Мятежный князь. Том 2

— Даже сейчас, после нападения неизвестных мы можем только догадываться о причинах, что сподвигли их на столь открытое нападение на «Куб», — начала объяснять, зачем меня вызвали сюда, Громова, — По этой же причине мы просим студентов описать все, что с ними произошло во время нахождения в лабиринте. С самого начала. Надеюсь на твое содействие.

Мне оставалось только прикрыть веки и обдумать то, как следовало поступить. Рассказать всё, как есть? Слишком велик риск возникновения ненужных вопросов.

Откуда такие боевые навыки, знания, умение ориентироваться в кризисных ситуациях. Я всё равно оставался подростком и, быть может, одну-две странности мне могли простить, но не когда их хватит на собственный промышленный склад для скелетов.

В «Кубе» сидели не дураки, хоть и недавнее нападение застало врасплох вообще всех.

Соврать и начать юлить? Могут раскрыть обман и тем самым привлеку еще больше ненужного внимания. Так и до возможного обвинения в шпионаже всё может дойти. Вариант подобного, конечно, крайне мал и больше смахивает на очередное следствие паранойи, но, а если я ошибаюсь в своих доводах?

Нет, ложь сильно очернит мой образ и может выйти боком в недалеком будущем, что заметно нанесет моей и так неважной репутации серьёзный ущерб.

Хоть и презренный аристократ, но хотя бы придерживайся свода невысказанных правил дворянства... Честь, достоинство, все дела и прочий сюр. Повезло, что в «гапсе» мельком пробежался по статье касательно поведения в Имперском обществе.

Остается третий вариант. Умолчать в деталях. Не солгать, но обойти острые моменты, избежав наводящих вопросов по максимуму.

Что же, тогда начнём...

— Конечно. Тогда мне начать с момента попадания в лабиринт? — спросил я.

Директриса приободряюще кивнула, позволяя мне продолжить. Впрочем, как будет вам угодно.

— Первые несколько часов не происходило ничего необычного. Всё, как и сообщила Кристина Сергеевна нашей группе, — мотнул головой в сторону блондинки. Она молча поправила оправу очков, — затем обнаружил ключ-карту, и в ходе побега от большой группы базовых монстров столкнулся с железным быком...

Далее я вкратце рассказал о тех событиях, что мне пришлось пережить. Конечно, я не избежал вопросов как со стороны Громовой, так и, к моему удивлению, от лица Рубцовой. Они задавали одни и те же вопросы под разными углами, явно ища в моих словах подсказку или хоть какой-то изъян. Количество встреченных монстров, их подвид, мои поступки и действия тех, с кем я находился в лабиринте. К чему пришли по итогу нашего «совета» в донжоне перед осадой орды, как победил рыцаря смерти и как выжил в яме для ритуала призыва.

Даже пришлось передать серый кристалл, что остался от рыцаря смерти и сказать, что, мол, именно он меня восстановил. Что, кстати, являлось правдой.

А после мне задали вопрос, который, как я после понял, и стал причиной моего вызова:

— Как мне известно, — начала Виктория Константиновна, — ты, Марк, с рождения не мог владеть магией. Это подтвердили многочисленные медицинские осмотры, пока ты был абитуриентом, как и твой род высылал нам на анализ результаты некоторых исследований, проведенных в твоём детстве. Твоё тело не позволяет проходить току маны. А теперь выясняется, что ты способен устраивать взрывы, как продвинутый пиромант, контролировать тела, что доступно только некромантам, да еще и владеешь стихией земли. Может, ты просветишь нас — как такое возможно, прости за резкость, недавнему инвалиду?

И что я мог сказать ей? На самом деле ваш Марк сдох и теперь его место захватил дух из иного мира, что так похож на ваш и магия там действует несколько иначе? И что я оказался настолько безумен, чтобы плюнуть на всевозможные запреты и постулаты и напрямую направил ману в тело, надеясь на хоть какой-то благоприятный результат?

Мне просто повезло. Слепая удача и какой-никакой опыт прошлой жизни. Не будь у меня моих знаний, то с вероятностью в 99,9% пущенная внутрь организма мана привела бы к скоротечной и крайне мучительной смерти. Лишь концентрация и умение обращаться с такой тонкой материей, как мана, дало мне возможность совершить хоть что-то!

Этому нельзя научить, только самому понять и натренировать после многолетней практики. Потому мой сценарий по всем законам логики и физики был просто нереален сам по себе. Не может быть так, чтобы недавний пятиклассник научился за сутки решать тригонометрические уравнения на базе университета.

Только если он не... гений? Так, а если... Да не, бред. Хотя, может и проканать. Но за неимением иных вариантов остаётся только это.

— Ну что тут можно сказать? Я и мой отец намеревались скрыть эту тайну до более подходящего случая, но, раз уж вам и так всё известно, то... Мне ничего не остаётся, как признаться, — с довольным видом наглеца я откинулся на стуле, закинув на его спинку правую руку.

Сейчас пришлось несколько приврать, но мне просто не оставили выхода. Ответил бы «не знаю», то тут бы поймали на горячем и стали бы выбивать информацию с двойным усердием.

А с моим ответом еще нельзя было сказать точно, где я увильнул от ответа. Начиная от привлечения моего отца, который, я смею надеяться, не станет меня топить, если за деталями уже обратятся к нему. А даже если и спросят, то не факт, что поверят.

Так и представил себе диалог директрисы и моего здешнего родителя.

— Ваш сын — не инвалид.

— Да что вы говорите? Быть такого не может!

— Он применяет магию.

— Никогда такого не было и вот опять...

— Он уничтожил несколько монстров промежуточного ранга!

— Они от смеха над ним умерли, так полагаю?

И так далее в таком же духе...

Что бы не сказал мой отец, его слова вряд ли сможет проверить персонал «Куба». Да и мне оставалось надеяться, что если этот звонок и произойдёт, то патриарху рода Ливен хватит мозгов и смекалки, чтобы ограничиться максимально расплывчатыми ответами. Правда, это уже гарантировало мне вынос мозга от папаши, но пока эту проблему можно было переложить на плечи меня будущего.

Прости, будущий я. Я знаю, что ты меня наверняка проклянешь и не один раз, но имеем, что имеем.

— Что вы имеете в виду под признанием? — меж тем с любопытством спросила директриса, прищурив глазки.

— Я — гений, — хмыкнул я столь пафосно, что самому себе захотелось врезать по лицу.

— И при этом ты не можешь пользоваться магией, — заметила хмурая Кристина, которой мои выкрутасы явно были не по душе. Не хотелось в ней будить фурию, конечно, но, что поделать? Тяжелые решения требуют некоторых жертв.

— Я владею особой магией. С самого детства я экспериментировал и тренировался под тщательным надзором. Что и вылилось теперь в то, что я способен применять внутреннюю магию, — напыщенно заявил я. И стоило видеть, как распахнулись глаза двух терзающих мой мозг молодых дам.

— Внутренняя магия? Она же почти что полностью утеряна. Ты восстановил её путем экспериментов над собственным телом? — пораженно спросила Кристина, Громова же продолжила пожирать меня глазами.

Так и видел, как в ее мозгу моя ценность, как и характеристика стирается едва ли не напрочь, пока вносятся новые данные. Опасная женщина. Расчетливая и очень прагматичная. И ее тонкая улыбка на губах мне не принесла ничего, кроме испарины на спине.

— Извините, больше сказать по этому поводу не могу. Секрет рода Ливен, — в притворной жалости пожал я плечами. Как же хорошо, что в своде правил дворянина имелось и такое понятие, как «семейные тайны», к которым причислялось почти все, что касалось методик обучения, внутренней кухни и многим прочим мелочам из кланов и родов.

Так что я фактически имел законное основание хранить рот на замке и не отвечать на слишком щекотливые вопросы. И подобный мой выбор не должен был навлечь на меня подозрения. Ведь никто в здравом уме не станет раскрывать тайны своих семей сверх необходимого.

Не в том я положении и не в той роли на данный момент. Поняла это и директриса, не став терзать меня более вопросами:

— Пожалуй, на этом закончим. Спасибо, Марк, ты нам сильно помог своим вкладом. Будь уверен, «Куб» этого не забудет. Академия всегда платит свои долги, — Виктория положила голову с пышным скопом огненно-рыжих волос на соединенные ладошки.

— Рад быть вам полезен. Полагаю, я свободен? Я хотел еще узнать о состоянии моих друзей, если это возможно, — склонил голову.

— Конечно-конечно. Мы тебя более не задерживаем, — помахала ладошкой Громова. После чего я направился на выход. И только у самой двери она добавила, — Надеюсь, что ты и впредь будешь показывать столь впечатляющие результаты.

— Всенепременно, Виктория Константиновна, — ее кислое лицо, словно она съела целый лимон с кожурой за раз стало последним, что я увидел перед тем, как покинуть кабинет.

* * *

Стоило двери за молодым человеком закрыться, как кабинет погрузился в обволакивающую тишину.

Первой нарушила ее Кристина, сняв с переносицы очки и потерев уставшие веки.

— Не нравится мне он.

Рыжая окончательно развалилась на своем месте, сумев закинуть обе свои ножки в местами порванных чулках на край стола.

— Ты это говоришь не в первый раз, — усмехнулась она, задумчиво прожигая дырку в деревянном потолке.

— И буду повторять сколько потребуется, чтобы ты вняла моим словам, — покачала головой Кристина, смотря на столь претенциозное поведение подруги.

— Твоя личная неприязнь должна оставаться за рамками профессиональной деятельности, — строго напомнила той Виктория.

— Тут не в этом дело, — смутилась женщина, чем привлекла вопрошающий взгляд от рыжеволосой, — Как бы я не относилась к роду Ливен... Сам рассказ парня вызывает вопросы.

— О, и что же?

— Неточности. Весь свой рассказ он явно спланировал. Речь была поставлена, факты шли в закономерном порядке, детали не взаимоисключали друг друга. Всё четко, кратко и содержательно. Подобная манера больше подходит...

— Магу-стражнику? — позволила себе оскал Громова.

— Именно. Никаких приукрас, а если судить по информации от тех, кто был с Ливен в лабиринте, и кто с ним хоть как-то пересекался, то он даже слегка занижает свои достижения. Самолично спас группу в лабиринте, прикрыл ее отход, самолично вызвался на бой с командиром орды, даже в схватке с террористами не побоялся вступить в бой, будучи в окружении, — продолжила блондинка.

— Что было крайне глупо, сумасбродно и импульсивно, это едва не стоило ему жизни, — дополнила ее директриса.

— Именно так. И, следуя озвученным фактам, не сходится его недавняя вспышка. «Вы все никто, а я — Д’Артаньян»? Серьёзно? Он намеренно ушел от ответа о причине своей силы, — заключила наконец Кристина, вернув очки на законное место.

Виктория ограничилась парой тихих хлопков.

— Браво, мой прелестный Ватсон. А теперь скажи мне то, чего не знаю я сама, — хихикнула женщина, на что последовал усталый вздох от Кристины.

— Что позволило ему обрести способность колдовать? Не как все, да и еще из раздела утерянной магии? Да, не исключаю, что его версия правдива, но что, если...

— Он — шпион? — закончила за нее директриса. Полуулыбка пропала с ее губ, черты лица заострились, глаза сверкнули потусторонним огнем.

— Нельзя исключать подобного исхода, — кивнула Кристина.

— Думать в данном ключе опасно, Кристи. Исключать подобной вероятности нельзя. Потому как у каждого дворянина интересы рода и своего клана чаще всего стоят на первом месте. Но это опасная дорожка. Оступишься и всё пропало. Предатель среди «Куба» есть. Это и так очевидно. Посылать студента, на котором и так сосредоточено всё внимание академии, как персонала, так и студентов, не есть здравая идея, — блондинка попробовала вставить слово, но была вновь прервана поднятой ладонью, — Вариант «скрыть на видном месте» также может иметь место быть. Но я не уверена по данному поводу. Парень множество раз мог предать своих товарищей и «Куб», но он этого не совершил. Из этого я делаю вывод: либо он непричастен ко всему происходящему, либо его роль должна сыграть сильно позже. И в обоих случаях он не станет для нас проблемой в ближайшее время. Меня больше беспокоит принесённый парнем кристалл.

— А что с ним не так? — тяжело вздохнув, Кристина приняла доводы своей собеседницы и решила не заострять внимание на данном вопросе.

Она и так планировала наблюдать за мальчишкой во избежание каких-либо инцидентов, как в день поступления с Воронцовым, а продолжать настаивать на своей точке зрения без доказательств — себе дороже. Да и глупо, что ни говори.

— Сама посмотри, — директриса передала подруге кристалл, и та, приняв оный, стала внимательно тот изучать. В глаза бросились руны на узкой грани ядра монстра.

— Германские руны?

— Они самые. Прямо из Герцогств, — кивнула Виктория.

— Но как? В Европе сейчас же война между Герцогствами и их цепочки на экспорт серьезно нарушены по причине боевых действий. Товары немецких артефакторов сейчас днем с огнем не сыщешь, — задумчиво покрутила кристалл в руке Кристина.

— О том и речь. Наш противник, похоже, имеет точку выхода на тамошних мастеров или сам связан с одним из Герцогств. Всё это принимает крайне скверный оборот, — хмуро постучала пальцами по кромке стола рыжеволосая.

— Как бы это не оказалось провокацией...

— Уж лучше так, чем полноценной работой Герцогств. Ведь в таком случае нас ждет война. А учитывая, какой в Европе сейчас хаос, еще неизвестно, как всё обернётся, — заключила Громова.

— Час от часу не легче, — вздохнула Кристина.

В тот же миг в дверь негромко, но настойчиво постучались.

— Входите.

Вторженцем оказался Курт. Его собранный и мрачный вид уже говорил все сам за себя.

— Монстры у стен базы, госпожа...

Глава 3

Первая волна монстров состояла сплошняком из самых слабых мобов и была совсем неорганизованной, а потому уничтожить ее не нашими силами не составило никакого труда.

Просто перестреляли заклинаниями и огнем из огнестрела, что нам вручили маги-стражники.

Делов-то. Самое веселье еще было впереди, а потому нам дали время на проверку снаряжения и небольшой отдых до момента, как мы понадобимся на стенах.

— Значит, нам ничего не остается, как пережить еще одну осаду? — заключил я из слов Менделеева.

— Именно так. Дела наши обстоят так себе, — вздохнул парень, на голове которого появилась стильная повязка из бинтов. В ходе недавней атаки вурдалаков ему оставили неглубокий шрам на правой стороне лица, а также задели левый глаз. Повезло, что глазное яблоко не было задето, лишь небольшой шрам останется, но как сам факт.

— Стражники перевезли из крепости всё, что смогли из сохранившегося оборудования и вооружения, в том числе генератор защитного купола. Но он дышит на ладан после атаки террористов, так что долго не протянет, лишь как крайнее средство для передышки, — хмуро поддакнул Воронцов, что стоял с нами в небольшом кругу из меня, химика и психа.

Между прочим, парень почти не пострадал, разве что выглядел слегка помятым.

По приказу Громовой всё оборудование было перевезено на базу магов-разведчиков. По причине невозможности обеспечить защитный периметр на руинах главного опорного пункта в подземелье на ближайшие десятки километров.

Просто взять и отступить мы также не могли. Работа портальной арки требовала приличного запаса энергии, а потому телепортация такого количества студентов и сотрудников «Куба» потребует достаточно много времени. Но это всё мелочи.

Ведь наверняка можно было врубить форсаж на энергоустановке портальной арки и тем самым значительно быстрее переправить наших людей. Вот только раненные сводили эту картину на нет...

Даже с приходом Громовой, что притащила за собой целителей из медкорпуса академии — ситуация так и не выправилась. Раненных было с несколько сотен. За время моего отсутствия прибыло еще студентов, что бродили по равнинам подземелья вне лабиринта и были ни слухом, ни духом, что происходит.

Были и те, кого спасли в последний момент маги-стражники на границе с лабиринтом.

По итогу получаем, что вся база стала огромным лагерем для раненных, которых еще предстояло поставить на ноги, а потому об эвакуации не могло идти и речи. Попробуй тут протащить через портал столько раненных, отражая атаки монстров, да еще и без каких-то нормальных укреплений.

Поэтому задержаться за стенами базы являлось единственным действенным способом, хоть мы и были вынуждены сражаться за собственные жизни.

Но понять Громову и начальство академии можно. Бросить столько детей важных для Империи дворян, политиков, а также потомков влиятельных личностей из-за границы...

Это станет скандалом такого масштаба, что голов одной лишь директрисы и всего педсовета «Куба» окажется недостаточно. Пройдутся с толком и с расстановкой вообще по всем причастным и нет.

Вот и выходило, что либо сражайся до победного и умри достойно, либо вернись с поражением и можно сразу заказывать для себя гроб из дуба.

Пока мы вели беседу ни о чем, я проверил магазин выданной мне винтовки. Штурмовая винтовка «Каракатица», или как все ее привыкли здесь называть «Карака».