Сердце Дракона. Предпоследний том. Часть 1

— Ты ведь помнишь, что я смертный? — напомнил Хаджар. — дней девять без еды протяну. Без воды — после завтра уже буду…

— Я помню, — перебил демон. — что ты немного интеллектуально неуклюж, дружище. И это я сейчас еще пытаюсь как-то срезать углы, чтобы уж совсем не задеть твою ранимую натуру.

Хаджар занял выжидательную позу. Как-то раз… или два… ну или около десятка он допускал ошибку и вступал в словесную перепалку с Хельмером. В конечном счете за почти три века пути к Вратам — кроме тренировок, музицирования и общения с демоном занятий более не обнаружилось.

Так что в какой-то момент генерал выяснил, что, во-первых, переболтать Хельмера невозможно и с этим бы даже Албадурт не справился, а во-вторых — без благодарной аудитории демону быстро надоедало паясничать.

— Ладно, ладно, — поднял ладошки комочек страха. — Этот край — край чистых энергий. И если энергия Реки Мира здесь присутствует в чистом, незагрязненном виде, то и…

— Терна, — догадался Хаджар.

— Ой, ну надо же, Хаджи. Какой ты умный! Хочешь пирожок дам? У меня, правда нет и вообще предложение скорее моя саркастичная насмешка над твоей умственной прытью, но все же…

Спасибо годам общения с Албадуртом, Хаджару не составляло труда игнорировать фоновый треп.

Выровняв дыхание и прикрыв глаза, Хаджар сосредоточился на той силе, что плескалась внутри него. Свет Терны откликнулся почти мгновенно, обжигая сознание генерала далеко не ласковым теплом.

Но вот что удивительно — если в смертных регионах приходилось постараться, чтобы впитать из окружающего мира хоть немного Терны (словно что-то мешало ей и не давало свободно прикасаться к душам смертных), то здесь, стоило Хаджару пожелать, как буквально тут же на него обрушилась целая лавина Терны.

И если бы не постоянная готовность к угрозе, выработанная за века войн, Хаджар, скорее всего, сгорел бы на месте, потому что даже для его тела подобный объем силы оказался бы слишком велик. Все равно что попытаться целый океан влить в недавно выкопанный колодец.

Разорвав связь своей Терны с Терной внешнего мира, генерал утер лоб от крупных градин пота.

— Так что будешь питаться Терной, — к этому моменту Хельмер как раз закончил свою мысль.

В целом, подобный процесс не должен был особенно отличаться от того, который адепты применяли по отношению к Реке Мира.

— Неплохо, — признал Хаджар, после чего снова посмотрел на долину, а затем на Хельмера. — Тогда вопрос следующий — что я здесь вообще забыл и почему не мог через пруд сразу отправиться на Седьмое Небо?

Глава 1822

На этот раз Хельмер ответил не сразу. И за прошедшие годы генерал успел понять, что если скорый на язык демон молчит, то размышляет. Иногда потому, что решил, как именно ему «пошутить», а иногда потому, что даже Хаджар за свой путь успел приобрести ряд клятв. А сколько таких сдерживали одного из Древних — даже сложно представить.

— Вопрос хороший, — ответил, спустя некоторое время, демон. — В чем-то даже философский. Сродни тому, как я недавно размышлял есть ли какая-то связь между тем, что кровь девственниц юга немного горчит, а северянок — отдает молоком. Ну, знаешь, как если разные животные питаются…

— Хельмер, — протянул Хаджар.

— А? А… ну да, — закивал комочек страха, почесывая рукой голову. Хотя, учитывая, что он являлся шаром, то… а была ли там голова? — В общем, Хаджи, дружище, ты сейчас конечно первый парень на деревне. Тут вопросов нет. Я даже не берусь измерить уровень твоей силы, потому как твой случай во многом уникальный.

— Я чувствую некое «но».

— И это «но» разумеется присутствует, — закивал демон. — Седьмое Небо и мир богов, как и сами боги… ну, скажем так, сейчас ты там был бы не в лучшей позиции. Ну и посмотри на себя. Доспехов нет. Артефактов нет. Меч и тот — из толи Оружия Души, толи Хищного Оружия превратился… да кроме Пепла и Яшмового Императора вряд ли кто-то разберет, почему твой меч, который ты создал из Зова и осколка Черного Клинка Черного Генерала вообще не исчез, когда ты стал смертным.

Хаджар посмотрел на рукоять Синего Клинка. И действительно… он ведь являлся частью Зова, который исчез после перерождения со стальным сердцем. Но почему он тогда здесь, на поясе, все такой же верный и надежный?

— А где, как не в стране Бессмертных, — задумался генерал. — мы найдем лучшие из возможных артефактов.

— Ну да.

Хаджар прищурился.

— Это сейчас как-то не очень уверенно прозвучало.

Демон немного отвернулся и едва слышно что-то пробурчал, потому уже громче добавил:

— В общем, нам бы с тобой, в идеале, наведаться в местную сокровищницу.

— Кажется, когда мы в прошлый раз с тобой наведывались «в местную сокровищницу», то ничем хорошим это не закончилось.

— Ну ты не путай одно с другим, — нахохлился Хельмер. — Когда мы навещали Титанию, то и ты был несоизмеримо слабее и я находился не в лучшей форме.

Хаджар окинул оценивающим взглядом миниатюрный, бесплотный комочек чужого страха.

— А сейчас? — спросил генерал.

— А сейчас ты силен, могуч и вообще — хорош собой.

— А ты?

— А я всегда был таким, но если ты про конкретно данную ситуацию, то, Хаджи, дружище, обижаешь. Да чтобы я, да чтобы и не выручил товарища. Пф-ф-ф. Все будет в лучшем виде. Чтобы не произошло — ты можешь целиком и полностью рассчитывать на мою круглосуточную, без праздников и выходных, моральную поддержку.

И комочек страха вытянул правую руку сложив пальцы в знакомом, Земном жесте — демон поднял вверх большой палец.

Иными словами, Хаджар не мог рассчитывать ни на кого, кроме себя, поскольку Хельмера здесь даже не присутствовало.

Устало помассировав виски, Хаджар снова посмотрел на долину, а затем на высокие стены. Причем если напрячься, то за первой стеной, совсем уж вдалеке, где-то почти за линией горизонта, виднелась вторая, еще выше.

— Есть подробности? — поинтересовался генерал, не сводя взгляда со стен.

Не просто же так они там стояли…

— Ну-у-у, — протянул Хельмер. — в целом не все так сложно. Мы пробираемся, желательно незаметно и без лишнего шума, в центр земель Бессмертных. Там находим владения одного моего старого друга…

— У тебя есть друзья? — не сдержался Хаджар.

— Хаджи, ты разбиваешь мне сердце! Хотя постой — у меня же его нет… почему тогда так больно? А… понял. Это я просто споткнулся о бесполезное, никому не нужное, дурно пахнущее мнение. Не ты обронил случаем?

— Слишком много болтаешь

Большой палец сменился на безымянный, после чего демон продолжил.

— Так вот. Как ты, наверное, мог догадаться… а может и не мог, ну, не суть. Так вот, Хаджи. Земли Бессмертных пусть и выглядят как сказочное место, но, в целом, мало чем отличаются от мира смертных. Разве что девственниц здесь не бывает.

Хаджар удивленно вскинул брови.

— Я думал, что Бессмертные могут делать детей.

— Могут, — кивнул комочек. — но здесь все вокруг энергия. А энергии всякие ваши биологические заморочки ни к чему… но я, скорее, про другое. Здесь тоже есть свои центры силы, разнообразные неприятные личности, борьба за власть и даже своя валюта.

— Дай угадаю, — Хаджар вспомнил Город Бессмертных и Чужие Земли. — Эссенция Реки Мира?

Хельмер выпучил на него глаза, отчего комочек страха немного увеличился в размерах.

— Я, конечно, догадывался что в нашем дуэте большая часть интеллектуалкой работы придется на меня, прекрасного и всеми любимого Хель…

— Мы тут уже почти полчаса торчим, — напомнил Хаджар.

— Кхм, — прокашлялся демон. — Милый мой Хаджи, наивный ты принц. Еще раз повторюсь — все вокруг тебя энергия. Так нахрена им ей торговать?

Хаджар еще раз огляделся, а затем дал себе небольшую поблажку — он впервые здесь оказался, так что не сразу сообразил. Но виду не показал.

— Нет, Хаджи, — продолжил Хельмер. — здесь в виде валюты используют осколки Вечности.

— Вечности?

— Ну да, это такая эфемерная…

— Я знаю, что такая Вечность.

— Тогда зачем спрашиваешь?

— Потому что — как, о Высокое Небо, от неё можно что-то отколоть.

— Ой, а я не сказал? Я вроде хотел… Как неловко-то вышло… может это все потому, что ты меня перебил? Даже не знаю как так…

Хаджар выругался. Затем еще раз выругался. После чего успокоился.

— Так вот, — самодовольно надулся комочек. — здесь все немного иначе устроено, Хаджи. И осколки Вечности… ну, чтобы не заморачивать твой смертный разум, представь, что это просто драгоценный металл, ладно? Так будет быстрее и проще. Причем нам обоим.

Хаджар только развел руками. В общем и целом, ему было плевать, как называется местная валюта и из чего она состоит.

— Ладно, вернемся к началу, — выдохнул демон. — Все здесь платят дань. Снизу наверх. Так что лучше из образцов всего, чего только можно в конечном счете стягиваются к Королю.

— К Пеплу… Мастеру Почти Всех Слов… волшебнику, равному по силе сильнейшим мира всего.

— Ну, если все прошло как надо, то сейчас он немного… ослаб, — протянул все тем же тихим шепотом демоном. — Но давай поэтапно. Перед тем, как тебе надо будет думать о Пепле, ты, сперва, хотя бы первый регион пересеки, ладно? А для начала вообще в него попади.

— А регион это… — вместо слов, Хаджар указал рукой себе за спину.

— Ага, — снова кивнул комочек. — Мир бессмертных делится на три региона — внешние поля, это где мы сейчас, тут обитают самые… скажем так… непритязательные жители. Затем первая стена — через неё могут пройти те, кто имеют силу от девятого ранга Божественного воителя вплоть по седьмой. И там уже их территории — земли третьего региона. Потом снова стена и…

— Снова деление на три ранга, — подхватил Хаджар. — от шестого по четвертый. А потом последняя стена, где ранги от третьего по первый. И, разумеется, Пепел находится в самом центре, где, небось, еще одна стена.

— Хаджи, дорогой, мы уже выяснили, что думать — не твой стиль. Так зачем так напрягаться?

Хаджар только отмахнулся, после чего повернулся в сторону стен. На разведку все равно стоило сходить, но что-то подсказывало ему, что без той эмблемы, которую вручал Гамбатта, поход не увенчается особым успехом.

Что-то кольнуло ладонь Хаджара. Он посмотрел на неё и, среди вереницы шрамов, увидел самый тонкий и блеклый — одна из первых клятв крови.

Клятва, когда-то очень давно, данная духу-мечнику. Тени Бессмертного, оставленной в горах Балиума в ожидании наследника.

Значит — Дом Ярости Клинка…

Глава 1823

Хаджар сделал шаг сквозь ветер и мгновенно переместился к дороге, ведущей к массивным воротам. Они расположились по ту сторону широкого рва, через который раскинулся широкий мост из… мерцающей энергии. Как если бы кто-то сумел заковать небесную радугу в рамки и навеки поместить в услужение людям.

И не только им.

К воротам тянулась очередь. Кто-то ехал на довольно простой и стереотипной телеги, другие — верхом на лошадях и иных ездовых животных, но были и те, что сидели на облаках, на летающих коврах, на чем-то, напоминающим метлы и, что больше всего бросалось в глаза, не все из них являлись людьми.

Да, абсолютно подавляющее большинство стоявших в очереди, действительно относились к сородичам Хаджара. Но среди них генерал заметил и гуманоида со звериной головой, смесью тигра и льва; что-то напоминающее огромного кузнечика, только в броне и с топором за спиной; птицу, решившую пародировать гуманоида; а еще… облако. Да, самое настоящее облако в облачных одеждах и с облачным оружием.

Оставалось только надеяться, что это такая маскировка. Потому что иначе пришлось бы признать тот факт, что в Безымянном Мире ступать по пути развития могли даже облака. А это уже совсем через чур.

— Эмблема? — прогудел грузный мужчина чуть старше средних лет, закованный в броню зеленого цвета.

Довольно тяжелую, с минимальным количеством подвижных элементов. На нагруднике у стража, как и у его менее габаритных соратников, застыло изображение в виде горы и рассветного солнца.

Как раз-таки тот, что со звериной мордой, вытянул вперед ладонь и на ней зажглась эмблема, которую Хаджар уже видел — Гамбатта выдавал подобную девушке-адепту. Только эта отличалась иероглифом, вписанным в центр.

— Девятый ранг, — кивнул стражник и один из его подручных (в том, что опрос вел именно глава стражи — сомневаться не приходилось). — Без дома… по одному осколку за каждый день пребывания в третьем регионе. Авансом — десять.

— Десять осколков? — переспросил опешивший зверолюд, ну или как они здесь назывались. — Всего шесть веков назад аванс только восемь осколков!

— Как ты правильно сказал — это было шесть веков назад, — пожал плечами стражник. — сегодня уже иначе. Платишь? Если нет — то не задерживай очередь. Не ты один хочешь успеть попасть на праздник.

Зверолюд что-то недовольно прошипел — может быть просто негодовал, а может это у него язык такой. Так или иначе он вытащил из-за пазухи что-то сильно напоминающее монеты. Только если бы гранями этих самых монет служил не металл или драгоценная порода камней, а… срез космоса. Хаджару даже показалось, что он увидел миниатюрные звезды и очертания галактик.

Как и в случае с облаком — оставалось надеяться, что это не более, чем волшебный эффект или иллюзия.

Хаджар глянул в сторону плеча, где последние время находился комочек страха, но его там не обнаружилось. Видимо Хельмер отправился по своим, только ему известным, демоническим делам.

Хаджар только покачал головой и продолжил следить за происходящим. Кстати, если вспомнить с какими будничными интонациями здесь обсуждали чуть больше, чем полтысячи лет, то могло создаться впечатления, что речь шла не о веках, а о днях.

— «Только шесть дней назад, аванс за проезд стоил восемь монет!»

— «А теперь десять!»

Это звучало куда понятнее даже тому, кто почти встретил свой седьмой век.

Зверолюд, расплатившись со стражей, спокойно прошел по мерцающему мосту, словно тот являлся не сгустком энергии, а самой твердой из пород дерева.

Следом к стражнику подъехал пожилой мужчина на телеге. Учитывая рассказы Тени Бессмертного в Балиуме, то Бессмертные принимали свой окончательный облик во время прохождения испытания Небес и Земли. И даже тот, кто весь путь адепта сохранял внешность ребенка, если чувствовал себя глубоким стариком, то таковым и станет.

В этом, как бы парадоксально все не обстояло, земли Бессмертных были куда честнее и откровеннее, чем регион смертных, где каждый адепт мог выглядеть так, как пожелает.

— Что в телеге? — спросил стражник, проверив эмблему и так же определив торговца (их брата Хаджар определил бы даже с завязанными глазами на Седьмом Небе) в «бездомные».