Мистическая Прага. История. Легенды. Предания

Карлов мост

Поселился Клаус неподалеку от Староместской площади, где расположены дворец Гольц-Кинских и Тышский храм Святой девы Марии. Жил он замкнуто, избегал случайных встреч, уличных разговоров, не посещал пивных и ресторанов. Зато регулярно ходил к букинистам, что располагались в те времена у Карлова моста со стороны Града.

Клаус подолгу рассматривал и листал книги, но покупал их редко.

По ночам в окнах необщительного чужеземца почти всегда горел свет. Иногда из его квартиры доносились неразборчивые голоса, странные лязганье и звон. И добропорядочные пражане все это считали недобрым предзнаменованием.

Многие из них строили догадки, чем же на самом деле занимается мистагог Клаус. Приписывали ему и чародейство, и связь с нечистой силой и самим дьяволом, и написание колдовских книг, и даже связь с недобрыми духами горы Петржин.

Стоило Клаусу покинуть свою квартиру, любопытствующие горожане устанавливали за ним слежку. Его нередко видели возле входов в подземелья, расположенных неподалеку от Праги, но еще чаще — на горе Петржин. При нем под мышкой у мистагога всегда были книги, а на шее на ремешке неизменно висел костяной идол.

Нечто зловещее чувствовали в этом «талисмане» примерные пражские христиане.

— Почему нелюдимый чужеземец не посещает церковь, а проходя мимо храма, никогда не крестится?

— Что за книги он пишет?

— Какие опыты проводит в своей квартире?

— Уж не сатану ли вызывает чужеземец по ночам?

— Зачем он всегда носит на шее омерзительного языческого идола?..

Подобные вопросы все чаще и настойчивее задавали друг другу жители Праги, но ответа по-прежнему не находили.

Самые непримиримые к ереси горожане обращались к властям, чтобы те разобрались с загадочным чужестранцем и выдворили его из Праги. Несколько раз служители мэрии заявлялись к мистагогу, но ничего предосудительного в его квартире не находили.

После подобных проверок чиновники объясняли обеспокоенным пражанам, что господин Клаус — уважаемый ученый и путешественник, что он много лет по всему свету изучает пещеры, и делает это не ради праздного любопытства. В глубоких подземельях ученый создает эликсиры, продлевающие жизнь и спасающие от всех болезней. При этом он не прибегает к помощи дьявола и его слуг. По мнению господина Клауса, именно в пещерах зарождается некая необъяснимая сила, которая может спасти или погубить человека.

Прощальная записка

Очевидно, подобное объяснение представителей городской власти на какое-то время успокаивало пражан. Может, жители чешской столицы в конце концов смирились бы с нелюдимостью и таинственностью мистагога Клауса. Но омерзительный костяной идол продолжал будоражить их умы, порождая все новые домыслы и пересуды.

Несколько раз самые отчаянные пражане пытались поколотить мистагога, чтобы тот наконец-то убрался из их города. Подкарауливали его и на темных вечерних улочках, и у входов в пещеры, которые посещал Клаус. Однако расправы не удавались.

Как объясняли сами желающие проучить мистагога, за мгновение до экзекуции с ними случалось нечто невероятное. Когда они, переполненные справедливым гневом, приближались к загадочному чужеземцу, костяной идол на его шее начинал корчиться, строить жуткие рожи и верещать нечто неразборчивое, но явно богохульственное. При этом в одном глазу изваяния появлялась кровавая капелька.

От увиденного у поборников возмездия отнимались руки, ноги, речь. А потом еще долгое время им снилось языческое костяное чудище.

Наконец настал час, когда недовольство пражан чужеродным ученым переросло все мыслимые рамки. Кто-то из них поджег квартиру мистагога. Сам Клаус не пострадал, поскольку в то время в очередной раз посещал пещеру горы Петржин.

Пожар быстро погасили. Пражские огнеборцы в XVIII веке были прекрасными профессионалами и обладали достойной техникой для тех времен. Но в огне погибли много книг и рукописей мистагога.

Всю ночь Клаус, опечаленный и разгневанный на неизвестных поджигателей, разбирал обгоревшие остатки своих записей и книг. А на следующий день он внезапно исчез из города. Пропал бесследно, будто никогда и не было его в Праге. Как уходил чужеземец, никто не видел.

Когда вызванные соседями Клауса полицейские осматривали квартиру мистагога, они обнаружили на обгоревшем столе чумазого костяного идола, а на стене — обидную для пражан надпись:

«Невежи! Глупцы!.. Я хотел вас сделать счастливыми и, возможно, даже бессмертными. Вместо чудодейственного эликсира оставляю вам языческого пещерного идола. Вы больше достойны его, чем волшебного напитка. Он очень обижен!

Граф Сен-Жермен».

«Жди теперь многие беды»

Казалось бы, ничего, кроме костяного идола да пересудов, не оставил после себя в Праге загадочный чужестранец. Зато надолго сохранился в памяти горожан. Даже спустя многие годы люди рассказывали, что порой по ночам встречали на Петржине мистагога Клауса. Он шел к одному ему известной цели, ни на кого не обращая внимания, гордо вскинув голову.

Откуда появлялся и куда потом уходил мистагог, оставалось тайной, порождавшей самые неимоверные слухи. Задать же вопрос самому Клаусу никто не решался. Что же касается маленького идола, то его, как военный трофей, доставили в Староместскую ратушу и поместили в кладовой дома Волфлина из Камене.

Староместская ратуша

Видимо, костяному истукану пришлось не по вкусу в новом помещении. Сторожа ратуши вскоре это почуяли. По ночам они слышали доносившиеся из кладовой стоны, жуткий приглушенный смех, визг, постукивание в стены и царапанье.

Может быть, на тревогу сторожей ратуши жители Праги не обратили бы особого внимания. В чешской столице и не такие чудеса происходили.

Но тут город облетела весть, что компания подростков наткнулась на не известный до сей поры лаз в Петржине. Ни с кем не посоветовавшись, юные пражане решили обследовать вход в подземелье. Больше их никто не видел. Добровольцы-спасатели отправились выручать любознательных подростков, но наткнулись в лазе на непробиваемую стену. Никаких следов пребывания ребят в подземелье не было обнаружено.

Начались догадки по поводу их странного исчезновения. Тут же нашлись среди пражан «знатоки», обвинившие в случившемся костяного идола. Правда, как мог языческий истукан, запертый в чулане ратуши, погубить подростков, они объяснить не могли.

Отцы города, конечно, не очень-то поверили в подобные сказки, но все же решили избавиться от костяного чудища. Отправились они в кладовую, а идола и след простыл. Лишь в полу зияла внушительная дыра, которой раньше не было.

Вначале никто не знал, радоваться случившемуся или сокрушаться. Но вскоре одна часть пражан пришла к выводу: «Исчезло костяное чудище — ну и слава Богу!» Другая часть осторожно толковала иное: «Ушел пещерный дьявол. Жди теперь многие беды. И не понятно, откуда, из каких подземелий, они могут появиться…»

Ну, а легендарный граф Сен-Жермен спустя годы лишь вскользь сообщил приятелям о своем недолгом пребывании в Праге под именем мистагога Клауса. Однако не сообщал, нашел ли он то, что искал в пещерах Чехии.

Граф Сен-Жермен

Много лет пражане, знатоки тайн своего города, вспоминали слова нелюбимого ими прусского короля Фридриха II, который дружил с Сен-Жерменом и рассказывал в кругу приближенных, что легендарный граф обрел бессмертие и побывал во всех пещерах Европы, в том числе и в пражских подземельях.

Именно в этих подземельях Сен-Жермен и создал немало изобретений. Каких именно? Прусский король в ответ на такой вопрос лишь загадочно улыбался и произносил одну и ту же фразу: «Граф еще явит себя и, поверьте, не раз удивит мир».

А о костяном древнем идоле, исчезнувшим из ратуши, в Праге с годами стали забывать. Лишь после Первой мировой войны жители чешской столицы снова заговорили о легендарном языческом истукане. Уходя в 1914 году на фронт, немало пражан брали с собой по щепотке земли с горы Петржин.

После войны некоторых вернувшихся в родной город ветеранов стали мучить одинаковые сны: древний идол грозил им страшными карами, если те не возвратят Петржину землю.

Кое-кто из ветеранов отправился на Петржин выполнять требование идола. Однако нашлись и упрямцы. Не пожелали они подчиниться воле языческого божка. Согласно пражскому преданию, упрямцы были наказаны. В последний раз явился к ним в сновидении костяной истукан и сообщил: «Я ухожу в свой родной мрак подземелья Петржина, а вам — до самой вашей смерти блуждать по этой горе…»

Говорят, в двадцатых годах прошлого века в садах «На Небозизку» и «Семинарском», расположенных на Петржине, можно было встретить странных людей. Это были ветераны Первой мировой войны. Они толком не могли объяснить, зачем пришли сюда, что собираются делать дальше, куда лежит их путь. Блуждающий, опасливый взгляд, бессвязная речь указывали на их психическое расстройство.

Война или какие-то иные причины довели до такого состояния бывших солдат? Лишь знатоки пражских тайн утверждали, что знают ответ.

— Помрачил им разум костяной языческий идол, скрывающийся в недрах Петржина… — говорили они.

Что же стало потом с несчастными ветеранами?

Пражские старожилы вспоминали, что к началу тридцатых годов прошлого столетия блуждающие по горе ветераны исчезли из садов «На Небозизку» и «Семинарского». Как считают любители мистики, проклятый истукан увел этих людей в свое подземелье горы Петржин.

«Факелоносцы Древнего мира»

По мере того, как продвигаешься вперед в изучении религии кельтов, создается впечатление, что преследуешь цель, которая отступает без конца и скрывается при каждом приближении… От нас ускользают всегда глубины религии, они погружаются в мифологию, секрета которой мы не знаем… Мифология темна по природе и питается тайной.

Ж. Вандри

По велению Беленуса

К западу от Праги расположена известная во всей Чехии деревня Страдонице. До семидесятых годов XIX века она особенно не привлекала к себе внимания любителей древних тайн. Хотя сохранившаяся там каменная стена, возраст которой более двух тысяч лет, породила немало преданий, мистических историй и слухов среди местных жителей.

В 1877 году в Страдонице был обнаружен клад золотых монет. С той поры в это селение потянулись ученые, любители истории и охотники за сокровищами. Начались научные раскопки и стихийные, незаконные поиски драгоценностей.

Археологи установили, что более двух тысяч лет назад здесь находился город кельтов. Его жители занимались земледелием, скотоводством, добычей и обработкой металлов, гончарным и ювелирным ремеслом, торговлей с другими племенами. Во время раскопок обнаружились кузнечные инструменты, посуда, оружие, украшения из серебра, золота, бронзы, эмали и цветного металла, а также кельтские и древнеримские монеты.

Чем занимались жители города, располагавшегося на месте современного селения Страдонице, археологам удалось установить без труда. Сложнее было выяснить, кому поклонялись кельты, некогда обитавшие на территории нынешней Чехии, какие соблюдали традиции и совершали обряды.

У этого народа, поселившегося на берегах Влтавы много веков назад, самым почитаемым божеством являлся Беленус. Известный исследователь цивилизации кельтов де Фриз считал, что имя данного бога отождествляется с древнегреческим Аполлоном. Беленус был магом и чародеем, покровителем ремесел и врачевателем, собирателем и хранителем тайн. А еще он оберегал «благодетельный друидический огонь».

По свидетельству древних авторов, кельтские жрецы-друиды передавали ученикам свои знания вдали от селений, в лесных дебрях и в пещерах. Нередко советы и указания, которые они давали своим соплеменникам, трактовались как воля Беленуса.

Клад

Влтава

Два раза в год ученики друидов, жившие в городище, на месте нынешней Страдонице, отправлялись в Петржинские пещеры. Там, согласно преданию, хранился золотой факел, дарованный кельтам Беленусом.

Ученики друидов подносили к очистительному огню «божественного факела» левую руку. Чем сильней оказывался ожог, тем большего уважения заслуживал ученик жреца — за свое умение переносить боль.

Известный исследователь кельтской истории и культуры А. Юбер называл этот народ «факелоносцами древнего мира». Но такое определение ученый дал, скорее всего, не из-за легендарного светильника, дарованного Беленусом. Кельты, по мнению Юбера, сумели интерпретировать для многих европейских народов средиземноморские искусство и науку. При этом они создали свою самобытную культуру и собственный «пантеон богов».

У кельтов, населявших берега Влтавы, как и у других племен, существовало предание о нарушении верности своим богам.

Друиды наставляли соплеменников: «Перестанете исполнять волю Беленуса — погаснет вечный факел в сокровенной пещере, а вслед за тем исчезнет и наш народ».

Пророчество сбылось

В «Записках о Галльской войне» знаменитый полководец Гай Юлий Цезарь подчеркивал важную роль друидов в жизни кельтских племен. Он отмечал, что поступившим в обучение к их жрецам приходится заучивать множество стихов.

Гай Юлий Цезарь

Друиды обычно рифмовали предания, традиции, мировоззренческие взгляды и верования своего народа.

«Они считают грехом записывать эти стихи, между тем как почти во всех других случаях, именно в общественных и частных записях, они пользуются греческим алфавитом.

Мне кажется, такой порядок заведен у них по двум причинам: друиды не желают, чтобы их учение делалось общедоступным и чтобы их воспитанники, слишком полагаясь на запись, обращали меньше внимания на укрепление памяти…

Больше всего стараются друиды укрепить убеждение в бессмертии души; душа, по их учению, переходит после смерти одного тела в другое; они думают, что эта вера устраняет страх смерти и тем возбуждает храбрость. Кроме того, они много говорят своим молодым ученикам о светилах и их движении, о величии мира и земли, о природе и о могуществе и власти бессмертных богов», — так характеризовал кельтских жрецов Гай Юлий Цезарь.

Несмотря на мудрость, могущество, богатые и разносторонние знания, друиды все же не смогли спасти свое племя, обитающее на берегах Влтавы, от беды. В 9–8 годах до новой эры земли будущей Чехии захватило древнегерманское племя, названное маркоманнами. В битвах с пришельцами погибли много кельтских воинов. После того часть мирного кельтского населения ушла на север, в труднодоступные леса, другая часть осталась на берегах Влтавы и ассимилировалась.

Одержав победу, вождь племени маркоманнов Маробод захотел привлечь друидов на свою сторону. Но кельтские жрецы не пожелали служить завоевателю их земель.

Согласно преданию, друиды укоряли себя в том, что не смогли убедить народ верно служить Беленусу. Бог обиделся и отвернулся от кельтов с берегов Влтавы. А затем он призвал на их землю воинственных маркоманнов.

После того как друиды решили покинуть берега Влтавы и уйти в далекие северные леса, четверых из кельтских жрецов избрали на вечное поселение в пещерах горы, названной впоследствии Петржин. Именно там хранилась кельтская святыня «Золотой факел».

Друиды называли его «добрым сыном великого пожара». Они верили, что, пока не погаснет «Золотой факел», их учение будет расходиться по свету, озаряя людям стезю славы, добра, истины. Возможно, друиды считали, что не дав угаснуть «Золотому факелу», они вернут прежнее расположение Беленуса. И тогда снова возродятся былая слава и процветание кельтского народа.

Поиски священного огня Беленуса

Не долго властвовал на чешской земле предводитель маркоманнов Маробод. После ряда поражений в войнах с херусками, а затем с Римом он был вынужден навсегда покинуть этот край.

Но даже могущественная Римская империя не смогла до конца покорить племена, жившие на берегах Влтавы.

В середине I тысячелетия большая часть нынешней Чехии была заселена славянами.

«Все люди этого народа говорили на родственных языках, однако сознание братства меж ними едва тлело.

То было время приготовления. Время роста. Славянские племена шли все дальше. Со временем разделили их горы и реки, и оторвались они друг от друга. Жили в простоте, но сила их возрастала и приближалась к могуществу», — писал о той далекой эпохе известный чешский писатель и исследователь Владислав Ванчура.

В VII столетии возникло, возможно, первое государство западных славян, названное Само. Такое название оно получило по имени своего первого правителя. Произошло образование этого государства после победы войска князя Само над аварами в 623 году. Могущественное племя аваров не одно десятилетие господствовало на землях Моравии и Чехии и постоянно собирало со славян тяжкую дань.

Спустя восемь лет талантливый полководец Само разгромил армию франков и расширил границы своего государства. Правил он страной, названной его именем, почти 35 лет.

Многие исследователи считают, что князь Само был выходцем из купеческого рода.

Как писал о нем Владислав Ванчура, «то был человек светлого разума, натуры кипучей и яркой. Смех его вызывал в людях радость, речь — одобрение, а дела — уверенность, что все, к чему он прикоснется, чему придаст свой порядок, будет хорошо.

…После победы Само разделил богатую добычу среди славянских бойцов и удержал их в своем лагере. Тогда стали стекаться к нему новые и новые люди, и число их возрастало.

…Так прожил он здесь месяц и прожил год, после чего дано ему было одержать новую победу над аварами. Он устроил собственное войско и сделался князем у славян.

Тогда он сам стал нападать на авар, и военное счастье не покидало его. Так расцветала славянская земля».

Благодаря военным победам, к государству Само присоединились территории хорватов, словенцев, земли Тюрингии.

Вокруг такой личности, как предводитель первой страны западных славян, не могли не складываться легенды и предания. В одном из преданий, к примеру, говорится, что в последние годы жизни славного князя Само явились к нему старцы чародеи и сообщили о «Золотом факеле» кельтского божества Беленуса.

Пришедшие издалека мудрецы якобы посоветовали не извлекать «доброго сына великого пожара» из пещеры горы Петржин. Священный неугасимый факел должен навсегда оставаться там, охраняя покой жителей близлежащих селений.

Можно лишь принимать или не принимать на веру это предание. Исторических документов о том событии не сохранилось.

Знал ли князь Само о древней кельтской святыне? Хотел ли ее отыскать? Пока научных подтверждений тому нет.

Там, где собиралась пражская богема

На старинной Летейской улице, неподалеку от костела святого Томаша, в 1352 году был основан монастырский пивоварный завод. Теперь это одно из старейших питейных заведений Праги. И в наши дни в ресторане «У святого Томаша» можно отведать прекрасное черное пиво «Браник».