Черная смерть (СИ)

— Ну и на кой хрен…

— Затем, что любой уважающий себя рыцарь будет въезжать в ворота города верхом при полном параде, а не на козлах телеги как какой-нибудь кмет, — зло прошипела Айлин, — И согласись, будет очень неловко, если ты на людях с этой лошади пизданёшься.

Чтож… Это был весьма разумный аргумент. Надо признать, тут я действительно дал маху. А ведь ко мне, как к «рыцарю» даже у местных появились вопросы, как только они меня увидели. Думаю к рыцарю путешествующему на телеге у городских стражников вопросов будет на порядок больше. Впрочем, оставалось ещё одно «но».

— Когда я говорил про опасность, то отнюдь не имел ввиду нежить, — я покачал головой, — Не забывай, что за последнее время друзей у нас изрядно прибавилось.

— Волков боятся, в лес не ходить, — пожала плечами девушка, — Слушай, так ты едешь или мне и дальше тебя уламывать?

— Госпожа моя, зачем вам этот зануда, — к нам подошёл Роберт и отвесил девушке полушутливый поклон. Похоже засранец подслушивал наш разговор. И выбрал самый, как ему казалось, удачный момент, чтоб в него вклинится, — Если вы только скажете. Только пальчиком пошевельнёте и скромный бард сопроводит вас куда угодно. Хоть на край света. Или в бездну самой преисподней, скрашивая наш путь песнями и балладами.

Айлин задумчиво посмотрела на Роберта. Затем перевела взгляд на меня. Немного помедлила, сверля меня взглядом. Снова повернулась к барду и выдала.

— Спасибо, конечно, за предложение. Но честно сказать, я бы всё-таки предпочла, чтобы это сделал именно Генри.

Что ж. Нельзя было сказать, что это не польстило моему самолюбию. Более того. Похоже что, именно это стало той последней крупицей, которая склонила чашу весов к решению «за».

— Ладно уж, фиг с тобой, — проворчал я, — Иди, готовь лошадей. Я сейчас обкашляю один вопросик и присоединюсь.

— Спасибо, — улыбнулась Айлин, немного помолчала и добавила, — Только давай побыстрее, хорошо.

— Договорились, — кивнул я, направляясь к одному из лоточников. Если уж не получилось от поездки отвертеться, то неплохо бы хоть немного эти мучения скрасить.

Глава 2

«Драконьи зубы»

— Держи, — я протянул девушке большую, свежеиспечённую ватрушку с творогом и каким-то вареньем, — Чтоб не так тоскливо было в дороге.

— Спаси-и-ибо! — она выпустила из рук поводья двух лошадей, сделала шаг вперёд и буквально повисла у меня на шее, прижавшись всем телом. Мне даже пришлось развести руки в стороны, чтобы выпечка не полетела на землю. Впрочем, длилось это недолго. Спустя мгновение девушка отстранилась, выхватила одну из ватрушек и тут же впилась в неё зубами и закрыла глаза от наслаждения. Кони начали недовольно фыркать, потягивая носом воздух.

Прямо за её спиной стоял пегий в яблоках. Тот самый, которого мне подарил Янош. А рядом с ним пристроилась гнедая обозная кобылка. Она была заметно меньше в холке, но и вела себя куда спокойнее своего «боевого» собрата.

— М-м-м, — что-то невнятно промычала Айлин жуя ватрушку, — м-м-м. После рыбной каши… Боже, да я как будто никогда ничего вкуснее не ела.

— Да брось, — я махнул рукой, — это так, на ход ноги. Доберёмся до столицы, там уже отъедимся по нормальному.

— И отоспимся, — добавила девушка, заворачивая половину ватрушки в чистую ткань и убирая его в сумку на поясе.

— И это тоже, — кивнул я, тоже пряча своё лакомство в сумку. Конечно, можно было бы попробовать есть верхом, но боюсь на такую фигуру высшего пилотажа у меня просто не хватило бы навыков, — И вообще нам не помешало бы устроить себе выходной. А то и парочку. Да и парням нужно роздых дать, а то их Бернард уж совсем загонял.

Сказал, и про себя добавил: конечно, если нам позволят такую роскошь, как выходной.

— Твой этот, — Айлин подошла к гнедой кобыле, кивнув мне на пегого.

— Мне казалось, он уже привык к тебе, — я смерил коня настороженным взглядом, мысленно прикидывая, как на него вообще взбираться то.

Девушка одним ловким движением взлетела в седло, взяла в одну руку поводья, второй достала из сумки кусок ткани с остатками выпечки. Затем посмотрела на меня и бросила:

— Да. Он привык ко мне. Да и обозная кляча не такая норовистая будет. Но. Стражники у ворот города наверняка разбираются в лошадях. И могут отличить боевого скакуна от тягловой кобылы. Если я к ним подъеду на этой кляче, ко мне вопросов не возникнет. В конце-концов, я — не рыцарь. Мне такое простительно, — она выдержала паузу и ткнула пальцем в мою сторону, — Но вот если к ним на этой кобыле подъедешь ты, то у них скорее всего возникнут вопросы. Поэтому не упрямься и полезай на Гневко. А я на кобыле поеду.

Что ж. Печально это признавать, но в словах Айлин снова был свой резон. Разница между лошадьми была заметна даже невооруженным глазом, так что стражники, наверняка за всю свою службу видевшие не одного рыцаря сразу почуют подвох, если увидят меня на пегой. Мда. Ну, ничего не попишешь. Раз уж назвался рыцарем, будь добр — соответствуй. Хотя-бы внешне. Но ёбаный хер, почему именно сраные лошади?

— Ну, Гневко, — я подошёл к коню и осторожно погладил его по шее. Зверь фыркнул, протянул ко мне свою морду и принялся шумно втягивать ноздрями воздух, — В прошлый раз у нас с тобой как-то не задалось общение. Давай ка попробуем всё сначала.

Зверь фыркнул. Топнул копытом. Я осторожно поднёс ладонь к его напрягшейся шее. Погладил густую, косматую гриву. Конь шумно втянул ноздрями воздух и принялся нервно косил на меня глазом. Но убежать не пытался. С интересом наблюдал, что его новый-старый хозяин будет делать дальше.

Я поставил ногу в стремя. Оттолкнулся от земли второй и прыгнул. Мир перевернулся. Штанина чиркнула по задней луке седла. Соскользнула на другую сторону. Жесткая кожа больно ударила по бёдрам, едва не достав до паха. Получилось.

Конь шумно фыркнул. Сделал шаг назад. Застриг ушами и нервно замотал головой, пытаясь посмотреть, кто это там на него забрался. Я наклонился вперёд и снова погладил его по шее, успокаивая занервничавшее животное.

— Уже лучше, — хмыкнула Айлин, — Но есть ещё над чем поработать. Ты слишком напряжен когда садишься в седло. Ногу не обязательно так сильно откидывать назад, да и наклоняться к самой гриве лошади не нужно. Просто расслабься и делай это так, как садился бы на электроскутер. Только там прыгать не нужно.

— Легко сказать, да трудно сделать, — хмыкнул я, берясь за поводья — Электроскутер не пытается тебя выбросить из седла, пока ты пытаешься на него залезть. В отличии от того, который работает на сено-зерновой тяге.

— Зато у него продукты переработки топлива эко-френдли получаются, — хмыкнула Айлин, но тут же поморщилась, явно вспомнив, как мы эти самые продукты вёдрами выбрасывали за борт барки. Раздражённо фыркнула, легонько тронула пятками лошадь и направила её по дороге, идущей вдоль речного берега.

— Ну что, мой дерьмово-овсовый скутер, — хмыкнул я, хлопая Гневко по шее и легонько ударяя пятками в бока, — Подвигали и мы потихоньку.

Перед глазами вновь проплыли строчки логов:

Навык «Верховая езда» достиг 5го уровня. Получено 10 опыта.

Получен перк « Крепкая задница». Теперь после длительной езды верхом шанс получить мозоли на пятой точке и бёдрах существенно ниже. Однако боль в мышцах никто не отменял.

Первое время шли молча, просто разглядывая округу. Девушка сверлила взглядом горизонт, ища место, где широкая дельта реки, петляющая между множества мелких, покрытых плакучими ивами островков, впадает в море. Я же больше глядел на дорогу и поправлял коня. Зверь фыркал ноздрями, водил мордой и то и дело норовил свернуть куда-то в сторону.

— Вы к зубам? — окликнули нас стражники у крепких деревянных ворот. Трое усатых и слегка припузистых алебардистов. Припузистыми их делали выпуклые и начищенные до блеска кирасы. Двое сидели на деревянных ящиках и играли в кости, лениво переругиваясь друг с другом. Один, тот самый, который обратился к нам, стоял под каменной аркой. Приложив руку к полям своего кабассета, он внимательно смотрел на дорогу, явно ожидая гостей.

— К ним самым, — кивнул я, подъезжая к нему и натягивая поводья. Гневко недовольно зафыркал и принялся грызть удила, но всё-же остановился.

— Ежель так, то не моглиб вы милостливый сударь отправить сюда на заставу Олека и Брена, — кивнул стражник мне, — Почитай с утра ещё к зубам утопали, а так и не вернулись.

— Та-а-ак… — настороженно протянул я,— -Тоесть у вас пропали два человека, а вы даже тревогу не подняли?

— Да какое там пропали, — отмахнулся рукой стражник, — Ониж в патруль отпросились только ради того чтоб напиться с рыбацким сынком то.

— А что им мешало сделать это здесь? — поинтересовалась Айлин.

— Служба-с, — пояснил стражник, — На посту значица не положено. А в патруле — ктож тебя увидит. Вот только скоро у нас проверяющий прийдёт. И ежель он этих двух опиздолов не досчитается, то вместо приятного вечера за кружечкой пива в корчме, нам предстоит драить всю оружейку. Так что, добрые господа, подмогнёте нам? А мы уж с парнями сообразим пока, как вас отблагодарить.

— Поможем, — кивнул я, снова трогая пятками коня, — Что же до награды — нам не помешала бы информация об округе.

— Расскажем всё что знаем, — кивнул стражник, — Через нас много всякого люду проходит за день, так что почитай, мы в курсе всего, что творится окрест.

— Кроме того, куда запропастились ваши приятели, — хмыкнул я, подгоняя Гневко поводьями, — Ну, бывайте, люди добрые. Если отыщем ваших друзей, обязательно отправим их к вам.

Стражник удовлетворённо кивнул и неторопливой, чуть косолапящей походкой направился к своим приятелям, игравшим в кости. У тех как раз начиналась перебранка, рискующая перерасти в драку. А мы поехали дальше.

Первое время шли молча. Айлин глазела по сторонам. Я же отпустил поводья и всё-таки залез в сумку за своей ватрушкой. Гневко перестал упираться и пошёл сам, так что это не составило большого труда.

Тесто было чуть пресноватым, и слегка сырым. Варенье — кисловатым. Видать пожалели мёда, при его варке. О сахаре можно было и не мечтать — для средних веков это слишком уж дорогое удовольствие. А творог — слегка солоноватым, а заодно отдавал каким-то специфическим запахом, отдалённо напоминавшим то, как пованивает козий сыр. Но, в сравнении с тем дерьмом, которым мы питались всю последнюю неделю, ватрушка и впрямь казалась пищей богов. Несмотря на все свои недостатки.

— Слушай, — Айлин легонько тронула пятками начавшую рыскать мордой лошадь и хитро прищурившись покосилась на меня, — А еслиб я всё-таки согласилась на предложение Роберта меня сопроводить?

Вопрос застал меня врасплох. С куском не дожёванной ватрушки в зубах. Но именно этот кусок, дал мне пару драгоценных секунд на размышления и выстраивание стратегии предстоящего разговора. А он, похоже, обещался быть не простым. Как, впрочем, всегда при таких разговорах и бывает.

— Поехала бы с ним, — я проглотил кусок ватрушки, убрал остатки лакомства в сумку и равнодушно пожал плечами.

— И что? У тебя бы внутри вот вообще ничего не ёкнуло бы? Совсем ничегошеньки? — продолжила наседать девушка. Чего она хотела добиться я пока не понимал, но в глубине моей черепушки уже начинали закрадываться смутные подозрения на этот счёт. Так или иначе, но ни о каких «уступках» тут не могло быть и речи, а значит, как говорил один великий человек: «спокойствие, только спокойствие».

— Не знаю, — бросил я, настолько равнодушным и спокойным голосом, насколько это вообще было возможно, — Может быть и ёкнуло бы. Тут ведь никогда не угадаешь, пока не проверишь на практике.

— Ну, а если вот так вот… теоретически прикинуть? — Айлин не собиралась отступать, — Да или нет?

Похоже ей капитально прижало получить ответ на свой вопрос. Интересно, зачем? Впрочем… Не всегда обязательно его давать напрямую. Тем более, что настоящий вопрос, похоже, так и не был задан.

— Если теоретически прикинуть, предлагаю тебе взглянуть на эту проблему с другой стороны, — хмыкнул я, — Предположим я тебя попросил с ним не ездить. Очень вежливо попросил. А тебе очень хочется поехать. Поехала бы?

— А причина? Почему бы попросил? — девушка слегка замялась, смерив меня растерянным взглядом.

— Так ли это важно? Может быть та же самая, которая сподвигла тебя отказать Роберту и настоять на том, чтобы именно я с тобой поехал. Может быть совершенно иная. Зависит от внешних обстоятельств. В конце-концов мы же теоретизируем, так что мотивы тут не имеют значения. Разве нет? — я ей подмигнул, немного помолчал, а затем, сделав хитрую мину, вернул её же вопрос, — Так как? Если теоретически прикинуть, да или нет?

— Ну я… — девушка слегка смутилась. Она явно не ожидала такого поворота событий, — Я бы…

— Мне можешь не отвечать, — перебил её я, — Ты себе ответь на этот вопрос. А уже исходя из этого ответа догадайся о том, каким бы был ответ на твой.

— И что, тебе вообще не интересно? — она удивлённо посмотрела на меня. В голосе послышались возмущённые нотки.

— Неа, — я снова равнодушно пожал плечами, — Предпочитаю оценивать человека по поступкам, а не словам и теоретическим выкладкам. Так, сказать, предпочитаю теории практику.

Нельзя сказать, что мне и правда было неинтересно. Но… Не то место и не те обстоятельства. А кроме того, человека и вправду следует оценивать лишь по поступкам. Потому как сказать может кто угодно что угодно, а вот сделать…

— Знаешь, иногда…

— Ты меня жутко бесишь, — продолжил я за неё, а затем ухмыльнулся и подмигнул ей, — Знаю. Хочешь совет?

Девушка открыла было рот, чтобы высказать, где она видела мои советы, но я не дал ей этого сделать.

— А ты не бесись. Не забивай себе голову пустыми теориями и просто наслаждайся поездкой. Так будет намного лучше, — я выдержал небольшую паузу, нагло ухмыльнулся и добавил, — Сам знаю. Проверял.

— И всё то ты знаешь, — раздражённо фыркнула девушка, — Ну думай так, если тебе это нравится. А на деле… Знаешь что? Ничего ты не знаешь, Джон сноу.

Я снова пожал плечами. Дальше некоторое время ехали молча. Девушка надулась и отвернулась, пытаясь изобразить из себя оскорблённое и униженное достоинство. Я же молча крутил головой по сторонам, и неторопливо доедал в эту самую голову ватршку, размышляя о том, насколько всё-таки неприятно, когда тебя переигрывают на твоём же поле.

Девушка нарушила молчание первой.

— Извини, — неуверенно сказала она, — Не знаю, что на меня нашло.

— Со всеми иногда бывает, — я снова равнодушно пожал плечами, мысленно прикидывая, может ли это быть «заход» с другой стороны.

— Угу, — кивнула она, — Просто, знаешь… — Айлин замялась и посмотрела на меня, — Мне приятна твоя кампания. И наверное, я надеялась услышать то же самое от тебя.

— Могла бы спросить напрямую, а не устраивать эту игру в если бы, да кабы, — я чуть дёрнул поводья притормаживая Гневко. Конь уж больно резво пошёл, почуяв свежий морской воздух.

— Я тоже, может, предпочитаю теории практику, — насупилась девушка, — Вот только из твоей практики непонятно ровным счётом ничего. То вроде видно, что приятна, а то даже на обычную прогулку приходится уламывать.

— Я уже говорил, что терпеть не могу лошадей.

— Что, прям настолько? — она с вызовом посмотрела на меня.

— Да. Прямо настолько, — я многозначительно подмигнул ей, — Не доверяю я им, — Немного помолчал и шёпотом добавил, — Думаю, что у них какой-то лошадиный заговор.

Словно бы подтверждая мои слова, Гневко фыркнул и шумно втянул ноздрями воздух. Айлин прыснула.

— Ну да, — отсмеявшись сказала девушка, — Определённо, это был заговор. А ты поймал его с поличным. Теперь ему придётся тебя убить.

— Хм… — я задумчиво почесал бороду, — А ведь ты права. Значит, как приедем в столицу, отправлю парней развешать по всем улочкам объявление: срочно требуется казах-телохранитель, разбирающийся в приготовлении конской колбасы.

Айлин улыбнулась. Зверь шумно втянул ноздрями воздух, начал встревоженно стричь ушами. Будто бы понимал, о чём мы сейчас говорим.

— И всё-таки… — начала было девушка, но я не дал ей договорить. И так было понятно, что именно она хочет спросить.

— Да, мне тоже приятно твоё общество, — улыбнулся я, — Хоть порой ты меня тоже жутко бесишь.

— Без этого думаю, было бы слишком скучно, — улыбнулась девушка. И мы снова замолчали.

Дорога делала крюк, огибая крутую, устремлённую в небо скалу, которую облюбовала целая стая чаек. Они гостили здесь не в первой, судя по многочисленным белым потёкам, оставшимся на чёрном, покрытом водорослями камне. При нашем приближении птицы встревожились, закричали, захлопали крыльями и взмыли в затянутое серыми тучами небо. Из-за скалы донёсся раскатистый шум прибоя.

Айлин закрыла глаза и шумно втянула носом воздух. Немного помешкав и на всякий случай оглядевшись по сторонам, я последовал её примеру. Он пах солью, морскими водорослями и… свежестью. Такой, какая обычно бывает после грозы или хорошего проливного дождя. Ощущение было непривычным. И от того вдвойне приятным. Честно сказать, я уже и не помню, когда в последний раз вдыхал воздух, не пропитанный конским потом, запахами старых портянок, вонью выгребной ямы, прогорклым маслом и прочими «ароматами» солдатского лагеря.

— Хорошо тут, — словно бы вторя моим мыслям, улыбнулась девушка, слегка ёрзая в жестком седле. Я молча кивнул.

За дорога огибала скалу и выходила на берег. Ближе к подножию скал его устилала мелкая галька. Чуть подальше за этой каменной косой, расположились барханы из бело-жёлтого мелкого песка, овеваемые холодным морским ветром. А за ними расстилалась бескрайняя серо-чёрная водная гладь, увенчанная белыми барашками волн. Они с шумом бились о барханы, пытаясь добраться до мелкой гальки, но каждый раз вязли в песке, выбрасывали на него комья пены и отступали назад, собираясь с силами для новой попытки.

По правую руку от нас бурлила и пенилась река, бежавшая меж десятков мелких островков, отмелей, наплывов и торчавших из воды скал. К морю её дельта расширилась настолько, что большие и маленькие протоки тянулись почти до самого мыса, терявшегося в голубоватой туманной дымке где-то на горизонте.

— Знаешь… — неуверенно бросила Айлин, — Спасибо, что всё-таки согласился поехать. Без тебя, честно сказать, я бы наверное не решилась. И не увидела этого.

— Чего?

— Моря, — сказала она, — Не поверишь, но я за всю свою жизнь так ни разу его и не видела. Только на картинках или виртуальных проекциях.

— Технически, эта всё та же виртуальная проекция, — пожал плечами я, кося взглядом в сторону песчаных барханов, — Разве что, до боли реалистичная, так как воспроизводится на крайне мощных серверах, а не на частных рабочих станциях.

— Не занудствуй, — фыркнула девушка, — Для нас оно настоящее, как и весь этот мир. Другого к сожалению или к счастью у нас уже не будет.

— Знаю-знаю, — грустно улыбнулся я, — Просто никак не могу свыкнуться с этой мыслью. Сложновато уложить в голове знание, о том, что этот мир — лишь виртуальная иллюзия и понимание того, что для нас он самый что ни на есть реальный. Ну да правда… Не будем об этом.