Баламут - 4

— Проанализировав информацию о нашем роде, полученную из земной Сети и увязав ее с проблемами с активациями новых Червоточин на месте самой первой, твари решили схитрить: нашли еще один мир — с перекосом в Природу и с магофоном почти в четыре раза плотнее земного — создали там базу, перегнали на нее войсковое соединение с экспериментальной техникой, как следует подготовились к атаке и, на свою беду, все-таки смогли продавить артефактную защиту, установленную Борисычем вокруг родовых земель. Несмотря на то, что это нападение было спланировано чрезвычайно толково, корхи снова получили по рогам. Слава богу, в момент появления Червоточины большая часть наших родичей пребывала не на Земле, так что под давление чудовищного магофона попали, в основном, слуги, но мы отбились: Ратибор эвакуировал всех домочадцев в мир средневековья, а потом совершил подвиг — в одиночку добрался до «перехода», перешел на Ту Сторону, увидел, что его поддерживает мобильный комплекс активации, состоящий из двух с лишним десятков машин с каким-то оборудованием, и уничтожил командно-штабные. Да, слишком долгое пребывание под магофоном мира Природы очень сильно перегрузило его энергетическую систему, и ее восстановление займет порядка недели, зато «свитки», позаимствованные им с трупов «умников», позволили выяснить координаты той планеты, а трофейная техника подарила понимание принципа защиты от такого давления.

— Короче говоря, добраться до Червоточин, которые открою я, не смогут даже Гранды самых высоких ступеней! — ухмыльнулся дед. — Поэтому к этим межмировым переходам под канонаду «громовых стрел» «Перуна» будут прилетать штурмовые боты особо секретного спецподразделения Российской Империи, героически прорываться на «Ту Сторону» и, конечно же, побеждать!

Государь ушел в себя, несколько минут обдумывал описанное будущее, а затем уставился на мать:

— Получив трон в мирное время и по наследству, то есть, абсолютно законно, я полгода перехватывал бразды правления налаженной системой, а тут целая планета в состоянии жуткого бардака! Вы представляете, насколько сложным, долгим и кровавым будет процесс объединения двух с лишним сотен государств, если я соглашусь на эту авантюру?

Она пожала плечами и предложила ему представить альтернативу.

Император снова ушел в себя. На этот раз ненадолго. А когда «вернулся» к нам, озвучил практически те же самые выводы, к которым мы пришли во время обсуждения идеи деда:

— Ну да, альтернатива значительно хуже: стоит объявить о завершении войны или промолчать и пустить дело на самотек, как заполыхает весь мир. И даже если этот «пожар» не приведет к ядерной войне, в чем я, по вполне понятным причинам, сильно сомневаюсь, то выживать в окружении воюющих соседей, причем не месяц-два, а долгие годы, будет, скажем так, некомфортно. Хотя бы из-за того, что на единственный островок спокойствия будут рваться все, кому не лень, а значит, давление на наши грани-…

— Долгие годы? — изумленно переспросила Долгорукая и выдала тираду, заставившую ее сына помрачнеть: — Да ты и твои подданные превратитесь в заклятых врагов всего остального населения планеты от силы через две-три недели: главы государств, аристократия, владельцы крупных корпораций и другие власть имущие, которых Вторжение корхов лишило статуса, денег, стабильности и светлого будущего, приложат все усилия, чтобы урвать кусок единственного оставшегося пирога, соответственно, поднимут простой народ на священную войну с наглыми узурпаторами «островка спокойствия» с бескрайними просторами, «общими» природными ресурсами и тэдэ!!!

— Об этом я не подумал… — вздохнул государь.

— А зря! — раздраженно прошипела Даша, почувствовала, что разошлась слишком уж сильно, заставила себя успокоиться и, замолчав, скрестила руки под грудью. Так что нить беседы перехватил дед:

— Вторжение корхов не позволило моему внуку и его команде уделять достаточно времени налаживанию деловых отношений с первыми лицами Империи Марделл, тем не менее, даже сейчас он может перегнать на Землю пару-тройку космических кораблей типа «Перуна» или получить технологии, до которых нам самостоятельно расти и расти. К сожалению, в данный момент боевое крыло нашего рода крайне немногочисленно и физически не потянет одновременную работу более чем на четырех штурмовых ботах и крейсере, поэтому первое время «корхи» будут открывать по одной Червоточине за раз. Вам тоже придется нелегко — проработка алгоритма объединения планеты и первые шаги по этому пути будут даваться с огромным трудом, поэтому я не вижу особого смысла распыляться, пытаясь параллельно этому процессу «раскачивать» второй и не менее сложный. Тем не менее, я могу и ошибаться, поэтому подготовил инфокристалл с переводом полной технологической карты производства одного из первых поколений антиграва…

Тут он достал из пространственного кармана этот самый инфокристалл, положил на стол и легонечко толкнул по направлению к Императору. А когда тот вопросительно выгнул бровь, заявил, что эта информация — наш вклад в будущее объединенной Земли.

Долгорукий склонил голову в знак уважения, убрал подарок в перстень, пообещал не пороть горячку, откинулся на спинку кресла и… удивил:

— Что ж, пожалуй, я с вами соглашусь: объединять Землю жизненно необходимо, и в данный момент времени никто, кроме нас с вами, с этим не справится. Поэтому я согласен взвалить на себя эту неподъемную ношу, но перед тем, как приступить к планированию первых шагов, хочу поднять еще два немаловажных вопроса. Вопрос первый: незадолго до звонка матушки я закончил изучать весьма интересный доклад аналитиков Особой Комиссии, которым было поручено разобраться, как и где корхи добывали информацию из земной Сети. Так вот, в том файле указаны примерные координаты шести областей, в которых, вероятнее всего, периодически открывались мини-Червоточины, и где все еще могут обретаться разведгруппы тварей. Да, сейчас, когда подпитки магофоном Той Стороны и снабжения уже нет, корхи долго не протянут, но мне бы хотелось избавиться и от этих особей.

— Сбросьте эти координаты мне… — попросил я. — Если твари там, то мы их найдем и уничтожим.

Он переслал мне нужные данные, дождался кивка, подтверждающего получение, и перешел ко второму вопросу:

— Мне доложили о завершении расследования по факту убийства девяти засечников. Как оказалось, все эти преступления были совершены наемниками по заказу некой группы вроде как радетелей за чистоту генофонда россиян. Все руководство этого общества задержано, но выяснить истинные мотивы их деятельности, к сожалению, не удалось — их сознания защищены плетениями, оказавшимися не по зубам даже сильнейшим Разумникам ИСБ!

До фразы «убийства девяти засечников» я был уверен, что эта участь постигла только Екатерину Бражникову, поэтому мгновенно вышел из себя и чудом не потребовал доставить этих ублюдков к нам. Но ярость, накатившая из глубины сознания, как обычно, выстудила разум и переключила голову в боевой режим. Что позволило посмотреть на ситуацию со стороны и прийти к неочевидному выводу, что этот монолог государя может иметь второе дно.

Требовать передачи этих ублюдков нам и, тем самым, опосредованно признаваться в наличии в роду Разумника, способного заткнуть за пояс всех коллег из ИСБ, было бы редким идиотизмом, поэтому я задавил жажду мести и «расстроено» скрипнул зубами:

— К сожалению, Юлия Павловна не так сильна, как хотелось бы, поэтому наказывайте убийц по всей строгости закона. И… попробуйте поискать след, ведущий за границу — не исключено, что за ними стояли спецслужбы какого-нибудь государства, которым поставили задачу либо позаимствовать наши наработки, либо лишить возможности их применить Российскую Империю…

Кстати, если книга не разочаровывает, то хде сердечки?)))

Эпилог

11 марта 2113 г.

…Хельга… хм… игравшая первую скрипку, отрубилась как-то сразу. И не абы как, а находясь на пике возбуждения и в любимой позе. И пусть я в этот момент тоже пребывал не в лучшем состоянии для отвлеченных рассуждений, все равно переключился в боевой режим и среагировал сначала на «затенение» на самом краю поле зрения, а и затем на голос «злобной бабки», раздавшийся с той стороны:

— Она спит. Как, собственно, и тощая с сисястой. Можешь считать, что «сохранился», и начинать шевелиться: ты мне нужен перед ПИМ-ом прямо сейчас!!!

Я потерял дар речи, а слух, зрение и способность соображать, наоборот, заработали в самом жестком режиме из всех возможных и помогли заметить лихорадочный блеск глаз, «нездоровый» румянец, искусанные губы, нервную дрожь и самый главный признак «творческого оргазма» целительницы — следы ее же зубов на тыльной стороне левой ладони. В этот момент на краю сознания промелькнуло ощущение, что все это уже когда-то было, только как-то не так. Но мне было не до копаний в собственной памяти — как только Степановна исчезла вместе с «зеркалом», я аккуратно переложил сладко спящую Машу с себя на кровать, «выстрелил» собой в сторону кресла, на которое, вроде как, метал одежду во время прелюдии, вцепился в шорты и натянул их на голое тело.

Из палаты вылетел, запрыгнув в кроссовки и зажав в руке футболку, ураганом пронесся по коридорам, чудом не вынес внутреннюю дверь тамбура, с трудом дотерпел до конца шлюзования, сходу прикипел взглядом к лицу родственницы и понял, что все намного хуже, чем я предполагал: ее даже не трясло, а разрывало на части от самого безумного нетерпения, которое мне когда-либо приходилось видеть!

Задавать «дурацкие вопросы» — а в нынешнем состоянии Маришки в эту категорию автоматически переводился любой вопрос — я и не подумал, так как знал, что все необходимое для понимания услышу в «нужный момент». Вот и превратился в слух. Буквально на долю секунды. А затем женщина отмерла и перешла на рык:

— Колышек видишь? Дуй к нему и замри ПРЯМО ПЕРЕД НИМ!!!

Колышков было штук десять — ближайший торчал метрах в двадцати от ПИМ-а, а остальные не самой ровной линией уходили к горизонту с шагом метров в восемь-десять. К первому я и метнулся. А на последнем метре вдруг почувствовал «легкое дуновение» магофона мира Жизни и остановился, как вкопанный.

— Не шевелись! — потребовала Маришка, нарисовавшись за моей спиной, заявила, что футболка нам не понадобится, и вжала ладони чуть ниже лопаток. Молчала, причем очень сосредоточенно, порядка двух с половиной минут, а затем затараторила. Причем с таким безумным облегчением в голосе, что мне слегка поплохело: — Хе-хе, твоя бабка ни разу не дура, и это радует!!! Марш ко второму колышку. Можно бегом!!!

Я послушно выполнил и этот приказ, стоически вытерпел очередную непонятную процедуру длительностью в четверть часа и был вознагражден короткими, но информативными ответами сразу на несколько самых важных вопросов:

— Фон от артефакта с микропорталом. Сделан старым хрычом по моему заказу. Да, ты пока еще не оклемался, и пребывание под любым магофоном, включая этот, чрезвычайно вредно. Однако правильный подбор плотности давления Жизни вынуждает твою энергетику переключаться в экстремальный режим, а в нем я «вижу» и исправляю мельчайшие изъяны, появившиеся в процессе естественного восстановления.

— Интересненько… — пробормотал я, не сумев вспомнить ни одного ее рассказа о чем-либо подобном.

— Если бы ты знал, насколько! — гордо хохотнула «злобная бабка» и приказала сделать еще четыре шага вперед.

Я, конечно же, повиновался, замер, дождался завершения нестандартной диагностики и был передвинут еще на метр в том же направлении, а потом уложен мордой вниз на коврик, извлеченный из кольца целительницы. В этот раз скучал чуть менее двадцати минут, а после того, как Маришка вышла из транса, внезапно почувствовал, насколько тяжело дается ей это воздействие, и удивился.

Уловив вспышку этой эмоции, женщина устало вздохнула:

— Все верно: ЭТИ манипуляции я тяну с большим трудом. Хотя, вроде бы, поднялась на первую ступень нового ранга и в обычном исцелении чувствую себя богиней!

— Ранг выше Гранда? — ошалело выдохнул я и аж задохнулся от восторга еще до того, как услышал подтверждение. А вот рассыпаться в поздравлениях не успел — уловив и эту эмоцию, целительница переключилась в режим «злобной бабки» и сварливо заворчала:

— Баламутище, ты что, совсем одурел⁈ Настолько искренняя радость способна свести с ума кого угодно, а разумнице и любящей женщине в одном лице напрочь срывает крышу!

— Разумом понимаю, что пора бояться, но бояться любимую бабушку как-то не получается! — улыбнулся я и почувствовал себя плюшевой игрушкой — Маришка вздернула меня с коврика так легко, как будто я ничего не весил, обняла, расцеловала, вернула в горизонтальное положение, только мордой вверх, и рухнула рядом. А когда пристроила затылок на мое плечо, внезапно посерьезнела:

— Знаешь, на этом ранге магия ощущается совсем по-другому. К примеру, в диагностическом плетении, которое я доводила до ума двадцать с лишним лет, вдруг обнаружилось столько недоработок, что замучаешься перечислять, а последний вариант исцеления вообще кажется детским, хотя еще позавчера я им по-настоящему гордилась. Но самый серьезный качественный скачок произошел в понимании процессов, происходящих в человеческом организме: вчера вечером, оклемавшись после повышения ранга, я вдруг увидела свет в конце тоннеля в проблеме отката негативных последствий мутаций! Как ты, наверное, догадываешься, я проверила эти ощущения на практике и за какой-то час убрала всю чешую со своих бедер, а за следующие четыре избавила от всего лишнего твою несносную мамашу!

— Здорово! — восхитился я, сначала отрешенно отметив, что, убедившись в безопасности освоенной методики, «злобная бабка» бросила работу над своим телом и рванула возвращать нормальную внешность любимой невестке, а затем представив, как этот прорыв в понимании человеческой физиологии облегчит жизнь остальным засечникам.

— Здорово… — эхом повторила она, перевернулась на бок, подложила руку под голову, поймала мой взгляд и застрадала. На этот раз на полном серьезе: — Поэтому я схожу с ума от желания вытащить старого хрыча из его чертовой мастерской, парализовать, уволочь в операционную и избавить от до смерти надоевших «украшений». Но держусь, так как понимаю, что он там не в бирюльки играет. Вот и отвлекаюсь на других любимых, но незаслуженно забытых родственничков типа тебя.

Последнее утверждение было завуалированным извинением, и я от него отмахнулся, так как прекрасно понимал, что без очень веской причины она бы на эти трое суток не пропала.

Целительница среагировала не на жест, а на мои чувства, радостно заулыбалась и продолжила то ли жаловаться на запредельную усталость в форме притворного хвастовства своими достижениями, то ли очередной раз неявно тестировать меня на адекватность:

— А еще я поняла, как изменять «привязку» в правильном ключе, то есть, избавлять «пострадавших» только от сексуального интереса, а любовь к тебе, как к родичу, безусловную преданность и желание быть, наоборот, усиливать!

Я подумал, что такая привязка нам однозначно пригодится, и «злобная бабка», прочитав в моих эмоциях этот ответ, удовлетворенно кивнула:

— Не дурак! И это радует. Поэтому займемся этим делом завтра с утра. Кстати, имей в виду, что такое воздействие очень требовательно к уровню понимания Разума, поэтому я буду вести, а ты ассистировать. Вопросы?

— Завтра с утра? — уточнил я, зная, что она поймет, что меня смущает. И не ошибся:

— Пффф!!! Я уже исправила процентов десять-двенадцать огрехов твоей энергетики и не успокоюсь, пока не поставлю тебя на ноги, ибо ты не только любимый внук, но и командир самого отмороженного боевого крыла во всей Вселенной!

— Что, не понравились результаты позавчерашних рейдов? — хохотнул я, сообразив, из-за чего она бесится.

— Материться не хочу, поэтому выражусь завуалированно: подумываю стереть из своей памяти тот цирк, который устроили эти клоуны!

— Ну, так моих решили не грузить и «вспоминали молодость». Впрочем, несмотря на то, что «воспоминания» получились кривыми, большая часть личного состава этих спецгрупп была захвачена в плен…

— При большом желании аппендэктомию можно сделать и через задницу, но эстетического удовольствия такая операция не доставит! — отрезала она, заставила себя успокоиться и вернулась к обсуждаемому вопросу: — Так вот, сегодня вечером ты встанешь на ноги, завтра избавишься от эмоциональных «прилипал», а послезавтра я вплотную займусь ускорением твоего развития, ибо ни твоя нынешняя пятая ступень Гранда, ни шестая, на которую ты шагнешь еще сегодня, меня не устраивают!

— Так, стоп, ты ничего не путаешь⁈ Я был на третьей!!!

— Был… — криво усмехнулась она. — ДО нападения на Замок. Сейчас, как я уже сказала, на пятой. А ближе к ночи перешагнешь на шестую. И с моей помощью продолжишь развиваться раза в три быстрее, чем раньше, ибо нужен мне в новом ранге. Причем не один, а вместе со своими бабами!

— Возражать я, естественно, не буду, но хотелось бы понять, зачем…

Она потемнела взглядом, прислушалась к себе, заявила, что полностью восстановилась, и погнала меня к третьему колышку.

Я послушно встал, помог подняться на ноги ей, перетащил коврик на новое место и поскучал еще минут двенадцать-пятнадцать. Потом мы в три приема переместились еще шагов на сорок, и Маришка опять выложилась до предела. В смысле, вымоталась настолько сильно, что, вывалившись из транса, обессиленно рухнула рядом со мной.

С памятью у нее было все в порядке, поэтому напоминать, на чем мы остановились, не пришлось — справившись с накатившей слабостью, женщина собралась с мыслями и вернулась к обсуждаемой теме. Правда, начав издалека и решив объяснив причины, вынудившие забыть обо мне-любимом:

— На следующее утро после встречи с Долгоруким я вдруг вспомнила, что защита разума последних пленных корхов чуть не выжгла мозги Ольгиной Юльке, отловила эту тормозную бабу, провела диагностику и разозлилась…

Я напрягся, что не прошло мимо внимания Степановны:

— Не дергайся, с ней уже все в порядке, а в тот момент она медленно, но уверенно превращалась в овощ!

Следующий шаг «злобной бабки» я мог бы предсказать с завидной точностью, но благоразумно промолчал. И убедился, что не ошибся: закончив исцелять Лихо, она рванула в свой ПИМ разбираться с «обидчиками» нашей родственницы. А там зависла, так как защитное плетение оказалось настолько сложным, что на его «взлом» Степановне потребовалось чуть менее сорока часов!

К слову, этим делом она занималась, не отдыхая, так как боялась, что убрала не все «закладки» и жаждала понять логику особи, создавшей защиту Разума. А когда разобралась, как ее снимать, и убедилась, что Юле ничего не грозит, как следует допросила тварей и убедилась, что выкладывалась не зря: «языки» почти добровольно поделились с нею координатами еще двух миров, найденных и «запущенных в работу» учеными Той Стороны!

Первый — необитаемая планета, на которую правительство переправило сто семьдесят шесть тысяч особей разной специализации для строительства форпоста на будущем сырьевом придатке Той Стороны — заинтересовал Маришку постольку-поскольку, так как мобильного активатора порталов у отправленной туда у этой шайки-лейки не имелось. Зато существование второго по-настоящему напрягло: по уверениям «подопечных», он являлся техно-магическим и уже развился до Эпохи Электричества… под магофоном, в два с четвертью раза плотнее, чем в мире корхов!

Пока я представлял мощь магов, развивавших Дар под давлением в три целых триста семьдесят пять тысячных, и мысленно ужасался, Степановна терпеливо ждала. А когда почувствовала, что я готов слушать дальше, сочла необходимым успокоить:

— Разведгруппа тварей, отправленная в тот мир для сбора информации для просчета оптимального алгоритма уничтожения еще одной цивилизации, была обнаружена на шестые сутки и погибла смертью храбрых в полном составе. Вторую, предусмотрительно отправленную на другой континент, местные маги нашли и уничтожили, вроде как, за считанные часы. А отправить третью помешали мы. Вернее, наш «Чилвен» и двенадцать килограммов антивещества, воткнувшиеся в Ту Сторону. Но сам факт существования цивилизации с магами такого уровня не радует от слова «совсем». Ведь даже если до «визита в гости» разведгруппы корхов ученые того мира даже не подозревали о существовании телепортации, то теперь исследованиями магии Пространства займутся все кому не лень! В общем, я считаю, что миролюбие, не подкрепленное силой, это трусость, поэтому костяку рода придется неслабо поднапрячься: ты дашь этим бездельникам восстановление Сути и синергию, я — новую методику раскачки Дара, а старый хрыч обеспечит мирами с нарастающей плотностью магофона!

Перспективы тренироваться по новым методикам не пугали от слова «совсем», поэтому я «ударил» по слабому звену:

— А Хельгу ты в этот костяк зачислишь, или как?

Укол прошел — «злобная бабка» виновато закусила губу и признала свою ошибку. Как обычно, не только на словах:

— Уже там. А я была неправа и дула на воду там, где это не требовалось. Зато сейчас, то есть, после прорыва в новый ранг, я понимаю, откуда растут ноги у тех непоняток в ее психике, которые царапали сознание, и знаю, что эта баба твоя со всеми потрохами. Да, плетение стазиса я ей пока не подарила, но только потому, что не появлялась в этом ПИМ-е. В общем, можешь считать, что у тебя не две, а три «вечные» бабы, и… перестать обижаться!

Тут я не удержался от ехидной улыбки, и «злобная бабка» притворно застрадала:

— Ну, прости уже старую дуру: я должна была поверить любимому внуку, но нещадно тупила! Готова компенсировать моральные страдания членов твоей семьи одной… двумя… ладно, так и быть, тремя шоколадками и целым килограммом ветчины!

Мне захотелось сказать ей что-нибудь очень приятное, и я начал с давно не используемого, но отнюдь не забытого имени:

— Со-оф…

— Баламутик, миленький, не бери, пожалуйста, грех на душу и не сбивай меня с пути истинного! — почувствовав, сколько тепла я вложил в это слово, «умоляюще» затараторила она, очень убедительно потупила взгляд и как-то умудрилась покраснеть: — Я люблю Борисыча больше жизни и не готова ответить тебе взаимностью… хотя понимаю, что этот черствый сухарь никогда не сможет подарить мне даже тени того ЧУВСТВА, которое сейчас ощущается в твоих эмоциях!!!

— Эх, а я так надеялся пополнить свой гарем… — притворно расстроился я и заржал в унисон расхохотавшейся «злобной бабке». А уже через пару секунд схлопотал подзатыльник за глумление над «несчастной старухой» и отомстил, посетовав на то, что рыжих ведьм давно перестали сжигать на кострах. Потом подставился под второй подзатыльник, почувствовал, что она снова посерьезнела, и получил боевой приказ перебираться к следующему колышку. А на полпути к цели вдруг поймал за хвост о-о-очень интересную мысль и тут же поделился ею с «рыжей ведьмой»:

— Слышь, Мариш, а что вы планируете делать с обитателями форпоста корхов на «сырьевом придатке» их уничтоженной планеты?

Она остановилась, как вкопанная, поймала мой взгляд, несколько секунд разбиралась в том, что ощущала в магофоне, а затем удовлетворенно кивнула.

В любое другое время бы хватило и этого, но тут почему-то захотелось конкретики, и я вопросительно выгнул бровь.

Ответ не заставил себя ждать:

— Оставим на расплод! То есть, найдем мир с требуемыми физическими законами, но без магофона, переселим туда эту шоблу вместе со всем нашим «зоопарком» и дадим уродцам еще один шанс…