Арабские народные сказки

Пошел Абдаллах прямо к скале, под которой он оставил свое платье, прежде чем спуститься в подводное царство. Но там он ничего не нашёл. В душе он проклинал вора и не знал, что ему теперь делать: не идти же в город раздетым. А тут как раз шёл мимо рыбак. Взглянул он на Абдаллаха и говорит:

— Что ищешь, приятель, вчерашний день? Идём со мной, поможешь мне ловить рыбу.

— Меня зовут Абдаллах, я друг царя, одолжи мне какую-нибудь одежду, а завтра приходи во дворец за наградой. Рыбак рассмеялся:

— Ты бы скорей сошёл за царского шута. Я не слыхал ни о каком царском друге, да и вообще сомневаюсь, что у него есть друзья. Я охотно верю, что тебя зовут Абдаллах. Абдаллахов здесь хоть пруд пруди, целый полк бы нас набрался. А идти во дворец за наградой я бы не решился. До царской столицы отсюда тысяча верст.

— Тысяча верст! — воскликнул Абдаллах.

Только сейчас он посмотрел по сторонам и увидел, что там, где раньше зеленели большие сады, сияли белизной стены домов и сверкали под синим небом башни царского дворца, теперь растут чахлые деревья да ютятся бедные хижины.Видно у бедняги был такой расстроенный вид, что рыбак перестал смеяться, подошёл к Абдаллаху и предложил ему пообедать вместе с ним. Он думал, что перед ним сумасшедший. Абдаллах поблагодарил его и, опустив голову, отправился в те места, где ещё недавно стоял его дом. Никак у него всё это не укладывалось в голове.

Подошёл Абдаллах к первой хижине. У порога сидел старичок и чинил рыбацкую сеть.

— О старик, не скажешь ли ты мне, как пройти в царскую столицу? — спросил Абдаллах.

— В столицу? Тебе пришлось бы идти туда долго-долго, недели и месяцы, — ответил старик.

— Как же так? Ведь столица была здесь, в этих местах, — удивился Абдаллах.

— Да, ты прав, но это было так давно, что об этом даже дед моего прадеда не помнит. Люди рассказывают, что правил здесь когда-то Абдаллах, хороший и справедливый человек. Говорят, что он даже водил дружбу с владыкой моря. Но кто знает, что из этого правда, а что выдумка.

Абдаллах чуть не сошёл с ума, когда услышал это. Понял он, что провёл иод водой не неделю, а сто лет. Не сказав старику ни слова, он пошёл к морю.

— Абдаллах Морской, Абдаллах Морской, помоги мне! — кричал он, что было силы.

Волны с шумом разбивались о скалы, но сколько Абдаллах ни звал, ни упрашивал, никто не вышел к нему.

И тогда Абдаллах вошёл в море, он заходил всё глубже, вот вода была уже ему по пояс, по шею, но он закрыл глаза, сделал еще один шаг, и солёная волна захлестнула его. У Абдаллаха закружилась голова, он хотел открыть глаза, но не мог. Веки у него стали вдруг такие тяжёлые, словно налились свинцом. Но какой-то голос всё время твердил: "Открой глаза, открой!" Абдаллах собрал все силы и поднял веки.

И вдруг увидел он вместо зелёной воды небо над головой, белые дома в зелени садов купались в солнечных лучах.

Абдаллах лежал, прикрывшись своей старой рыбацкой сетью. А одежда была на нём та же самая, которую он носил, прежде чем сделался другом царя. Тряхнул Абдаллах головой, ущипнул себя, собрался с мыслями и наконец понял, что всё это ему только приснилось. Как был он рыбаком, так и остался. Вскочил рыбак на ноги и запрыгал от радости, что скоро снова увидит своих детей и принесёт им вместо игрушек красивые ракушки. Но тут вспомнил Абдаллах про свои невзгоды. Ведь он уже сорок дней неможет вернуть пекарю долг, сегодня ему уже стыдно идти мимо его лавки. А чем он накормит своих детей?

— Попробую-ка я ещё раз, — подумал Абдаллах и забросил сеть в море. Только сеть скрылась под водой, а рыбак уже почувствовал, что она стала тяжёлой. Тянул он ее, тянул, уж думал, что не выдержит, но всё же не выпустил сети из рук. Поймал он целую кучу крупных жирных рыб. Взвалил рыбу на спину и весело зашагал к городу. Остановился рыбак около лавки пекаря, дал ему две самые лучшие рыбы, а остальные отнёс на рынок и выгодно продал.

Абдаллах вернул долг пекарю, а так как на рынке он накупил для детей целую охапку овощей и фруктов, то не смог взять у пекаря хлеб. Пекарь положил себе на голову десять самых лучших буханок, и сколько ни уговаривал его Абдаллах, сам отнёс их рыбаку домой. Только это и исполнилось из его сна. И ещё то, что они с пекарем стали друзьями. Вечерами встречались они у его лавки, разговаривали друг с другом, и пекарь очень часто просил рыбака рассказать об Абдаллахе Морском.

— Ах, вот если бы мы могли так советовать царю, как советовали во сне, — не раз вздыхали друзья, — людям бы тогда жилось лучше.

И пекарь с рыбаком снова и снова принимались обсуждать, что изменили бы они в своей стране. Дети внимательно слушали их и думали, что они-то наверное будут теми счастливцами, которые смогут давать советы царю.

Сказка об Абу-Кире и Абу-Сире

В одном городе жили рядом два ремесленника: красильщик Абу-Кир и цирюльник Абу-Сир. Оба они не вылезали из нужды. Красильщик был лентяй и плут, он часто обманывал и обкрадывал заказчиков. Если ктонибудь приносил ему в лавку ткань, то уже больше не видел её. Абу-Кир продавал материю, деньги проедал, а потом лгал заказчику и рассказывал разные небылицы: то он говорил, что ткань украли воры, то уверял, что она испортилась при крашении, словом, в отговорках у него недостатка не было. А цирюльник Абу-Сир был усердным и хорошим мастером, но что толку: был он беден и не мог предложить посетителям освежающей купальни, как это делали другие брадобреи и цирюльники.

И в лавку к красильщику Абу-Киру тоже уже никто не заглядывал; о его проделках знал весь город.

По вечерам сидели они перед своими лавками и жаловались друг другу на злую судьбу.

— Знаешь что, — сказал как-то красильщик цирюльнику, — давай отправимся в чужие страны, а то здесь мы с тобой с голоду умрём. А когда Абу-Сир согласился уехать, Абу-Кир сказал:

— О сосед, весь наш заработок мы будем складывать в один кошелёк и всё делить поровну, как настоящие друзья.

Добряк цирюльник и на это был согласен. На другой день на рассвете вошли они на корабль, который как раз отплывал в далёкие края.

На корабле не было цирюльника, так что для Абу-Сира сразу же нашлась работа.

Он брил купцов и матросов, а те давали ему лепешки, сыр, фиги, финики и деньги. Абу-Кир целыми днями валялся и всю еду, что получал Абу-Сир за работу, съедал один. Но Абу-Сир не упрекал красильщика и радовался, что друг его сыт; цирюльник мечтал о том, как хорошо они заживут в чужих странах, когда они оба будут зарабатывать.

Через три недели плавание окончилось, и корабль встал на якорь в гавани большого города. Красильщику Абу-Киру не хотелось расставаться с беззаботной жизнью на корабле. Наконец Абу-Сир уговорил своего ленивого друга, и они пошли по улицам незнакомого города. Ходили они целый день, не чувствуя под собой ног от усталости, пока наконец не сняли бедную каморку.

Красильщик Абу-Кир тут же свалился на ложе и уснул. И на другой день он спал до полудня, а Абу-Сир тем временем уже бегал по рынку и по пристани в поисках работы. Он не терял времени даром и трудился в поте лица. Вечером Абу-Сир вернулся домой с хлебом и фруктами. Этой еды и для двоих было много, но Абу-Кир всё съел один. Он даже не приподнялся с ложа. И так пошло день за днём: Абу-Сир с утра уходил работать и вечером возвращался с едой; иногда он приносил немного денег. А Абу-Кир целыми днями валялся на ложе и ещё упрекал друга за то, что тот приносил мало еды.

Прошло сорок дней с тех пор, как они поселились в чужом городе. И вот на сорок первый день цирюльник тяжело заболел. Он не мог подняться с ложа и думал, что теперь о еде и питье позаботится Абу-Кир. Но АбуКир и не думал вставать. Он выпросил у больного друга денег и послал одного мальчика, что жил в том же доме, за едой.

На четвертый день цирюльнику стало совсем плохо, и он потерял сознание. Абу-Кир решил, что он умер. И только тут, наконец, лентяй-красильщик встал и, не сказав никому ни слова, ушёл из дома. На рынке Абу-Кир купил себе на деньги своего друга прекрасные одежды и начал прогуливаться в новом наряде по городу.

Так подошёл он к лавке одного красильщика. Абу-Кир очень удивился, когда увидел, что все ткани выкрашены только в синий цвет. Он вошёл в лавку, вынул из кармана платок и протянул его красильщику.

— Эй, мастер, возьми этот платок и выкраси его в зелёный цвет, — сказал Абу-Кир.

— Этого я не сумею сделать, — покачал головой красильщик.

— Ну, тогда в красный цвет, — попросил Абу-Кир.

— И с этим мне не справиться, — вздохнул красильщик. — Здесь у нас умеют красить только в синий цвет.

Абу-Киру только это и нужно было узнать. Он вышел из лавки и отправился прямо во дворец султана. Красильщик велел слугам доложить о себе как о чудесном мастере из далёкой заморской страны. Он попросил султана, чтобы тот разрешил ему остаться в его городе и открыть здесь красильную мастерскую. Абу-Кир рассказал султану о том, какую чудесную пурпурную краску может он изготовить из морских ракушек и улиток, описывал ему красоту шафранового и багрово-красного цветов и другие чудесные оттенки.

Султан засыпал Абу-Кира деньгами, подарил ему красивый дом, полный прислуги, и приказал мастерам, чтобы они тут же начали строить большую красильню.

Тем временем Абу-Кир заказал в далёких странах всё, что нужно было для его ремесла. Когда красильня была готова, он принялся за работу. Абу-Кир нанял себе помощников и обучил их своему ремеслу. Тут он совсем перестал работать, целыми днями сидел, развалясь на высоком сиденье, и распоряжался, а рабы приносили ему разные лакомства и чудесные напитки. Заказы сыпались со всех сторон: сначала от султана и его приближённых, потом от знатных людей той страны. Все восхищались искусством Абу-Кира и хвалили его. Остальные красильщики в том городе вскоре лишились работы. Им ничего другого не оставалось, как взяться за самую чёрную работу в мастерской у Абу-Кира.

А что же делал тем временем цирюльник Абу-Сир? Когда бедняга снова пришёл в сознание, он очень удивился, увидев, что комната пуста. Абу-Сир не мог сдвинуться с места. Он стонал и звал на помощь, пока его не услышал привратник этого дома. Он вошёл в комнату, и Абу-Сир попросил его принести какую-нибудь еду, а главное, питье, ведь несчастный цирюльник погибал от жажды.

Он сказал привратнику, что заплатит ему за всё, как только вернётся его друг. Привратник заботился об Абу-Сире неделю, другую, но Абу-Кир не возвращался. Теперь уже Абу-Сир был уверен, что друг обворовал его и покинул в беде. Но привратник утешал его, как мог, и говорил, что не стоит из-за этого отчаиваться.

— Я буду заботиться о тебе до тех пор, пока ты не поправишься, — сказал он цирюльнику.

Абу-Сир поблагодарил привратника и пообещал расплатиться за всё.Но прошло целых два месяца, прежде чем он выздоровел. Как только Абу-Сир почувствовал, что может стоять на ногах, он отправился в город и стал искать работу. Цирюльник пришёл на рынок и увидел там богатый дом. Рядом с ним была большая лавка. Абу-Сир помнил, что раньше этих построек тут не было. Перед лавкой было шумно, как в пчелином улье, люди галдели, толкали друг друга, со всех сторон раздавались восхищённые возгласы.

Цирюльник спросил одного человека, что это за дом. Тот ответил ему, что здесь открыл красильню некий Абу-Кир, друг султана, замечательный мастер, который умеет окрашивать ткани в невиданные расцветки.

Абу-Сир обрадовался, услыхав об этом; он от души желал своему другу успехов и богатства. По доброте своей он простил Абу-Киру, что тот украл у него деньги и бросил его больного в нужде.

Цирюльник вошёл в лавку и увидел Абу-Кира, одетого в роскошный наряд. Красильщик сидел на дорогих подушках, окружённый рабами. Он лакомился сластями, разложенными на драгоценных блюдах, покрикивал на своих работников и распоряжался: "Сделай так, сделай этак!"

Но Абу-Сир не подозревал, что его ждёт. Как только Абу-Кир заметил цирюльника, он закричал:

— Держи вора!

И показал пальцем на Абу-Сира.

На бедного цирюльника тут же набросились слуги Абу-Кира, избили его и вышвырнули на улицу.

Несчастный Абу-Сир никак не мог понять, почему его друг так жестоко с ним обошёлся. Он потирал свои синяки, в висках у него гудело. Сам не свой бродил Абу-Сир по рынку.

Тут подумал он, что хорошо было бы помыться в бане, там он мог бы промыть свои раны и охладить ушибы. Цирюльник спросил одного из жителей города, как пройти в баню. Но тот ничего не ответил Абу-Сиру, только вытаращил на него глаза и пошёл своей дорогой.

Абу-Сир остановил второго прохожего и повторил свой вопрос.

— Что за баня? — удивился прохожий. — Что это такое?

— Это самое лучшее, что только есть на свете, — ответил Абу-Сир и начал рассказывать, какие бывают бани.

— Ничего подобного у нас здесь нет, — сказал ему прохожий. — Но я дам тебе добрый совет. Иди к султану и расскажи ему обо всём, что я только что от тебя услыхал. Наверное, счастье улыбнётся тебе.

Абу-Сир послушался горожанина, направился во дворец султана и попросил доложить о себе. А когда султан принял его, цирюльник сказал:

— О великий султан, довелось мне узнать, что в твоём городе нет бани! А как может такой прекрасный город обойтись без бани?

И Абу-Сир описал султану все прелести купания. Он сказал ему, что человек, побывавший в бане, молодеет душой и телом, что купание исцеляет больных, радует сердце и оживляет разум.

Султан приветствовал все новшества. Он тут же приказал нарядить Абу-Сира в роскошное платье, осыпал его деньгами и позволил цирюльнику выстроить в городе бани на любом месте.

Абу-Сир выбрал подходящее место и приказал построить бани, каких ещё свет не видывал. Вокруг здания невольники посадили кипарисы и розы. Среди них были укрыты фонтаны с душистой водой и беседки, где были спрятаны лютнистки. А когда здание было готово и всё вокруг шумело и благоухало, Абу-Сир пригласил в баню султана.

Султан пришёл в восторг от этого новшества и чуть со всем двором не перебрался в бани. Весь город ходил смотреть на них, а тот, кто хоть раз вымылся в бане, приходил туда снова и снова. Так Абу-Сир разбогател, расширил бани, чтобы места хватило для всех жителей города, украшал и достраивал здание, и султан каждый день бывал у него в гостях.

Когда Абу-Кир узнал об этом чуде, он подумал, что не худо было бы испытать на себе все блага, которые дают бани душе и телу. Красильщик направился к дому цирюльника. Но он остановился словно громом поражённый, когда увидал на пороге дома своего друга Абу-Сира в чудесном наряде, окружённого вельможами, которые домогались его благосклонности. Абу-Кир тут же опомнился и воскликнул:

— И ты до сих пор не вспомнил о своем добром старом друге, Абу-Сир? Почему ты не позвал меня к себе? Я так тосковал но тебе, что не выдержал и пришёл без приглашения.

— Но ведь ты приказал избить меня и вышвырнуть за дверь как раз тогда, когда я был в страшной нужде, — сказал удивлённый Абу-Сир.

И тут Абу-Кир начал клясться, что он ни разу в жизни и в мыслях не обидел своего друга. Правда, он как-то раз приказал выбросить за дверь одного воришку.

— Но теперь я вижу, — воскликнул Абу-Кир, — что это была ужасная ошибка. Ведь этот вор, как две капли воды, был похож на тебя, Абу-Сир. Но как я мог подумать, что это ты? Ведь я решил, что ты умер!

Он снова давал лживые клятвы, рассказывал, как тосковал по другу, как оплакивал его. Добряк Абу-Сир поверил каждому слову красильщика. Цирюльник пригласил друга к себе, оказал ему предпочтение перед самыми важными вельможами, угощал Абу-Кира и радовался, что им обоимтак повезло: и он, и его друг стали друзьями султана и его советниками. Но коварный Абу-Кир только краем уха слушал сияющего от счастья Абу-Сира. Он уже думал о том, как лишить друга благосклонности султана и навсегда избавиться от него.

— У тебя здесь есть всё, что нужно, — сказал он другу на прощанье. — Но всё же одного в твоих банях не хватает.

— Чего же? — спросил Абу-Сир.

— Я не вижу у тебя купальни с пенящейся водой, — ответил Абу-Кир.

— Ты прав, — согласился Абу-Сир. — Я сейчас же прикажу её сделать. Друзья попрощались и поклялись друг другу в вечной дружбе. Но красильщик Абу-Кир не пошёл к себе домой, он отправился прямо к султану и сказал ему:

— Твоё счастье, о великий султан, что сегодня я зашёл в баню. Тот человек, что построил бани, выдаёт себя за твоего друга, но знай, что он собирается тебя погубить.

Злой и завистливый красильщик оболгал Абу-Сира перед султаном, как только мог. Он рассказал ему, что познакомился с Абу-Сиром на корабле и что тот доверил ему свою тайну.

— Он говорил мне, — лгал Абу-Кир, — что послан заморскими князьями, а те приказали ему убить тебя, чтобы потом захватить твоё государство. О великий султан, верь, что я хотел передать его страже, как только мы сойдём на берег, но ловкий цирюльник тут же затерялся в толпе. И с той поры я не знал ни минуты покоя, опасаясь за твою жизнь. Лишь теперь камень спал с моего сердца, потому что я наконец нашел вероломного АбуСира.

Султан сначала не хотел верить Абу-Киру. Но Абу-Кир сказал:

— О султан, ступай завтра в баню. Ты увидишь, что Абу-Сир позовёт тебя в купальню с пенящейся водой. Но ты не поддавайся на обман. Вода в той купальне ядовитая. Если бы ты вошел туда, от тебя бы и косточек не осталось.На другой день султан отправился в баню. Абу-Сир встретил его со всеми почестями. Султан хотел, как обычно, выкупаться в розовой воде. Но Абу-Сир улыбнулся и сказал:

— О султан, сегодня я хочу тебя удивить. Я приготовил для тебя купальню с пенящейся водой, которая пахнет жасмином. Только она достойна тебя. Искупавшись в этой воде, ты почувствуешь себя на двадцать лет моложе.Как только султан услыхал слова цирюльника, глаза его гневно засверкали. Он тотчас приказал своим стражникам связать Абу-Сира и от-вести его в тюрьму. Потом султан позвал к себе капитана, начальника стражи, и сказал ему:

— Завтра на рассвете зашей этого злодея в мешок, положи его в лодку и отправляйся в море. Как только увидишь меня в окне дворца и услышишь, как я крикну: "Утопи его!", тут же бросай мешок в воду.

Но капитан был добрый человек, а Абу-Сир всегда мыл его даром в лучших купальнях, и вскоре они стали друзьями. Вот он и решил отблагодарить Абу-Сира за всё. Когда настала ночь, капитан вывел Абу-Сира из тюрьмы, посадил его в лодку и отвёз на остров, что стоял в море напротив дворца султана. Там Абу-Сир должен был ждать неделю, пока на остров не придёт корабль. Капитан хотел посадить Абу-Сира на этот корабль и отправить в далёкую страну, где ему уже не будет угрожать месть султана.

Абу-Сир не знал, как ему отблагодарить капитана. Цирюльник уселся в пустой хижине на берегу и стал думать, чем он так прогневал султана, что тот чуть не лишил его жизни.

На рассвете капитан зашил в мешок большой камень, погрузил его в лодку и поплыл по морю ко дворцу. Через некоторое время он увидел, что султан выглянул из окна, поднял руку и крикнул:

— Утопи его!

Капитан бросил в воду тяжёлый мешок, и султан начал потирать руки от радости. Он думал, что навсегда избавился от преступника, который хотел лишить его жизни.

Тут капитан заметил, как что-то сверкнуло и упало в воду. Знай он, что это было, так вёл бы себя совсем по-другому. Не пошел бы он, после того как причалил к берегу, во дворец к султану с опущенной головой, не ждал бы он с дрожью новых приказов султана, не боялся бы, что тот раскроет его хитрость и найдёт Абу-Сира живого и невредимого.

А султану не по себе стало. Как раз в тот миг, когда он довольно потирал руки, случилось что-то ужасное. Отошёл он от окна и задрожал всем телом. Уронил он в море свой золотой перстень. Перстень тот был не простой, а заколдованный, и так велика была его сила, что без него султан уже не мог быть грозным владыкой. Когда он указывал на кого-нибудь пальцем, на котором был перстень, с плеч несчастного тотчас же падала голова. И войска, и стража, и все люди в государстве повиновались султану только благодаря этому перстню. Все боялись его и беспрекословно подчинялись ему.

Султан не сказал никому ни слова и дрожал от страха. Он боялся, как бы кто-нибудь не догадался, что у него уже нет кольца: султан знал, что тогда подданные наверняка убьют его и выберут нового правителя.

А тем временем Абу-Сир сидел на берегу. Он закинул в море сеть, которую ему оставил капитан, и ловил рыбу. Уже с первого раза ему повезло: он вытащил полную сеть. Абу-Сир выбрал самую большую рыбину и начал потрошить её. Вдруг нож наткнулся на что-то твёрдое в жабрах рыбы. Цирюльник увидал, что это был золотой перстень. Изумленный Абу-Сир внимательно рассмотрел кольцо, потом надел его на мизинец и снова принялся за рыбу. Но он всё думал о том, как этот перстень попал рыбе в жабры. "Не лучше ли было бы выбросить его, чтобы он не принёс мне новой беды", — размышлял Абу-Сир.

Тут как раз проходили мимо две старые женщины. Увидев кучу прекрасной рыбы, они очень удивились. Абу-Сир помахал им рукой и хотел сказать, что они могут взять рыбу, если она им нравится. Но слова застряли у него в горле: у старух ни с того ни с сего головы свалились с плеч. Вокруг не было ни души, только незримый меч мог сделать это. У Абу-Сира от страха зуб на зуб не попадал, ему уже не хотелось жареной рыбы. Спрятался он в свою хижину и даже голову боялся высунуть: а что если незримый меч и его покарает?

Долго сидел цирюльник в своей хижине, забившись в угол, и вдруг услышал, как кто-то зовёт его. Абу-Сир узнал голос капитана. Тот пришёл сказать другу, что вскоре мимо проедет корабль, который заберёт АбуСира. Цирюльник поборол страх и вылез из хижины. Тут увидел он, что капитан стоит над трупами обезглавленных женщин и с изумлением смотрит на них. Абу-Сир уже протягивал руки, чтобы приветствовать капитана. Он радовался, что наконец покинет это заколдованное место. Но тут капитан заметил перстень у него на пальце и закричал:

— О брат мой! Не шевелись, опусти руки вниз, не то ты убьёшь меня! И тут же он спросил удивлённого Абу-Сира, откуда у него перстень. Капитан сразу узнал кольцо султана.

— Я нашёл его в жабрах рыбы, — сказал Абу-Сир.

— Я видел, как он падал в море, — вспомнил добрый капитан, — как раз в тот миг, когда султан высунулся из окна.

Капитан рассказал Абу-Сиру о волшебных свойствах этого перстня и объяснил ему, что тот, сам того не желая, отрубил головы двум женщинам.

— Что ты собираешься делать, Абу-Сир? — спросил капитан своего друга. — Ведь теперь ты самый могучий человек во всей стране.

— Отвези меня к султану, — молвил Абу-Сир. Капитан сказал:

— Что ж, будь по-твоему. Я отвезу тебя к султану, хоть тот и узнает, что я не выполнил его приказания.