Приключение Мрирта в Подземье

– Госпожа, об этом говорит хотя бы тот факт, что эту область до сих пор не заняли ни другие разбойники-дроу, ни чудовища, ни друэгары, ни микониды, ни минотавры, – уклончиво ответил проводник.

Услышав это, я иронично улыбнулся под маской. Как складно рассказывает, аж самому хочется в это поверить. На самом деле всё обстояло намного проще. Какой безумец захочет соваться в ущелье, где нет ничего ценного, кроме смертельно опасных, старых костей. Монстры и чудовища инстинктивно чувствовали опасность этого места и обходили его стороной. Серым дворфам здесь нечего добывать, а минотаврам – жрать. Тёмные орки избегали кладбища из-за суеверий. Миконидам не нравилась местная почва. Вот дроу-разбойники здесь не появлялись из-за меня, это я признаю. Что касается прозвища, то оно возникло в качестве насмешки и шутки над тем образом, в котором я первое время появлялся перед контрабандистами. Для солидности навешивал на себя кучу драконьих костей, как на погремушку, вот и выглядел несколько… своеобразно.

Я из них сделал полный комплект тяжёлых доспехов, который мне так и не пригодился, поскольку он оказался слишком громоздким, неудобным и гремящим, не говоря уже о его низкой практичности. Конечно же, контрабандисты прекрасно понимали, где я добыл эти кости, вот и нарекли меня – Убийцей мёртвых драконов. Со временем слово «мёртвых» добавлять перестали, когда шутка потеряла новизну.

Посмотрев на сестру, поправлять проводника не стал. Напротив, у меня появилась довольно интересная идея.

Подавив страх перед аристократками-дроу, принял горделивую позу, для внушительности оперевшись на ранее подобранное копьё. Особенно сильно меня беспокоила жрица, но на неё я старался даже не смотреть, чтобы не провоцировать.

– Платите или возвращайтесь туда, откуда пришли, – громко объявил грудным, глухим голосом, немного изменив строение гортани.

– Не поняла, он что, требует, чтобы мы тоже ему заплатили? – искренне изумилась одна из благородных дочерей Тёмной матери. – Грязный членоносец, да как ты смеешь повышать на нас голос?! Немедленно встань на колени и моли о прощении! – разгневанно потребовала подчиниться её требованиям.

– Не шуми, женщина, а то тебя я убью первой, – любезно сообщил, демонстративно, двумя пальцами отодрав от себя кусочек чьих-то прилипших потрохов.

– Да я тебя сейчас заставлю…, – схватившись за кинжал, она неосмотрительно вышла вперёд, но вовремя поняла, что, покинув отряд, фактически осталась со мной один на один.

С тем, кто только что жестоко расправился с отрядом благородного дома и убил, как минимум, двух аристократок-дроу. Учитывая это, она имела все шансы стать третьей.

Несмотря на раздутые спесь и тщеславие, женщины дроу отнюдь не были дурами и прекрасно понимали, когда они могли распоряжаться своей властью и когда этого делать не стоило. Почувствовав, что выставила себя на посмешище, высказав угрозу, которую не в состоянии реализовать, да ещё и подвергнув себя опасности, она тут же сделала вид, что передумала.

– Так и быть, я забуду об этой дерзости в знак благодарности за оказанную помощь.

Вызывающе тряхнув роскошной гривой волос, пытаясь сохранить достоинство, гордо вернулась к своим бойцам. В отличие от неё старшая принцесса благородного дома Мун'Итиль продолжала сохранять молчание, спокойно изучая меня прищуренным, задумчивым взглядом, решая – как поступить? Прямо сейчас начинать новое сражение против того, кто вполне мог в нём победить, стало бы довольно опрометчивым шагом. Будучи умнее уже высказавшейся родственницы, глава каравана не только выслушала проводника, но и проанализировала его слова. Охотник-одиночка, способный выжить и защитить свою территорию от посягательств на глубинной тропе никак не мог оказаться слабаком или трусом. Что-то же внушало ему уверенность в том, что он МОГ предъявлять ИМ требования.

Поскольку моя сестра в этой компании особого веса не имела, на моё счастье, то молча ждала, чем же закончатся переговоры. Разглядывала меня из задних рядов с неменьшим любопытством, чем остальные бойцы.

– Сколько? – после затянувшейся паузы, спокойно спросила у меня принцесса благородного дома Мун'Итиль, не позволяя эмоциям отразиться на её лице.

Всего одного её слова хватило, чтобы рядовые воины и слуги радостно оживились. Расслабившись, они принялись деловито оказывать помощь раненным, заниматься сбором трофеев и оценкой ущерба. При этом не забывая смотреть по сторонам, не расставаясь с оружием. Готовые к любым неожиданностям, не исключая и того, что их госпожа внезапно изволит передумать.

– Ты думаешь, я тоже не смогу его убить? – весело поинтересовалась у главы караваны благородная убийца-дроу, находя эту ситуацию забавной.

Видимо, раньше её ещё не грабили. В отличие от остальных, эта женщина смотрела на меня без тени опаски, с лёгким любопытством, основанном на чувстве собственного превосходства.

– Делай что хочешь. Дом Мун'Итиль не будет иметь к этому никакого отношения, – объявила принцесса о своём решении, пойдя на хитрость.

При любом развитии событий она ничего не теряла. Такое впечатление, что старшая принцесса не желала ссориться с этой странной аристократкой, иначе бы по-другому отреагировала на попытку при посторонних поставить её решение под сомнение. Я так и не смог определить к какому же дому относится убийца, предусмотрительно не использующая ничего, что могло бы дать такую подсказку.

– Хорошо-хорошо. Ты главная, тебе и решать, как распорядиться своим золотом, – неожиданно пошла на попятную улыбнувшаяся аристократка в походной одежде адептов клана убийц.

– Маргот. Наш дом не настолько слаб, чтобы платить разбойникам за проезд, – неожиданно поддержала её недовольная жрица, обладающая правом голоса в любом споре. – Хочешь, чтобы об этом узнали и нас перестали уважать? Я сама решу этот вопрос, если ты не хочешь рисковать из-за какого-то бродяги, – презрительно скривилась при этом слове.

Прежде чем я успел что-то сделать, шустрая жрица вскинула свой посох и меня объяло облако тьмы. Вот только его магическая составляющая оказалась слабее силы костяного ожерелья, рассеивающего магию, а божественной я вообще не почувствовал. И, не только я. Поморщившись так, словно съела что-то очень кислое, несколько обескураженная жрица опустила посох.

– Радуйся, Тёмная мать не хочет смерти этого разбойника. Можешь договариваться с ним, -вынужденно разрешила, подав это как милость, давая главе каравана свободу действий.

Этими словами жрица фактически собственноручно простила мои грехи и позволила делать всё, что захочу. Как у нас говорят: «Хотела забрать себе, а подарила другому». Правда, этим же шагом она избавила свой дом от возможных сплетен, если эта история станет общедоступной. Теперь жрица могла обосновать моё самоуправство волей Ллотх, подкрепив свои слова даже тем, что я очень уж вовремя пришёл им на помощь. Глупо пытаться опровергнуть уже произошедшее. Удобно быть жрицей. Любой свой промах они могут оправдать вмешательством богини, а успех -приписать себе. Кто же посмеет спросить у Тёмной матери, как всё было на самом деле?

Теперь уже принцесса недовольно посмотрела на жрицу, судя по внешности, являющуюся её родной сестрой.

Узнав у контрабандиста правила расчётов и расценки, она помрачнела. Решительно заявив, что подпускать меня к телегам не станет ни под каким предлогом, не позволив даже взглянуть на перевозимый товар, дэсса Маргот назвала довольно внушительную сумму в золоте. Не будучи глупцом, также не желая бессмысленной драки, с фальшивой неохотой согласился. Лучше я потом все необходимые товары куплю у странствующих торговцев или других бродяг, чем попытаюсь отнять у этих высокородных стерв. Тем более, золото не столь приметно, как вещи с меткой благородного дома.

Пока я вёл переговоры, прикидываясь, большим, тупым и немногословным, Тошэхне деловито упаковывала в кокон уже третий труп, не обращая внимание на косые взгляды членов каравана, для которых её появление оказалось ещё одним большим, и не менее неприятным, сюрпризом.

– Ты же сказал, что он работает один, – рыцарь-дроу убийственно посмотрела на контрабандиста.

– Это его ручной питомец. Довольно безобидная зверушка, – оправдался испуганный дроу, не поняв причины агрессии.

– Смеющийся паук-мимик? Безобидный?! – недоверчиво уточнила капитан, пытаясь понять, то ли он полный идиот, то ли считает её дурой, то ли откровенно лжёт.

Расспросив, пришла к выводу, что контрабандист плохо знаком с этими тварями, что его и спасло. Я в это время переживал по другому поводу, как и все, украдкой поглядывая на Тошэхне, которая, закончив с третьим трупом, перешла к упаковке четвёртого. Чтобы было удобнее, она в несколько раз увеличилась в размерах.

Мне вот интересно, а тащить их в морозную пещеру кто будет? Я, или вновь маленькая, уставшая, хозяйственная паучиха? Вот же ненасытная обжора. Куда ей одной столько запасов? Если не успокоится, придётся принимать меры. Попытался мысленно передать паучихе, чтобы всё бросала и дожидалась меня на окраине вынужденной стоянки каравана. Пусть лучше приглядит, чтобы мне за спину не зашёл какой-нибудь любитель подкрадываться.

Похоже, телепат из меня оказался никудышный, потому что вместо того, чтобы остановиться, Тошэхне только ускорилась. Паучье чутьё – поразительная штука.

Передать деньги разбойнику неожиданно вызвалась благородная дэсса из последователей пути убийства. Заметив странный обмен взглядами между ней и принцессой дома Мун'Итиль, я насторожился. Однако, вручив кошелёк с приятно звенящим, драгоценным металлом, аристократка всего лишь, словно невзначай, легонько коснулась моей руки. Тут же с помощью магии проверив свою кровь на наличие в ней посторонних веществ, ничего подозрительного не обнаружил, что показалось ещё более странным.

Если после этой проверки я не стал придавать простому касанию особого значения, то убийца-дроу поступила с точностью до наоборот. С нескрываемым торжеством и превосходством вглядевшись в мои глаза, виднеющиеся за маской, через секунду она удивлённо моргнула. Напрягшись, сделала шаг ближе, становясь вплотную. Заглядывая в мои глаза ещё пристальнее, она явно попыталась в них что-то разглядеть. Когда этого не получилось, её удивление быстро перешло в озадаченность, а следом в непритворное потрясение. На всякий случай, подвесив увесистый кошель на пояс, отошёл от сумасшедшей женщины. Однако, она двинулась следом, держась рядом, словно приклеенная, всё ещё чего-то дожидаясь. Убедившись, что по-прежнему ничего не происходит, больше не скрывая своих намерений, убийца схватила меня за руку. Попытка уклонения провалилась. Аристократка-дроу оказалась проворнее и искуснее. Раздражённо стряхнув её руку, грубо толкнул ненормальную дэссу в грудь, подозревая, что она сделала это явно не из добрых побуждений. Ещё раз проверив кровь на токсины, убедился, что не одной ей мерещится то, чего нет.

– Не приближайся, – угрожающе потребовал больше меня не провоцировать.

Словно не слыша, она растёрла между пальцами мазь, в которой испачкалась, после чего принюхалась к ней. С невероятной скоростью вытянув руку, сделав шаг вперёд, ухватилась за то же место, вкручивая пальцы в мою кожу. Добиваясь «чистого» контакта с моей кожей. Да ещё с таким усилием, что могла бы дробить камни. Изумлённо взглянув на её серьёзное, решительное выражение лица, я испугался. Трансформировав мышцы руки, с молниеносной скоростью ударил кулаком. Мне казалось, никто не смог бы уклониться от такой быстрой и сильной, а главное, внезапной атаки с близкого расстояния, однако, как-то ей это всё же удалось.

В последний момент благородная убийца чуть отклонила свой корпус в сторону, сделав минимум движений с максимальной эффективностью. Даже с её невероятными рефлексами, полностью уйти от такой атаки она не смогла. Через прореху на разорванной одежде стало заметно, как сбоку, на груди аристократки появилась длинная, кровоточащая ссадина. Самое смешное, она прошла всё сражение с отрядом белых повязок, не получив ни единой царапинки. Призрачные цепи не оставили на её нежной коже никаких следов.

Посмотрев на свою кровь, сохраняя удивительное хладнокровие, женщина изящно отпрыгнула назад, даже не повернувшись. За счёт практически мгновенной активации заклинания левитации она сделала это очень грациозно, за одно движение преодолев сразу несколько метров. Демонстративно перестав обращать на меня внимание, плавно развернулась и уверенным шагом направилась к опешившим от неожиданности спутникам. У принцессы, жрицы и капитана дома Мун'Итиль на лицах появилось выражения ужаса, потрясения и вместе с тем, непонятного облегчения. Остальные зрители отреагировали более ожидаемо, выразив своё удивление и восхищение, направленные в мой адрес. Я продемонстрировал им силу, а силу дроу уважали не меньше, чем хитрость.

Очередной странный обмен взглядами между аристократками напомнил мне о необходимости поскорее покинуть это место. Не стоит искушать судьбу.

Не доходя до дэссы Маргот, благородная убийца остановилась возле одного из бойцов каравана снабжения, принадлежащего к клану контрабандистов. Не спрашивая его разрешения, внезапно взяла мужчину за руку и вытерла о неё свои пальцы. Легонько коснувшись пальцем испачканного моею мазью участка кожи, задумчиво сосредоточилась на своих ощущениях. Застывший от неожиданности мужчина вздрогнул и тут же замертво упал на землю. Судя по всему, его постигла мгновенная смерть. Слегка улыбнувшись, женщина спокойно продолжила свой путь, ничуть не переживая по поводу случившегося. И уж тем более не беспокоясь о том, что о ней подумают остальные.

– Я остаюсь, – сообщила она принцессе благородного дома таким тоном, словно это не обсуждалось.

– Но… Атрид, – подбирая слова, дэсса Маргот попыталась отговорить её от столь опрометчивой и несвоевременной затеи, – а как же приказ матери? Мы не можем задерживаться в пути. Груз необходимо доставить как можно скорее. Поскольку наша миссия раскрыта, боюсь, я одна не справлюсь с охраной каравана. Кроме того, при заходе в Тхалдрилран нам необходим представитель вашего дома, иначе, боюсь, с этим возникнет ещё больше угроз. После миссии, если того пожелаешь, можешь сюда вернуться.

– Тогда, временно продолжайте движение без меня. Чуть позже я вас нагоню. Мне нужно кое в чём убедиться. Уверена, мать поймёт нас и вознаградит. Я сама ей всё объясню. Для нашего дома это важно, – немного подумав, убийца предложила компромиссное решение.

Пока они совещались, прислушавшись к своему чутью на опасность, выросшему на костях, принял единственно верное решение. Вновь трансформировав гортань, тихонько свистнул в диапазоне, недоступному слуху дроу. Зато колебания на этой частоте были очень даже слышны паукам. Замерев, Тошэхне, такое впечатление, глубоко задумалась, столкнувшись со сложной задачей. Я боялся, что она начнёт капризничать, но паучиха умела расставлять приоритеты. Это маленькое существо, изменённое ветрами хаоса, было умнее, чем могло показаться со стороны.

Уменьшившись в размерах, прикинувшись безобидной, Тошэхне дождалась, когда я подойду и пересажу её к себе на плечо. Под тихий, возмущённый писк обманутой в своих ожиданиях малышки, угрожающей укусить меня за ухо, стараясь не делать резких движений, делая вид, будто осматриваю недавнее поле боя, отошёл к границе светового круга. Света, отбрасываемого магическими фонарями, установленными на фургонах, конечно же, было недостаточно, чтобы развеять мрак такой большой пещеры. Окунувшись в родную темноту Подземья, подарившую мне уверенность и покой, быстро побежал прочь от стоянки, на ходу перестраивая своё тело. Сделал его более мелким, подвижным и неприметным, к чему добавил способность плаща к маскировке и технику сокрытия следов. Для караванщиков показалось, будто бы я бесследно растворился в темноте, как только покинул освещённую площадку.

Отбежав от стоянки на некоторое расстояние, создал на ладони хищную, зубастую пасть с длинным, вытягивающимся языком, способным присасываться к любой поверхности. Выстрелив им вверх, зацепился за большой скальный выступ. Легко подтянул себя, словно на лебёдке, с помощью всё того же многогранного искусства трансформации тела и мимикрии визуально слился со скалой.

Подумав, что мы теперь играем в прятки, устроив засаду, негодующая паучиха мгновенно замолкла. Подражая мне, с помощью трансформации она тоже стала неотъемлемой, гармоничной частью того ландшафта, за который мы себя выдавали.

Бесшумно появившись на том месте, где я только что стоял, опоздав лишь на несколько секунд, благородная убийца-дроу остановилась. Мрачно разглядывая оборвавшуюся цепочку моих следов, подсвеченных заклинанием из школы магии – прорицания, она задумчиво нахмурилась. Без особой надежды на успех внимательно огляделась по сторонам, чутко прислушиваясь к каждому шороху. Не обнаружив искомого, с досадой фыркнула. Решив, что я воспользовался проходом сквозь камень или телепортацией, спустя некоторое время сильно недовольная всем и каждым вернулась к каравану.

Проявив так необходимые всем охотникам терпение и выдержку, только спустя значительное время спустился с потолка обратно на землю. Прячась в темноте, вернулся на стоянку каравана, который уже давно ушёл. Трупов на дороге уже не было. Всё ценное они забрали с собой, а тела собрали в кучу и сожгли специальной алхимической смесью, оставив от них только пятно сажи. Радует, что они придерживаются стандартной меры предосторожности. Правда, радовало это только меня, поскольку старательно приготовленные коконы Тошэхне, караванщики тоже сожгли. Впав в страшный гнев, паучиха требовала крови этих подлых негодяев, посмевших обидеть маленькую ЕЁ!

С улыбкой понаблюдав за воинственной Тошэхне, искренне считавшей, что её обокрали, лишив заслуженного, чуть ли не «последнего», предложил ей проследить за тем, чтобы караван покинул нашу область глубинных троп и больше сюда не возвращался. Подав ей эту идею под таким углом, будто мы их дроу прогоняем, а не сопровождаем. Раз уж я взялся тайно помогать сестре, не горя желанием возвращаться домой, нужно довести это дело до конца. Нельзя бросать начатое на половине, иначе это быстро войдёт в привычку.

Я отдавал себе отчёт, что моя нынешняя среда обитания для жителей Тхалдрилрана вполне может оказаться смертельно опасной. Для них глубинные тропы воплощения ужаса и беззакония, где за каждым поворотом тебя может поджидать неведомая тварь, невосприимчивая к магии или обычному оружию, заброшенные руины, пропитанные тёмной магией и древним злом, представители чужих рас или непредсказуемые, магические аномалии. Куда из глубин земли, где концентрация разноплановых энергий, прорывающихся с других измерений, наиболее велика, может подняться всё что угодно.

Из-за богов и архидемонов, построивших где-то в недрах нашей планеты свои тайные цитадели, врата в этот мир, темницы, магические якоря, сокровищницы, поглотители душ, с той стороны сюда проникали ветра магии и хаоса. Также не стоило забывать про Бездну, уж она-то о нас точно всегда помнит.

Соответственно, чем глубже спускаешься, тем ближе становишься к вратам в иные измерения, рискуя обратить на себя взор тех, кто их создавал. Не говоря уже про то, что некоторые виды магических существ предпочитали жить в местах с повышенным магическим фоном, поближе к «дому». Наверху им становилось неуютно и голодно, что, впрочем, не мешало различным чудовищам иной раз подниматься и наводить у нас беспорядок.

Я не собирался водить членов дома Аан'Геран по глубинным тропам за руку. Они взрослые дроу и сами способны о себе позаботиться. Не мне им указывать, что делать. Хочу только убедиться, чтобы столь странной компании не помешали поскорее покинуть эту область, оставив меня в покое. Доведу их до границы своей территории и сразу вернусь. Убеждая себя в том, что так будет лучше, причём всем, невинно спросил у Тошэхне, делающей вид, что она на меня страшно обиделась – «Не хочешь ли попробовать рыбки? Я тут знаю одно место...»

Проследить за несколькими десятками горожан и большими, тяжело гружёнными фургонами, запряжёнными рофами, никакого труда не составило. Кроме того, контрабандист говорил правду, здесь есть только одна проходимая дорога для такого вида транспорта. Двигался караван довольно медленно, не кавалерийский же отряд, всё короткие тропы мне известны, так что вскоре свет магических фонарей последнего фургона отражался в моих больших, кошачьих глазах.

На глаза охране я не показывался, как и разведчикам Мун'Итиль, время от времени проверяющих безопасность маршрута. Делали они это не по графику, чтобы вероятный противник не смог им воспользоваться в своих целях. Для удобства сопровождения каравана, обеспечив себе достаточную подвижность, незаметность и проходимость там, где уж точно ни с кем из дроу не столкнусь, я превратился в теневую пантеру. Я же метаморф, да ещё способный на полную трансформацию. Поскольку это магическая трансформация, а не биологическая, все надетые на мне вещи прятались в пространственный карман, так что не приходилось переживать за их потерю.

Хождение по потолку здорово облегчило слежку за караваном, откуда открывался прекрасный вид на всё, что творилось внизу. Благодаря этому, вскоре узнал, что, оказывается, не я один слежу за отрядом, в который входит моя сестра. Тройка умелых дроу-шпионов из клана теней также скрытно за ним следовали, пользуясь плащами хамелеонами и высококачественными амулетами оптической иллюзии. Будучи профессионалами, они умели ходить бесшумно, сохранять дистанцию и правильно выбирать позиции. Вот только теневые пантеры обладали полным иммунитетом к магии иллюзии. Кроме того, не только эти ребята старались держаться подальше от каравана.

Обидно признавать, но, похоже, дроу-шпионы из враждебного дома обнаружили меня первыми. На свою беду, приняли теневую пантеру за настоящего магического зверя, дожидающегося удобного момента, чтобы скрытно напасть на караван и незаметно утащить в темноту двуногую добычу. Мешать этому они явно не собирались. Напротив, их бы порадовало, если бы у теневой пантеры всё получилось. Мало того, что тогда отряд дома Мун'Итиль потеряет одного или нескольких бойцов, он вынужденно замедлится, занервничает, начнёт опасаться повторных нападений, гадать, что послужило причиной исчезновения этих дроу. Подчинённым принцессы Маргот придётся меньше спать, чаще оглядываться и не ходить малыми группами, что непременно скажется на их моральном состоянии. Также на магического зверя можно списать свои диверсии, если их хорошенько продумать.

Пока шпионы решали, как бы выгоднее использовать меня в своих коварных планах, я думал о том, как бы ловчее свернуть им шеи, не поднимая тревоги. Раз они хотят увидеть охоту теневой пантеры, зачем отказывать в таком удовольствии? Правда, с объектом её охоты незваные гости не угадали. Хищно оскалившись, я вильнул хвостом.

Короткий разбег завершился мощным толчком от стены, запустившим вытянувшееся в полёте тело пантеры к цели, отвлёкшейся на чёрного паучка, перебежавшего ей дорожку. Спустя секунду здоровенные кошачьи клыки сомкнулись на горле незадачливого шпиона, слишком сильно полагающегося на свои артефакты. Спустя несколько секунд о его существовании напоминал только размазанный по камню кровавый след, тянувшийся в темноту.

Второй шпион, внезапно почувствовавший за спиной чьё-то присутствие, резко повернулся. Он успел увидеть только стремительный удар здоровенной, мохнатой лапы с огромными, загнутыми когтями, располосовавшими ему горло до самого позвоночника, прежде чем отправился прямиком в объятья Ллотх.

Последнего шпиона сгубило любопытство. Увидев на дороге небрежно выброшенный, массивный сундук с едва приоткрытой, выгнутой крышкой, он не придумал ничего умнее, чем заглянуть в него. Конечно, прежде убедившись, что поблизости никого нет. Решившись на это после того, как заметил на сундуке герб дома Мун'Итиль. Вот только вместо сокровищ он увидел длинный язык, который мгновенно обхватив его за пояс, тут же втянул внутрь сундука, сломав пополам в районе поясницы.

По мере того как караван снабжения удалялся от ущелья, в котором располагалось кладбище древних драконов, забот у меня прибавлялось с каждым часом. Соседняя с ним область глубинной тропы не зря называлась – Пещерой блуждающих костей. Костей в ней и правда много. Даже слишком много! Кроме того, эта область была пропитана магией смерти, вызывающей спонтанное пробуждение немёртвых созданий. Когда-то здесь состоялось большое сражение, в котором ведущую роль играли некроманты. Время прошло, событие забылось, герои уже давно умерли, а вот его последствия остались.

Пещера, через которые мы проходили, выглядела мрачно, с жиденькой, серой дымкой, стелящейся к земле. Светящиеся грибы, выросшие в местах скопления сырости, имели ядовито зеленоватый оттенок. Помимо этого, в пещере блуждающих костей часто слышались подозрительные скрипы, скрежеты, шуршания, иногда без видимой причины отдельные кости начинали подрагивать или перекатываться с места на место.

Обогнув очередную груду гигантских костей, крадущаяся теневая пантера запрыгнула на спину некроголему, двигающемуся в сторону каравана. Жутко выглядящий, немёртвый здоровяк, покрытый костяной бронёй и псевдоплотью, попытался стряхнуть с себя тяжёлого зверя, вцепившегося клыками в его уязвимое место.

Приложив усилия, пантера выдрала позвоночник из тела этого бронированного, костяного монстра. Ловко увернувшись от больших рук согнувшегося пополам некроголема, тщетно пытавшегося найти другую опору внутри собственного тела, далее она раздробила ему коленный сустав. Обогнув завалившегося на землю монстра, яростно дёргающегося в попытках достать слишком вёрткого для него противника, магический зверь вновь запрыгнул на спину. Через рваную рану он легко добрался до сердца некроголема, которое было безжалостно выдрано и уничтожено. На завывания утягиваемого в другое измерение злого духа пантера лишь насмешливо фыркнула. Лишившись энергетической подпитки и якоря, он больше не представлял для неё угрозы.

Чуть позже пантере пришлось разбираться ещё с несколькими угрозами. Для начала она уничтожила большой отряд скелетов, вооружённых старым, ржавым, сломанным оружием. Потом увела с дороги хищного, ядовитого слизняка, достигшего трёхметровой высоты и двенадцатиметровой длины. Обезвредила несколько костяных ловушек и мест скопления маны смерти. Разрушила башню из черепов. Разбила пылающий огнём летающий череп лича, щёлкающий клыками, даже большими, чем у неё самой. Собрала огромную толпу скелетов и увела её в дальний угол пещеры, не позволив им принять участие в нападении на караван, который и без того был вынужден пробиваться через скопившихся здесь мертвецов.

Пройдёт время и разбитые кости вновь соберутся вместе, дожидаясь следующих смельчаков, решивших пройти этой дорогой. К счастью, ничего опаснее костяных гончих и некроголемов нам не встретилось. Видимо, старшая нежить ещё не успела эволюционировать из низшей, после предыдущей чистки.

Покинув опасную область, караван снабжения благородного дома Мун'Итиль совершил длинный переход через мрачные пещеры, местами освещаемые колониями грибов, чью тишину нарушал разве что звук падающих капель. Дорога часто петляла меж скальных выступов, огромных сталагмитов и валунов, то поднимаясь, то спускаясь вниз. Преодолев довольно сложный рельеф местности и миновав несколько развилок, так никого и не встретив на долгом, утомительном пути, караван достиг следующей большой пещеры, удостоившейся собственного названия – «Пещера грозовых кристаллов».

Эта область разительно отличалась от предыдущей, причём в лучшую сторону. Она отличалась необычайной красотой, своеобразностью и яркостью. В просторной пещере повсюду на поверхность выходили залежи синего, светящегося минерала, образующего причудливые образования кристаллической породы, имеющей ступенчатые, гранёные формы. Самые крупные из них достигали высоты нескольких метров.

Если предыдущая область была насыщена магией смерти, то тут скапливалась чистейшая, природная энергия. Поскольку по некоторым кристаллам время от времени пробегали крошечные заряды молний, воздух в этой пещере приятно пах грозовой свежестью. Единственная опасность, с которой здесь можно было столкнуться, это с земляными феями, которые проходили сквозь кристаллы, как рыба сквозь воду. Они иногда появлялись в этой пещера, чтобы порезвиться на воздухе, поиграть друг с другом или сожрать несколько молний, для чего перегружали кристаллы энергией, вызывая искусственную грозу. Не сказать чтобы эти игривые, пакостливые создания считались истинно злыми, но и добрыми их точно не назовёшь. Несмотря на маленькие размеры и обманчиво безобидную внешность, они довольно опасны. Если земляных фей по-настоящему разозлить, они станут противниками пострашнее нежити. К тому же в этой пещере с ними будет очень тяжело справиться. Однако, они всё же редко здесь появлялись и не являлись самой большой угрозой. В этой пещере гораздо вероятнее наткнуться на других ходоков по глубинным тропам. Кто-то приходил сюда для отдыха, кто-то назначал местом встречи, а кто-то наведывался за кристаллами или ради зарядки накопителей маны. Любая такая встреча могла закончиться чем угодно, от мирного разговора до кровопролитной битвы.

Понимая, что в этой пещере играть в прятки не самая лучшая затея, там слишком много света, полупрозрачных, искрящихся кристаллов, и отражений, решил пойти в обход. Заодно проверю, нет ли кого в близлежащих, подземных туннелях. На севере от кладбища древних драконов, куда направлялся караван, властвовали различные насекомые. Это их территория. Пещера блуждающих костей служила хорошим барьером, не пуская их в ущелье костей, а они, в свою очередь, не позволяли нежити добраться до озера Сноголь, где находился форт дроу, запирающий выход на лестницу, позволяющую подняться на четвёртый глубинный уровень.

Видимо, Тёмная мать решила сегодня надо мною подшутить. Пока члены каравана отдыхали, будучи единственными посетителями пещеры грозовых кристаллов, я, не пройдя и лиги, наткнулся на камнегрызку – гигантскую, тяжело бронированную, костяную сколопендру, умеющую плеваться кислотой и издавать оглушающий, ультразвуковой вопль. Это не тот противник, с которым может справиться теневая пантера. Поскольку её путь пролегал через дорогу, по которой недавно прошёл караван, что она вполне могла учуять, пришлось принимать меры. Будь с принцессой Маргот больше жриц или магов, я бы по этому поводу не переживал.

«Что они, вообще, таким слабым составом делают на этом горизонте глубинных троп? На что рассчитывали? Чтобы уверенно тут себя чувствовать, нужно быть либо очень сильным, либо незаметным. На одной смелости тут далеко не продвинешься», – подумав об этом, разозлился на безрассудную сестру.

А ведь это она в детстве называла меня глупым, хвастаясь тем, что сама-то очень умная. Ну и где был её хвалёный ум, когда соглашалась на эту авантюру?

Обратной трансформацией вернув себе прежнюю форму, снял со спины своё устрашающее, монструозное копьё. Пока насторожившаяся камнегрызка водила усиками по воздуху, что-то почувствовав, оставаясь в укрытии и сливаясь с окружающим фоном, обманывая слабое зрение этого чудовища, я создал на ладони не раз меня выручавшую зубастую пасть. Возможно, кто-то посчитает эту модификацию организма отвратительной, но, жить захочешь и не такое себе отрастишь.

Высунувшийся из ручной пасти язык нанёс на кончик копья особый яд, способный убить даже камнегрызку, обладающую кислотной кровью и высокой регенерацией. Осталось только придумать, как поглубже загнать копьё в маленькие глазки гигантской сколопендры. А ещё, как потом пережить буйство агонизирующего чудовища, дожидаясь, пока оно помрёт, разнося этот туннель в щебень. Хотя меня трудно убить, даже не представляю, что для этого нужно сделать, но плащ жалко. От него и так скоро одни лохмотья останутся.

***

Преодолев очередную часть утомительного пути по глубинным тропам, караван встал на стоянку. И дроу и рофам требовался отдых. Подражая жителям подлунного мира, жители подземного так же делили сутки на утро, день, вечер и ночь, чтобы упорядочить жизнь своего общества.

Пока слуги занимались хозяйственными вопросами, вокруг фигурно-кованной жаровни, дарящей приятное тепло, создающей причудливую игру света и тени, на искусно расшитых ковриках сидели четыре женщины. Глядя на пышущие жаром угли, старшая принцесса благородного дома Мун'Итиль, жрица Ллотх, скрытная аристократка из благородного дома в своём неизменном костюме убийцы, представитель дома наёмников, выступившего посредником в переговорах с контрабандистами Тхалдрилрана, все они играли свои роли даже на отдыхе. Присутствие среди столь важных персон Азры из дома Аан'Геран никого не удивляло, поскольку именно её дом обеспечивал прикрытие этой миссии. Её мать договорилась о том, чтобы их караван с наркотической травкой контрабандисты тайно провели глубинными тропами, для чего через дочерей приобрела всё необходимое, заключила несколько соглашений и даже наняла два десятка бойцов средней паршивости, чтобы не вызывать подозрений.

К сожалению, предпринятых мер предосторожности оказалось недостаточно. Разведка Белой львицы разгадала их хитрость. Её шпионы как-то сумели разузнать о том, что дома Мун'Итиль и Аан'Геран заключили тайное соглашение, став временными союзниками. Поскольку старший дом Мун'Итиль открыто поддерживал фракцию Красной львицы, не удивительно, что принцессой Ланкашей были предприняты меры по недопущению усиления соперницы. Жаль, что всё раскрылось так рано. Под прикрытием младшего благородного дома Аан'Геран, дом Мун'Итиль планировал провести ещё несколько важных операций, пока эта связь не стала бы слишком очевидной.

Подумав об этом, Маргот испытала соблазн выругаться, чего не могла себе позволить в такой компании, отчего только сильнее раздражалась. Первой, кого обвинят в провале миссии, будет именно она, и неважно, оправданы ли эти обвинения или выдуманы. У неё тоже есть «любимые» сёстры, не чуждые зависти и амбициям. Если Маргот покажет себя не сдержанной, нервной и скандальной особой, поссорившейся с союзниками, то следующую по-настоящему важную миссию ей поручат нескоро. В таком случае постепенно она начнёт терять влияние и ресурсы в собственном доме, а то, что теряет кто-то один, находит кто-то другой. Поддержка сторонников стоит дорого. Чтобы удержать за собой титул старшей принцессы, ей нужно доказать, что она лучше других. Неудачников не то что никто не любит, их используют и предают. Не так страшно подняться наверх, как упасть вниз иерархической лестницы, ведь обратно подняться тебе уже не дадут. Далеко ходить за примером, кто не прочь занять её место, хотя бы во главе отряда, не нужно. Она спиной чувствовала многозначительные взгляды близких родственниц.

Помимо первого круга, вокруг жаровни собрался и второй, расположившийся чуть дальше, за спинами благородных дэсс, разместившись на ковриках попроще. В него вошли мастер меча, капитан охраны, две младшие сестры Маргот, отправившиеся в эту миссию набираться опыта и приносить пользу, а также главный проводник и глава разведчиков. По правилам, последние двое не должны сидеть наравне с её сёстрами, мастер меча и капитан охраны не в счёт, они происходили из благородных родов и имели достаточно высокое положение, но Маргот специально попросила этих дроу сесть поближе к очагу. С одной стороны, таким образом, публично выразила им свою благодарность и показала расположение, а с другой, дала понять всем присутствующим, что недовольна сёстрами. Они совершили уже достаточно ошибок, заслужив серьёзное предупреждение. Этим приёмом старшая принцесса указала сёстрам, где их место и кто тут главный. Заодно снизила влияние родственниц на членов отряда, как и полагающуюся им награду по итогам миссии. Ещё прозрачно намекнула на то, что они могут не только сами угодить в беду, вызвав её недовольство, но и потянуть за собой кого-нибудь ещё.

Если сёстры не сделают правильные выводы и не возьмутся за ум, засунув свой характер и замашки куда поглубже, хотя бы до тех пор, пока не вернутся домой, то там они получат другое, куда менее приятное назначение, к которому Маргот не поленится приложить свою руку. Если же почтенная мать решит оставить этих недалёких дур на её шее, то придётся заняться их воспитанием в более жёсткой форме. Маргот такие «помощницы» и даром не нужны. Пусть уж лучше станут украшением или товаром дома Мун'Итиль, если они ни на что другое не способны. К тому же нет гарантии, что эти сёстры не переметнутся к другим старшим принцессам. Нужна проверка серьёзности их намерений войти в её свиту.

Подождав, пока жрица бросит в жаровню щепотку благовоний, Маргот поинтересовалась, взглядом адресовав этот вопрос командиру разведчиков.