Граф Суворов, том 5

— Пошел на хрен, сопляк! — нагло усмехаясь проорал чубатый мужик, и попробовал харкнуть в мою сторону, но плевок завис в воздухе.

— Отлично! У нас есть доброволец для демонстрации. — улыбаясь проговорил я. Поняв, что грядет что-то нехорошее, мужик вскочил в попытке сбежать, но его тут же отбросило назад прессом, протащившим неудавшегося разбойника прямо мне под ноги. Наклонившись, я последовательно активировал болевые рецепторы и отступил на шаг, глядя как бандита начинает трясти.

Выдержал он всего несколько секунд, затем взвыл, заорал, выгнувшись дугой, заскреб себя ногтями по лицу и шее, оставляя глубокие царапины… длилась агония несколько минут, пока от перегрузки нервной системы он не рухнул в обморок, обмякнув. Остальные пленники в ужасе переводили взгляд с меня на бывшего подельника и обратно.

— Итак, повторю вопрос. Кто украл наши запчасти, и куда их отвезли? — с легкой улыбкой проговорил я, наклонившись к бандиту. Несколькими движениями я вернул нервные центры в норму, убедился, что в ближайшие полчаса он не очнется, а затем перевернул его лицом вниз, чтобы он не захрапел невовремя.

— Никто не хочет ответить? — удивленно посмотрел я на молчунов.

— Может в следующий раз просто сломать руку или ногу? — чуть замявшись спросил Таран, похоже воспринявший мой спектакль всерьез.

— Ну нет, полумеры – не наш метод. К тому же их вон сколько. Один точно заговорит, зато о остальных беспокоиться не придется. — усмехнувшись сказал я, подходя к следующему бандиту. — Смерть или ответ? Молчишь? Ну ничего страшного…

— Камышевские мы! Из станицы! — завопил мужик, пытаясь отползти от моей протянутой ладони. — Не вели казнить, барин! Бес попутал!

— Бес? И как же этого беса зовут? — вопросительно посмотрел я на преступника. — Знаешь же, у каждой проблемы есть имя, фамилия и дата рождения. А нет человека – нет проблемы. Так как? Кто вас придурков надоумил на военный корабль напасть?

Ответивший замолчал, отвернувшись, а один из бандитов криво усмехнулся, глядя в сторону.

— Что смешного? — спросил я, обернувшись к мужчине. — Может ты перед смертью шутку хорошую вспомнил, так расскажи, мы все послушаем. Смеяться для жизни полезно, говорят смех ее продлевает. Ну же, смелей.

— У вас не судно, а развалюха. Ни пушек, ни брони. Даже на маневровых чехлы одни остались, без защиты. — едко ухмыляясь ответил бандит с длинными свисающими по бокам от рта усами.

— Ну не плюёшься, уже хорошо, значит можно разговаривать. — довольно сказал я, останавливаясь напротив усача. — Значит в кораблях разбираешься? И много вас таких в станице?

— Прилично, и ты им не ровня, сопляк. — ехидно заметил усач.

— Может и так, может и так… — проговорил я, прикидывая варианты. — Таран, этих, связать, и вместе с телом к ближайшим деревьям. Если их медведь задерет или волки – их проблемы. А этого умника, в кандалы. Карта есть? Далеко от нас эта станица?

— Километров пятнадцать, если маршем в доспехах, за пару часов управимся. — ответил бурят, передав распоряжение звеньевым.

— Долго, могут собраться. Оставляй зама. Таран, Ангел, Красный – со мной. Жеглов за старшего. Вопросы? — посмотрел я на бойцов.

— Тяжелое брать? — тут же поинтересовался Макс.

— Ну возьми, на всякий случай. — решил я, и через пять минут в кузове грузовика уже сидело трое бойцов в резонансных доспехах. Мы с Василием разместились в кабине, и я поблагодарил всех богов, что ехать оказалось недалеко. Такой развалюхи я в жизни не видел, да что там, в обеих жизнях! А ведь добираться приходилось по грунтовой дороге с глубокой колеей. Но коптящий бензиновый двигатель кое-как сумел вытащить разваливающийся на ходу грузовик и спустя еще полчаса мы оказались у поселения.

Фары выхватили из ночной темноты невысокие одноэтажные домики с белыми и желтыми стенами, крытые черепицей. Дорога стала чуть лучше, но асфальта тут похоже никогда не видели. Но чем ближе к центру деревни мы подъезжали, тем цивильней становилось окружение, даже появились трех и четырехэтажные здания. А уж когда мы добралась до стоянки грузовиков…

— Едут! Сумели-таки сбежать от уродов! — раздался веселый крик какого-то подростка, возле приземистого старого ангара собралась целая толпа. Те самые три сотни человек. И наши запчасти виднелись.

— Молодцы! Что прихватить успели? — спросил, подходя к кабине рослый детина, с гладко выбритой головой. Но когда он сумел разглядеть кто сидит в кабине, глаза мужчины расширились. — Братцы! Это не наши!

— Выходим. — приказал я, постучав по кузову.

Таран не стал себя утруждать открытием дверей. Резонансный доспех просто встал во весь рост, снеся крышу, а затем пинком отбросил в сторону стенку. Да так удачно что подошедшего здоровяка снесло в сторону. В тот же миг затрещали ружейные выстрелы, но я уже привычным движением поставил щит и ни одна из пуль до нас так и не долетела.

— Ублюдки! Они наших положили! Машину поломали! — орала какая-то баба, спрятавшаяся за стеной ангара. — Бей барских!

— Старайтесь никого не убивать. — проговорил я, осматривая улицу. — Поселение небольшое, но живут они здесь скорее всего давно. Значит есть тут и нормальные люди, и дети. Не одни же воры.

— А они себя ворами и не считают. — заметил Строганов. — Скорее добытчиками. Могу поспорить, у них даже есть слезливая история, обосновывающая почему им наша гидравлика нужнее чем нам.

— Вон отсюда! Псы боярские! — раздался со стороны ангара грубый мужской голос, искаженный шипением динамика. — Иначе всех положим!

— Это будет даже забавно. — произнесла Ангелина, ставя щит позади нас. Мои конструкты она видеть не могла, но предосторожность никогда лишней не бывает. Тем более что вскоре в нас стали палить из окон соседних домов.

— Можно я жахну? — спросил Краснов.

— Обязательно жахнешь, но потом. — сказал я, выходя чуть вперед. — Сдавайтесь, выдайте нам главарей, запчасти, сдайте оружие, и мы уйдем с миром.

— Сдохни собака царская! — раздался истошный бабий крик и в нашу сторону полетела бутылка с подожжённой тряпкой в горлышке. Раздался звон стекла, вспыхнула в воздухе огненная лужа, а спустя секунду застрекотал пулемет.

Из ворот ангара вышло несколько штурмовых доспехов, тоже модели воин, но в куда более плачевном состоянии чем наши. Прикрываясь штурмовыми щитами и прячась за редкими заборчиками они открыли огонь из автоматов и даже пару гранат в нашу сторону полетело…

— Ладно, жахай. — решил я, прикрывая глаза от близкой вспышки взрыва. Мой щит все выдержал, но долго такое терпеть было нельзя, сочтут за слабость и вообще будут лезть на рожон.

— Ну наконец! — радостно проговорил Максим, а затем вскинул на плечо резонансного доспеха странную конструкцию из труб… Пушка! У него на плече пушка! — Получай! Ю-ху!

Громыхнуло так, что я чуть не оглох. Полуметровый столб пламени вырвался из ствола, а самого стрелка отдачей повалило на спину. Но и результат выстрела превзошел все ожидания. Прячущихся за забором противников снесло вместе с забором. Щиты, если они были, снаряд даже не почувствовал. Первого из бандитов просто разорвало выстрелом пополам, второго задело только по касательной, но искорежило так что было очевидно – выжить он не мог даже чудом.

— Красный, ты реально псих! — проговорил я, стуча себя по уху, чтобы вернуть нормальную слышимость.

— Ты же сам просил взять что-нибудь по тяжелее. — обиженно проговорил Макс.

— Когда я говорил «потяжелее» я имел ввиду гранатометы. — резко ответил я, не обращая внимание на стрекотавшую ружейную пальбу. — А ты что притащил? Пушку!

— Малютку… она всего пятидесятимиллиметровая! — попытался оправдаться Максим, но я лишь махнул на него рукой.

— Последнее предупреждение! Сдавайтесь, иначе нам придется самим собирать оружие по станице, и тогда пострадает куда больше ваших товарищей! — крикнул я, пытаясь высмотреть в темноте хоть кого-то, кто мог бы оказаться старшим. — Прекращайте пальбу, она нас даже не поцарапает, а вам только хуже сделает!

Судя по всему, слова мои их не убедили, и через несколько секунд я понял почему. Из раскрытых ворот ангара полыхнуло синее пламя. Раздалось жуткое дребезжание, металлический скрежет, а затем гул. А всего через несколько секунд здание накренилось, крыша его пошла волнами и обвалилась внутрь.

Медленно, словно в кошмарном сне, над поломанными стенами поднималось нечто, что когда-то очень давно было военным кораблем. А может только собиралось им стать, ведь половина конструкции выглядела так, словно ее собирал из конструктора семилетний ребенок, ничего не понимавший в инженерном деле, но очень увлеченный. И тем не менее, этот корабль-мутант летел, и что гораздо хуже, единственная его башня разворачивалась в нашу сторону, грозя спаренными дулами орудий.

— Это сотка! Противокорабельная! — выкрикнул Строганов, вскинув свой крупнокалиберный карабин и начавший лупить по не до конца скрывающейся за броней рубке. — Если она по нам пальнет…

— Не пальнет. Макс, жахни! — крикнул я, и довольный Краснов, встав на одно колено, выпалил прямой наводкой. — Да не по броне же! Куда ты бьешь?!

— А куда надо? — удивился Максим, но времени разговаривать уже не было.

Грохот артиллерийского сто миллиметрового орудия сотряс воздух, мгновенно оглушив. Ударная волна от выстрела даже в десяти метрах прошла по коже неприятным давлением, а все мои силы ушли на то, чтобы заставить снаряд чуть отклониться. Стальная болванка рухнула дальше по улице, в чей-то огород, подняв фонтан земли. А затем там рвануло так, что комья долетели до нас.

А у меня в голове появилось четкое осознание что второй такой выстрел я сейчас ловить не готов. Вполне возможно – у меня даже получится, но рисковать нет никакого смысла.

— Винтовку. — потребовал я, забирая из рук Василия современное противотанковое ружье. Естественно, против нормального корабля оно было абсолютно бесполезно, но у этого едва держащегося в воздухе конструктора хватало слабых мест. Что там, у него даже командная рубка торчала между ребрами перекрытий, почти без защиты. И в отличие от Строгонова я видел людей внутри. Две ауры. И стрелял я по большой.

С такого расстояния не промазал бы даже новичок держащий винтовку первый раз в жизни. Единственная сложность была – не попасть, а стальные балки перекрытий, но я справился. Пуля вошла точно в резонансную камеру, и двигатели, только что державшие птичку на ходу, начали резко сбавлять обороты. А затем недостроенный корабль накренился и со скрежетом рухнул на остатки ангара.

На этом битва закончилась. Падение главного козыря, сломило дух Комышовских, и вскоре перед нами, со сложенными за головой руками, стояло около двух сотен женщин и мужчин самого разного возраста. При этом даже двенадцатым рангом владело всего несколько из них, остальные не владели резонансом вообще.

— Кто староста станицы? — спросил я, сидя на завалинке перед строем пленных.

— Погиб он. — мрачно ответил ближайший ко мне мужчина. — Вон, лежит… все что от него осталось.

— Ага, ну я как-то так и подумал. — кивнул я, взглянув на развороченный резонансный доспех. — Кто следующий по старшинству?

— Жена его, Марфа. Вон, за ним лежит. — ответил все тот же мужик, мрачнея еще больше.

— Ладно, чувствую разговор у нас не ладится. Спросим по-другому. Кто из вашего сброда старший сейчас? — стараясь унять раздражение проговорил я. — То, что вы нас даже не поцарапали, не значит, что вы не пытались, и мне это очень не нравится. И ладно, когда нападают на меня, но, когда пытаются навредить моим близким и друзьям, я просто зверею. А потому последний раз спрошу, кто старший? Кто готов нести ответственность за весь произошедший бардак?

— Я готов. — встал не слишком мускулистый, но жилистый мужчина, с характерным кулоном одаренного на шее. — Отпустите остальных…

— После всего что вы устроили? Ну нет. — усмехнулся я, поднявшись. — Но не волнуйтесь, я знаю, чем вы заплатите и за угрозы, и за мое потраченное время. Макс, начинай составлять список пригодных запчастей.

Глава 4

Через пару часов, когда солнце уже поднималось над горизонтом, пришла новость что ремонт заканчивается, и до нас наконец добралась пешая процессия из пленных и десятка конвоиров в резонансных доспехах. Все это время мы тоже не бездельничали, разоружая местное население. Некоторые пытались оказывать сопротивление, но резонансный доспех, пусть и устаревший, обычные пули не брали. К тому же мы с Тараном и Ангелиной не пренебрегали конструктами.

— Строгий вызывает барона, прием. — донеслось из динамика рации.

— На связи. — ответил я, поднеся передатчик к уху.

— Без вашей помощи мы больше двадцати километров не пролетим. И только на маршевых двигателях. — сообщил Василий. — Задействуем всех, кто остался на борту, но до деревни точно дотянем.

— Лишний раз не рискуйте, держитесь полей. — решил я. — Если есть сомнения – садитесь, я сам к вам приеду.

— Ясно, сделаем. — ответил Строганов, и я услышал на фоне гудение двигателей. А всего через пять минут над станицей уже загорелись синие огни резонансных двигателей, и судно, держащееся над самыми верхушками деревьев, пошло на посадку в чьем-то огороде, неподалеку от разрушенного ангара.

Поднявшись на борт, я с удивлением увидел, как осунулись и вымотались все, кто обеспечивал работу корабля за несколько минут полета. Погоняйло, совмещавший роль первого пилота и капитана корабля и вовсе лежал в кресле, тяжело дыша. Остальным пришлось немногим легче.

— В таком виде мы далеко не улетим. — осмотрев экипаж решил я. — Канонирам занять посты ПСО. Первый штурмовой – контроль периметра. Второй штурмовой – отдых четыре часа.

— И на том спасибо. — с хрипами в голосе проговорил Погоняйло, пытаясь подняться с кресла, но я удержал его ладонью.

— Вам, капитан, так перенапрягаться не стоит. Здоровье вы поправили, но пока все равно еще слабы. — сказал я, чуть разгоняя его метаболизм. — Вам требуется поесть и выспаться. Но прежде нам придется обсудить одни неприятный вопрос. Строгий, Таран, Шебутной, Кап-два, в кают-компанию на совещание.

Через пять минут все названные мной главы отрядов и просто самые важные в нашей маленькой компании люди собрались в одном месте, рассевшись вдоль стен. Пришлось пройти по каждому из них, нормализуя состояние, иначе говорить оказалось бы бесполезно, но вскоре все уже пришли в себя.

— Итак, прежде чем вы сможете отправится на боковую, у меня один пренеприятный вопрос. Как мы вообще оказались в такой ситуации? — сказал я, оглядев всех присутствующих. — Таран?

— Казалось, что внутри судна нам ничего не угрожает, вот мы и расслабились. — ответил бурят. — К тому же вчера был такой суматошный день…

— Ясно. — кивнул я, поворачиваясь к завхозу. — Леха?

— Я все время занимался инвентаризацией и учетом. Ну и услышал какую-то возню первым, поднял тревогу… — пожал плечами Шебутнов.

— Принято. — сдержавшись чтобы не поморщиться ответил я. — Василий?

— Я занимал пост наблюдения за небом. Оттуда нижнюю полусферу не видно. — едва заметно усмехнувшись заявил Строганов.

— Как вы сами заявили – вы владелец этого судна, и команда ваша. Так что и приказы им можете и должны отдавать только вы. — не дожидаясь пока я на него посмотрю заявил Погоняйло. Несколько секунд у меня в голове крутились шестеренки, а затем в мозгах что-то будто щелкнуло, и картина сложилась вместе.

— Та-ак. Что же, хочу признать, урок вы мне преподали знатный. Жаль только, что из-за него мы чуть корабля не лишились. — не весело усмехнулся я. — Конечно, никто такой ситуации не ожидал, все же мы не на боевом вылете. Да и Василий предусмотрительно остался на посту, хотя мне ничего не сообщил. Однако, есть небольшой нюанс. Я не самодур, который не выдерживает критики и не обращает внимания на чужие советы. Больше того, я вчера их у вас спрашивал. А к Строгонову как денщику-адьютанту вообще возникает множество вопросов…

— Виноват, исправлюсь. — тут же вытянулся Василий.

— Надеюсь на это. В таком случае прошу составить график дежурств среди младшего боевого состава. Таким образом чтобы дежурные не занимались подпиткой двигателей на рейдах. — проговорил я, посмотрев на Тарана и тот кивнул. — Хорошо. Если у вас есть какие-то предложения или пожелания, я вас слушаю.

— В таком случае я одно внесу. — прокашлявшись сказал Погоняйло. — Судно из состава флота выведено. Раньше оно имело индекс 112-Безотказный. Однако теперь ему нужно новое имя. И кому как не вам его называть?

— Я подумаю на эту тему. — кивнул я. — Если других вопросов и предложений нет – можете отдыхать. Дом старосты естественным способом освободился, и он довольно просторный. Так что сейчас он в вашем распоряжении. А мне еще предстоит принимать трофеи. Леха, бери Краснова, встретимся у ангара через пять минут.

— Выставлю караул. — сказал чуть пристыжённо Таран, на что я лишь кивнул.

У рухнувшего недостроя мы собрались вовремя. Надо сказать, что зрелище было монструозное. Если армейская конструкция в сборе представляла собой пусть и не верх совершенства, но систему компромиссов между эффективностью и скоростью, где главным всегда была надежность, то представшая перед нами в утреннем солнце недоделанная конструкция оставляла смешанные, в основном неприятные чувства.

— Как оно вообще летало? — удивленно проговорил Максим, обходя металлический скелет по кругу. — Развеска кривая, маневровые консоли на соплях держатся, пушечную башню воткнули будто в насмешку… она же стрелять в таком положении может только в передней полусфере!

— И тем не менее оно летало и стреляло. — заметил я. — Видно, что местный кулибин собирал из того, что было в наличии. Похоже даже двигатели разные.

— Сплошная мародёрка. — покачав головой усмехнулся Краснов.

— Не нам его осуждать, учитывая, что сейчас самое время забрать себе ценное или хоть применимое. — проговорил я. — Итак, что нам стоит из этого взять. Желательно – самое дорогое или то, что мы можем применить на нашем судне.

— Было бы у нас недели две, я вручную половину разобрал. — вздохнул Макс. — А так… думаю стоит сосредоточится на вооружении. Пушка нам точно не помешает. Боезапас можно перегрузить, все что есть, даже если не используем – его легко перетащить, а потом можно продать.

— У них еще неиспользованные запчасти остались. — сказал Шебутнов. — Сами сетки антенн громоздкие и бесполезные, а вот датчики и системы расшифровки довольно компактные, а главное – дорогие. Можем их снять. Еще все оборудование из капитанской рубки, проводники, резонаторы и прочее.

— И сколько времени займет демонтаж? — на всякий случай уточнил я.

— Дня-три два, не меньше. — нахмурившись проговорил Краснов.

— Нет, не вариант. — с сожалением вздохнул я, осматривая груду металлолома. — Значит так, снимаем пушку, перегружаем снаряды. Леха, выбери самое ценное, вот так чтобы вообще, и желательно так чтобы его можно было либо вообще не демонтировать, либо за короткий промежуток времени. На всё про всё – шесть часов. Можете привлекать всех, кого надо из отдыхающих… впрочем нет. Командный состав не трогать, они вымотались перелетом. У меня есть другая идея. Таран. Приведи мне нового старосту.

— Вот он, ваше благородие. — сказал бурят, чуть не за шкирку притащив вызвавшегося в старшие мужика.

— Отлично. Итак, любезный, у меня к тебе потрясающее предложение. Выделяешь всех, кто разбирается в технике, мы забираем несколько агрегатов с вашей развалюхи, боеприпасы к пушке, а все остальное – будет ваше. Я даже забуду о недоразумении и не стану докладывать в Царицыно о том, что вы тут разбойничью шайку собрали и хотели меня, барона, прикончить. — усмехнулся я, глядя в мрачнеющее с каждым словом лицо мужчины. — Надо объяснять, что с вами будет, если о покушении на аристократа дойдет до жандармерии и армейских частей?

— На каторгу сошлют, в сибирь. — ответил новый староста.

— Точно. Может баб с детьми и пожалеют, но вряд ли. Так что, любезный, ноги в руки, и соображай быстро, кто у вас тут в технике разбирается. Десять минут у тебя. — сказал я, отмахнувшись от сникшего мужика, и Таран выгнал его взашей.

— Что-то ты с ним больно мягко. — заметил бурят, когда вернулся. — Они нас так-то убить хотели.

— Ну во-первых не убить, а обокрасть. — ответил я, чуть усмехнувшись. — А, во-вторых, мы все равно ничего никуда доложить не можем, нас же первых и схватят. Так что проявим добродушие и христианское милосердие. Может благодаря их помощи справимся быстрее, и больше соберем. Что там по изъятому вооружению?

— Старые воронцы, мосинки, несколько дисковых пулеметов и пистолетов. — отчитался Леха, открыв ведомость. — Из стоящего внимания – три гранатомета ручных, один ракетомет. Пушка безоткатная, тоже одна. Но они ее задействовать не успели, да и нам она бесполезна.