Предатель. Ты не знаешь о сыне

Я едва не схватилась за голову.

Архип меня решил выжить, пользуясь своим положением?

Как это низко. И насколько ему это будет удаваться на глазах Никиты, интересно?

— Козёл! Как был придурком, так и остался, — в сердцах сказала я.

— Связь на селекторе, прежде чем ругать меня, лучше бы отключать, — услышала я холодный голос Архипа из переговорного устройства и едва не упала под стол.

Действительно — кнопка переговоров так и горела, я забыла селектор отключить ещё в свой второй забег за кофе.

Сначала он подумал, что я умышленно испортила его напиток.

Теперь он знает, что я его ругаю…

Чёрт возьми! Ну всё, я себя точно сегодня закопала. Пора искать другую работу.

ГЛАВА 18.

Хотя почему это я должна искать работу?

Он же уедет скоро! Совсем из головы вылетело.

Потерплю, значит. При Никите он вряд ли вот так станет выкобениваться!

Мстит мне, зараза, за ту выволочку, что устроила ему после совещания.

До самого вечера он сидел в кабинете, выходил редко и меня больше не трогал.

Я пыталась справиться в объёмом работы, который он свалил на меня, и тоже к нему не совалась.

Вечером он, одетый к выходу, покинул свой кабинет и подошёл к моему рабочему столу.

— Ну как справляетесь, Кристина Игоревна? — спросил он.

В его тоне не слышно было сарказма, но доверять ему я бы всё равно не стала. Вряд ли это забота. Просто ему нужно, чтобы работа была сделана.

— Дело продвигается, — отозвалась я, ощущая, что глаза устали и болели так, словно в них песка насыпали.

— Это хорошо. Оставьте всё, рабочий день кончился. Идите отдыхать, к сыну…

— Да-да, я сейчас иду, — ответила я, окидывая его задумчивым взглядом. Вообще-то, я переживала, что он меня начнет заставлять оставаться тут до ночи. Никиту испугался? Тот наверняка бы возмутился подобной эксплуатацией его жены и высказал ему.

— Завтра Никита Савельевич вам поможет, — сказал он. — Просто сегодня он занят куда более важными делами, поэтому вам — и мне, кстати, тоже — пришлось выполнять объём работы на троих.

Я задумчиво закусила нижнюю губу.

Ну, вообще — да, Архип тоже сидел над бумажками почти безвылазно, лишь прервашись на короткий обед.

— Так что никакой я не козёл, как вы меня окрестили, — усмехнулся он. — Просто в самом деле много работы.

— Извините, — буркнула я, опустив глаза и покраснев. Нет, я по-прежнему считала его козлом и придурком — тут ничего не изменилось, но я всё же предпочла бы, чтобы он этого не слышал.

— И ещё… — протянул Архип, вздохнув. — Раз уж вы так радеете за судьбу сотрудников компании, то сообщаю: не все магазины будут закрыты. Некоторые просто отправятся на ремонт и модернизацию. Процентов на восемьдесят рабочие места сохранятся за сотрудниками. Видите, не такой уж я и придурок, правда?

Я осторожно посмотрела на него. Если это правда — то это весьма мудрое и человеколюбивое решение. Даже стыдно стало немного, что я так на него наехала после совещания.

— А почему вы бам, Архип Олегович, не посвятить меня в тонкости вопроса для того, чтобы я и не думала о вас плохо? — решилась я задать резонный вопрос. Ведь в самом деле: если бы Ветров мне сказал об этом раньше, то неужели бы я позволила себе подобные выпады в сторону руководства?

— Вы бы, Кристина Игоревна, всё равно думали обо мне всё только самое плохое, — ответил он.

— Вы сами в этом виноваты, Архип Олегович.

Не удержалась и уколола его, вспомнив наше расставание. Какое мнение о себе он хочет получить от меня после подобного?

— Возможно, — изогнул он одну бровь. — Я с себя вины и не снимаю. Но мы всё-таки с вами теперь руководитель и подчиненнная. Нам предстоит вместе работать. Поэтому, прошу вас, как взрослую умную женщину, которая себя позиционирует, как классный специалист, соблюдать этику и субординацию. Не ведите себя так, словно вам семнадцать.

Мы встретились глазами. Архип тоже вспоминал прошлое. Да, в мои семнадцать между нами много чего произошло, и наши отношения начались именно с противостояния.

Вспомнила, как я удирала от него на велосипеде с ободранным коленом, после того, как столкнулась на дороге с Ветровым же…

Невольно улыбнулась и спрятала улыбку, опустив голову.

— Я постараюсь, Архип Олегович, — ответила я ему, вернув на лицо вежливое безразличие.

— Посвятить в тонкости дела я вас просто пока не успел. Но вы любите бежать впереди паравоза, правда, Кристина Игоревна?

Он так мне раньше и говорил. Такое ощущение сейчас было, словно прошло не пять лет, а всего лишь год. Он говорит теми же словами… Но я должна помнить, что теперь всё изменилось, какая бы не играла с нами иллюзия…

— Кажется, вы сами минуту назад говорили о субординации, Архип Олегович? — теперь изогнула бровь я.

— А что такое?

— Вы переходите на личности. Сейчас нужно сказать мне, что я вас прекрасно поняла, ещё раз прошу прощения за неподобающее поведение. И до завтра.

— До завтра, — кивнул он, наконец, отходя от моего стола. Перед выходом он обернулся. — Кстати, у Никиты будут для вас новости. Не думаю, что вы им обрадуетесь, но постарайтесь помнить о взрослой женщине и субординации.

Он ушёл, а я так и осталась сидеть на месте.

Новости?

Что такое мне скажет Никита, что повергло меня бы в шок?

Задумчиво постучала ногтями по столу.

Что ж… Чтобы узнать эти самые новости, мне как минимум, нужно добраться до дома.

Этим я и решила заняться и выключила компьютер.

ГЛАВА 19.

Рабочий день был очень длинным, напряженным и нервным. Он меня измотал. Но переключиться не получилось, ведь Никита не только мой муж, но и начальник. Как сказал в офисе Архип, он мне поведает какие-то новости, которым я вряд ли обрадуюсь.

Сам он мне их, конечно, решил не говорить, хотя знал, о чем пойдет речь. Очередное издевательство от Ветрова? Помучить меня незнанием? К чему эта конспирация?

Но разве стала бы я у него что-то спрашивать после того, что он устроил?

Уж думала, не дождусь, пока мы с Никитой останемся наедине без ребенка. Сначала забрали Костю из садика, потом пока доехали до дома, пока сели ужинать, потом я укладывала сына спать, а муж пошел в ванную. Обычный семейный вечер.

Мне не терпелось узнать, что происходит такого, что повлияет на меня и не принесет радости. Я сегодня уже опростоволосилась перед Ветровым, и он не преминул уколоть, что мне надо вести себя по-взрослому и соблюдать субординацию. Не понравилось большому начальнику мое поведение, и он поставил меня на место. Очень надеюсь, что мне в будущем не придется перед ним краснеть. Я как-то забылась. С мужем я такой ошибки не совершу, что бы он мне ни сказал.

— Поговорим, Никит? Я вижу, ты мне что-то хочешь сказать, — начала я, зайдя в кухню и обнаружив его там. Муж вскинул голову, он сидел за столом с любимой кружкой в руках, и мне показалось, что он напрягся от моего вопроса.

— Давай, да. Я как раз хотел тебе сказать кое-что.

— Я так и поняла. Ты же в курсе новшеств, которые Ветров решил воплотить в жизнь? Он сегодня на совещании рассказал о новой стратегии компании.

Я села напротив него за столом.

— Да, Кристин, — пожевал муж губы, — я с тобой не успел это всё обсудить. Замотался. — Он потрепал волосы пятерней, снова вернулся к своему чаю. — Мы, в принципе, с ним обсуждали новую стратегию, но я не думал, что он начнет всё это так быстро разворачивать.

— Ну вот зря ты мне не сказал, — упрекнула я его, — я сегодня на совещании не знала, что и говорить. Вроде приближена к начальству, а ничего не знала, как самый рядовой сотрудник. Идиоткой себя почувствовала. Лучше бы ты мне заранее хоть намекнул, что творится. Я думала, грядут увольнения и закрытия магазинов. Напридумывала себе всего, а на самом деле всё не так плохо. Сложно было сказать? — всё больше заводилась я, выливая на мужа скопившееся негодование. — Я бы не краснела как дурочка перед сотрудниками. Они меня забросали вопросами, я даже на Архипа наехала.

— Как наехала? Не понял, — удивился муж, раскрыв рот.

— Да, пошла и прямо спросила, что происходит. А что такого? Разве я не должна это знать? Меня как Тузик грелку звонками разрывали и вопросами. Требовали ответа немедленно. Что мне было делать? Сказали бы заранее, что это разумная и планомерная реорганизация во благо компании, я бы менее остро отреагировала и всем бы разъяснила, что к чему. Успокоила бы и сотрудников.

— Слушай, ну я не думал, что ты так это воспримешь, — растерялся муж, поглядывая на меня странным взглядом. — Я завтра, вообще, собрание по стратегии компании проведу. Отвечу на все возникшие вопросы и подробно объясню всё, что сотрудники недопоняли.

— Ну спасибо, конечно, дорогой, — ёрничала я, — лучше бы нашел минутку, чтобы мне заранее сказать! Да хотя бы намекнуть, что всё у нас в порядке, я бы сегодня не опозорилась в офисе. Я же подумала, что будут массовые увольнения, и как дура это Ветрову вывалила, а он меня отчитал.

— Прямо пошла и сказала ему это? — снова удивился муж.

— Ну да, — пожала я плечами, — а что мне, надо было сидеть и ждать, пока вы до меня снизойдете с объяснениями? Я пошла и предъявила претензии, почему меня не поставили в известность и всё такое. Мол, вы что, все магазины закрываете или половину сотрудников работы лишить захотели?

— Н-да, — крякнул муж, — ты у меня прямо воинствующая Амазонка. А что Ветров? Нормально отнесся?

— Ну… Всё обошлось, — покривила я душой, решив не посвящать мужа в детали разговора с боссом, и уж тем более не стала рассказывать, как он мне устроил кофейный кросс и как бонус — ликбез по офисной субординации.

Это только между нами с Архипом. Да и вряд ли мужу понравится, как со мной обошелся начальник. Не хотелось сталкивать мужчин лбами. Этого мне еще не хватало для полного счастья.

— Ну и слава богу, — сказал Никита. — Ты, это… Давай поосторожнее с ним, — посмотрел муж на меня.

— Что — поосторожнее?

— В выражениях, Кристин. Он, всё-таки начальство. И не просто начальство, а хозяин всей сети.

Мне стало так противно, что Никита вроде как пресмыкается перед Ветровым, хотя я понимала, конечно, что он говорит разумные вещи — не стоит нарываться на конфликт с владельцем предприятия. Это по меньшей степени не умно.

— Веди себя по-взрослому, — добавил он, а я поджала губы.

Они там план, что ли, разработали, одинаковых претензий и фраз для меня?

— Хорошо, я постараюсь быть сдержанной и взрослой, — ответила я. — Только ты обещай мне сообщать такие важные вещи, чтобы я больше не попала в такое дурацкое положение.

— Обещаю, — кивнул Никита. — Виноват, извини.

— Слушай… — забарабанила я пальцами по столу, желая уже перевести тему и спросить о том, что грызло меня весь вечер. — Архип сказал, что у тебя какая-то новость для меня, не очень приятная, — наконец подошла я к сути разговора. — Что он имел в виду?

— А, ты про это, — замялся муж, поерзал на стуле, — ммм, вообще-то, да, есть такая новость. Кому-то нужно поехать с Архипом по регионам. В командировку. Длительную.

— Допустим, — кивнула я, не понимая, что тут такого страшного. Вроде же ничего криминального, по крайней мере для меня. — И что?

— Так я не могу, Кристин, поехать. Я должен остаться за главного, да и документы подписывать, так что придется тебе поехать с Ветровым.

— С чего бы? — вскинулась я. — Почему я должна с ним ехать? Я не поеду.

— Ну вот! Пять минут назад уверяла меня, что будешь вести себя как взрослая, и вот опять.

— Я с ним не поеду никуда, — твёрдо сказала я и встала из-за стола. — И точка!

— Кристин, подожди. А ты чего так реагируешь? — нахмурился муж. — Что-то прямо больно против Ветрова.

“Да потому что он мой бывший! Потому что я сама себя боюсь. Боюсь оказаться рядом с Архипом, лицом к лицу с моим прошлым. Боюсь, что мне крышу снесет, когда буду с ним в командировке. Я боюсь за свое сердце. И за твоё — тоже…”.

Но не скажешь же этого Никите, надо что-то срочно придумать.

Чёрт, чуть не прокололась своей реакцией.

— А о ребенке ты подумал? — решила я воззвать к отцовским чувствам Никиты.

Чем не причина для отказа? — Как я его оставлю? Какие мне командировки, ты что? Я этого не планировала, когда на работу выходила. Я не подписывала согласия на командировки какие-то. Он же, поди, не на один день в регион отправляется.

— Кисуль, ну ты чего? — заговорил муж мягко, увещевая меня. — С Костяном разберемся. Он уже мужик взрослый, да и бабушка поможет. Не младенец же, чего ты кипишуешь? Без тебя тут справимся, а вот в командировку я не могу никого кроме тебя отправить. Никто не знает так хорошо дела, как ты. Лучше тебя никого нет, да что я тебе это говорю? Ты и сама знаешь. Только не пойму, зачем упрямишься, — состроил он строгую гримасу. — Надо ехать, кисуль, надо. Это работа. Да, ты не подписывала согласия на командировки, когда устраивалась, но ведь ты и не думала, что будешь правой рукой руководителя компании, не так ли?

Ну, вообще-то да. Я не думала, что у меня получится такая странная головокружительная карьера. В частности, благодаря моему супругу. А чем выше статус, тем сложнее работа и подразумевает уже и различные неудобства, как командировки. Соответствовать придётся. Да и как я могу подвести Никиту, если он действительно надеется на меня? Я не могу так с ним поступить.

— Ладно, давай это завтра обсудим, — решила я прекратить спор. Глянула на часы. — Поздно уже. Пора спать, Никит. Я правда устала…

— Да я вижу. Вижу, что ты переутомилась и на взводе, — не стал он артачиться и поднялся из-за стола. — Пойдем спать.

Но вот только я уснуть не могла. Никита быстро затих, отвернувшись к стене, а я лежала с открытыми глазами, пялилась слепо в потолок и думала о том, что мне нельзя в эту командировку. Как профессионал я понимала, что Никита прав. Ехать надо, лучше меня никто не справится, я не смогу быстро кому-то передать свои обязанности. Да и не в этом дело. Не было никакой очевидной причины, чтобы отказываться. Кроме той, что хранилась глубоко в моем сердце, пугая меня саму…

Одно я понимала — ехать всё-таки придётся и остаться в клетке с тигром наедине.

ГЛАВА 20.

За завтраком озвучила Никите принятое решение.