Пособие честолюбца

Все визионёрские картины мира, то есть такие, которые берутся из внутреннего озарения и духовного видения человека, свидетельствуют, что мир сотворён некими разумными сущностями. Научная картина, то есть такая, которая оперирует наблюдаемыми и проверяемыми фактами, не в состоянии ни подтвердить, ни опровергнуть эти утверждения и предположения.

Для той части публики, коя терзается этими вопросами, не менее любопытным способом проведения досуга является также поиск ответа на вопрос о цели творения. Если Сверхразум создал мир и населил его разумными существами, то зачем Он это сделал? Для чего Ему нужна Вселенная и человек? Какую роль отвёл Он существам живым и тем более разумным? Если Священное Писание утверждает, что человек создан по образу и подобию, то, стало быть, какая-то осмысленная цель была. Или не было? Сверхразум забавлялся в одиночестве? Хотел развеяться от вечной скуки и сделал Себе игрушки? Если так, то тогда все наши страдания, поиски смыслов, скромные радости и восторги — не более чем страсти кукольного балагана, которые только несмышлёные дети могут принимать всерьёз?

С одной стороны, человеческая история свидетельствует, что именно так оно и есть. Бесконечные страдания люди причиняют друг другу по поводам и причинам, не стоящих, с точки зрения вечности, даже скорлупки от выеденного яйца. Люди с наслаждением убивают друг друга за вещи абсолютно абстрактные или непринципиальные: за убеждения и за имущество. И очень часто эти две причины совмещаются.

С другой стороны, Священное Писание говорит нам о бесконечной любви Бога к своему творению, и даже об искупительной жертве Самого Бога, целью которой было дать человеку возможность непосредственно приходить к Богу со своими нуждами и терзаниями. В этой искупительной жертве суть христианства. Согласно христианским представлениям, сотворённый человек согрешил, ослушавшись Бога. Грех заключался именно в непослушании. До греха человек общался с Богом напрямую. После греха для общения с Богом возможностей оставалось немного. К очень немногим приходили ангелы — духовные существа, проводники Божьей воли, и объясняли, чего, собственно, требуется. Живьём Бог показывался только Моисею, да и то со спины. В основном Бог общался с народом — отметим, что со Своим народом, — через пророков. Было специальное место, где Бог присутствовал постоянно — в так называемом Ковчеге Завета, особом сундуке объёмом до полутора кубометров, хранившемся в скинии, то есть в специально выгороженном месте в храме. Судьба этого сундука с Божьим присутствием неизвестна. После воплощения и мученической смерти Иисуса Христа, Богочеловека, ставшего искупительной жертвой за грехи всего человечества, Божье присутствие в виде Святого Духа стало повсеместным, но проявляется оно по требованию и/или по Божьему волеизъявлению. Считается, что перед вторым пришествием Иисуса Христа земля будет покинута Святым Духом, и человечество будет претерпевать бедствия и страдания, но потом всё будет хорошо для тех, кто вёл себя прилично, то есть в соответствии с Божьими предписаниями, полный свод которых содержится в Священном Писании. Иудеи не признают Христа как Божьего мессию и до сих пор ждут своего Мошиаха, а мусульмане считают Иисуса одним из пророков, но главным Божьим Пророком они считают реальную историческую личность Мухаммеда.

В других мировоззренческих построениях Сверхразум обезличен, то есть не является персоной, личностью. В индуизме и буддизме первоосновой мира считается шуньята, первоначальная пустота. Смыслом человеческой жизни обе эти мировоззренческие системы считают освобождение от страданий, кои проистекают от привязанностей к иллюзорному бытию. Духовная составляющая человека рождается множество раз в разных телах, и пока эта духовная сущность не воспитает в себе полную индифферентность ко всему материальному, путь обратно к воссоединению с шуньятой закрыт.

Суть другой обезличенной религиозно-философской картины мира — даосизма — заключена в следовании Дао, которое можно трактовать как естественный ход вещей. Само по себе Дао есть одновременно и Путь, и первопричина, и следствие самого себя.

Большинство других религиозных картин мира анимистичны, то есть наделяют различные объекты материального мира и субъекты мира духовного живыми душами и свободной волей.

Поскольку визионёрские, провидческие картины мирозданья зиждутся на человеческой психике и внутренних переживаниях, вызванных изменёнными состояниями сознания, некоторые современные исследователи решили вызывать такие состояния искусственно. Этнографам и антропологам, наблюдавшим отправление различных культов, было известно о воздействии определённых веществ на работу человеческого мозга. В прошлом веке был синтезирован препарат ЛСД-25, диэтиламид лизергиновой кислоты, который, воздействуя на мозг, вызывал различные видения. Было рождено целое направление в психологии — так называемая трансперсональная психология, изучавшая в клинических условиях воздействие данного галлюциногена на человеческое сознание и фиксирующая возникавшие переживания. Результат, в сухом остатке, оказался неожиданным: все картины мира верны. И у камней оказалось сознание, и бесплотными духами Вселенная кишмя кишит, и научная материалистическая картина тоже имеет право на существование. Увы, никакими приборами заснять эти видения невозможно, поэтому выбор, во что верить, остаётся за каждым человеком индивидуальным. К бесспорным заслугам трансперсональной психологии можно отнести зафиксированный факт влияния протекания беременности и родов на формирование психики человека. Протекание этих процессов, по мнению учёных, является решающим фактором для форматирования характера человека (конечно, помимо генов и, отчасти, воспитания).

Без признания того факта, что мы всё же имеем порой дело с необъяснимыми фактами, любая картина мира будет неполной и недостоверной. Именно научно зафиксированными, но научно пока необъяснимыми фактами. Например, пророческие сообщения болгарской ясновидящей Ванги. Её прогнозы были зафиксированные покойной Натальей Бехтеревой, директором Института мозга Российской академии наук, и эти прогнозы оказались точными. В научной чистоплотности г-жи Бехтеревой никаких сомнений никогда не возникало. Тем не менее, познавательных средств, имевшихся в распоряжении Института мозга, оказалось недостаточно для объяснения этого феномена, и даже было непонятно, как браться за изучение предвиденья будущего, как, впрочем, и за другие феномены, описанные добросовестными очевидцами и даже порой зафиксированными документально.

Современная физическая картина — пока на уровне теоретических, но наиболее комплексных — построений, говорит, что существует три пространства-времени. Одно из них наше, другое — антимир, третье — континуум, в котором нет однонаправленного времени. Третий мир — это универсум, населённый бесконечно разнообразными разумными сущностями, которые живут, действуют, но не эволюционируют. В третьем мире не действуют известные нам физические силы и законы, в этом же мире обитает Бог. Такова наиболее современная, так называемая поляризационная, картина мироздания, с которой можно ознакомиться подробней, изучив соответствующую литературу. Отметим только, что эта картина не вступает в противоречие с наиболее древними и весьма детализированными ведическими представлениями, согласно которым наш гравитационный тварный мир — всего лишь мерцание пустоты-первоосновы.

Именно так видят мир те, кто с помощью специальных методик достигает изменённых состояний сознания. Здесь можно ознакомиться с трудами Роберта Монро, Станислава Грофа и его соратников по трансперсональной психологии, опробовать предлагаемые ими методики самостоятельно или на соответствующих тренингах/семинарах. Для формирования реальной картины мира можно порекомендовать статьи и книги Виктора Тростникова «Мысли перед рассветом» и Виктора Чернухи «Поляризационная теория мироздания».

Подводя некоторый промежуточный итог тому, у чего пока нет и не может быть окончательного итога, нельзя не сказать о феномене веры. Вера — это такой психологический настрой, при котором у верящего (или верующего) создаётся такая картина мира, которая соответствует его представлениям и ожиданиям. Мир как бы отвечает взаимностью верящему. Он как будто подстраивает стечение обстоятельств под человека, который культивирует в себе веру. Если человек верит в духов — будут ему духи, если верит в искупительную жертву Христа — будет искуплен, а если ни во что не верит, то и мир, соответственно, будет разворачиваться для него самыми непредсказуемыми своими сторонами, приводя в смятение и терзая его бесконечными сомнениями.

Почему разговор о карьере и репутации — цели и инструменте честолюбца — предваряется замечаниями общего мировоззренческого характера? Потому что на том, вечном и несуетном, свете, — да и перед лицом неизбежной смерти — наши успехи, должности и размеры состояний не имеют никакого значения. Но понимание, как и чего хочет от нас Провидение, поможет нащупать своё место в мире и даже попасть в поток невероятно благоприятных стечений обстоятельств.

Что есть удача и успех?

Раз уж нам доводится какое-то непродолжительное время жить на этой земле, то в наших силах делать это достойно.

Что такое достойно — каждый определяет для себя сам. Всё зависит, во-первых, от врождённых склонностей и темперамента, во-вторых, от окружения и воспитания, в-третьих, от общего умнонастроения эпохи. Некогда дети мечтали стать жрецами или царями, потом — полководцами или царедворцами, в другие эпохи — космонавтами, банкирами или разработчиками компьютерных игр.

Не любую карьеру сделаешь в неподходящую эпоху. Стать Чингисханом или Колумбом в наши дни проблематично: совершенно изменился геополитический облик планеты. Скажем, карьера Наполеона была возможна только в эпоху революционных изменений и только в то время, когда народ, уставший от террора революции, желал восстановления монархии, но с сохранением обретённых политических и социальных свобод. Карьера Адольфа Гитлера была возможна только в Германии после первой мировой войны, когда униженный и обнищавший немецкий народ жаждал геополитического и экономического реванша. Карьера Иосифа Сталина была возможна только в России, когда после тектонических социальных сдвигов потребовалось восстановление режима абсолютной власти для стабилизации элементарного человеческого существования.

Карьеры рангом помельче тоже делаются в соответствующую эпоху, но здесь люфт больше. Но востребованность таких деятелей, как Талейран или Фуше, достигает пиковых значений в те моменты, когда государственный корабль входит в мутные воды внутренней нестабильности и внешней неопределённости. При обычном стечении обстоятельств, в рядовых условиях устаканнености и отрегулированного порядка карьерного роста вряд ли большинство из тех, кем принято восхищаться, оказались бы востребованными.

Эпохи стабильности — это эпохи доминирования посредственностей. Крупные социальные образования, такие как государственная или крупнокорпоративная бюрократия, состоят, как правило, из достаточно серых и безликих людей. Это не значит, что это плохие люди. Как раз нет — они просто нормальные люди, ценящие простое человеческое счастье превыше всего на свете. Под этим простым счастьем они понимают прежде всего безмятежное сытое благополучие, безбедную старость и возможность обеспечения такой же жизни своим детям и внукам. Дом, имущество, семья — вот основные ценности этих людей. Они не приемлют никаких психических фокусов и отклонений, никаких социальных кунштюков, никаких экономических рисков, потому что их жизненный девиз — размеренность и стабильность. Но именно эти люди бросаются в топку исторических карьер как расходный материал, по их головам честолюбцы совершают головокружительное шествие к политическим и финансовым вершинам.

Поэтому в эпоху стабильности головокружительные карьеры делаются одним образом, а в эпоху перемен — другим. Эта очевидная вещь почему-то не всем честолюбцам приходит в голову.

Для тех, кто хочет достичь высот политического, экономического или социального могущества, есть, в принципе, только один универсальный рецепт успеха — это собственная голова на плечах.

Этот рецепт не настолько очевиден и банален, как кажется на первый взгляд. Вся штука, весь секрет спрятаны именно в этой самой голове. От того, чем она наполнена, от того, как наполняющие компоненты коррелируются и корреспондируются между собой, как результаты умственной деятельности выносятся на натуру, и будет зависеть вся судьба обладателя этой головы.

Добраться до вершин можно всегда. Надо только очень чётко поставить цель: кем я хочу стать. Если политическим деятелем, путь один. Если генералом — путь другой. Если учёным — путь третий. Если миллиардером — путь четвёртый. Если духовным пастырем — путь пятый. Если выдающимся деятелем искусств — путь шестой.

Определив цель, следует в неё прицелиться, то есть наметить траекторию своего движения к ней. На этой траектории непременно будут помехи в виде обстоятельств и других людей. Но на этой же траектории движения к цели будут и помощники в виде опять таки обстоятельств и людей. Всё искусство движения к цели в том и состоит, чтоб последовательно — подчёркиваю, последовательно — избегая помех, организовывать благоприятные обстоятельства и эффективно использовать помощь людей.

Допустим, некто хочет сделать карьеру учёного. Он должен избрать дисциплину, потому что на ранних этапах карьеры нельзя быть учёным вообще. Этот некто ставит себе цель — стать доктором наук, профессором, академиком и директором какого-нибудь научно-исследовательского учреждения. Некто должен сразу провести различие между учёными степенями, учёными званиями и административными должностями, выстроить между ними иерархию взаимозависимостей и соподчинения целей. Скажем, профессором он может стать, только защитив докторскую диссертацию. Но профессор — это не только звание, но и необходимость иметь где-то преподавательскую должность. Стать членом-корреспондентом академии наук он может только будучи профессором. С позиции член-корра он уже может получить пост директора НИИ, а там и стать полноценным академиком. Таким образом, выстраивается необходимая карьерная лестница-цепочка. Нужно закончить высшее учебное заведение, поступить в аспирантуру, одновременно устроившись на преподавательскую работу в вуз. Или же, устроившись на работу в НИИ, прикрепиться к какой-либо учебной кафедре вуза соискателем степени кандидата наук. Защитив кандидатскую диссертацию, человек должен получить звание доцента и поступить в докторантуру. Ему необходимо опубликовать монографию и постоянно печатать статьи. Защитив докторскую диссертацию, человек может получит звание профессора. А далее окучивать соответствующие инстанции в академии наук, чтобы его избрали членом-корреспондентом. Параллельно он должен заведовать кафедрой или отделом в академическом институте, чтобы оттуда вести интригу для занятия должности директора, его зама или учёного секретаря, то есть он постоянно должен искать трамплин для запрыгивания на более высокий уровень и без внешних конфликтов спихивать оттуда конкурентов. На протяжении всей научной карьеры человек должен уметь выстраивать отношения с людьми — с коллегами, научными руководителями и оппонентами, чтобы они не ставили ему по-тихому палки в колёса — это раз, и откровенно не вредили, это два. Если же человек ухитряется сделать своё окружение союзниками — он получает множество шансов добиться искомого. При всём при том у человека должно оставаться время на семью, на неотложные дела, на отдых, и — вы будете смеяться — на занятия собственно наукой. При прочих равных на такую карьеру при благоприятном стечении обстоятельств уходит минимум двадцать пять лет. Средний срок выстраивания удачной карьеры в науке — от тридцати до сорока лет.

Примерно таким же образом карьеры выстраиваются генеральские карьеры в армии или еписопско-митрополитские в церкви. Таким же образом выстраиваются директорские карьеры в крупных стабильных корпорациях. Таким же образом выстраиваются карьеры в государственном бюрократическом корпусе, будь то руководитель департамента в отраслевом министерстве, посол на дипломатическом поприще или начальник управления в администрации президента.

Значит ли это, что средний возраст состоявшегося честолюбца — пятьдесят лет? И да, и нет.

Да, потому что действительно, человек, делающий свою карьеру прицельно, но самостоятельно, достигает устойчивого результата только к пятидесяти годам. Нет, потому что наиболее пронырливые и изворотливые ухитряются успеть сделать карьеру сильно опережающими темпами, используя различные социальные трамплины, позволяющие перескакивать через ступеньки. Сложность расчёта траектории сверхстремительной карьеры в том, что трамплины — это не постоянно имеющийся элемент, а всплывающая то тут, то там переменная. Нужно очень быстро реагировать на его появление, то есть нужно быть внутренне готовым к прыжку, иначе трамплин и не разглядеть, и на него не встать, и не оттолкнуться.

Что может являться таким трамплином? Например, попадание под каким-либо соусом в действующий корпус законодателей, например, в Госдуму или в Совет Федерации. Оттуда, минуя множество карьерных ступеней, можно занять крупный пост в исполнительной власти — вплоть министра или губернатора, а если повезёт — даже вице-премьера. Правда, есть свои правила. Чтобы перейти на руководящую должность в министерство, надо занимать сопоставимую должность в парламенте, например, председателя профильного комитета.

Другим трамплином может стать знакомство или попадание в орбиту интересов какого-нибудь влиятельного лица. Такое происходит при смене команды, находящейся у власти. Как правило, такая карьера стремительна, но неустойчива и недолговечна, потому что такие счастливчики не имеют мощных социальных корней, которые растут и разветвляются годами. Но пенки при соответствующей расторопности можно снять неплохие.

Ещё одним трамплином могут стать совершенно выдающиеся способности или заслуги, но этот трамплин образуется только в эпоху радикальных социальных перемен или внезапно образовавшейся нестабильности, скажем, во время войны.

В области свободных профессий — то есть людей, зарабатывающих своими знаниями и талантами — критерии состоявшейся карьеры другие. Их карьера оценивается по двум критериям — общественное признание и доход. Можно быть выдающимся художником или писателем, но при этом не иметь выдающихся доходов. Можно быть посредственным деятелем искусств, но отлично продавать свою низкопробную писанину или картины. Тут кто как может и умеет — кто нищий Ван Гог, кто сверхбогатая Агата Кристи (сразу рекомендую прочитать книгу Сергея Есина «Имитатор» и Максима Кантора «Уроки рисования»).

Карьера в бизнесе неоднородна по качественным, но однородна по количественным показателям. В бизнесе можно быть свободным предпринимателем, партнёром в каком-то общем деле и наёмным служащим/управленцем. Начнём в обратном порядке. Карьера наёмного служащего/управленца мало чем отличается от служащего в бюрократическом корпусе. Он имеет твёрдый оклад плюс различные бонусы. Карьера выстраивается по тем же бюрократическим законам — чем выше, тем пряник больше. (Если не считать иногда появляющиеся различные дополнительные возможности обогащения — откаты, кражи, махинации.) Партнёрство в каком-либо деле — это другой способ делания карьеры. Тут возможности социального роста только одни — так работать на общее дело, чтобы твоя доля в доходах росла вместе с размерами общего пирога. Так устроены консалтинговые, аудиторские, адвокатские, многие риелторские и прочие конторы. Такая форма хороша тем, что в случае личной временной деловой неудачи человек остаётся на плаву за счёт поддержки компаньонов (сразу рекомендую прочитать книгу Джона Гришэма «Фирма»).

Самые сложные и непредсказуемые карьеры, но в то же время никем и никак не сдерживаемые и неограничиваемые — это карьеры свободных предпринимателей. Тех, кто ведёт дела за свой или заёмный счёт, но исключительно на свой страх и риск. Критерий успеха тут только количественный — размер состояния и стабильность поступления доходов. Чем богаче — тем мощнее вес в обществе, тем больше могущества. Но есть и обратно пропорциональная зависимость — чем богаче, тем меньше социальной свободы и выше степень зависимости от политического режима в местах образования и хранения доходов.

Карьера свободного предпринимателя наиболее увлекательна и наименее предсказуема. Самой сложной проблемой является проблема стартового капитала. Без средств начать дело практически невозможно. Конечно, Интернет и телекоммуникационные технологии несколько упрощают дело, но, тем не менее, проблема стартового капитала не утрачивает своей болезненной остроты. Истории успеха практически всех, кто добился высот в деловом мире, имеют одну и ту же (за редким исключением) матрицу: сначала работа по найму и получение необходимого опыта и навыков, потом партнёрство в неком общем деле и наращивание необходимого капитала и связей, и только после этого свободный полёт на свой страх и риск.

Свободное предпринимательство как ничто другое требует счастливого сочетания совокупности личностных параметров: целеустремлённого характера, воли к победе, гибкости ума и обширных практических знаний. Как минимум предприниматель должен ориентироваться в законодательстве, регулирующим имущественно-правовые отношения, иметь представления о бухгалтерской отчётности и принципах налогообложения, досконально знать сферу своей деятельности, будь-то деревообработка или торговля игрушками, и в совершенстве владеть двумя искусствами: увлекать за собой людей и продавать. При этом умение продавать является краеугольным, потому что ключевой момент бизнеса — это вовсе не подписание контракта или открытие производства, а получение денег за произведённую продукцию или оказанную услугу.

Честолюбцу, делающему карьеру, надо быть морально готовым к неприятным сюрпризам. На каком-то этапе он непременно обнаружит, что в нём как таковом, то есть в человеке со своими достоинствами и недостатками, никто не нуждается, и как такового — красивого и умного — именно за ум и красоту никто не любит и не ценит. Окажется, что уже давно люди воспринимают не его, а олицетворяемую им функцию: властную, денежную или престижно-репутационную. К этому надо быть готовым с самого начала; именно поэтому у тех, чья карьера сложилась по воле случая, бывают душевные кризисы и общие разочарования в жизни. Они не думали, не подозревали и не ждали, что интерес к ним как к личностям ушёл вместе с первой любовью, а на смену ему пришёл сухой и безжалостный прагматизм: я тебя люблю, пока ты мне нужен. Обижаться на это глупо, всё равно что сердиться на закон физики. Поэтому у тех, кто целенаправленно думает и готовится — подчёркиваю, готовится — к успеху, наблюдается бережное отношение к ближайшему окружению, к супруге, к детям и родителям. Это тыл честолюбца.

Поэтому честолюбец никогда не обольщается по поводу истинного отношения окружающих к своей персоне. Он укрепляет тыл, он прячет от всех резервы — прежде всего денежные, — и не рассчитывает, что кто-то протянет ему руку помощи просто так, без расчёта на немедленное или отсроченное вознаграждение.

Не афишируя, попробуйте посмотреть на людей с этой же точки зрения: кто может пригодиться сейчас или в будущем. Потому что хороших людей много, а полезных мало.

Ещё одно немаловажное соображение. Выдающиеся карьеры в одиночку не делаются. Всегда должны быть рядом необходимые, а ещё лучше — зависимые товарищи. Им поручается черновая и неблагодарная работа, а также делегируются важные, но второстепенные функции — отвезти цветы нужному человеку, сбегать за водкой, принять малозначимых посетителей. Честолюбец, трезво видящий жизнь, знает, что время жизни очень скоротечно, и если даже отнять время на сон, еду, туалет, дорогу и необходимый досуг/отдых, то на самое главное остаётся не более восьми-десяти часов в сутки, а на архиглавное — размышление, анализ и корректировку планов — времени вообще нет.

Подытоживая, можно сделать такой вывод: удачей и успехом является такое положение вещей, при котором человек, достигший своей вполне конкретной цели, не чувствует себя обиженным, разочарованным и никому не нужным.

Определить призвание

Можно упражняться до бесконечности в попытках взобраться на социальный олимп, но при этом не добиваться ощутимых количественных показателей и качественных результатов. Можно приложить все мыслимые, немыслимые и сверхмыслимые усилия, но остаться на своём жалком месте. В чём дело? Дело в трёх вещах.

Вещь первая. Способности. Если нет способностей, то нечего напрасно растрачивать время и силы. Способности во многом определяются генетически. Некто генетически предрасположен к стихосложению, другой к живописи, третий к лидерству в коллективе. Способности без тренировки дают немного шансов на успех, но тренировки без способностей означают бездарную, а то и вредную, трату драгоценного времени жизни. Конечно, люди средних способностей добиваются многого при упорном труде, но всё же хоть какие-то способности у них изначально есть. Самый лучший путь для человека из всех, что могут быть — это определить свой талант — то есть наибольшую свою одарённость в некой области — и упорно, упрямо, упёрто развивать его, кропотливо пестуя и шлифуя каждую его грань. Для способного человека — особенно честолюбца — очень важно различать меру признания другими своего таланта. Мера двояка — она либо административна, либо профессиональна. Административное признание таланта — это обласканность таланта сильными мира сего, дающая административные выгоды: социальный статус, гарантированную возможность применять свой талант за высокую оплату. Профессиональное признание — это признание профессионалами, то есть людьми, занимающимися этим же делом как ремеслом. В профессиональное признание входит и признание ценителями и любителями этого дела. Скажем, многие художники, например, импрессионисты, имели профессиональное признание. А другие, например, некоторые советские, имели административное признание, но не имели профессионального. Различение меры признания своего таланта позволяет трезво оценивать успешность своей карьеры: либо что-то сделано для вечности, либо за чечевичную похлёбку. Если повезло — то и за то, и за другое. Способности определяются специальными тестами, а также явной, врождённой склонностью к какому-либо занятию: рисованию, пению или мордобою.

Вещь вторая. Призвание. Обычно в расхожем здравом смысле под призванием понимается использование таланта. Но это неверная интерпретация, потому что она половинчата. Призвание — это особое использование таланта, совпадающее как с актуальной потребностью текущего времени, так и отражающее при этом блеск вечных ценностей. Можно сказать, что у Наполеона были способности — и даже неоспоримые таланты — к административной и военной деятельности. Но его призвание состояло в использовании их в момент революционных потрясений во благо Франции конца 18 века. У Наполеона были и литературные способности, и математические, и естественнонаучные. Возможно, он бы гениально вышивал гладью на досуге, если бы родился в другое время и в другом месте. Но гений его карьеры превратил незаурядные способности в призвание.

Вещь третья. Помазание. Люди, далёкие от богословия, просто не представляют, что такое помазание. Когда говорят, что, скажем, царь — это помазанник Божий, то под этим подразумевают, что над ним был совершён некий обряд помазания. Что это значит? В древности священники мазали восходящих на престол государей священным елеем — то есть особым освящённым маслом — что символизировало признание их статуса не только людьми, но и Господом Богом. После того, как государя помазывали, он приобретал — так считается и так есть на самом деле — сверхъестественную поддержку в своём административном призвании. На нём пребывала рука Божья, он приобретал сверхъестественную власть и силу распоряжаться другими людьми. Люди, далёкие от власти, считают это всё красивой выдумкой и ритуалом. Те, кто соприкасался с первыми лицами государств, знают, как с непривычки начинает колбасить в их присутствии. Это реакция человеческой плоти на Дух Божий. Честолюбцы знают, что любая власть — от Бога, и поэтому никогда не залупаются с властями. Ссориться с помазанниками Божьими — всё равно, что мочиться против ветра. И честолюбец никогда не святотатствует, не обижает волю и власть Божью в любых её проявлениях. Честолюбец помнит, что его жизнь и смерть — во власти его языка, и поэтому никогда не изрыгает хулы на начальства и Божьих служителей. Помазание можно испросить у Господа Бога на любое дело. Честолюбец просит Бога благословить его в избранной области, к которой у честолюбца есть не только способности, но и призвание. Поскольку Божьи обещания неизменны и непреходящи, и просящему даётся, если он просит на благое, то про честолюбца, обретшего вдруг помазание и начавшего стремительное восхождение, наблюдатели говорят, что чуваку подфартило и он «попал в струю».

Как сделать себе хорошо

Чужие успехи вызывают у неподготовленных и непосвящённых людей недоумение, досаду и зависть. Удачливых не особо любят, богатых вообще не любят, а успешных просто ненавидят. При этом любой завистник с радостью окажется на месте богатого и успешного.

Самая древняя еврейская мудрость гласит: «Чем пожелать кому-то плохо, лучше себе пожелать хорошо». Мы же хотим не просто пожелать — мы хотим сделать себе хорошо.

Неважно, какое поприще избрал себе человек: политическое, деловое или духовное. И, на самом-то деле, неважно, насколько он является профессионалом в избранном он ремесле. Речь в настоящем пособии идёт не о том, как стать высококлассным специалистом в некоем деле: для этого есть узкоспециализированные учебники и пособия. Речь идёт о том, как через избранное поле деятельности достичь социальных высот.