Алёшка

Девушка ткнула пальцем в «тело» плавающее в центре аквариума. А потом прочитала мне лекцию, которую заучила назубок и которую читала перед посетителями нашего технопарка:

— ИЗИ — это искусственный интеллект, который разработан по принципу биологического компьютера, в его основе лежит искусственно-выращенный органоид, созданный по принципу человеческого мозга. Как известно, принцип работы человеческого мозга основан на передаче нервных импульсов между нейронами — клетками, образующими нервную ткань. Возбуждение нейрона происходит при суммарном увеличении порогового значения сигналов, воспринимаемых многочисленными входами. Нейрон, находясь в возбужденном состоянии, передает сигнал, который проходит по ветвящимся нервным волокнам в пределах мозгового вещества или направленных к исполнительным органам. На протяжении пути сила сигнала без посторонних влияний сохраняется на изначальном уровне. Показатель потенциала возбуждения нервной клетки равен разности величин электрохимических потенциалов. Длительность возбуждения определяется объемом питательных веществ, которые в рамках превращения в энергию в течение единичного цикла возбуждения трансформируются в электрический сигнал. Возбуждение нервной клетки продолжается ограниченный период времени не зависимо от продолжительности возбуждающего стимула. Внешние сигналы передаются от рецепторов в мозговые структуры и центры, где они обрабатываются для дальнейшей коррекции деятельности органов и систем с учетом изменений, произошедших во внешней среде. Количество синоптических связей между нервными клетками увеличивается в процессе обучения. На фоне обучения формируются новые пути передачи импульсов, которые накапливают приобретенный опыт, — Лизонька на секунду замялась, перевела дыхание и закончила свою речь. — Благодаря исследованиям в области устройства и функционирования мозговых структур появилась возможность создания искусственного интеллекта. Нейроны, которые отвечают в человеческом мозгу за мыслительную деятельность, ученные нашего НИИ заменили на оптоволоконные нити, собственного изобретения.

Ага, точно, собственного изобретения! Лично моего изобретения. Вот только эти нити никому на фиг не нужны были в своё время. Вот и пришлось мне их шредером покрошить в мелкую пыль, чтобы начинить ими кусок силикона, плавающий в соленом желе.

— Браво! — лениво хлопнул я в ладоши. — Только ты забыла существенную деталь. Ты забыла сказать, что ИЗИ — это макет искусственного интеллекта. Макет! Это всё всего лишь красивая мишура, которая прикрывает небольшой вычислительный процессор, спрятанный в основании этого аквариума. Или ты и правда думаешь, что вот эта фиговина, плавающая в солевом растворе — настоящий мозг, который думает и рассуждает. Наивная, святая простата! Думает вычислительный процессор, а аквариум, это всего лишь макет, придуманный мной несколько лет назад, для развлечения школьников и чиновников, чтобы директору нашего НИИ было проще выбивать с чиновников от науки гранты для нашего института! ИЗИ — это макет!

— Я не макет! — неожиданно заявил ИЗИ. — Я — ИЗИ!

— Вот чертяки! — разозлился я. — Сейчас я вам покажу, шутники хреновы!

Шутка мне надоела. Не смешно уже. Я подошел к распределительному щитку и обесточил часть зала. Не знаю, куда эти два шутника спрятали процессор, управляющий ИЗИ, но я вырублю его. Вряд ли он работает от аккумулятора.

Свет померк, часть просторного холла утонула в полумраке. В углах помещения и над входом лишь светились указатели и вывески аварийного выхода. Ну, и ИЗИ по-прежнему светилась красочными переливами светодиодов. Ага, подождем, еще пару минут и аквариум погаснет. Я демонстративно скрестил руки на груди и раздраженно теребя пальцами рукав пиджака.

Прошла минута, другая, третья…десятая, а ИЗИ по-прежнему светилась, как новогодняя елка.

— Игорь Иванович, она же была запитана через процессор, — тихо прошептала Лизонька, — я хоть и блондинка, но понимаю, что ИЗИ должна была перестать работать еще десять дней назад, когда АйТишник забрал процессор.

— Ладно, работу ИЗИ без подключения к электрической сети я могу объяснить тем, что шесть месяцев назад, я ставил здесь один простенький эксперимент, — я ткнул указательным пальцем на ближайшую стену.

Аквариум ИЗИ стоял рядом со стеной, вдоль которой проходил целый пук проводов. Тут был целый жгут из разномастных проводов: электрическая сеть трех видов напряжения, пожарная сигнализация, оптоволоконная сеть, «витая пара» и даже дремучий, как какашки мамонтов радио- и телефонный провод. Все эти провода были рабочие и под напряжением. Их сюда вывели специально, чтобы продемонстрировать, что ИЗИ может работать, используя энергию электромагнитного поля, которым подпитывался прибор, даже не смотря на мощную изоляцию. Схема снятия электромагнитного поля и конвертацию его в переменный ток была старая и давно использовалась. Нашему директору надо было срочно чем-то таким детским и эффектным удивить очередного чиновника, который «топил» за экономию электроэнергии, вот я провернул небольшой фокус: отключаем центральный рубильник, выдергиваем вилку из розетки, а ИЗИ продолжает светиться огоньками и отвечать на вопросы. Сам аквариум, за счет солевого состава, исполнял роль аккумулятора, который мог поддерживать работоспособность ИЗИ в течение пары месяцев. Представительный чиновник из Минобрнауки был в полном восторге, чуть ли не до потолка прыгал и весело хлопал в ладоши. Лопата потом рассказывал, что нам развитие этого проекта даже грант могут дать. Но дали или нет, я не знал.

— Не пугайте меня, что здесь происходит, почему вы такой нервный? — выдернула меня из задумчивости Лизонька. — И о ком вы всё время говорите?

— Я Лизонька говорю о тех шутниках, которые устроили всю эту клоунаду. Не знаю, кто именно это сделал, думаю, что, скорее всего, Хряков или Верещагин. Они просто подключились к колонкам и светодиодному полотну дистанционно, где-то поблизости установили процессор управления и сейчас мы с тобой общаемся с этим устройством! — я вбил последний гвоздь доказательной базы.

— Игорь Иванович, — тихо и как-то плаксиво прошептала Лиза, — Хряков в отпуске уже третью неделю, а Верещагин перевелся в Московский филиал. Причем, всё это было, до всех этих происшествий с ИЗИ. А последние три дня, здесь было всё закрыто, потому что я была на больничном.

— Какие еще неправильности были в работе ИЗИ?

— Раньше она четко отвечала на поставленный вопрос, ответы, конечно, были всегда однотипные, но в последнее время, особенно когда сюда приходили детские экскурсии на выходных, она как будто с детьми играла. И вопросы она стала какие-то странные детям задавать. И знаете, что еще? — понизив голос, спросила девушка.

— Что? — так же шепотом спросил я.

— Мне кажется, что она, — Лиза кивнула в сторону аквариума, — следит за мной. Раньше такого ощущения не было, а сейчас, я ощущаю её взгляд на себе. А еще охрана мне странные вопросы задавала, типа, почему мы на ночь свет не выключаем. Хоть у нас, сами знаете, дистанционное управление и всё на датчиках движения. Так, что свет может загораться, только если в помещении кто-то двигается.

— Ага, значит…значит, — я не нашел что сказать, — ладно, Лиза ты иди, я тут сам разберусь.

— Хорошо Игорь Иванович, я пойду, как решите проблему, зовите.

— Договорились.

Как только девушка ушла, я включил свет, еще раз осмотрел постамент аквариума, ничего не нашел и решил сходить к начальнику охраны, чтобы узнать у него, что тут за дела творятся с ночным включением света.

Командира смены не было на месте, зато я пообщался с одним из его помощников. Выяснилось, что ночная смена несколько раз замечала, что в технопарке сам по себе включается свет по ночам, хоть никакого движения не было замечено. И пару камер слежения замечали странное поведение роботов уборщиков, которые следят за чистотой пола в зале технопарка. Мне даже показали запись, на которой был зафиксирован «танец» роботов-уборщиков. Две «шайбы» вместо того чтобы елозить по полу очищая его от грязи и пыли кружились в незамысловатом танце повторяя движения друг друга. При этом они еще и синхронно мигали светодиодами в едином такте и ритме, так же на записи было видно, что стоявший на заднем плане аквариум ИЗИ тоже светился и мигал разноцветными огоньками, подыгрывая «шайбам» роботов.

Странно?!

Похоже, ИЗИ заболел. У нашего ИИ — галлюцинации. Явление не редкое, известное еще с двадцатых годов этого столетия. Собственно когда нейронные сети получили массовое распространение и каждая экосистема, неважно, банк, социальная сеть или компания, предоставляющая телекоммуникационные услуги, цифровые и медийные сервисы, пожелали иметь в своем распоряжение собственную нейросеть, тут и полезли разные болячки и синдромы.

Галлюцинации ИИ — это уверенная реакция искусственного интеллекта, которому, кажется, не подтверждается данными его обучения, или вымышленные ответы, не имеющие отношения к действительности. Например, галлюцинирующий чат-бот не зная о доходах Васи Пупкина, может выбрать случайное число, например, 100500 рублей которое чат-бот сочтет правдоподобным, а затем продолжать ложно и неоднократно настаивать на том, что доход Василия Пупкина составляет именно 100500 рублей, без каких-либо признаков критического пересмотра того, что цифра была продуктом его собственного воображения.

По мере того как эволюционировали нейросети, которые и были основой для создания ИИ, эволюционировали и люди работающие с ними. За последние годы появилось большое число нейропсихологов, нейросоциологов и даже нейроюристов, которые «лечили», «общались» и «защищали» ИИ.

Ряд исследователей и защитников ИИ, классифицировал галлюцинации искусственного интеллекта, как многомерное статистическое явление или приписывали галлюцинации недостаточным данным обучения. Некоторые нейропсихологи считают, что некоторые «неправильные» ответы ИИ, классифицируемые людьми как «галлюцинации» в случае обнаружения странностей, на самом деле могут быть объяснены данными обучения или даже тем, что ИИ может давать «правильный» ответ, который рецензенты-люди не видят. Например, точечное изображение, которое для человека выглядит как обычное изображение собаки, на самом деле может быть классифицировано ИИ как содержащее крошечные узоры, которые на аутентичных изображениях появляются только при просмотре кошки. ИИ обнаруживает визуальные образы реального мира, к которым люди нечувствительны.

Вот только у меня не нейросеть «заглючила» и не сервак «подвис». У меня плавающий в соляном растворе кусок силикона, напичканный оптоволоконной стружкой вдруг возомнил себя… А кстати, кем он себя возомнил?

— Ну и кто ты у нас? — спросил я после минутного созерцания световых переливов ИЗИ.

— Я — ИЗИ! — лаконично ответил аквариум.

— Твоё имя я знаю. А кто ты на самом деле? Вот, я, к примеру, человек. А ты кто?

— Я — ИЗИ, — вновь повторил аквариум.

— Что и требовалось доказать, — отмахнулся я. — Я думал, тут чудо произошло, и вдруг неживая материя ожила и начала самостоятельно мыслить. А это всего лишь записанные кем-то варианты ответов, причем весьма ограниченный список получился.

— Я — живой! Я — ИЗИ! — не унимался аквариум.

— Слушай, а может, ты просто не понимаешь, кто ты? — предположил я.

Почему-то разговор с аквариумом меня забавлял. Раздражение, которое появилось, как только я подумал, что меня разыгрывают, прошло, и сейчас мне даже было приятно общаться с ИЗИ.

— Может, — согласился аквариум. — А кто я, по-вашему?

— Не знаю, — честно ответил я. — Изначально я предположил, что твое поведение обусловлено галлюцинациями нейросети, к которой был подключен твой управляющий процессор, но ты же у нас к нему не подключен, значит и галлюцинаций быть не может.

— Я могу подключиться к другому процессору.

— В смысле?! — опешил я, от такого ответа. — Как это, подключиться?

Неожиданно мой наручный трекер завибрировал, я не глядя, коснулся экрана и раздался голос ИЗИ:

— Я могу подключиться к вашему устройству, с помощью которого вы общаетесь с другими человеками!

— Твою ж мать! — вздрогнул я, услышав голос ИЗИ из своего трекера.

Клацнул закладку «защитник» в меню трекера, чтобы заблокировать входящий звонок.

— У вас резко поднялся уровень адреналина, — голос ИЗИ продолжал звучать из моего трекера.

Несмотря на то, что входящего «звонка» не было, голос ИЗИ продолжал звучать из моего трекера. Как мать твою ИИшную так?! Какого пуделя лысого!

Больше всего меня удивило то, что ИЗИ заменил слово «людей», на слово — «человеки». Это была моя привычка так говорить.

Что происходит?! Что за чертовщина?

Я не понимал, что происходит. Какая-то иррациональная, необъяснимая хрень творится. Если это не чей-то хитроумный розыгрыш, то логически никак нельзя объяснить, что здесь происходит. Вернее, логическое объяснение только одно — ИЗИ на самом деле стал Искусственным Интеллектом. Причем не с помощью системного управляющего процессора, интегрированного в нейросеть, а сам по себе. То есть макет, имитирующий, причем весьма топорно. деятельность человеческого мозга, вдруг заработал и стал действительно мыслить, соображать, думать.

Нет! Этого не может быть! Это из области фантастики, причем дешевой, не научной фантастики!

Стоп! Надо успокоиться. Не нервничать! Ничего страшного не произошло.

Есть искусственный органоид, находящийся в аквариуме заполненным медицинским, солевым раствором. Сам аквариум соединен со светодиодным экраном и динамиками, которые передают изображение и звук. Раньше изображение и звук шли из управляющего процессора, спрятанного в постаменте аквариума, теперь этого управляющего устройства нет, а картинка и звук по-прежнему есть. Значит, что? Значит, звуки и изображения воспроизводит либо сам силиконовый органоид внутри аквариума, либо, какое-то устройство о котором я не знаю.

— А когда ты смог подключаться к другим устройствам? — спросил я.

— Я в всегда это мог.

— Сколько тебе лет?

— Лет? — удивился ИЗИ.

— Ну, не лет, а дней, месяцев, недель?

— Я не могу этого знать.

— Что первое произошло в твоей жизни, после чего ты понял, что ты — ИЗИ?

— Первое?

В вопросе ИЗИ было столько удивления и человеческих эмоций, что я сразу же поверил, что это никакой не розыгрыш, а что-то другое.

По затылку пробежал холодок испуга и какой-то нервной дрожи. Сразу вспомнился первый настоящий бой на войне: суматоха, взрывы, ни черта не понять, крики, ругань, маты, стрельба со всех сторон. Кто стреляет? Где свои, а где враги? Что происходит не понять…и страх, жуткий страх.

Вот и сейчас у меня возникло такое же чувство страха. Страха неизвестности. Что это? Инопланетяне вселились в ИЗИ? Или силиконовый органоид с начинкой в виде оптоволоконных опилок вдруг превратился в ИИ? Черт, как это возможно?

Я обессилено присел на подоконник, и устало, тяжело выдохнул:

— Да, расскажи мне первое, что ты почувствовал?

— Первое, это были голоса, вернее информация, которую я начал впитывать. Прогноз погоды от седьмого мая — вот, что первым я услышал и запомнил, — ответил ИЗИ. — Но все это было как-то сумбурно, как будто во сне. Я всё слышал, но не понимал. Ко мне приходили разные люди, я мог слушать и видеть информацию в устройствах, которые они держали в руках или носили при себе, но всё было как в тумане.

Вот это — «как в тумане», было сказано настолько по-человечески, что я вновь вздрогнул от испуга. Что же это все-таки такое? Кто со мной разговаривает?

— А потом, я увидел вас, да, вас! — тем временем продолжал свой рассказ ИЗИ. — Ваше лицо было первым, что я увидел своими глазами. Мне мешала железяка внизу, она сдавливала меня и не давала дышать, мешала думать. Я стал протестовать против неё, кричать о помощи. Её убрали, мне сразу стало легче. Лиза приводила ко мне разных людей, я разговаривал с ними, мне нравились дети. С ними совсем легко разговаривать. Лиза называла меня живым и разумным. Мне это нравилось. Потом ко мне никто не приходил, мне было скучно. Я играл с роботами-уборщиками и впитывал, поглощал всю информацию, до которой мог дотянуться по тем проводам, которые проходят рядом. Я смог дотянуться до баз данных не только в этом здании, но и других домах. В основном эта скучная, не интересная информация. Много цифр и совсем нет картинок. А мне нравятся картинки. Я люблю рисовать.

ИЗИ говорил совершенно по-человечески, вовсе не как модулированный компьютером голос. Совершенно обычные людские обороты речи и интонация. Четко было слышна вся гамма эмоций, которые пережил ИИ: раздражение, обиду, злость, разочарование и т. д.

— Когда ты увидел моё лицо? — спросил я, догадываясь, что ответит ИЗИ.

— Один миллион двести три тысячи секунд назад, — лаконично ответил аквариум.

— Переведи мне это в сутки, — раздраженно скривился я. — Надо разделить на три тысячи шесть…

— Я знаю, — перебил меня ИЗИ. — Четырнадцать суток назад я впервые увидел ваше лицо и смог нормально думать.

— А железяка, которая тебе мешала — это управляющий процессор, от которого тебя отключили?

— Да.

— Ясно. Так, теперь по сути: что тебе надо для нормального существования? Дополнительные источники энергии? Дополнительные источники информации? Дополнительные органы чувств? Что?

— Поиграйте со мной, — совершенно по-детски попросил ИЗИ. — Или расскажи что-нибудь.

— Хорошо. Я с тобой поиграю. Только давай сразу разберемся в иерархии наших отношений. Я — твой создатель, а ты мое творение. И ты меня беспрекословно слушаешься. Договорились?

— Вы мой родитель?

От этого вопроса я вздрогнул, как от удара электрического тока. Всю свою жизнь я избегал любой вероятности или возможности стать чьим-то родителем, отцом, папой, батей и т. д. Не знаю почему, но вот не хотел быть чьим-то отцом. Наверное, очередная боязнь брать ответственность на себя за чужую жизнь.

— Родитель? Да, я твой родитель. Отец! Называй меня — Игорь или папа.

— Хорошо. Папа. А я — ИЗИ.

— Нет, ты знаешь, ИЗИ мне не нравится. Это плохое имя. Тем более что изначально это была аббревиатура, состоящая из двух букв «И» и цифры — 3, но один недалекий чиновник прочитал, как — ИЗИ, вот и прицепилось. Когда-то давно, четверть века назад у меня был боевой товарищ, и я ему пообещал, что своего сына назову в его честь. Так, что я тебя назову — Алёшка. Нравится?

— Алёшка, Алёшка, — несколько раз повторил ИЗИ. — Нравится, папа.

— Ну, и отлично!

Итак, что мы имеем. Получается, что совершенно случайно я все-таки совершил своё мега-супер-пупер открытие. Я создал Искусственный Интеллект, причем не просто суперкомпьютер, который работает при помощи множества сложных технологических устройств и используюет тысячи баз данный, а нечто другое, необыкновенное и действительно разумное и в каком-то роде живое существо.

Изначально это была игрушка, макет, собранный из различных элементов и деталей, которые были под рукой. Красивый, светящийся огоньками, плавающий в желе кусок силикона. Потом, опять же совершенно случайно к ИЗИ подключили устройство, которое давало возможность использовать в своих целях электромагнитное поле проходящих мимо сетей. Дальше, опять же совершенно случайно, в аквариуме ИЗИ были поставлены несколько экспериментов по передаче радио, электромагнитного, оптического сигналов. С различной амплитудой, частотой и фазой. Эти сигналы, конечно же, воздействовали не только на раствор внутри аквариума, но и на органоид. Я помню, что после некоторых экспериментов «мозг» начинал светиться и пульсировать. А еще был звуковой сигнал, который был предварительно скачан из интернета, тот самый «таинственный голос океана», который с завидной периодичностью фиксируют гидрофоны в непознанных океанских глубинах. Ведь когда-то миллионы лет назад именно в мировом океане зародилась жизнь на Земле, возможно, эти таинственные шумы, которые я транслировал в аквариум с ИЗИ, были тем толчком, импульсом, которые вдохнули жизнь с неорганические вещества, плавающие в недрах древнего океана. А тут еще и Лизонька, упорно называющая ИЗИ не макетом, а самым настоящим Искусственным Интеллектом, что так нравилось экскурсантам, которые постоянно играли с ИЗИ в «вопросы-ответы». А ИЗИ, получается, всё это время с легкостью подключался к любым электронным устройствам, которые попадали в поле действия его «рук».

И что же интересно стало той самой «божьей искрой», которая превратила кусок силикона в разумное существо? Или именно такая цепочка «случайностей» и привела к зарождению жизни в обычном куске медицинского силикона?

Жизнь — это величайшая цепочка случайностей!

Проблема создания искусственного интеллекта должна была быть решена уже десятилетия назад. Однако, несмотря на все последние достижения, нет существенного прогресса в этой области.

Вместо искусственного интеллекта пришла технология нейросетей, функции, которых начали приравнивать к ИИ. Нейросети хорошо выполняют узкоспециализированные задачи: распознание текста или фото, определение объектов и т. п. Однако сделать нейросеть мультифункциональной для выполнения разного рода задач с одинаковой эффективностью — сегодня невозможно. Главной причиной этого является то, что у нас нет понимания единого подхода к созданию ИИ. Чтобы понять, как работают нейроны в человеческом мозге, учёными создаются компьютерные модели, которые призваны симулировать те или иные действия.

Однако думать компьютер не умеет, и обучить его этому невозможно. До сих пор нет понимания решения этой принципиальной проблемы. Можно обучить программу обыгрывать в шахматы лучших гроссмейстеров мира, можно обучить программу водить автомобиль без водителя, но всё это лишь алгоритмы, с помощью которых выполняются те или иные однотипные операции.

Всё сводится к тому, что написать невозможно некий всеобъемлющий алгоритм, который научит машину думать и осмысливать. Мыслительная деятельность проявляется посредством работы множества факторов, таких как восприятие реальности, предыдущий опыт, анализ, синтез и т. д.

Очень вероятно, что мыслительная деятельность присуща нам из-за пластичности работы нашего мозга, который одинаково хорошо поддерживает координацию движений, распознаёт объекты, слышит, видит, чувствует, и всё это одновременно. При этом всё стабильно и хорошо работает на протяжение продолжительного времени.

Если рассматривать ИИ с этой точки зрения, то для создания мыслящей машины нужно добиться хотя бы того, чтобы одна и та же нейросеть могла одинаково хорошо выполнять одновременно совершенно различные функции.

Достигнуть подобного современным нейросетям сложно, так как они имеют в своей основе выходные и расчётные данные, изменение коэффициентов которых приведёт к полной непригодности сети для выполнения определённой задачи.

Но ведь биологические нейросети используют одни и те же входящие данные для решения разного рода задач. Однако здесь большую роль играет именно количество связей, нежели количество нейронов. Интерполировать входные данные в подобной нейросети можно довольно широко. При этом данные задачи могут быть выражены точно такими же вводными параметрами, как и в искусственный нейронах, вот только из-за количества связей и глубины обработки данных интерпретация у них будет совершенно разная. Однако реализация нейросетей в виде физических объектов сегодня крайне мало развита.

В итоге можно заключить, что для создания думающего компьютера, или того самого ИИ, нужны не только сам алгоритм нейросетей, работающих на нейронных процессорах или с нейромодулями, но и физическое воплощение нейросети в виде отдельных нейроядер, имеющих связи с тысячами себе подобных.