Пожиратель Героев

— Я ведь… освободила… тебя! — прохрипела она, царапая пальцами мои запястья.

— Серьёзно думаешь, что это компенсирует сутки пыток? — усмехнулся я, заглядывая ей в глаза. — Скажи спасибо, что на месте тебя не прикончил, с тем палачом было бы именно так. И даже не пытайся снова электрическом швыряться. Обещаю, я успею тебя убить прежде, чем умру от твоей магии.

— У нас мало времени! Нам нужны были… ответы!

— Наверное, можно было так и сказать? И попросить вежливо, как это делают цивилизованные люди? И уж точно не заковывать в кандалы ни в чём не повинного человека и не приказывать его пытать!

— Это была… предосторожность!

— Ну, тогда ЭТО — тоже предосторожность. Кто вас знает, что вы решили бы со мной сделать после того, как получили ответы на свои вопросы.

— Что… тебе нужно? — произнесла она, немного погодя.

— Ответы на МОИ вопросы, разумеется. Я хочу знать, что это за место, что это были за черви, кто вы такие, и как мне, в конце концов, вернуться обратно в свой мир!

Об этом я уже успел подумать, пока меня пытали.

В каменном мешке я определённо не знал их языка, и сейчас не знал тоже. Но понимать их уже мог замечательно. К тому же для них, очевидно, происходящее с людьми в том помещении, черви и зомби не были в новинку. Так что вероятность того, что они знают и о том, что я — попаданец, была велика. И её следующие слова это подтвердили.

— Такого способа… я не знаю! — выдавила девушка, — но остальное… я расскажу! Только… отпусти!

— Ещё чего, — хмыкнул я, оглядываясь на бойцов, чьи лица были полны ярости. — Чтобы меня тут же в решето превратили? Ну уж нет, переговоры пройдут на моих условиях! — я повернулся к одному из бойцов. — Положи на пол свой меч и подтолкни ногой ко мне.

— Не дождёшься! — бросил он, испуганным взглядом глянув на девушку.

Я тоже вновь перевёл на неё внимание.

— Прикажи им повиноваться, иначе тебе не поздоровится. Повторять дважды я не собираюсь.

— Хайн, сделай! — воскликнула она после секундной задержки.

— Хорошо, госпожа, — кивнул боец.

После чего действительно положил меч на землю и пихнул его ко мне. Вот только недостаточно сильно. Клинок остановился в полуметре от меня и, если бы я захотел его поднять, то мне бы пришлось идти боком вместе с девушкой в руках, что наверняка дало бы им возможность для атаки.

— А у тебя неглупые подчинённые, — хмыкнул я. — Жаль, только, что такие тупые!

На секунду убрав левую руку с шеи девушки, я мощно ударил её по печени, а потом почти сразу же вернул руку обратно на горло. С учётом моей нечеловеческой силы и натренированных движений это заняло меньше половины секунды.

Её тело скрутил спазм агонии. Прямое попадание в печень было одним из самых болезненных, тем более при полной беззащитности цели и силе удара.

— Если вы ещё раз попытаетесь провернуть нечто подобное — я сломаю ей руку. Потом выбью глаз. Потом оторву ухо. Вы знали, что, если сделать всё правильно, то ушная раковина очень просто отрывается от черепа? Если вам не наплевать на красоту вашей госпожи, то советую отнестись ко мне серьёзно. Я сейчас далеко не в лучшем настроении!

— Хорошо-хорошо, мы тебя поняли! — воскликнул другой боец, кладя свой клинок на пол и толкая мне прямо под ноги.

— Умные ребятки, — кивнул я.

После чего резким движением прижал девушку к полу, упёр правое колено в грудь, а левой рукой схватил клинок и приставил к шее. После чего, наконец, позволил себе убрать правую руку с горла заложницы.

— Руки спрячь за спину, ладонями в землю, — произнёс я, слегка надавив на меч, из-за чего после глотающего движения горла на коже девушки появился тонкий алый след. На этот раз приказ мой она выполнила без заминок, хотя по глазам не было похоже, что она смирилась со своим положением. — Отлично. Теперь наш разговор пройдёт более комфортно.

— Что ты хочешь знать? — произнесла она, немного успокоившись.

— Всё! С самого начала и по порядку. И не волнуйся, мы никуда не торопимся. Да, ребята? — я на секунду поднял глаза на бойцов, — мне ведь не надо повторять, что вам лучше не совершать необдуманные поступки? Оружие на землю, а сами отошли к стеночке и встали на колени. И не стоит пытаться звать на помощь. Поняли меня все? Ответьте.

— Поняли.

— Да.

— Да, мы тебя поняли.

— Ну, вот и славно. А теперь, пожалуйста, я слушаю.

* * *

Первым, что мне стоило запомнить о Тейе — мире, в который я попал: он был полон богов. Вот только в отличие от земных высших сущностей, согласно мифологиям создавших вообще всё на свете, тут боги были куда более реальны, а также куда менее сильны. В контексте на ум приходил японский синтоизм с их мириадами духов-покровителей каждого камешка, дома и речки.

Каждый бог заправлял определённой областью, зачастую совсем небольшой, и во многом зависел от своих последователей. Если у него была большая паства — бог становился сильнее. Если в него переставали верить — бог ослабевал настолько, что почти лишался своих божественных сил и даже мог умереть.

С другой стороны, люди также были зависимы от богов, даровавших их сверхъестественные силы, по сути магию. Для человека, кто не поклонялся ни одному богу, выжить в этом мире в большинстве случаев было крайне затруднительно. К тому же безбожников тут в целом не слишком-то жаловали. Это не было запрещено, но считалось чем-то неприличным, всё равно как по улицам голым ходить.

Однако боги не требовали каких-то особых жертв и по идее в поклонении высшей сущности не было ничего плохого, если бы не одно огромное “НО”. Многие боги не особо-то ладили друг с другом. Какие-то конфликты можно было решить переговорами, но другие — нет. И между богами начинались войны, в которых их последователи обязаны были участвовать, если не хотели потерять благосклонность своих покровителей и схлопотать божественную кару.

Главная война всей Тейи велась уже много лет между богом, собственно, войны, и всеми остальными высшими сущностями. Бог войны, Палем, был невероятно силён и даровал своим адептам соответствующую мощь. Благодаря чему Палемская империя была сильнейшей страной в этом мире, занимая больше трети всей суши и продолжая становиться больше с каждым десятилетием.

И именно этой огромной империи я был обязан своим попаданством.

Технологию межмирового переноса изобрели около столетия назад. Но, хотя люди, которых переносило в Тейю, могли принадлежать самым разным мирам, не только Земле, все они были из миров, где не существовало никаких сверхъестественных сих и по идее никак не могли повлиять на положение в войне.

Однако была одна, окупающая все траты деталь. В теле человека в процессе перехода между мирами задерживалась крайне мощная энергия. И с этой энергией использование дарованной богами магии становилось значительно проще, а сама эта магия — мощнее.

Так что большинство стран использовали межмировой перенос на одном-двух, максимум трёх счастливчиках, чтобы в них скопилось как можно больше этой энергии. А потом действительно делали из них “героев” — настоящих машин войны, способных на поле боя превращать вражеские армии в пепел.

Конечно, я не сомневался, что и в этом пути были свои подводные камни. Но, если бы меня призвали как одного из таких “героев”, мне бы точно не пришлось проходить через весь тот кошмар.

К сожалению, призвала меня Палемская империя. А их богу войны было плевать на “героев”. Ему нужны были захватчики.

В результате каких-то диких экспериментов учёные империи смогли создать тех самых червей. Когда такой червь поглощал энергию межмирового перемещения и успешно приживался в теле попаданца, на свет появлялся поглотитель.

Тварь, относительно безобидная поначалу, могла, поглощая мясо убитых врагов, расти и становиться сильнее, что я уже не раз наблюдал. А так как для того, чтобы запустить процесс превращения энергии межмирового переноса нужно было немного, призывать для превращения в поглотителей можно было по несколько тысяч человек за раз.

Кстати об этом, мой каменный мешок был далеко не единственным. В инкубаторе, на который совершила налёт девушка со своим отрядом, таких же помещений было ещё семь. Теперь становилось понятно, куда делись Поэт и Вася. К сожалению, кроме меня ни одного живого человека найдено не было. Все либо погибли, либо стали поглотителями.

Но, на самом деле, это была совершенная норма. Очень редко когда инкубаторы, которые империя строила в немалом количестве на прифронтовых территориях, успевали зачистить за те краткие минуты между появлением перенесённых людей и гибелью последнего из них от челюстей червей. А если зачистка задерживалась, то из инкубаторов выходили и присоединялись к армии империи сотни бесконечно голодных тварей со способностью к бесконечному развитию.

Так что на самом деле было не удивительно, что меня встретили так жёстко. Найдя в каменном мешке вместо пары сотен поглотителей всего одного живого человека, я бы тоже наверняка очень удивился и точно заподозрил неладное.

Хотя моего недовольства в адрес девушки по поводу моего заключения это не уменьшало. Относительно неё самой я выяснил тоже немало. И из проскакивающих в её рассказе оговорок, и из наводящих вопросов, которые я задавал, пытаясь получше понять, как действовать дальше.

Звали её Эллисой Тизен, она была баронессой, а также командующей шестнадцатого специального корпуса армии Тхалсы — так называлась страна, неподалёку от границ которой мы находились. Однако, хотя баронессой быть определённо было неплохо, её история была далека от радужной.

Далеко не все боги были достаточно сильны, чтобы покровительствовать очень большим территориям. В результате в большинстве стран сформировалось что-то вроде вассальной системы земного средневековья.

Населяющие страну боги клялись в верности самому сильному и влиятельному богу, и он становился богом-королём. Люди, которым он покровительствовал, соответственно, становились королевской семьёй. А кланы богов-вассалов становились вассалами человеческого короля, получая дворянские титулы в зависимости от их вклада в страну и силы их бога.

Клан Эллисы поклонялся Тизену — богу дождей, гроз и тумана, вот почему она умела швыряться молниями. И ещё совсем недавно семья Тизен была не баронской, а герцогской, одной из сильнейших в Тхалсе. К сожалению, пятнадцать лет назад, когда Эллисе было три, войска империи докатились до границ Тхалсы. Её отец вместе с элитными войсками семьи отправился на войну, где они попали в засаду и были убиты все до одного.

Тизен, бог клана, из-за потери стольких сильных последователей разом резко ослаб. Семья потеряла авторитет и право считаться герцогской, а за следующие пятнадцать лет в результате разных перипетий скатилась почти в самый низ аристократической иерархии.

В результате Эллиса осталась единственной прямой наследницей. И, хоть и унаследовала от отца официальный титул главы клана, получила его уже трещащим по швам. Сейчас у её семьи было настолько мало сил и ресурсов, что они уже даже не могли собрать собственное войско и были вынуждены сражаться как часть общей армии Тхалсы.

И допросить меня она приказала далеко не только из-за подозрительности моего выживания. Девушка хотела получить от меня информацию, которая смогла бы помочь её семье вернуть былые влияние и силу.

Потому что случаев подобных моему в истории не случалось ещё ни разу. Либо войска успевали вовремя и перенесённых удавалось спасти до того, как их сжирали черви, либо в каменных мешках уже были лишь трупы, черви и поглотители. Человек, который умудрился не только выжить, но и убить всех тварей вокруг, должен был иметь какой-то секрет.

И у меня такой секрет действительно был. Вот только раскрывать то, что в результате совершенно безумного, если задуматься, поступка, я стал чем-то средним между чудищем-поглотителем и нормальным человеком, я не собирался.

Во-первых, было совершенно непонятно, как на это отреагируют люди этого мира. Поглотители, бывшие главным козырем империи, успели убить сотни тысяч, если не миллионы людей. И если война между империей и Тхалсой велась уже пятнадцать лет, сто процентов среди тех, с кем я буду общаться, найдётся немало тех, чьих друзей, родных и любимых прикончили эти твари.

Во-вторых, я не хотел становиться подопытной крысой. Если о таком как я узнают, то меня тут же схватят, привяжут ремнями к койке и будут резать до тех, пор, пока не вытянут из моего тела все секреты. И я не строил иллюзий: хотя в этой истории Палемская империя выступала злодеем, остальные боги и их страны тоже не могли быть белыми и пушистыми. Так что с большой вероятностью эти опыты в итоге будут стоить мне жизни.

И в-третьих, мне нужно было придержать для себя джокер в рукаве. Если я — человек со способностями поглотителя, на что было достаточно намёков, то по идее я мог унаследовать от этих тварей и их способность к развитию. Не только от мяса червей, я мог становиться сильнее и от поглощения мяса любых других существ.

Возможно, даже людей?

К моему удивлению, эта мысль не доставила мне особого дискомфорта. Скорее даже наоборот: сознание, что я смогу от этого сталь сильнее, заставило меня вздрогнуть от предвкушения. Похоже, после казавшихся бесконечными часов в каменном мешке наедине с зомбяками я, похоже, изменился сильнее, чем мог представить.

Во многом, скорее всего, это был эффект мяса червей. Я прямо чувствовал, как мой организм жаждет чужой силы, хочет поглотить чужую мощь и сделать её своей. Такую физиологическую реакцию сложно было представить во время жизни на Земле. Но и не скажу, чтобы я по этому поводу испытывал какое-то психологическое отторжение.

Если бы я оказался на необитаемом острове, где было бы нечего есть, кроме другого такого же бедолаги, то мысли о недопустимости каннибализма быстро бы улетучились. И сейчас была ровно та же хрень.

Я ведь не собирался жрать людей по приколу или из извращённых гурманских соображений. Это был способ выжить и, если мне придётся прибегнуть к нему, то угрызений совести я уж точно испытывать не буду. Как говорится, либо мы, либо нас.

Следующим, о чём я хотел спросить Эллису, было то, каким образом я понимаю их язык. Но неожиданно снаружи палатки раздался громкий рёв горна, а затем послышались чьи-то крики: “ТРЕВОГА!”

Бойцы тут же начали наперебой приказывать и просить меня остановиться и подумать о безопасности баронессы, да и сама Эллиса показала растерянность и испуг. И в первую секунду я подумал о том, что это мог быть отвлекающий манёвр, чтобы ослабить мою бдительность и заставить отпустить заложницу.

Но затем откуда-то издалека, очень-очень смазано, будто это было многократно отражённое эхо, я ощутил нечто знакомое. Слишком знакомое. На лагерь отряда Тхалсы надвигались захватившие человеческие тела черви. Поглотители.

Глава 6

— Если отпустишь меня сейчас, то я обещаю, что мы тебя защитим, — не обращая внимания на возгласы своих подчинённых, максимально спокойным для текущей ситуации голосом произнесла Эллиса.

— Защитить себя я сам смогу, — покачал я головой. — Но отпустить — отпущу, если пообещаешь вести себя хорошо и больше не пытаться сажать меня на цепь.

— Клянусь именем Тизена.

Ну, на самом деле для меня эта клятва мало чего стоила. Но, раз уж это был её бог, то, пожалуй, ей можно было поверить хотя бы минимально. Тем более что сигнал тревоги раздался снова и я услышал чьи-то торопливые приближающиеся шаги.

— Договорились, — кивнул я, убирая с горла девушки меч, вставая и протягивая ей руку, чтобы она смогла подняться.

Через несколько секунд полог палатки отворился и внутрь заскочил молодой, может быть лет шестнадцать, взъерошенный паренёк.

— Госпожа, тревога!..

В следующую секунду он смог осмыслить происходящее и замер на месте с полуоткрытым ртом. При этом, несмотря на то, как он обратился к Эллисе, его внешнее сходство с девушкой от меня не укрылось: тот же разрез глаз, та же форма лица, тот же цвет волос. Наверняка брат.

— Я слышала, Эрик, — как ни в чём не бывало ответила Эллиса, поднявшись на ноги и отряхнув брюки. — Численность войск врага?

— Разведка доложила о четырёх сотнях бойцов, двадцати одарённых, сотне обычных поглотителей и десяти — первой эволюции, — по-армейски чётко отрапортовал парень, после чего чуть понурился и уже более обычным голосом закончил “доклад”, - всё плохо, Эль.

— Ничего, — отмахнулась девушка, — не из такого выпутывались. У нас преимущество в позиции. Сколько им ещё?

— Минут десять максимум.

— Поняла, — кивнула она, после чего обернулась к бойцам, уже вставшим с колен. — Проследите за ним. Бежать тут некуда, но я не хочу, чтобы он спрятался где-нибудь и помер. На мои вопросы он так и не ответил.

— Сама проследишь, — ответил я вместо замешкавшихся вояк, — Ты тут главная и терять тебя из виду я не собираюсь.

— Пускай, — почти сразу ответила она, будто бы даже не раздумывая над ответом. После чего, развернувшись, одной рукой откинула полог палатки, а второй отвесила парню, пялившемуся на меня круглыми глазами, подзатыльник, — и я тебе сколько раз говорила, чтобы во время операций ты ко мне по имени не обращался?

Обернувшись на недоумевающих бойцов, я бросил меч тому, у кого его забрал, и последовал за Эллисой.

Что она имела в виду, говоря, что мне некуда будет бежать, я понял сразу как только оказался на воздухе. Мы были в горах и, судя по тому, как над головой нависали облака, довольно высоко. И судя по острым скалам, между которыми были натыканы палатки, это были прямо горы-горы, где без знания маршрутов и троп сломать себе шею было раз плюнуть.

Лагерь находился в узком проходе между двумя почти отвесными стенами шириной не больше метров тридцати. И, как я довольно быстро понял, проход этот был рукотворным, ну или по крайней мере был расширен людьми. Слишком во многих местах виднелись следы работы кирками, заступами и каким там ещё существовал шахтёрский инвентарь.

А ещё, судя по тому, как по лагерю были натыканы деревянные частоколы, угрозу ждали лишь с одной стороны — снизу по склону. И если отряд Эллисы отправлялся на операцию по уничтожению поглотителей, и меня после этого они далеко не унесли…

— Инкубаторы там? — я догнал девушку, спешившую к будущей первой линии сражения, и махнул рукой назад.

— Да, — кивнула она, бросив на меня взгляд. — Мы захватили их, но внутри здания находиться отвратительно. Так что лагерь разбили чуть ниже.

— И теперь вас прижимают к стенке?

Не то, чтобы я был гением тактики, но идиотом тоже не был и в стратегии на компе играл, и примерно понимал, как можно использовать местность. Инкубатор имперцы построили в максимально труднодоступном месте, что было очевидным преимуществом, но также и большим недостатком. Сбежать из этого аппендикса между двумя отвесными стенами было практически невозможно.

— Да, — бросила она уже с заметным раздражением.

Я только хмыкнул.

Понятно было, что я ей не слишком нравился. Да я и не давал повода как-то изменить это мнение. Однако я определённо был ей нужен. Уж не знаю для чего конкретно, но точно для чего-то дико важного, если ради этого она рискнула всем своим отрядом и осталась неподалёку от инкубатора, хотя могла ещё вчера свернуть лагерь и свалить.

Так что раздражаться и закатывать глаза она могла сколько угодно. Уже наверняка поняла, что ни угрозы, ни пытки на мне не сработают, и единственный способ что-то получить от меня — что-то дать взамен. Потому и согласилась так просто на моё сопровождение.

С другой стороны, отвлекать её лишний раз всё-таки не стоило. Всё-таки она была тут командиром. И, во-первых, не стоило мешать ей готовиться к обороне и раздавать указания, которых меньше чем за минуту я услышал уже с десяток. А во-вторых, подрывать её авторитет перед подчинёнными тоже не казалось хорошей идеей.

Так что вместо того, чтобы пытаться выпытывать ответы у неё, я просто начал внимательнее приглядываться к окружению. Благо, хотя картинка перед глазами и оставалась монохромной, её чёткость была в разы выше, чем у “старой” цветной, и подмечать детали стало значительно проще.