Антидемон. Книга 2

К всеобщему удивлению, три минуты прошли быстро, а парень и дальше продолжал уверенно вырезать поголовье опасных тварей. Через шесть минут он, не менее ловко одолев и остальных монстров, благополучно перенесся в новую локацию. В прерии, в которой земля была покрыта пожухлой травой, крупными хлопьями сверху падал снег. Солнце было одно и крупное, но его лучи почти не грели.

– Дай угадаю, – сказал Барт, – это локация с лурами?

– Больше похоже на локу с балатами! – заметил проректор.

– Нет, я думаю, это все же территория эштов! – высказался и Древч. – Да, точно, тут должны быть эшты. Земля в локации такая теплая, что никогда не покрывается снегом, тут мощная вулканическая активность! Посмотрите, на горизонте минимум три вулкана!

– Эшты, эшты… – произнес задумчиво проректор. – Про них не слышал. У парня проблемы?

– Ну, если тут эшты, то эту локацию он точно не должен пройти, – сказал Барт, – создания и демонические, и магические! Они атакуют магией с больших дистанций.

– Ваши ставки, господа? – улыбнулся Древч.

Желающие поставить немедленно нашлись. Но тут же прозвучал удивленный вопрос проректора:

– А что это он делает?

Эйсон, испытание

Жерехи потрепали мне нервы, но убить себя я им не дал – много чести для мелких засранцев! По всем более-менее распространенным ядовитым тварям, на которых стоило охотиться из-за хороших трофеев, нас натаскивали так, что ночью разбуди – через пару секунд уже отвечу по конкретной, как она атакует и как с ней лучше справляться! Но затем я попал в локацию с эштами – это было очень серьезно. На них мы охотились лишь один раз, и у меня тогда не был еще активирован источник. Был я вдвоем с дядей, и поганцы изводили нас минут десять, пока мы смогли положить трех из пяти, заставив выживших обратиться в бегство. Дядя тогда схлопотал сильный ожог от близко разорвавшейся шаровой молнии, а я обжег ладони, когда тушил одежду на нем, – да, эти твари были такими продвинутыми, что пользовались заклинанием, которым не каждый взрослый маг умеет оперировать, причем делали это на инстинктивном уровне, поскольку разумными не были. Это не отменяло тот факт, что драться они умели хорошо для неразумных созданий!

До сих пор не знаю, что вообще заставило дядю потащиться с мелким пацаном к этим монстрам! Великим магом он отнюдь не был, что последующие события и доказали. Сам он упорно молчал, когда я позже спрашивал, а потом уже и погиб, так что узнать мне это не суждено. Сдается мне, что он просто перепутал портал, – хотел сводить меня в какое-то относительно безопасное место, а вышло вот так. Ну, а как признаешься племяннику, что путаешь такие вещи, как-то несолидно!

Так что едва я по всем характерным признакам опознал местность и понял, с кем придется столкнуться, тут же извлек меч и принялся копать. Хотел бы я иметь с собой лопату, но чего не было, того не было! Почва была мягкой, и через несколько минут я уже лежал в яме, а вокруг меня был возведен небольшой бруствер из земли. Не бог весть какая, но все же защита от прямой атаки!

Успел вовремя – как раз услышал вдали горловые звуки, которые в прошлый раз вызвали у меня мороз по коже. Мне было тогда двенадцать лет, а дядя был сильно ранен. И не просто ранен, но на нем еще и одежда горела, добавив мне острых ощущений! Это он парой минут позже сообразил, как с ними разобраться, а вначале я сильно напугался!

Крики первого монстра были немедленно подхвачены другими. Эшты были больше горазды в магию, чем в силу, – тела у них очень слабые для обладателей такого мощного заклинания. Похожи они были на помесь летучей мыши и крота, к добыче подбирались ползком, расставив в стороны огромные кожистые крылья, которые не использовали почему-то для полета. Плата за мощную магию? Не знаю, это меня не сильно интересовало. Важнее было то, что они расплющивались на поверхности земли и были сильно уязвимы из-за этого!

Дожидаться, когда они приблизятся на прицельную дальность и начнут меня поджаривать, я не стал. Периодически выглядывая из своего миниатюрного окопа, я быстро определил, что монстров четверо, и засек места, в которых они находились. Твари совсем не торопились – с их точки зрения, деваться мне некуда, и рисковать нет нужды. Я же думал иначе.

Лег на спину, активировал артефакт на стреле и запустил ее в самого близкого ко мне монстра по настильной траектории. Тот, кто ни разу так не стрелял, удивится тому, как быстро можно научиться попадать при такой стрельбе в небольшой кусок земли размером в несколько квадратных метров! А настоящие стрелки, тренировавшиеся с детства, могли таким вот образом попасть в объект размером с ладонь с сотни метров!

Мне такой точности не требовалось – стрела наносит ранения в паре метров вокруг себя, главное совсем уж мимо не пальнуть. Первая же стрела угодила точно в заданный район, где неспешно, распластавшись по траве, подползал ко мне монстр. Именно так в прошлый раз дядя с ними и расправился, когда немного пришел в себя. Правда, тогда мы в промежутках между выстрелами метались по прерии, пытаясь найти хоть какую-то пригодную для укрытия ложбину, но сейчас я предпочел занять более выгодную позицию.

Горловые звуки, раздавшиеся сразу после взрыва, больше не несли нотки радости по поводу предстоящей трапезы – нет, теперь тональность резко изменилась: монстр явно схлопотал по максимуму и был близок к смерти. Отлично, про него забываем, надо порадовать остальных! В быстром темпе выпускаю еще три стрелы – в ответ рядом с бруствером ударяется и взрывается шаровая молния. Взрыв близкий, и земля летит мне в глаза, но никаких ранений не получаю. А прерии наполнены криками отчаяния и боли, часть из которых медленно, но верно удаляется – никто больше не хочет отведать моего нежного мяса!

Профессорская комната

После того, как пацан ловко и профессионально разобрался с четырьмя эштами, в комнате повисла тишина. Возле экрана столпились уже все постоянные обитатели профессорской и ее гости, в тишине зазвенели передаваемые из-за проигранных пари монеты. Ничего зазорного в таких ставках педагоги не видели – магический артефакт Академии не имел аналогов по своей мощи и проработанности, и еще ни разу ни один из абитуриентов не погиб. А раз так, то кто мешает немного развлечься на пороге учебного года?

Пацан последние секунды находился в прежней локации, и Барт торопливо крикнул:

– Три золотых, что этот хромой убийца выйдет живым и из следующей локации! Ну же, кто рискнет вслепую?

Ответом была тишина. Никто больше не хотел терять деньги.

– Эх, вы! – разочарованно вздохнул азартный декан, когда парень перенесся в новую локацию.

Он оказался под жарким солнцем на небольшом песчаном островке посередине бурного моря. Никакой растительности тут не было, что вызвало приступ неуверенности в том, что же это за локация.

– Я знаю, я знаю! – вдруг радостно завопил Древч. – Вон там в небе две луны, левее солнца, верно? Значит, это мини-кракен! Все, ему не выкрутиться, у монстра мясистое тело, и ему безразличны все его копья и стрелы. А мозг у него глубоко, такую толщу мяса пацану не пробить!

Эти слова лучшего знатока монстров в Академии вдохновили нескольких спорщиков все же поставить против пацана – Барт охотно принял ставки. Как и для остальных профессоров, несколько золотых монет особой ценности для него не имели, платили в Академии хорошо. Гораздо важнее был сам факт проигрыша или выигрыша!

Парень, оказавшись на острове, первое время был явно в замешательстве. Обошел остров, глубоко втыкая копье в песок, затем стал озираться вокруг. Видно было, что он не знает, что его ожидает.

А затем из волн появился и мини-кракен. То, что он имел такое название, просто означало, что его назвали в честь огромного монстра высшего, пятнадцатого разряда. На таких и грандмаги по одному не ходили. Но приставка «мини» не означала, как правильно отметил Древч, что монстр безобиден. Восемь щупалец были толщиной с туловище парня каждое, а само водянистое тело между ними, усеянное глазами, имело метра четыре в диаметре.

Парень попятился, затем вернулся к берегу, рассматривая монстра. Глубоко воткнул древко копья на пути спрута, наконечником наружу, и отбежал на дальнюю часть островка. После этого он наклонился, повернувшись спиной к экрану, и начал что-то делать. Монстр достиг берега и полез на него, копье глубоко вошло в его плоть, но ему было все равно. В этот момент парень обернулся, и присутствующие увидели, что он связал вместе пять стрел, наложил их на тетиву лука, который держал параллельно земле, словно большой самострел, после чего натянул тетиву и мягко выстрелил.

Щупальца взметнулись в воздух, пытаясь перехватить стрелы, но они благополучно долетели до цели и взорвались, оставив в голове мини-кракена зияющую дыру. Мозг еще не был обнажен, но тварь, потеряв треть глаз, оглушенная взрывом, остановилась в замешательстве. Парень снова наклонился над песком, и все поняли, что будет дальше. Все верно – когда мини-кракен немного пришел в себя и начал бешено размахивать щупальцами, набираясь смелости, чтобы снова атаковать так болезненно кусающегося противника, в окровавленную дыру на его голове снова полетели пять связанных вместе стрел. И новый взрыв заставил тварь осесть, а щупальца бессильно опасть на песок.

Едва увидев это, парень побежал к монстру, раскачиваясь на ходу из-за своей хромоты. Забравшись на голову, он наклонился над широкой и глубокой раной и вонзил внутрь меч. Чтобы нанести максимально сильный удар, ему пришлось буквально окунуться в огромную рану по плечи, но его это не смутило.

В момент агонии щупальца вновь пришли в движение, и одно из них смело вылезшего из раны парня в океан. Казалось, что он оглушен и утонет, – его тело погрузилось в море и не выныривало на поверхность почти минуту. Но магический артефакт продолжал свою работу, что означало, что не все так однозначно. Зрители выдохнули, когда парень всплыл над водой и погреб к островку. Вначале еле-еле, но потом все более энергично. Экран мигнул, и он перенесся в новую локацию.

– Он же не знал, куда попал, вы же видели, он не знал! – закричал Древч, отвернувшись от экрана и размахивая возбужденно руками. – Как же он тогда так быстро сообразил, как использовать единственно верную тактику?

Но его уже не слушали, все смотрели на экран. Парня занесло в новую локацию, и она всем была прекрасно известна. Похоже, что магическому артефакту надоело играть с последним абитуриентом из группы, и он отправил его туда, откуда и целые группы серьезных магов не возвращаются, – в локацию разумных высших демонов, армагов. Тех самых, что прекрасно владеют магией и способны на многое, – в эти порталы никто по доброй воле не суется, туда разве что можно закидывать приговоренных к смертной казни преступников.

Лук парня остался на острове, копье – под убитым мини-кракеном, меч – внутри его мозга. Так что из оружия у него были теперь только пятнадцать обычных стрел в колчане и кинжал. Зато ману он почти не расходовал, так что мог кастовать заклинания. Хотя нанести вред высшим демонам при помощи заклинаний в таком молодом возрасте было очень сложно.

Демоны не замедлили появиться. Огромные трехметровые фигуры, с ног до головы закованные в черную броню, казалось, парили над булькающими лужами с сернистыми испарениями, медленно, но верно приближаясь к парню. Целый десяток – хотя подавляющему большинству магов хватило бы и одного, чтобы понять, что он скоро неминуемо умрет. Парень не сдался – его глаза решительно блеснули, и когда фигуры приблизились, он скастовал воздушную линзу, попытавшись поразить ближайшего из противников. Линза даже поцарапала его броню, но пробить ее не смогла. Но парень и сам догадывался, что это без толку, – развернув кинжал лезвием к себе, он что-то прошептал и уверенным движением воткнул его в сердце. Вот только в самый последний момент кинжал истаял в его руках – магический артефакт не позволил абитуриенту нанести себе психологический вред самоубийством.

Глава 7

– Достойный конец великолепной серии поединков! – уважительно сказал Барт. – Вижу неукротимый характер и внушающую уважение рассудительность! Парень в курсе, что высшие демоны делают с теми, кто попадает им в плен живыми! Господа, я рад, что к нам поступают такие абитуриенты!

Обычно ехидный Древч промолчал. Его до глубины души поразил взгляд юноши в момент, когда тот пытался пронзить себя кинжалом. Невольно закралась мысль – а смог бы он сам в такой ситуации без тени сомнения убить себя? И с таким горделивым вызовом в глазах? Также ему стало бесконечно любопытно, что именно парень сказал, прежде чем выхватить кинжал, – похоже было на какой-то девиз.

– Попрошу всех присутствующих, как обычно, хранить тайну о подробностях этого испытания и придерживаться честных методов конкуренции за этого выдающегося студента! – со строгим видом сказал проректор.

– А я вот уверен, что некоторые факультеты и не захотят бороться за него, – сказал с плутовским видом Древч, придя в себя, – к примеру, факультеты алхимии и артефакторики!

Все присутствующие рассмеялись, в том числе и профессура с этих факультетов. Да уж, действительно, что студенту с такими способностями к боевой магии и выживаемости делать среди пробирок и артефактных заготовок! Для этого нужен особый склад ума.

– И что вы, уважаемый проректор, какая пустая болтовня об испытании! Нам самим будет очень интересно понаблюдать, как ряд из наших зазнавшихся чемпионов со старших курсов натолкнется на этого хромого паренька! Вот перья-то полетят во все стороны! – добавил, широко улыбаясь, Барт.

Эйсон, испытание

Выйдя из магического тумана, я тут же осознал, как магический талисман обдурил меня! Выложился на полную катушку, вот и пытайся тут не выделяться! А еще – меня потрясла последняя локация, с разумными демонами. С теми самыми тварями, что прямо сейчас порабощают наших магов, замаскировавшись под безобидных и очень полезных магических питомцев. Рассказы я про них слышал, и про локацию эту, что скрывалась за черным порталом. Но вот увидеть все это своими глазами… это дорогого стоило!

И, слава богу, испытание я прошел, несмотря на попытку покончить с собой в конце – клерк не показал мне идти на выход. Так что я, все еще поглощенный своими мыслями о пройденном испытании, подошел к Эрли и стал рядом. И только тогда обратил внимание, что на меня все как-то странно смотрят.

– Ты пробыл там на пятнадцать минут дольше любого, включая абитуриентов из красных и зеленых! – с восторгом сказала мне сестра.

И взяла меня под руку – да не так, как обычно своего брата, а как отца, когда с ним гуляет. Понятно, степень уважения ко мне перекочевала на новую ступень!

Вот теперь мне все стало понятно! Долбаный артефакт – вот и как мне с моим боевым опытом было не выделиться! Что же придумать-то? А, вот идея!

– Да там понимаешь, все просто было. Артефакт старый, вот у него какие-то проблемы и возникли – я только с декрами и сражался! Победил четверых, локация мигнула, вновь восстановилась, и на меня уже пять стало охотиться! И так раз за разом – пока их вдруг в два раза больше не стало, двадцать вместо десяти, как я ожидал. Вот тогда они меня и порвали! – громко сказал я.

При первых звуках моего голоса все разговоры стихли, и все, что я сказал, прозвучало в гробовой тишине. А вот после – такое надо было видеть! Насупленные взгляды подавляющего числа «красных» и «зеленых» – как же, какой-то белый так сильно их обошел на испытании – тут же сменились немалым облегчением. Их моськи засияли так, словно им родители на день рождения подарили дорогущий артефакт, о котором они давно мечтали. А я особо отметил, что только двое «зеленых» и один «красный» во всем этом представлении не участвовали – не смотрели с завистливым и расстроенным видом до моих слов, и не переменились в лице после них. Эти, похоже, либо хорошо воспитаны, либо много что в жизни повидали – к ним нужно будет относиться серьезнее, чем к другим. При любых раскладах – как при попытках дружить, так и при вражде, если до этого дело дойдет. Из красных – был тот самый сын герцога, а из зеленых – знатные девчонки, что дольше всех продержались.

А затем нас погнали обедать – и не потому, что Академия жаждала быть гостеприимной, а потому, как я знал из разговоров в моем будущем, чтобы дать нам восстановить ману после тяжелого испытания. Это у меня и Эрли она восстанавливается почти мигом, а всем остальным, с обычными источниками, нужен минимум час.

Улыбнулся, пока шли, из-за реакции сестры – она была сильно расстроена моими словами про испытание. Только что она упивалась мыслью, что ее брат невероятно крут, и эту мысль разделяло почти четыре сотни молодых людей вокруг, и вдруг он сам, совершенно добровольно, взял и снял эту корону, рассказав про сбой в работе артефакта. Была сестрой чуть ли не короля, а стала сестрой какого-то лоха, которому просто повезло. Понятное дело, обидно!

Легонько толкнул ее в бок локтем и улыбнулся:

– Не унывай! Поздравляю, мы поступили! Мы студенты Королевской Академии Магии! У нас сейчас, по сути, будет не обед, а праздничный обед!

– Так еще же третье испытание! – опешила она. Ясное дело, все я ей никогда не рассказываю наперед.

– Оно больше для создания общего представления о поступивших студентах, кто к чему больше способен! – снова улыбнулся я. – Во всяком случае, не слышал, чтобы после него хоть раз кого-то отчислили!

Сестра просияла, мигом забыв про свое свежее разочарование. В конце концов, зачем мы сюда пришли, не ради же испытаний, а чтобы попробовать поступить! И у нас получилось!

– Что-то ты подозрительно много знаешь обо всем происходящем при поступлении! – Сказанное прозвучало хмуро, но когда я обернулся к говорившему, тот искренне улыбнулся, показывая, что не имеет в виду ничего плохого. – Давай знакомиться, истребительдекров! Я Рабош, третий сын хорошего мужика из глухой провинции, про которого никто в этом славном городе и слыхом не слыхивал!

– Хорошая рекомендация! – одобрил я, пожимая протянутую руку. – Эйсон, тоже третий сын, ну и все остальное совпадает тоже, да.

Парень был белобрыс, но так, словно его волосы выгорели на солнце. Видел такое уже раньше – когда похолодает, он вполне может оказаться шатеном. Чуть выше меня, худощав, со слегка оттопыренными ушами. И одет примерно так же, как я. Глаза светло-зеленые, простоватые на вид, но что-то в них не давало мне расслабиться. Впрочем, расслабляться я и не привык, постараюсь, в любом случае, разобраться, на что намекает мне моя интуиция.

Зал столовой был огромен. Ну да, в Академии же училось почти две тысячи студентов, иначе и быть не могло!

Отстояв очередь с пустыми подносами в руках, добрались до раздаточных прилавков. Дородные поварихи, ласково улыбаясь, спрашивали, кому что положить. Меня все больше наполняло ощущение счастья – я так долго мечтал об обучении в Академии, и вот я здесь! Для пацана, который думал, что гарантированно сдохнет на фронте молодым, – просто сбывшаяся сказка!

Наш новый знакомый сел с нами за стол – они были на четверых. Впрочем, я помнил из рассказов выпускников, что при желании столы можно сдвигать между собой. Чуть попозже к нам подсела еще какая-то девушка.

– Эрза! – буркнула она, насупившись, и сосредоточенно принялась есть, наклонившись пониже над подносом, с видом «да плевать я на всех вас хотела».

Удивившись тому, как кто-то может не испытывать положительных эмоций, практически поступив в Академию, я тоже приступил к еде. Как и рассказывали мне выпускники, качество еды было отменным, лучше кормили только в дорогих ресторанах столицы. Жалобы у всех возникали только на ассортимент блюд – он был не очень разнообразен, особенно плохо было с десертами, и выпускники говорили, что к концу второй недели мне все надоест и захочется чего-то новенького, но его в рационе так и не появится. Разговоры мы эти в будущем вели, поедая у походных костров все, что удалось добыть охотничьим партиям в порталах, – как правило, плохо прожаренное мясо всяких не очень вкусных монстров, что придавало такой болтовне о прошлом дополнительную пикантность. Очень вкусно, но ассортимент блюд слабоват – ха!

Рабош развлекал нас с Эрли разговорами, но сам кушать тоже успевал. Впрочем, я обратил внимание, что, рассказывая какую-нибудь ерунду про свою жизнь в провинции, он умудряется параллельно задать кучу наводящих вопросов, и что Эрли рассказывает ему о нас гораздо больше, чем он сам о себе. В голове что-то щелкнуло – точно так же у нас в армии общались бывшие следователи! Не то чтобы пытаясь выведать что-то у товарищей, а просто в силу многолетней привычки – иначе уже общаться и не могли. Этот Рабош явно не так прост, как пытается казаться!

И я тут же пнул сестру под столом по ноге. Она обиженно вскинула на меня глаза.

– Вкусно-то как! – приторно-сладким голосом сказал я, скосив предостерегающе глаза на Рабоша, тот как раз наклонился над своим подносом. – Наедайся получше, совсем скоро нас подымут из-за столов и погонят на последнее испытание!

Девушки все же имеют прирожденную склонность к интригам – мой взгляд и странный диапазон голоса дали сестре достаточно информации, чтобы заткнуться и перестать отвечать на наводящие вопросы Рабоша, разбалтывая про нас слишком много всего. Чтобы он не обратил внимания на это, я сам стал задавать ему кучу вопросов, наподобие тех, что он сам точно так же до этого задавал Эрли, причем в его же скользкой манере – и видно было, что ему это очень не нравится. Когда прозвучал сигнал к окончанию трапезы, улыбка на губах нашего нового знакомого держалась уже явно только за счет усилия воли, и он как-то сразу от нас отстал.

– Ничего ему больше не рассказывай, какой-то скользкий типчик! – шепнул я Эрли на ухо, когда мы двинулись к выходу из столовой. – И в целом, рассказывай о нас поменьше!

– Больно пинаешься! – пожаловалась она, но пальцы на моей руке сжала покрепче, сигнализируя, что меня услышала и поняла. Умничка!

Как я ей и обещал, никого на третьем испытании не отчислили. Нас просто подвели к манекенам, попросив каждого показать лучшее боевое заклинание, что он освоил. У абитуриентов была возможность один раз скастовать заклинание, а клерк записывал, какое заклинание мы использовали и какой результат оно оказывало на материал, из которого был сделан манекен. Эрли скастовала воздушный диск, заклинания сильнее она пока так и не освоила, я – воздушную линзу. Мне более сильные заклинания резерв не позволял кастовать, да я и не стал бы их использовать, если бы мог – ни к чему снова выделяться, и так уже засветился дальше некуда!

В результате никто тоже не применил ничего серьезнее воздушной линзы, даже «зеленые» и «красные», у которых резерв маны позволял продемонстрировать что-то более мощное. То ли тоже по каким-то своим причинам решили этого не делать, то ли элементарно не освоили ничего серьезнее. Я их за это не осуждал, просто понимал причину – одно дело когда ты воюешь, и новое мощное заклинание может спасти тебе жизнь, если постараешься на совесть и его освоишь, а другое – когда тебя неспешно учит отец или учитель. При этом все знают, что тебя будут еще четыре года учить в Академии – вот и зачем куда-то спешить?

Выяснилось и то, почему присевшая за наш стол Эрза была так хмура. Бедолага не осилила ничего сильнее воздушной стрелы – заклинания для вообще самых начинающих. Заранее боялась идти к манекену и вспыхнула, как огонь, когда из толпы абитуриентов после посланного заклинания раздались смешки.

Манекен был сделан из очень интересного материала, я такого раньше и не видел. На вид как из дерева, но когда клерк заканчивал измерения, все отметины на нем тут же затягивались. У нас в армии таких не было, но на то и Академия, чтобы иметь богатый арсенал удобных пособий!

А вот сразу после окончания третьего испытания к нам вышел человек, представившийся проректором по учебной работе Келертом. Впрочем, мне бы он мог и не представляться – как бы я вдруг не узнал командующего нашей повстанческой армии в будущем! Тут же захотелось по привычке вытянуться в струнку – Келерта мы в армии очень уважали. И я очень удивился, когда он, прежде чем начать свою речь перед притихшими абитуриентами, несколько секунд смотрел прямо мне в глаза. Или мне показалось, с чего бы ему вдруг это делать?

– Дорогие абитуриенты! С этой минуты вы студенты первого курса Королевской Академии Магии! Поздравляю вас!

Проректор сделал паузу, и мы, понятное дело, тут же заполнили ее восторженными криками. Равнодушных лиц я вокруг себя не видел – все искренне радовались. Еще бы – это самое престижное учебное заведение в королевстве, и всем выпускникам даже дают первичное дворянское звание эсквайра при окончании. Ну тем, конечно, кто поступил, как мы с Эрли, не детьми какого-нибудь барона, графа, герцога или – поднимай выше – самого короля! Те по наследству получают положенный высокий титул и в самом низком дворянском ненаследуемом титуле эсквайра, конечно, никакой нужды не имеют.

Проректор еще выступал пару минут перед нами, рассказывая, какая это высокая честь – учиться в Академии. Я слушал его и не слышал – вспоминал все те выступления перед армией, на которых присутствовал в будущем. Во внешности он изменится за двадцать лет незначительно, разве что стиль одежды будет, конечно, другой. Какая там мантия, в полах которой запутаешься и упадешь, когда сражаешься! Мое сознание при виде лица Келерта то скакало в будущее, то возвращалось обратно. И не сказать чтобы это было приятно! Очнулся только когда Эрли дернула меня за руку:

– Эйсон, ты чего уставился на трибуну, как кролик на удава? Там уже никого нет!

И точно – проректор речь закончил и уже шагал к одному из зданий Академии, а толпу первокурсников повел за собой клерк. Перед трибуной остались только мы с Эрли. Тряхнув головой, чтобы прийти в себя, я подхватил сестру за руку, и мы пошли за сверстниками.

Дальше нас ожидало несколько процедур. Регистрация, когда всех поступивших внесли в большую книгу в кожаном переплете и уточнили, кому нужно платить, а кому нет. Нам с Эрли велели оплатить учебу в течение недели, но столько я, конечно, тянуть не буду.

Затем нас повели в библиотеку. В огромном холле перед читальным залом на стенах было множество ячеек – каждому из нас велели подойти к одной из них.

– В этой ячейке – все те книги, что вам будут нужны для обучения на первом курсе. Как только вы прикоснетесь к дверце рукой, никто другой уже открыть ячейку не сможет – за исключением, конечно, библиотекарей. Книги тяжелые, перетаскаете их к себе в комнату потихоньку, или можете держать здесь и просто брать нужные. Впрочем, прикоснитесь рукой к дверце и откройте ее – сами поймете, о чем я говорю.

Все так и сделали – и начались восторженные охи и ахи, перемешанные с испуганными «ой», – кто уж как планировал относиться к будущей учебе, получить новые знания или весело провести время. Ячейка была немаленькой, но оказалась забита доверху десятками толстенных книг в кожаных переплетах. Да уж, столько точно за раз не утащишь, придется раза три-четыре ходить за ними!

– С самого верху лежит тонкая папочка – ее возьмите сразу! – велел клерк. Видно было, что занимается он этим не в первый раз, и ему уже давно наскучило знакомить первокурсников с рутиной обучения. – Там расписание занятий до конца учебного года, первое состоится уже послезавтра. Сегодня вы еще можете выйти в город – отпраздновать с родными поступление. Но завтра все должны вернуться до девяти вечера, и с этого момента вы никуда без разрешения декана или проректора выйти из Академии и думать не смейте!

Снова раздались охи и ахи, причем в этот раз восторженных не было вовсе.

– Впрочем, кто не готов сосредоточиться на учебе и пришел сюда просто так, могут просто не прийти завтра к девяти вечера. В девять утра послезавтра мы вас сразу и отчислим! И можете наслаждаться свободной жизнью в городе! – ощерившись в улыбке, сказал клерк. И по нему было видно, что он будет неслыханно рад лично понести приказ об отчислении на подпись ректору. – Вопросы есть? – наконец спросил он.

Вопрос нашелся.

– А почему с нами сегодня общался не ректор, а проректор? – спросила какая-то забавная рыженькая девушка со строгим взглядом. С ее пухлыми хомячьими щечками такая строгость совсем не сочеталась!

Клерк аж промедлил, прежде чем ответить, видимо, подивившись наглости самого вопроса. Девчонка что, не знает, что ректор – брат короля, и перед студентами появится разве что в случае какой-то экстренной ситуации? Похоже, точно не знала, и клерк обтекаемо ответил:

– Уважаемый герцог Картан еще не прибыл в Академию. Еще вопросы?

Вопросов больше не было, и нас повели дальше.

В следующем здании, на первом этаже, прошло заселение в общежитие. Студенты Академии живут в одной комнате по четверо, причем места на первом курсе распределяются по жребию, чтобы перемешать студентов из всех сословий. Это традиция Академии – нас постараются подружить. А вот уже со второго курса можно выбирать, с кем в комнате будешь жить.