Свет и камень. Очерки о писательстве и реалиях издательского дела

Глава 21. Сила писательской памяти

Известно, что писатели и комедийные актеры обладают самой удивительной памятью. Этот факт был исследован и подтвержден учеными из крупнейших учебных заведений, специализирующихся на изучении головного мозга и его мыслительной функции (Массачусетский технологический институт, Стэндфордский медицинский колледж и Оксфордский медицинский университет).

Странная способность помнить вещи из прошлого — поистине феномен, природа которого до сих пор не до конца понятна.

Для писателя такая память — это благословение. Способность вызывать в памяти какие-то любопытные и странные моменты весьма примечательна. Многие писатели умеют запоминать самые разнообразные вещи. Они помнят старые телепрограммы, хотя никогда их даже не смотрели, и понятия не имеют, откуда у них взялась эта информация. Писатели склонны запоминать даты и время с удивительной точностью. Они помнят все «где» и «когда», связанные со здоровьем, например, информацию о прививках, которые им делали в детстве или даже в младенчестве.

Люди задают мне вопросы на самые разные, порой непонятные темы, и я каким-то образом каждый раз могу им что-то ответить, хотя и не знаю точно, откуда у меня эта информация. Но я с уверенностью выдаю правильный ответ на заданный вопрос. Иногда мы сами не понимаем, как это происходит, но такая способность нам, несомненно, нравится. Будто мы участвуем в викторине и знаем ответы на все вопросы.

Однако такое происходит не всегда и касается не каждой темы. Мы не знаем, связано ли это с тем, что мы изучаем очень много разных вещей, или с какой-то физической трансформирующей функцией головного мозга. Эта суперспособность разума не приносит никакой боли, хотя мы довольно часто с ней сталкиваемся — я имею в виду, каждый божий день. В случае надобности мы каким-то образом вытаскиваем необходимую информацию из некоей папки на задворках мозга и используем ее. Откуда берутся эти шкафы с папками — для нас загадка, но мы пользуемся ими и очень рады, что они у нас есть.

Писатели обычно помнят вещи, которые каким-то образом могли повлиять на нас в определенный период жизни. В моем случае я помню то, чего вообще не должен знать, но откуда-то знаю.

Например, я могу смотреть телепередачу из 1950-х годов (когда я точно ничего смотреть не мог по объективным причинам) и сказать, что за актера там показывают и как развивалась его карьера после окончания шоу. Телевизор в нашей семье появился гораздо позже, когда я был уже подростком. Я никогда не смотрел телевизор у друзей или где-либо еще. Я и понятия не имел о том, что такое телевизор, пока мне не стукнуло 12 лет, и даже тогда мне разрешали его смотреть всего пару часов в неделю. В детстве по субботам я ходил в кино на дневные сеансы за 75 центов. В эту сумму входили попкорн, напиток и все, что показывали на экране. Трейлеры, киноанонсы и мультфильмы, которых было обычно не менее шести. После всего этого начинался тот фильм, ради которого и приобретался билет. Неплохой вариант провести субботу для ребенка.

В основном показывали научно-фантастические фильмы категории В, которые так нравились детям. Я могу рассказать любые подробности о кинотеатре, буфете, даже о дизайне главного входа и его украшении.

Моя память устроена довольно странно, но я рад, что это так.

Я все еще не понимаю, за какие заслуги мне досталась такая память. Я до сих пор помню наизусть телефонный номер дома, где я провел детство, включая код города. Но я отвлекся от темы.

Самый большой плюс такой памяти в том, что она представляет собой огромную библиотеку событий и характеристик различных мест, людей и вещей. Я могу спросить что-то у своей писательской памяти, и — вуаля! — вся нужная мне информация в цвете на блюдечке с голубой каемочкой.

Писатели могут помнить людей и их разговоры, ситуации, приведшие к преступлению или несчастному случаю. Подробно описать цвет какого-то предмета и так далее.

Мы используем память, как говорят в комиксах, во имя добра.

Но всегда приходится чем-то жертвовать. Лично мне, например, всегда сложно вспомнить имена взрослых. Я помню имена детей и животных, но имена взрослых напрочь вылетают из головы. Сейчас я знаком со многими взрослыми, знаю их имена и всегда буду знать, не поймите меня неправильно.

Так, после автограф-сессий имена детей, которым я подписал книги, я буду помнить без проблем, но, чтобы вспомнить имена их родителей, мне придется попотеть. Я могу лишь предположить, что какой-то участок моей памяти в отпуске.

Мы используем суперпамять для описания различных вещей в книгах, персонажей во всех подробностях, даже мест преступлений.

Иногда мы способны воспроизвести мельчайшие детали, вплоть до запаха в переулке, аромата мусорных баков, звуков и типов сирен машин, несущихся с ревом по улицам. Что это — скорая помощь, пожарные или, может быть, полиция? Звуки спецсигналов у всех машин разные. Так откуда мы все это знаем? Да мы и не знаем на самом деле, просто делаем, не особенно задумываясь.

Некоторые боятся пользоваться памятью из-за того, что мы не уверены, можно ли доверять этим данным хоть в какой-то мере. Нелепо иметь фотографическую память и не знать, откуда берется информация. Считается, что маленькие дети — я имею в виду, младенцы — еще не имеют никакой реальной способности что-то помнить. Но выходит, это совсем не так.

Сейчас есть возможность проводить высокотехнологичные исследования с участием младенцев, в которых контроль осуществляется только посредством электроэнцефалографа (ЭЭГ) или аппарата магнитно-резонансной томографии (МРТ). Довольно трудно добиться каких-либо результатов с испытуемыми такого возраста.

Так что это дает нам как писателям? Откуда взялась эта невероятная суперпамять? Это особый дар — умение наблюдать? Мы не знаем.

Возможно, вопрос нужно ставить по-другому: есть ли нам дело до того, откуда что берется, если мы можем пользоваться способностями для написания книг?

Я обеими руками за такой вариант. Вы же можете вооружиться аппаратом МРТ и потом рассказать о том, что у вас получилось.

Глава 22. Конкуренция

Конкуренция в издательском мире очень высока. Говорят, у каждой книги есть свой читатель, но, к сожалению, реальность такова, что некоторые книги так и не находят читателя. В некоторых случаях книга пропадает в безвестности, не имея ни единого шанса быть прочитанной, потому что автор не сделал ничего для ее продвижения, даже не познакомил мир с ее названием.

В компаниях, расположенных на Хадсон-стрит в Нью-Йорке[18], работают прекрасные люди, не поймите меня превратно. Но когда речь заходит о борьбе за жизнь вашей книги, то защищать ее всеми силами должен именно автор, и именно автору нужно бороться за ее выживание в условиях рынка.

Если вы один из тех искателей приключений, решившихся самостоятельно издать книгу за свой счет, то нужно отнестись к этому с еще бóльшим рвением. Конкуренция прячется там, где вы даже не ожидаете ее встретить.

Конкуренты живут на полках книжных и сувенирных магазинов.

Если вы планируете продать книгу для реализации в крупные сетевые магазины, это может оказаться весьма сложной, а порой и непосильной задачей. Большинство магазинов просто откажется с вами связываться, если вы не внушаете доверия в том плане, что ваши книги будут хорошо продаваться. В общем, это довольно тяжелое испытание, которое отнимает массу времени.

В среднем с того момента, как вы отправляете рукопись на рассмотрение в издательство, и до того дня, как в случае положительного решения свежеотпечатанная книга попадает на полки розничных книжных магазинов, проходит полтора года. Бóльшую часть времени занимает процесс принятия и одобрения работы. Такова природа этого процесса. Процесс же попадания книг на распределительный склад совершенно иной.

Оптовики — это посредники, которые продают книги, полученные от издательств. Розничные магазины не покупают книги в розницу, они приобретают книги по сниженной цене или на условиях консигнации[19]. Доля оптовика обычно составляет чуть более 55 процентов. Вы же получаете то, что осталось, а это обычно совсем немного. Но подождите, это еще не все!

Вернемся к дистрибуции. Это такой бизнес, который специализируется на отправке книг в розничные магазины. Они тоже откусывают немаленький кусок от оставшейся части вашего пирога. Каждый раз, когда какой-то посредник берет процент, уменьшается та сумма, которую в итоге получаете вы, автор.

Цифры еще и разнятся в зависимости от дистрибьютора.

Единого стандарта тут нет.

Сумасшедший бизнес, не правда ли? Как какая-то компания или вообще кто бы то ни было в принципе может заработать хоть что-то, когда столько пальцев тянется к этому пирогу?

Многие небольшие и средние издательства сейчас предпочитают не связываться с оптовиками или дистрибьюторами из-за огромных процентов, которые те постоянно норовят себе отхватить, и сами продают книги напрямую в магазины.

Это был отличный способ ведения бизнеса в стародавние времена и остается таковым по сей день. Так что если вы планируете сотрудничать с небольшим или средним издательством, спросите, как они собираются распространять книги, через каких оптовиков, если таковые имеются, они будут отправлять их в книжные магазины. Когда-то издатели занимались и оптовой продажей, и распределением товара. Ничего не мешает им заняться этим и сейчас.

Понимаете, почему это необходимо?

Когда издательский бизнес только набирал обороты в двадцатом веке, люди покупали книги напрямую у издателя. Было меньше хлопот, не возникало неразберихи с заказами, не приходилось делиться с кем-то пирогом, книги не возвращались обратно в издательство. Автор получал реальные деньги, и все были счастливы.

Эти две посреднические операции, по моему мнению, стали главной причиной, из-за которой вся индустрия села в лужу. Если вы независимый автор, решивший издать работу самостоятельно за свой счет, то вы сможете полностью контролировать, как и кому продаются ваши книги.

Контроль — вещь хорошая. Однако придется следить вообще за всем, включая стоимость, накладные расходы, запасы товара на складе. В общем, делать все так, как делают большие мальчики.

Но давайте вернемся к вопросу конкуренции в этой индустрии.

Один из лучших примеров — литература для детей. В одних только Соединенных Штатах Америки в 2016 году было выпущено более трехсот тысяч книг, не говоря о других странах, таких как Китай, где публикуется больше книг, чем в любой стране на планете.

В эти цифры не входят книги, самостоятельно изданные авторами за свой счет.

Так что, как видите, конкуренция огромная, и шансы столкнуться с этим явлением чрезвычайно высоки. Если бы продать книгу было просто, то на каждую тему было бы от силы по две книги, но это не так.

Зайдите в любой более-менее крупный книжный магазин и посмотрите, сколько там всевозможных секций. И в каждой из них такое количество разных книг, что не сосчитать.

Зайдите, к примеру, в секцию детской литературы в любимом известном книжном магазине, и вы увидите тысячи самых разных названий. Ни один автор не может сказать, что у него нет конкурентов. Все книги на полках соперничают друг с другом за каждый доллар. Книги отсортированы и классифицированы по темам, именам авторов или по издательствам.

Этот способ используется в магазинах годами.

И опять всплывает тема продвижения.

Чем больше денег издатель готов вложить в продвижение книги, тем выше шансы на то, что она будет хорошо продаваться, а остатки непроданных экземпляров к вам не вернутся. Но в настоящее время издательства не особо тратятся на продвижение.

Единственный вариант, когда закладывается какой-то бюджет на продвижение, только если книга — потенциальный бестселлер от писателя, заработавшего репутацию хорошо продаваемого автора.

Это может быть доллар на книгу, помноженный на общий тираж отпечатанных экземпляров. Например, если книга выходит тиражом 10 000 экземпляров, то бюджет на продвижение может составлять 10 000 долларов. Продвижением книг занимаются только крупные издательские дома. Небольшие издательства просто не могут себе этого позволить, потому особо и не пытаются. Бюджет не безграничный. Некоторые отраслевые и экономические журналы требуют кучу денег за рекламу. Одно рекламное упоминание книги может стоить чуть ли не несколько тысяч.

Например, за однократное упоминание книги в конкретном журнале под названием PW[20], который является крупнейшим экономическим изданием и считается чуть ли не библией для всего издательского мира, можно выложить сразу весь бюджет, выделенный на продвижение.

Идея не так уж и плоха, просто название книги может полностью затеряться в бесчисленном количестве рекламы других книг, и никто его вообще не заметит. Так что дело это рискованное, и тут есть, о чем подумать.

Вы можете заметить, что книги на полках магазинов отсортированы по названиям издательств. Возможность того, что книгу заметит покупатель, просчитывается еще на самых ранних этапах ее продвижения, и от этого зависит объем средств, которые издательство может заложить на рекламу.

Место на книжной полке в магазине стоит денег, причем немалых. Издательские дома арендуют эти места. Полки действительно дорогие, потому что, по сути, это аренда недвижимости в книжном магазине. Чем крупнее издательство, тем больше места в магазине оно занимает. А самая дорогая недвижимость в магазине — это то, что принято называть торцевым стеллажом. Нанести какую-то надпись на эту конструкцию стоит издательству таких бешеных денег, что сказать страшно, а надпись эта пробудет там совсем недолго. Вот так книжные магазины и зарабатывают свои денежки.

Когда конкуренция нарастает, деньги из бюджета, заложенного на продвижение книги, тратятся уже по минимуму, потому что конкурировать предстоит с другими книгами, стоящими рядом на полке. Нельзя позволить себе просто сидеть и ждать, пока кто-то купит ваше произведение. Это как если бы вы сидели в пустыне и ждали, что кто-то придет и принесет воды.

Вы можете быть милым со всеми, кто вам нравится, но если они написали книгу, похожую на вашу, то вы будете готовы продать душу дьяволу ради того, чтобы продажи вашей книги были выше, чем у них.

Не нужно грубить или плохо отзываться о конкурентах. Говоря о своей книге, помните о том, что важно сохранять лицо и хорошее к вам отношение.

Выдержка и приятные манеры чрезвычайно важны, когда вы ненавязчиво расхваливаете свою книгу. Вы разговариваете с людьми, а не с покупателями. Будьте дружелюбны и сохраняйте спокойствие, когда кто-то уходит, так ничего и не купив. Поблагодарите их за то, что они нашли время выслушать вас, и выразите надежду, что вскоре снова их увидите.

Может быть, у них просто нет возможности купить книгу прямо сейчас.

Они могли приобрести ваши книги где-то в другом месте. Причин множество. То, что они не купили книгу прямо сейчас, — не личное оскорбление. Не забывайте, что вы занимаетесь продвижением работы, а если при этом человек еще и что-то купит, то это просто дополнительный бонус.

А если не купит, ничего страшного.

У авторов, которые издаются самостоятельно за свой счет, работы даже больше. Вы оплачиваете абсолютно все расходы: производство книги, рекламные материалы, затраты на транспортировку, редакторскую правку и так далее. А многие розничные книжные магазины отказываются взять для продажи даже парочку экземпляров книги независимого автора, поэтому дел у вас вообще невпроворот. Из всего этого, как из кирпичиков, и строится весь проект. Прежде всего, нужно узнать, как можно продать вашу работу. В этом случае рекламные материалы просто необходимы. Это простой и относительно дешевый способ заявить о себе.

Прежде чем попрощаться с человеком, вручите ему закладку с рекламой или визитку. Если есть, дайте брошюрку. Все это стóит совсем недорого. Эти материалы легко сделать и просто заказать в любой типографии через интернет. Когда вы сами занимаетесь изданием книги, если, конечно, это ваш выбор, вы просто обязаны знать, как делаются такие вещи, или хотя бы иметь об этом какое-то представление.

Дизайн не будет дорогим, если вы занимаетесь им самостоятельно. Качественный дизайн — уже другой вопрос. Не нужно думать, что вы можете просто ударить себя кулаком в грудь и гордо заявить: «Я дизайнер!» Здесь тоже есть законы и правила, и если им не следовать, то вы потратите впустую массу времени. А время — это как раз то, что терять никак нельзя. Плохо оформленная книга не продается. Она выглядит кустарно, по-дилетантски и может месяцами одиноко пылиться на полке в магазине.

Но самое главное — нужно уметь заключать сделки на печать ваших книг и рекламных материалов.

Не удовлетворяйтесь тем, что на первый взгляд кажется нормальным. Смысл в том, чтобы добиться максимально выгодных условий.

Затем разберитесь, откуда берутся ISBN-номера[21], штрихкоды на задней стороне обложки, узнайте, где можно сделать фото, которое потом будет помещено в разделе сведений об авторе книги, кто лучший специалист по дизайну обложек. Список можно продолжать до бесконечности.

Все это — лишний повод убедиться, что вы действительно выделяетесь из общей массы, когда речь заходит о продаже книг. Образно говоря, ваша книга должна уметь прыгать на скакалке, чтобы привлечь к себе внимание, а вам нужно знать, как с этой скакалкой обращаться, чтобы не помешать процессу. Конкуренция в книжном мире? О да, она существует. Каждый, кто говорит, что ее нет, обманывает сам себя.

Многие люди хотят, чтобы все считали их хорошими, и помогают другим авторам идти к цели, тратя на это бесценное время, которое можно было бы уделить собственным книгам, и тогда получается, что все приложенные усилия, все долгие часы, проведенные за кропотливой работой, приносятся в жертву чужому успеху. Смысл этого бизнеса — вывести книгу в мир, чтобы люди смогли ее прочитать, и сделать это нужно раньше, чем сделают толпы желающих добиться того же самого.

Если компания издает какие-то книги в течение одного года и книги эти особой прибыли ей не приносят, это значит, что на следующий год компания может прекратить их издавать из финансовых соображений.

Это безумная, дорогая авантюра, результаты которой предсказать весьма сложно. Как правило, обычные люди не имеют возможности выкинуть на самостоятельное издание книги, которая вполне может и не стать успешной, двадцать тысяч долларов. Очень сложно понять, будет книга успешной или нет. Книгоиздание — рискованная игра для тех, у кого есть деньги.

Книги — как игральные кости, которые вы бросаете. Никогда не знаешь заранее, что выпадет.

Однако не забывайте, что издательства работать не перестанут, они продолжат печатать книги, тем самым увеличивая количество книг, конкурирующих с вашими за каждый доллар. Задайте себе такой вопрос: если шансы с самого начала не в вашу пользу, пойдете ли вы до конца, несмотря на это?

Книжные издательства изо всех сил стараются отыскать неограненный алмаз. Такую книгу, которая поразит каждого, кто ее прочитает.

Они готовы сражаться за такую книгу. Может быть, за вашу?

Глава 23. Война создает странные и динамичные произведения

На протяжении всей истории человечества возникала уникальная потребность в крупных конфликтах между разными культурами и цивилизациями.

Происходит это из-за так называемого желания одержать верх над противоборствующим обществом, занять земли, которые теоретически требуются навязываемой культурой, или просто потому, что у какого-то парня самая красивая девушка в мире, как в случае с Троянской войной. Ее звали Елена, и она считалась прекраснейшей из женщин, когда-либо живших на свете.

Со временем человек посчитал нужным вести хронику разрушительных действий. Попыток победить и окончательно убедить противника в своей правоте, и если кто-то с этим не согласен, он обречен навечно.

Войны на религиозной почве, например, загубили огромное количество ни в чем не повинных людей. Но есть нечто общее, встречающееся в любых хрониках военного времени. Это можно найти в каждом романе, в каждом рассказе очевидцев и в каждом воспоминании о сражении.

Все величайшие произведения, в том числе «Прощай, оружие!» (Хемингуэй), «Война и мир» (Толстой), «Алый знак доблести» (Крейн) и даже «Уловка-22» (Хеллер) и «МЭШ» (Хукер), имеют эти общие черты в большей или меньшей степени.

Когда ведется хроника войны, аспекты смерти и жестокости представляются только как внешняя сторона описываемых событий, как некая оболочка. Настоящая же тема — это люди, их поступки и эмоциональная сторона происходящего.

Эмоциональная составляющая — это хребет, остов каждого великого произведения о войне или вообще любой истории. И неважно, заставляет эта история смеяться, плакать, испытывать ненависть или задаваться вопросом, почему вы вообще решили это прочитать.

Именно через эмоциональную составляющую нам рассказывают истории всех персонажей, объясняют, почему случается то или иное событие, показывают, что происходит с жизнью тех, кто имеет какое-то отношение к описываемым событиям, почему на них это влияет и каким образом.

Писать о войне — это не только писать о солдатах и их вере, которая так сильна, что они готовы пожертвовать жизнью ради нее. Это также истории семей, матерей, отцов, тетушек, дядюшек, бабушек, дедушек, братьев, сестер, подруг и, конечно же, жен солдат. Это все о живом человеческом опыте.

Истории о войне имеют и политический оттенок, благодаря чему часто объясняются причины, приведшие к началу боевых действий.

Конфликт, о котором вы читаете, затрагивает куда больше эмоций, чем любая другая история, не связанная с войной. Предательство, страх, грусть, гордость, смятение и тревога — вот лишь некоторые примеры из бесчисленного перечня разнообразных ощущений, которые испытывают персонажи на страницах книги. Пули свистят, артиллерия грохочет, а солдаты далеко не всегда оказываются хорошими парнями — плохих парней можно встретить по любую сторону линии фронта.

Исторические книги о войне, в которых представлены факты со слов очевидцев, реальных солдат, выживших во время описанных конфликтов, полицейского произвола или полномасштабных боевых действий, как правило, позволяют получить максимум информации и наиболее полное представление о произошедшем.

Такие книги позволяют писателям-фантастам включать в произведения реальные случаи из истории. Они изучают факты и превращают их в интересные рассказы.

Обратная сторона писательской медали в том, что писатели всегда ищут идеальный сюжет. Но поскольку идеальных войн не бывает, написать идеальную историю о войне вряд ли возможно.

Такая книга еще не написана, и сомневаюсь, что кто-то когда-нибудь ее напишет. Не забывайте: историю пишут победители. Нам решать, писать ли ее, какой бы неприятной она ни была.

Наш долг как писателей — писать правду, а не брать какие-то новомодные интерпретации из средств массовой информации или чьи-то выдуманные версии.