Тот самый сантехник 5

— Что так? — на всякий случай уточнил Битин, потому что лучше поинтересоваться.

Наная как по виду, можно и на мешок тухлой капусты сторговать. А вот Моня не так прост… Там либо мука, либо рис.

«И куда им с такими харями деньги?» — ещё подумал вроде бы похищенный, а вроде бы находящийся в своей же машине пленник.

— А так мы просто возьмём у тебя что-нибудь полезное, продадим и исчезнем, — не растерялся Нанай, ответив за шефа.

От чего выпали в осадок и похищенный и похититель.

— Давай я тебе сейчас на счёт кину и отвалишь, а? — просто предложил Бита, не решившись озвучивать вслух идею насчёт заказа гамбургера с картошечкой для обоих, плюс отсыпать мелочи на леденцы.

— Бита, мы отсидели на двоих дольше, чем тебе лет, — напомнил человек, что когда-то жил с ним в одном дворе. — Сам-то ты так и не сел. Но неужели думаешь, что там одни глупые люди сидят?

«Глупые? Не думаю. Но порой оттуда выходят всякие долбаёбы», — прикинул Бита.

Опять лишь про себя. Зубы дороже.

— Нет, Бита, у меня были хорошие учителя, — добавил Моня. — Никаких фиксируемых переводов. Глобальный предиктор зрит… Только наличка.

Битин носом шмыгнул:

— Я бы тебе отгрузил на ход ноги. Но раз такой умный, сам теперь и ищи по огородам. Сейчас копать — дело гиблое. Но можешь весной вернуться, заплачу как за вспашку… Жена давно гортензии просила посадить.

И тут Бита язык прикусил. Про жену, они может и не знали до этого момента. Впрочем, сама виновата. Могла бы давно уйти из холодного дома к соседям погреться. А то живут рядом столько лет, а никого толком в округе не знают.

Лезвие тут же коснулось века. Здорового.

Бита вдруг понял, что находится в паре миллиметров от потери зрения. Слепым особо автомобиль не поводишь, бизнесом не порулишь, а жена, если поумнее, то просто даст подмахнуть дарственную на её имя, а он и распишется.

«Ну а как иначе жить с мудозвоном, что домой пару отморозков приведёт?», — ещё подумал Бита, но вслух сказал лишь:

— Тише, тише, ковбой… Будет тебе прибавка… к пайке.

Отбросив в сторону качественный и быстрый переход в новую реинкарнацию, Битин понимал, что Моня всегда был человеком убедительным. Охрану уболтает пропустить, это как пить дать. Но вот дальше возможны варианты.

«Начнут шараёбится по посёлку, кто-нибудь да вызовет ментов. Почти у каждого в доме либо сигналка, либо тревожная кнопка. Плюс охрана в будке на камерах не просто так сидит. Могут и смекнуть, что заплутали хлопцы, проверить», — быстро подумал Битин и уверенно выдал:

— «Десятый» дом.

— А улица? — прищурился Нанай, сидя спереди и почти не поворачивая головы, но находясь в курсе дел позади в силу причуд природы.

— Я… всё-таки после ДТП, голова не варит, — попытался юлить Бита.

— Улица! — лезвие приблизилось уже к зрачку.

Тогда пленный увидел каждую зазубринку. Не заточка, а режущее. Таким и проколоть можно, и распилить. Об этом Битин знал прекрасно, так как сам покупал этот нож в охотничьем магазине и в бардачке возил вместе с разрешающими документами.

Вот и пригодился.

Глядя на лезвие, Бита и признался в давно отработанной для себя манере:

— После Осенней сразу Лепестковая идёт. Не Берёзовая, где Князь живёт, и не Сосновая, где зампредседателя местного жилфонда, а… а Лепестковая. Главное до Садовой не доехать, а то совсем потеряетесь.

Битин не для того прожил сорок лет, чтобы остаться с пустой головой. План был простой. Либо к соседям Шаца зайдут, и можно попробовать успеть сбежать. Либо сразу к Князю попадут. А тот встретит как следует. С ноги в табло может и не даст, то с мужиком за сотню килограмм с одним ножичком справиться сложно.

Бита понимал и другое. Когда часть правды говоришь — проверить сложно. Психологи среди сидельцев отменные. На раз расколют.

«Но и за пиздаболию предъявить не выйдет», — ещё подумал Битин и тут же добавил:

— Ой, что-то меня тошнит. У меня сотряс! В больничку меня надо!

И начал издавать рвотные звуки, словно вот-вот метнёт коржа.

— Понятно всё с тобой! — тут же без всякого сожаления заклеил ему рот остатками скотча Моня.

Помрёт так помрёт. Уже не особо и нужен.

Закрыв зверь, похититель даже придвинул сиденье поближе. Плотность была такой, что пленный не пошевелишься. Рядом Нанай также максимально кресло назад отодвинул.

Визуально выглядело так, как будто нет никого позади. А в задние стёкла не заглянуть — тонированы. Спереди под сиденье не заглянуть.

Всё продумано, когда время есть подумать.

— Короче, музыку погромче сделаем и даже если мычать будет, не услышат его, — объяснил подельнику Моня. — А дальше как договаривались. Сделай только ебало как у человека, а то заподозрят.

— А улица-то какая? — не понял Нанай.

— Тут есть варианты, — вздохнул Моня и тут же корректировки по плану выдал. — Темнеть начало. Где свет увидим в десятом доме, туда и зайдём поздороваться… Усёк?

— А если в каждом доме свет будет?

— Нанай, да как так-то? Зимой бомонд по пляжам булки греет. На тропиках. Это тебе не хрущёвка на отшибе, где если долго дома не появишься — дверь с петель снимут.

Нанай кивнул как теме личной и спрятал переданный коллегой нож в карман куртки, а телефон с трещиной на экране положил в бардачок.

Так они к КПП и подъехали. Посигналили.

Вышел охранник помоложе.

И сам покурит и старшего от простуд побережёт. Тот шмыгает сидит весь день даже у батареи.

— Вы к кому? — обронил Семён, знакомое авто замечая, а знакомого водителя нет.

План «А», по которому пропустят просто по автомобилю, провалился. Перешли к плану «Б», с разговорами.

— Командир, добрый вечер, — лучезарно улыбнулся Моня, немного приглушая музыку в салоне. — Услуга «трезвый водитель», доставляем машину в дом… — тут он заглянул в свой старый смартфон, который пацаны выдали на волю из таких недр, что лучше не спрашивать. — Битина…

— …Сергея Евгеньевича, — добавил Нанай, стараясь смотреть прямо перед собой.

Из него всё-таки водитель не очень. Глаза завидущие. И заводили они как правило в канаву. Ехать лучше сразу пьяным… Прямее получится.

В качестве маскировки можно было надеть солнцезащитные очки, но могли принять за торчка. Темно давно на улице, да и он не в клубной одежде.

— А где владелец? — прикинул охранник.

Всё-таки не зря зарплату получал.

— В больничку увезли, в ДТП попал, — Моня кивнул на передок. — Видишь, как бамперу досталось?

Семён подошёл спереди, присвистнул, глядя на гнутый номер, вернулся к окну:

— Да уж.

— Но дерево без претензий, — тут же успокоил Моня, выводя на разговор в стиле «мы обсуждаем третьего». — Дороги просто скользкие… Сам понимаешь. Погода пиздец.

Но Сёме было скучно в будке и с пары затяжек докурить не успел. Поэтому постояв, снова спросил:

— А чего сразу в мастерскую не отогнали?

— Слушай, ну я ебу, что ли? — тут же отыграл удивление по максимуму Моня. — Куда сказали, туда и отвёз. Своим ходом едет. Отгонят потом… наверное.

— А… ну так-то да, — добавил Семён и достал телефон. — Сейчас позвоню, проверю.

В салоне заиграла дополнительная приглушённая музыка, крича новый хит группы «Город на Неве»:

Горит Америки пукан.

Там всеми правит старикан.

А с нами справиться не может.

И перфокарта не поможет!

Нанай воровато достал из бардачка телефон, протянул водителю, стараясь не поворачивать лицо.

Когда Европа догниёт,

Тогда мы, сука, заживём!

Нас подождать просила Ванга.

Ей не звонили колы с банков.

Моня скинул звонок, пожал плечами и сказал охраннику:

— А вот и его телефон тут. Походу, остался после аварии. Я эти «яблоки» не очень как-то… души в них нет. Оставлю, хочешь? Передашь?

— В бардачок обратно положи, — сказал охранник, докурив.

Сам Сёма убрал телефон в куртку, посмотрел в салон периферийным зрением и видимо, хотел спросить что-то ещё, но Моня опередил:

— Слушай, командир. Мне не за вопросы платят, — перевёл голос в «молящий режим» Моня. — Я жрать хочу! С самого утра сигаю с машины на машину. В городе аврал. Всё бьются, плачутся. Поработай, поработай. Коллега вон с сотрясом с обеда со мной катается, — тут он повернулся к Нанаю и добавил в сердцах. — Покажи ему документы. Не отстанет же.

Нанай ожидаемо протупил. Тогда Моня сам потянулся к бардачку.

— Ну что ты тормозишь? Человек на морозе ждёт!

Семён, что следующим делом действительно хотел попросить документы, лишь покачал головой:

— Не надо, проезжайте, — и буркнул в рацию. — Миша, открывай… доставка.

Шлагбаум поплыл вверх.

Моня игнорировал художественную литературу. Но всегда предпочитал конкретику. Например, на зоне он прочитал немало книг по психологии. И все они в один голос кричали, что люди либо управляемы, либо думают, что не управляемы, пока ими управляют.

«Кролик всегда бежит за морковкой на верёвочке, думая о дуле охотника в спину, но не замечая интереса лаборанта», — вспомнил цитату Моня, заезжая на территорию и давая влево руля.

Внутрь-то они пробрались, но теперь, без конкретных данных, предстояло решить одну математическую задачу.

Дано: в посёлке было ровно десять улиц по двадцать домов.

Условие: охрана пристально смотрит в мониторы и поймёт, что что-то не так, когда начнут кататься от самой крайней улицы, останавливаясь у каждого десятого дома.

Вопрос: как быстро поднимут тревогу?

Дополнительное условие: Бита тоже не дурак, чтобы сразу свой адрес называть.

— И куда мы теперь? — спросил Нанай, даже не догадываясь об условиях этой задачи.

— Математически выходит, что лучше сократить путь, отметая крайние улицы, — прикинул Моня. — Тогда остаётся восемь. На предпоследней мы заедем и поедем в ту сторону. Если что, то всегда можно сказать, что разворачивались. Видишь какие узкие дороги? А пока будем проезжать по соседней улице уже оттуда, заглянем как минимум в два дома. Если свет горит — заходим, проверяем. Если нет, игнорируем. Четыре улицы из восьми проверим, может и повезёт. Если что, вырвемся, проломив шлагбаум. Там не противотанковые ежи.

— Слушай, а тебя точно из школы выгнали? — прищурился Нанай. — Я бы тебя директором поставил.

— Школа не учит. Школа советует, — ответил Моня с усмешкой. — Учит зона. И больно спрашивает за ошибки.

— Это да, — вздохнул напарник.

Он учился в классе коррекции. Но в основном обучался полезным навыкам. Например, как уклоняться от ловко пущенных в голову одноклассниками стульев. И надо же так случиться, на зоне это пригодилось больше, чем «пифагоровы штаны» и катет гипотенузы.

Джип остановился возле очищенного Борей гаража у дома «восемь» на первой же попавшейся улице — Лепестковой.

С одной стороны, для камер это выглядело так, что можно спокойно пройтись до дома номер «десять» в десятке метров, никому не мешая.

С другой — Моня рассчитывал дать дёру из посёлка уже на другом автомобиле.

«Менты по такой погоде не скоро подъедут, а если гараж почистили под вечер, то добросовестный хозяин наверняка загнал свою «деточку» в тёплый гараж на ночь. Хорошо бы, чтобы спортивная», — ещё подумал Моня, первым открывая дверь джипа.

По части зимней резины он переживал гораздо меньше. Сибиряки на летнюю многие даже не переобувались. Месяц-другой пожарит, а потом то снег, то гололёд, то лень.