивы? – снова прервал его Лим-Дул.

– Вечный Архимаг Города Теней, – ответил ученый, слегка поворачиваясь и улыбаясь Джодаху. – Учился магии под руководством Воски, Симы, Барла, Ита и Майрсила Обманщика. После падения конкла…

– А тебя как зовут? – резко спросил Лим-Дул.

Ученый на мгновение запнулся, затем ответил: – Я не знаю.

– Конечно не знаешь, – сказал Лим-Дул, махнув рукой. – Это не важно, поэтому ты и не знаешь. Спасибо. Ты свободен.

Джодах подумал, что Лим-Дул отпускает человека, что некромант и сделал, но не так, как предполагал Джодах.

Седой человек открыл рот, чтобы что-то сказать, но не вылетело ни звука. Он вздрогнул и поднял руку. Начиная с кончиков пальцев человек начал распускаться, словно свитер рыбака, зацепившийся за случайный гвоздь. Прямо перед перепуганным взором седого ученого его плоть стала разматываться, оставляя после себя пустоту.

Начали исчезать обе руки, узкие полоски плоти отрывались и пропадали в воздухе. Когда начали исчезать части его одежды, то за ними последовали и ребра. Ученый попытался закричать, но пропала уже большая часть его лица, оставив клочки тени на тех местах, где были глаза и рот.

Джодах начал подниматься со своего места, но ему на плечо опустилась тяжелая рука (хранителя) и вдавила его в сиденье. Крик Джодаха застрял у него в горле, когда он увидел, что ученый просто рассыпался в ничто, не оставив после себя даже облачка пара.

Джодах с выражением ярости на лице повернулся к Лим-Дулу. – Вы его убили! – проревел он.

Лим-Дул поднял бровь, пальцы его левой руки танцевали по кольцам на правой. – Я этого не делал. Он не был живым. И вы – тоже. Вам следует понять это, если вы собираетесь мне служить.

– Почему вы так убеждены в том, что я буду служить вам? – огрызнулся Джодах. – После того, как я увидел все это!

– Потому что у вас нет выбора, – сказал Лим-Дул, его щеки впервые покраснели от эмоций. – Нет, скорее даже потому, что у вас есть выбор – служить мне или быть возвращенным в забвение, откуда вы появились. Вот какой у вас выбор!

Джодах глубоко вздохнул. – Тогда я выбираю забвение.

Лим-Дул долго и пристально смотрел на Джодаха. – Конечно, – в конце концов произнес он. – Прощу прощения. Я ошибался. Может быть, когда я вас вызову в следующий раз, мне повезет больше, и я смогу убедить вас помочь без дурацких угроз. – Некромант поднял руку в направлении Джодаха и нахмурил брови.

Джодах глубоко вздохнул, его глаза были прикованы к руке Лим-Дула. Он уже ощущал покалывание на коже и мог представить себе, как его части стираются в ничто. Он дотянулся до воображаемого места, где прятал свою магию, но не нашел ничего, чем мог бы себя защитить.

Джодах поднял руку. – Нет! – против воли выкрикнул он. – Я не хочу… Я подразумеваю, пожалуйста.

Лим-Дул опустил руку, на его лице появился волчий оскал. – Вы не хотите … чего?

– Я не хочу … – Джодах с трудом подбирал слова. – Я не хочу умирать.

– Вы давным-давно умерли, – спокойно произнес Лим-Дул.

– Тогда я не хочу прекращать существовать, – сказал Джодах. – Просто скажите мне, что вам нужно.

Лим-Дул кивнул. – Половина существования лучше его отсутствия. Поверьте, я это знаю. – При этих словах по его лицу словно бы пробежала тень. – И я не хочу вас развоплощать. Я слишком сильно уважаю вас, вашу историю, ваше наследие. Но, если потребуется, я вас рассею. Понятно?

Джодах взглянул на столешницу. – Понятно. – У него во рту ощущался вкус старой меди.

– Хорошо, – сказал Лим-Дул. – Потому что вы нужны мне, чтобы управлять этой толпой мудрецов и ученых. А вы сможете это сделать, поскольку в этом вы специалист.

Против воли Джодах поднял глаза, и Лим-Дул неприятно усмехнулся.

– Да, это так. Помните, когда я сказал, что вызов воина или ученого просто вызывает идеальную копию этого воина или ученого, оставляя остальное на волю случая, и вселенная заполняет все, что не является необходимым?

Джодах кивнул, но Лим-Дул ждал словесного ответа. Наконец Джодах вымолвил: – Да. Я помню.

– Смотрите. – Лим-Дул махнул рукой, и воздух начал уплотняться на том месте, где исчез седой ученый. Он собрался воедино и превратился в человеческий облик.

Сначала Джодах подумал, что Лим-Дул возвращает к существованию седого ученого, но вместо этого в тумане образовалась тонкая женская фигура. У нее была смуглая кожа, кошачьи глаза и настолько темные волосы, что они казались синими. Она носила золотое ожерелье.

Женщина поклонилась Лим-Дулу. – Вы звали меня? – спросила она мелодичным голосом. Джодаха она проигнорировала.

– Отправляйся с хранителем в подвал и приступай к работе. Начни с того места, где закончил твой предшественник.

– Конечно, – сказала она.

– Подожди, – сказал Джодах, и женщина слегка повернулась в его сторону. Она смотрела на него совершенно без интереса. Джодах взглянул на нее и задал вопрос: – Как тебя зовут?

Она, не моргнув, ответила: – Эта информация относится к делу?

Джодах поразмышлял секунду и сказал: – В общем-то, полагаю, что нет.

– Ты можешь идти, – сказал Лим-Дул.

Она поклонилась и последовала за хранителем из комнаты.

Лим-Дул повернулся к Джодаху. – Насколько это имеет отношение к магии, между ученым, который появился, и ученым, который исчез, разницы нет. Оба – обман, снаряженный достаточной частью своих первоначальных характеров, чтобы выполнять свои задания. Но вы, Джодах, – особый случай.

Лим-Дул раскинул перед ним руки. – Некоторые личности настолько могущественны во время жизни, что остаются такими же и после смерти. Не в виде призраков, обратите внимание, а в виде историй. Легенд прошлого. И если достаточное количество этих историй оказывается верным и убедительным, то заклинатель может вызвать наиболее точную копию этой личности. В то время как ученые являются лишь тенью своей «учености», эти личности оказываются тенями своих первоначальных образов. Такие личности, как вы.

Джодах бросил взгляд на некроманта, и тот сурово кивнул.

– Вот почему вы помните свое имя, – продолжал Лим-Дул. – Подлинный Джодах был могущественным магом, прославленным ученым, легендой среди своих собратьев магов. Он сыграл важную роль в систематизации пяти цветов, как и в заклинаниях вызова, которые и привели вас сюда. Все же, вы лишь копия, и поэтому помните не все. Я лишь надеюсь, что того, что вы помните, окажется достаточно.

Джодах поднял обе руки к вискам. Этого было для него слишком много. – Чего вы хотите? – наконец спросил он, его голос поднялся почти до крика.

– Я хочу, чтобы вы поняли, – сказал Лим-Дул умоляющим тоном. – Я хочу, чтобы вы осознали, что вы – особенный, и я не переживу, если мне придется рассеять вас и начать заново. Но я поступлю так, если вы не оправдаете моих ожиданий. А если вы убежите и переживете холод, – он махнул в сторону окон за витражными ставнями, – тогда то, что я просто забуду поддерживать в вас жизнь, станет лишь вопросом времени. Тогда вы просто исчезнете, как ваш стул в тот момент, когда вы утратили концентрацию. Вы поняли?

Джодах нахмурил лоб. – Понимаю. Я живу благодаря вашим причудам. Я сделанный из магии призрак, копия из прошлого. Теперь, пока я полностью не утратил свой разум, чего же вы хотите?

Лим-Дул откинулся на стуле и улыбнулся. – Я хочу узнать о существующих мирах. Как они взаимодействуют между собой. Меня, в частности, интересует бродячий мир, блуждающий среди остальных. А если после всего этого у вас останется время, – улыбка на его лице стала глубже, – я хочу, чтобы вы сказали мне, как убить мироходца.

Глава 3

Видимость жизни

Братья Урза и Мишра отбрасывали длинные тени. Мы во многом до сих пор живем в их тени.

Их война переделала мир и втянула Терисиар в целую эпоху, которая достигла своего апогея во время Ледникового Периода. Когда в своей последней битве они разрушили Аргот, то окутали мир облаками. Они вызвали лед. Они сбросили мир с орбиты. Они откололи нашу вселенную от бóльшей вселенной.

Их судьбы и наказания за это деяние сильно отличаются в зависимости от того, кто рассказывает легенду. Один брат или оба погибли от взрыва, положившего конец войне. Один или оба были захвачены фирексийцами, машинами-демонами из другого измерения, и пленены в центре их сложного ада, являвшегося их домом. Один или оба вышли за пределы и стали мироходцами, богоподобными фигурами, которые по своей прихоти могут перемещаться между мирами, и столь же возвышаются над смертными, насколько те возвышаются над животными.

Тем не менее, Урза и Мишра, если и были мироходцами, были не единственными подобными силами, ступавшими по замерзающей земле Терисиара. За тысячелетие, приведшее к Ледниковому Периоду, возникло множество подобных сил. Жестокий Твеш Сат и безжалостная Фрейалис, Безумный Лешрак и непостижимая Марит Лейдж. Они были мироходцами и правили, словно капризные боги, до окончания Ледникового Периода и излечения Осколка. Эпоха Льда было их временем, и лишь храбрейшие из безрассудных переходили им дорогу.

Эти великие мироходцы в Ледниковый Период отбрасывали более глубокие тени, чем Братья. Все дело было в том, что Братья ушли, а эти мироходцы процветали, плели интриги и сражались на Терисиаре.

Аркол, ученый из Аргива

В итоге, подумал Джодах, а какой у него, собственно, был выбор? Позже он скажет себе, что согласился не просто для того, чтобы спастись, но и чтобы найти выход из этого положения. Что согласился, дабы не дать Лим-Дулу возможность снова и снова вызывать его. И, больше всего, сказал он себе, он согласился, чтобы освободиться от покровительственного отношения некроманта. Лим-Дул казался чрезвычайно заинтересованным в том, чтобы Джодах понял каждый шаг, предполагая, что Джодах ничего не знал и остро нуждался в лекции.

Джодах ненавидел лекции даже в те времена, когда был жив. В этом он был совершенно уверен. Чем быстрее он согласится, тем быстрее ему разрешат браться за нужные дела.

Джодах быстро обнаружил, почему из магического забытья вызвали именно его. Суматошная активность, которой он был свидетелем в архиве Лим-Дула, граничила с откровенным хаосом. Ученые занимались сходными направлениями исследований и часто вцеплялись в ненужные им тома лишь затем, чтобы не давать их другим. Ученые мужи пререкались по поводу нужных текстов и никогда не ставили их обратно на полки. Кулачные поединки, наряду с откровенным воровством, были нередки. Доклады, когда их писали, были раздражающе неполными, плохо написанными и часто полностью выдуманными.

Лим-Дулу нужен был кто-нибудь, кто мог навести порядок в этом столпотворении в хранилищах, кто-то, кто мог иметь дело со ссорящимися учеными и писцами, организовать их разрозненные записи и направлять их активность. Некромант вернул Джодаха из забытья очевидно надеясь на то, что призрак архимага сможет управлять сумасшедшим домом из иллюзорных ученых.

К удивлению Джодаха он охотно и хорошо руководил им. Каковы бы в действительности не были скрытые воспоминания о его взрослой жизни, он обладал талантом координировать, организовывать, делегировать полномочия и руководить. По фрагментам воспоминаний он понимал, что склонялся к чему-то подобному – он мог лишь предполагать, что этот талант он приобрел, когда был Вечным Архимагом Города Теней.

Да, чтобы заставить вызванных, созданных магом ученых действовать как коллектив, а не куча интеллектуальных индивидуумов, нужен был талант. Этого ученого нужно направить заниматься отдельной группой книг. Ту переписчицу воодушевят, чтобы она поделилась своей работой. Третьего посадить объяснять теорию магии четвертому, который старше их всех, но не делится своими знаниями из страха перед церковной инквизицией.

Единственное, что удивило Джодаха – почему он так легко занялся этим. В любом случае, его врожденные способности служили поддержкой для его собственного существования или его отсутствия.

Утром Джодах собирал ученых вместе и давал задания. Большинство немногим отличалась от вызванных источников информации и существовала лишь для того, чтобы передавать свои знания и собирать новые. Многие сохранили сущность ученого, сведенную до минимума, при этом у каждого была своя причуда, свой фрагмент личности, который все усложнял и являлся той проблемой, которую Джодаху было необходимо решить.

Это сродни выпасу белок, решил Джодах.

К его проблемам добавлялось то, что среди собравшихся книжников всегда будут появляться новые лица, в толпе будут возникать новые люди, все созданные Лим-Дулом. Иногда они будут спокойными, время от времени практически не будут отличаться от живых автоматов, существующих лишь ради собственных исследований и ни для чего более. Чаще всего новоприбывшие окажутся в замешательстве и будут вносить беспорядок большую часть своего первого дня.