Мифы Великой Победы [litres]

90 000 эстонцев;

50 000 литовцев.

Ну и так далее, список вообще очень большой, включает в себя и азербайджанцев, и калмыков, и крымских татар, и грузин, и армян, и северокавказские народы – кого там только не было. В итоге выходит, что общая численность коллаборационистов действительно достигает 1 200 000 человек. Но доля русских, исключая казаков, составляет примерно 310 000 человек.

Конечно, можно и дальше проводить различные подсчеты, использовать другие методики и играть со статистикой, но цифра, поверьте мне, не сильно поменяется. 310 000 русских действительно служили или работали в годы Великой Отечественной войны в подразделениях СС и вермахта.

Теперь давайте посмотрим, что это были за люди. Большая часть из них – «хиви», то есть помощники, другими словами, солдаты строительных батальонов. Их очень трудно считать бойцами «гражданской войны» (это выражение мы закавычиваем, естественно). Вне всякого сомнения, их труд освобождал немецких солдат для фронта, но это же относится и к тем угнанным в Германию людям, которые были задействованы на заводах и фабриках. Однако их никто не включает в число деятелей антибольшевистского фронта.

В действительности «хиви» иногда получали оружие, иногда их посылали сражаться, но это исключительные случаи. Их немцы педантично отмечали в журналах боевых действий. Больше того, «хиви» с оружием расценивались скорее как курьез, чем как серьезная боевая сила. Количество «хиви» примерно известно, считается, что к марту 1945 г. их было 675 000 человек. Если добавить сюда строительные части и учесть естественную убыль в ходе войны, то, скорее всего, их в ходе всей войны было 750 000 человек. Это из общего количества в 1 200 000. То есть свыше двух третей от общего числа так называемых русских под знаменами вермахта оружия никогда в руках не держали. Кроме этого, 102 000 кавказцев, которые прошли через вермахт и СС, имели крайне отдаленное отношение к ведению боевых действий. Часть из них вообще входила в легион специального назначения «Бергманн», который никогда не был на фронте. В конце войны «Бергманн» участвовал в антипартизанских акциях, но это уже совсем другая история.

Итак, из 1 200 000 носивших немецкую форму только 450 000 максимум держали в руках оружие. Теперь попытаемся сделать примерную раскладку действительно боевых восточных частей, восточных – в данном случае сформированных из бывших граждан Советского Союза. Итак: азиатских батальонов, учитывая кавказцев, турок и татар, было сформировано ровно 75, это 80 000 человек. С учетом 10 крымских полицейских батальонов, численность которых – 8700 человек, калмыков и особых частей выходит примерно 110 000 солдат.

Прибалтика одарила победоносно наступающий вермахт 93 полицейскими батальонами, позднее все они сведены в полки общей численностью 33 000 человек. Кроме этого было сформировано 12 погранполков – тоже 30 000. Потом были созданы три дивизии СС и два добровольческих полка. То есть всего 70 000 человек – с учетом боевых потерь и прочего и прочего. На круг за Гитлера сражались примерно 100 000 выходцев из Прибалтики.

В Белоруссии было сформировано 20 полицейских батальонов численностью примерно 5000 человек, при этом 9 из них были украинскими. Галиция, воспетая нами в программе «Теория заблуждений», когда-то входила в состав Австро-Венгерской империи и рассматривалась немцами как потенциальная германская территория. Она сформировала 10 полицейских батальонов численностью в 5000 солдат, там же был проведен дополнительный набор в 14-ю гренадерскую дивизию войск СС «Галичина». Набрали 70 000 человек, но столько было не нужно, многих отправили домой. Полный вклад Галиции в дело победы над сталинизмом и торжеством нового мирового порядка мы можем оценить примерно в 30 000 солдат. На остальной территории Украины было сформировано 53 полицейских батальона, это еще примерно 25 000 человек.

То есть порядок цифр понятен, теперь переходим к вопросу об участии русских по всей этой могучей конструкции. Надо понимать, что доктринерство немцев сказалось и здесь, поэтому чисто русских подразделений было крайне мало. Обычно под русскими частями подразумевались сформированные из людей трех славянских национальностей: русских, белорусов и украинцев.

Так было сформировано 19 охранных батальонов, через которые прошло примерно 80 000 человек. Сюда включается «Русская национальная народная армия», часть которой потом перешла на сторону партизан. Из других русских боевых формирований можно вспомнить 3-тысячную 1-ю русскую национальную бригаду СС «Дружина», половина из которой перешла на сторону партизан, 6-тысячную «Русскую Национальную Армию» Смысловского, армию Каминского. После 1943 г. войска Каминского переформировываются в 29-ю дивизию СС. В начале 1945 г. создаются вооруженные силы Комитета Освобождения Народов России, их обычно называют власовской армией. Итак, всего в вермахте и СС с оружием в руках воевало в разное время около 120 000 русских. Отдельно считают 70 000 казаков, которые тоже воевали за немцев. Это вот, что называется, голые цифры.

Не нужно забывать, что изначально все славянские восточные батальоны, созданные новым мировым порядком в лице Третьего рейха, были сформированы исключительно для несения охранной службы. В этом качестве они должны были заменить охранные батальоны вермахта, которые требовались на фронте. Потери германской армии на Восточном фронте были все-таки чрезвычайно высоки, уже начиная с 1941 г. убыль немецких солдат была куда больше запланированной.

Вовлечение этих ост-батальонов в борьбу с партизанами не дало желаемых результатов, потому что сразу начиналось разложение личного состава. Если в 1942 г. количество перешедших на сторону партизан солдат ост-батальонов было относительно невелико, то уже в 1943 г. к партизанам перебежало 14 000 солдат. Это очень много, вся численность восточных частей в 1943 г. была около 65 000 человек. Именно из-за массового дезертирства была расформирована Русская национальная народная армия.

Славянские батальоны очень редко использовались в боях на Восточном фронте. В отличие, кстати говоря, от азиатских ост-батальонов, которые были задействованы во время битвы за Кавказ. Результаты боев были очень противоречивы: некоторые части показали себя неплохо, другие, напротив, продемонстрировали исключительную тягу к дезертирству и дали огромный процент перебежчиков. Их даже потом расформировывали ввиду ненадежности.

В 1943 г. с востока были выведены и казачьи части. Наиболее боеспособное соединение немецких казачьих войск – 1-я казачья дивизия фон Панвица (в дальнейшем ее стали называть 15-й кавалерийский казачий корпус войск СС) – отправилось в Югославию на борьбу с партизанами. Там постепенно собрали всех казаков, потом их отправили воевать против болгар. Галицийская дивизия – знаменитая 14-я дивизия СС «Галичина» – попала в окружение под Бродами и была почти полностью уничтожена. Потом ее восстановили за счет тыловых хозяйственных структур, но после этого она уже никакого участия в боях не принимала. Один ее полк был задействован на подавлении Словацкого восстания, после чего дивизия тоже отправилась в Югославию воевать с партизанами Тито. Так как оттуда недалеко до Австрии, дивизии удалось сдаться англичанам. Именно поэтому многих из них не интернировали.

Наконец, власовская армия, или, как правильнее ее называть, вооруженные силы Комитета освобождения народов России. Их 1-я дивизия была укомплектована практически целиком из бывших карателей, многие из которых отличились в антипартизанских акциях. Дивизию в конце концов отправили на Одер, где она приняла участие в одной, подчеркиваю, в одной атаке против советских войск. Это было 13 апреля 1945 г.

Уже на следующий день командир дивизии генерал-майор Буняченко, игнорируя протесты немецкого командования, увел дивизию с фронта и пошел на соединение с остальными частями армии Власова в Чехию.

Это показывает, насколько активно воевали власовцы в годы Великой Отечественной войны против советской армии. В сущности, они провели один-единственный бой 13 апреля 1945 г. Второй бой их состоялся в Праге, и воевали они уже с немцами. 5 мая власовцы атаковали части немецкого гарнизона. На этом боевой путь вооруженных сил Комитета освобождения народов России закончился навсегда.

Что двигало всеми этими людьми? Мотивы были самые разные. Во-первых, надо вычленить из общего числа коллаборационистов так называемых «национал-сепаратистов», то есть тех, кто мечтал о создании своих собственных национальных государств. Это прежде всего, конечно, прибалты, западные украинцы и отчасти азиатские легионеры. Вообще, создание воинских частей по национальному признаку – традиция достаточно давняя. Можно вспомнить Чехословацкий корпус или Польский легион, сформированные во время Первой мировой войны.

Во-вторых, многие идейные, упрямые противники коммунистического режима на территории России стали осознанными сторонниками Третьего рейха как силы, способной покончить с большевизмом. Сюда можно отнести казаков, их мотивы вполне понятны. Среди них тоже было великое число так называемых сепаратистов. Их замысел заключался в том, чтобы руками немцев свергнуть большевиков, а потом и самих немцев выгнать из страны. Ничего нового, в сущности, подобные планы высказывались еще во времена революции.

В-третьих, сыграл свою роль человеческий фактор, никто и никогда его не отменял. Некоторые люди присоединились к Третьему рейху в надежде оказаться на стороне победителя после окончания войны. Потом, когда «сверхчеловек» стал отступать на всех фронтах, эти люди начали понимать, что выбрали не ту сторону. Кто-то решил удрать к партизанам, кто-то сдавался в плен в надежде, что ему сохранят жизнь.

В-четвертых, на сторону нацистов переходили те, кого в Красной армии точно бы расстреляли. Не только по политическим статьям, это могли быть хищения в крупных размерах и другие уголовные преступления. Вот интересные цифры: в 1942 г. из Красной армии к немцам сбежало 79 000 человек, в 1943 году – 26 000, в 1944-м – 9000 человек. То есть к немцам перебегали даже в 1944 г., когда исход войны уже был понятен. Просто, видимо, деваться было некуда – свои точно шлепнут, а у этих можно еще пожить.

В-пятых, на немецкую службу шли узники концлагерей, которые тоже хотели выжить любой ценой. Это бывшие военнопленные, которые физически и морально не могли оставаться в нечеловеческих условиях конвейеров смерти и были готовы ради этого на что угодно.

Что же в итоге получается? А получается, что вместо миллиона, а то и двух миллионов (если почитать отдельных авторов, то даже десяти миллионов!), сплотившихся вокруг Третьего рейха ради разгрома тоталитарного сталинского режима, наблюдается весьма пестрая, разношерстная публика. Прибалты, жители азиатских республик, галичане, славяне – каждый из них сражался за что-то свое. Кроме того, общая численность тех, кто действительно сражался, сильно не дотягивает до миллиона. Да и те, кто сражался, проявили себя не на фронтах, а в борьбе с югославскими, словацкими, французскими, польскими партизанами.

Все это не очень похоже на гражданскую войну. Согласитесь, трудно назвать гражданской войной борьбу полицаев с партизанами. Кстати говоря, полицаи никогда не пользовались русским символом – трехцветным флагом, свастика на рукаве – да, это присутствовало. До конца 1944 г., до момента формирования Комитета освобождения народов России и его вооруженных подразделений, немцы не предоставляли русским антикоммунистическим силам возможности бороться за свою национальную идею, это правда. Можно представить, что, разреши они это раньше, под трехцветным знаменем бывшей Российской империи могло бы собраться больше народа. Может, действительно получилось бы миллиона полтора. Что греха таить, противников коммунистической власти в стране оставалось на тот момент не так уж и мало. Впрочем, это сослагательное наклонение, история его не терпит. К тому же вся идеология Третьего рейха отрицала какое-либо самоопределение славянских народов, которые, в сущности, не являются полноценными людьми. Какое русское государство, какое самоопределение – быть такого не может!

Если бы Гитлер узнал, что у него миллион русских под ружьем, он бы сильно удивился. Фюрер неоднократно говорил, что ни при каких обстоятельствах, никогда русским нельзя давать в руки оружия. Единственное, чем это может закончиться, – русские повернут оружие против немцев, всегда подчеркивал Гитлер. А тут вдруг такая сила – миллион вооруженных русских. По сути, десять полноценных армий с полным боекомплектом. Огромная силища!

Между тем эта странная цифра – миллион русских под знаменами врага, сражающихся с тоталитарным сталинским режимом, – продолжает регулярно всплывать. Несмотря на то что она многократно опровергалась прекрасными российскими историками, разбиралась и анализировалась главными специалистами по коллаборационизму, эта ложь оказалась крайне живучей. Либеральные журналисты, выступая в средствах массовой информации, регулярно оперируют именно этой цифрой. Впрочем, иногда уточняют вскользь, что на самом деле борцов с режимом могло быть даже больше – миллиона полтора.

Впрочем, и это еще не предел. В знаменитом эмигрантском издательстве «Посев» четыре раза выходила книга журналиста Казанцева, которая называется «Третья сила». В ней доказывалось, что под знаменами врага оказалось десять миллионов русских.

Откуда взялась такая огромная цифра? Все просто. Казанцев взял и посчитал всех, кто оказался на оккупированных территориях. Ведь действительно, любому нормальному человеку нужно что-то есть, значит, нужно где-то работать. А при новом порядке любая работа служит интересам рейха. С этой точки зрения даже сложно что-либо возразить. Получается, прав Казанцев: те, кто оказался на оккупированных территориях, в той или иной степени сотрудничали с оккупационным режимом.

Вот такая игра в цифирь, как любил говорить товарищ Сталин. Игра, впрочем, абсолютно бессмысленная. По сути дела, важна только одна цифра – сколько именно человек удалось немцам привлечь на свою сторону для борьбы с оружием в руках. Еще один важный момент при таких подсчетах, который часто забывают, – сколько в составе русских прогерманских войск было граждан Советского Союза, а сколько эмигрантов. Из тех 40 000 человек, которые составляли ударный костяк власовской армии, отличившейся, как известно, в целых двух боестолкновениях, одно – с советской армией, второе – с вермахтом, 15 000 человек никогда не были советскими гражданами. То есть больше трети власовцев – это эмигранты из состава русского корпуса на Балканах.

Они ни единой секунды не были гражданами Советского Союза, они вообще не были гражданами какой-либо страны. Большинство из них жили по нансеновским паспортам, так назывались эти документы, не дающие особо никаких прав. Эти люди никогда не скрывали своего негативного отношения к советской власти, никогда не давали присягу Советскому Союзу, коммунистическому строю и давно, начиная с 1920-х годов, мечтали о возрождении борьбы с коммунизмом.

Именно из них сформировался тот самый боевой костяк русских, которые действительно сражались с оружием в руках на стороне Третьего рейха. Но было их совсем не миллион, историки называют гораздо более скромную цифру – 25 000 человек. По сути дела, речь может идти лишь об одной сформированной из коллаборационистов дивизии войск СС, ну еще с небольшим количеством тыловых подразделений.

Почему же так часто упоминается именно миллион? Согласитесь, красиво звучит. Наглядно доказывает, что был всенародный подъем борьбы против коммунистической диктатуры, что на самом деле была вторая гражданская война. При этом эмигрантские публицисты, которые так любили упоминать о миллионе борцов, даже не совсем лукавили. Миллион-то действительно был, даже несколько больше. Они только не уточняли, что мало кто из этого миллиона на самом деле боролся, что частью он состоял из забитых, запуганных в лагерях людей, а частью из тех, кто ни единой секунды не был гражданином СССР. Вот что происходит с этой роковой и волшебной цифрой – миллион русских под знаменами Гитлера.

Я, естественно, не тешу себя надеждой, что люди, которые рассказывают о миллионе русских коллаборационистов, о всенародной борьбе против коммунистического режима, решат все-таки изучить суть вопроса. Конечно, этого не будет – это уже в большей степени вопрос веры, чем фактов. Вот хотят они верить, что с коммунистами во время Великой Отечественной войны боролись миллион человек, и попробуйте их переубедить.

Итак, два финальных вывода. Первое: немцам удалось сформировать из русских чуть больше, чем одну дивизию войск СС. Второе: подавляющее большинство из этого рокового миллиона под знаменами врага ни единой секунды не были на фронте и никогда не держали в руках оружия.

Глава 11. «Молодая гвардия»

За последние годы в незыблемой, казалось бы, истории коммунистического подполья в годы Великой Отечественной войны произошли неожиданные изменения. Очевидные факты вдруг оспариваются и переворачиваются с ног на голову. Такие массовые изменения в исторической памяти происходят прежде всего на Украине. Например, там вдруг заговорили, что «Молодая гвардия» была никакое не коммунистическое подполье, а организация украинских националистов. Это, кстати говоря, не единственная теория. Еще есть мнение, что никакой «Молодой гвардии» вообще никогда не было. Это не что иное, как выдумка советских властей, этакая пропагандистская кампания с целью поднятия патриотизма.

Все мифы и домыслы, связанные с «Молодой гвардией», я, естественно, затронуть не могу, их слишком много. Сегодня пройдемся по трем ключевым моментам, из которых сформировалось представление о «Молодой гвардии». 13 февраля 1943 г. Рабоче-крестьянская Красная армия освобождает Ворошиловград, 14 февраля освобожден Краснодон. 18 февраля в армейской газете «Сын Отечества» Юго-Западного фронта появляется статья «Герои «Молодой гвардии». Как несложно догадаться, она посвящалась подвигу и трагедии молодогвардейцев.

Это, что называется, стартовая отметка. Подчеркиваю, страна узнала о подвиге молодогвардейцев именно 18 февраля, а не в апреле, как считают некоторые историки, тем более не из романа Александра Фадеева. Осенью 1943 г. стали известны кошмары Бабьего Яра, трагедии Ялтинского и Бердичевского гетто, появились сообщения о пытках и казнях подпольщиков в Киеве, Чернигове и Житомире. Но все-таки одна из первых весточек с освобожденной Украины была посвящена именно Краснодону и комсомольской молодежной организации «Молодая гвардия». Естественно, это сообщение произвело впечатление.

Теперь переходим непосредственно к мифам на эту тему. Первый очень популярен сегодня на Украине. Прежде всего – на западе страны, территориально и духовно далеком от Краснодона и Ровеньков. Заключается он в том, что никакой «Молодой гвардии» не было, а если и имелось вообще что-то подобное, то эта организация ничем, кроме вывешивания листовок, не занималась.

Да, в боевой летописи «Молодой гвардии» были и листовки со сводками от Совинформбюро, было вывешивание красных флагов 7 ноября 1942 года. Но, кроме того, в декабре 1942 г. произошло вооруженное нападение на колонну с рождественскими подарками для солдат вермахта и итальянских легионеров, был поджог биржи труда, было освобождение 73 советских военнопленных на хуторе Волченском.

Освобождение военнопленных почему-то особенно не дает покоя современным украинским историкам. Они указывают на то, что хутор Волченский находится на территории Каменского района Ростовской области, то есть за пределами Украины, и поэтому молодогвардейцы никак не могли там быть. Мол, там, скорее всего, был какой-то русский отряд партизан.

Звучит, конечно, абсолютно бредово. Эти горе-историки почему-то забыли, что в годы войны у нас была неделимая страна. Во время борьбы с гитлеровцами никто не обращал внимания, к какой именно области какого именно района относится тот или иной населенный пункт. Подпольщики планировали операции там, где можно было их провести, а не в соответствии с административным делением.

Невольно возникает вопрос: неужели украинские историки одновременно все спятили, раз несут такую чушь? Нет, конечно. Думаю, они прекрасно понимают, что говорят и как это звучит. Но что поделаешь – политический заказ… Мне представляется, что их слова, наоборот, подтверждают подвиг «Молодой гвардии». Раз его нельзя опровергнуть ничем, кроме таких бредовых измышлений, значит, все нормально.

Разумеется, боевые подвиги «Молодой гвардии» выверены в хронологическом порядке и многократно перепроверены еще во времена СССР. Документы хранятся в музее «Молодой гвардии», который находится на Украине. Кстати говоря, последняя экспертиза деятельности подпольной организации «Молодая гвардия» была проведена в 2003 году по настоятельной просьбе украинских историко-аналитических организаций. Те выводы, которые последовали, шли вразрез с официальной доктриной украинских властей, поэтому их не стали афишировать.

Второй миф – о том, что у «Молодой гвардии» вообще не было необходимости бороться с немецкой оккупационной властью. Якобы культурная немецкая нация, освободитель от ужасов большевизма, исходила из условий экономической целесообразности и вообще всячески поддерживала в Донбассе нормальную мирную жизнь. Немцы обеспечивали безопасность шахт, достойно оплачивали труд шахтеров и металлургов, следили за порядком на улицах. Вообще, мол, Третьему рейху был нужен уголь и металл, а не война с подпольщиками и партизанами.

По этому поводу можно сказать многое. Существует огромный пласт исторической и документальной литературы, рассказывающий о «прелестях» оккупации Донбасса. Прежде всего я советую ознакомиться с работой прекрасного донецкого историка Владимира Корнилова. В его работе приводится масса подробностей о том, что именно делала культурная немецкая нация на оккупированной территории Донбасса, как именно обеспечивала безопасность и мирный труд. Такие культурные мероприятия, как расстрелы, повешения, облавы, – все было, и отрицать это глупо.

Действительно, Третьему рейху очень нужны были высококвалифицированные шахтеры, которые будут добывать донбасский уголь для сталелитейных концернов Круппа. Уголь был крайне нужен, тут никто не спорит. Но выяснилось, что угольные шахты Луганской области (тогда она называлась Ворошиловградской) затоплены. В отличие от шахт Сталинской области, как тогда называлась Донецкая область. После этого начинается активное, как сказали бы сегодня, «добровольно-принудительное» вовлечение населения в добычу угля в шахтах. Что это такое? Очень просто: на работу в шахтах под дулами автоматов гнали всех юношей и мужчин, чей возрастной диапазон был от 14 до 64 лет. Сегодня некоторые западноукраинские историки много распространяются о некоем «культурном равенстве» между оккупантами и населением оккупированных территорий. Честно говоря, меня всегда удивляло, когда гитлеровский режим начинают прославлять люди, которых сами нацисты объявили неполноценными нациями, чье существование допустимо только в качестве небольшого числа рабов, обслуживающих расу господ-арийцев. Понятно, что никакого «культурного равенства» не могло быть в принципе. Тогда на Украине существовало очень четкое разделение на три группы. Прежде всего это истинные арийцы: немецкие солдаты, офицеры и чиновники оккупационной администрации. Ниже на социальной лестнице стояли «украинские патриоты» – полицаи, каратели и палачи. Те самые, которые ревностно служили в украинских Schutzmannschaft-батальонах, кровавые акции которых до сих пор внушают ужас любому нормальному человеку, изучающему историю Великой Отечественной войны. На третьем, последнем месте было население оккупированных территорий.

Между прочим, это отношение выражалось даже не в разделении по каким-то правам, а в том, что у гражданского населения никаких прав вообще не было. Населению отказывали в самых элементарных вещах, например, в праве на воду. Да, именно на воду, такие были прелести оккупации Донецкой области. Когда же стало понятно, что оставшиеся на оккупированной территории инженеры, шахтеры и молодежь не рвутся поднимать военно-промышленный потенциал Третьего рейха, тогда начался тотальный террор – с облавами, заложниками, казнями, словом, по полной программе.

Хочется добавить, что Донецк – это не Западная Украина, не Ивано-Франковск, не Львов, не Тернополь, а совершенно другой регион с другим укладом жизни, другими характерами и духовными чаяниями. Думаю, все знают события последних лет на Донбассе и понимают, о чем идет речь. Немецких оккупантов здесь с самого начала принимали, скрипя зубами. «Молодая гвардия» приняла самое активное участие, как сегодня бы сказали, «в идеологической обработке» населения. То есть людям рассказывали правду о положении на фронтах, о том, что работа на угольных шахтах ведет к победе «сверхчеловеков» и торжеству Третьего рейха. Объясняли, что каждая добытая тонна донбасского угля – это гибель сотен, а может быть, даже тысяч советских солдат на фронте.

Листовки, которые развешивали молодогвардейцы, – это не просто листки, это правдивая информация о положении дел, которой было лишено население. Естественно, они вызывали вспышки злости у сотрудников тайной полиции, это, если кто забыл, гестапо. Гитлер объявил Донбасс жизненно важным районом для экономики рейха, и все, что задерживало работу шахт, стоило людям страшных кар. Новые хозяева Донецка за саботаж сразу расстреливали. Равно как расстреливали и тех, кто призывал не работать на укрепление рейха, даже тех, кто в разговоре просто усомнился в победе Третьего рейха в этой войне. Подрывную работу среди шахтеров Донецкой области, эти самые разъяснительные беседы, вели не кто-нибудь, а молодогвардейцы.

Третий миф, тоже теперь часто повторяемый украинскими средствами массовой информации, заключается в утверждении, что была там какая-то «Молодая гвардия», ладно, допустим. Но это была незначительная, маленькая ячейка – всего пять фанатичных комсомольцев, а вовсе не мощная подпольная организация, руководимая коммунистическим центром. Аргументация простая: кроме Кошевого, Громовой, Земнухова, Шевцова и Тюленина, вроде как и не было никаких героев, только их выделила страна, только их славили потомки. А почему? Потому, что других не было!

Давно замечено, что, рассуждая о численности комсомольской молодежной подпольной организации «Молодая гвардия», западноукраинские историки обычно используют достаточно странные формулировки. Например, «в районе ста человек» или «около ста человек со всем окружением». Это странно слышать, потому что численность краснодонского подполья установлена совершенно точно. Доказано, что в деятельности подполья принимало участие 109 активных членов – и еще 8 числились как вспомогательная группа.

Сама организация, кстати, была создана сразу после фашистской оккупации Краснодона 20 июля 1942 г. Тогда еще не существовало названия «Молодая гвардия», вообще не было единой боевой организации. Сразу после оккупации в трех рабочих поселках города возникли подпольные молодежные группы. Обратите внимание на их названия: «Звезда», «Серп» и «Молот». Это к вопросу о том, что это были сугубо коммунистические подпольные организации. А ведь по утверждениям украинских националистов Олег Кошевой был чуть ли не верховным вождем ОУН в Краснодоне, продолжателем идей Бандеры. В октябре 1942 г. благодаря организационным усилиям Виктора Третьякевича и действительно комсомольскому, юношескому задору Олега Кошевого три группы объединяются в единую организацию – и возникает название «Молодая гвардия».

22 года назад в Луганске завершила работу специальная комиссия по исследованию истории «Молодой гвардии», в очередной раз был перелопачен весь ворох архивных документов. Кстати говоря, не так давно в книжных магазинах в очередной раз появился известный сборник подпольных документов о деятельности «Молодой гвардии». Там рассказано, как страна узнавала подробности их подвига, как становились известны имена героев. Любой желающий может купить эту книгу, изучить документы самостоятельно и найти ответы на все вопросы о краснодонском подполье. Я прекрасно понимаю, что этих вопросов очень много, потому что большинство ориентируется на канонический советский художественный фильм, снятый опять-таки по канонической книге Фадеева. Давайте не будем забывать, что художественная литература не равнозначна историческим исследованиям. Естественно, в книге есть фактические ошибки, есть художественный вымысел. Те, кому нужна документальная, исторически выверенная правда, пожалуйста, обратитесь к сборнику документов.

Так вот, возвращаясь к той самой комиссии, которая работала в Луганске. Главный ее вывод: в организацию вступило большое число юношей и девушек, а никакого организованного руководства по партийной линии не было. В заключительной части отчета говорится, что с немцами боролись ребята, возраст которых – от четырнадцати до восемнадцати лет. Действовали они по-партизански, рискованно, неся большие потери, рискованность их действий в конечном счете и привела к провалу организации. Ну а как могло быть иначе? Они же не профессиональные диверсанты, в конспирации разбирались слабо, путать следы не учились.

Арестовывать «Молодую гвардию» полицаи начали 1 января 1943 г. Срок действия организации, как мы сами видим, крайне небольшой – полгода. Это, кстати, к вопросу о том, как именно действовали германские структуры безопасности на оккупированных территориях. Эффективно они действовали, с этим никто не спорит.

Почему-то в наше время выпускается много странных художественных фильмов о том, как наши разведчики и подпольщики лихо водят за нос глупых немцев. Получается, в гестапо работали одни дураки, ничего раскрыть не могли, подполье обманывало их, как хотело, рации никогда не пеленговались, провокаторов, естественно, вообще не было, провалы сведены к нулю и так далее.

Абсолютная чепуха! Структуры безопасности Германии работали как часы даже в марте – апреле 1945 г. Третий рейх при всем его бюрократизме умудрился создать действительно очень эффективные полицейские службы, чья деятельность достаточно хорошо изучена как российскими, так и германскими историками. Написаны прекрасные монографии на этот счет, любой желающий может с ними ознакомиться. Понятно, что художественный вымысел кинематографа не может и никогда не должен рассматриваться как историческая правда. Следствие по делу молодогвардейцев заняло, по сути, четырнадцать дней, вот такие были оперативные темпы. 15, 16 и 31 января в шурф шахты № 5 были сброшены 72 подпольщика. Предварительно их расстреляли. Многих сбросили уже мертвыми, но кого-то сбрасывали живыми.

9 февраля 1943 г., за четыре дня до освобождения от оккупации, в лесу рядом с городом Ровеньки были расстреляны лидеры «Молодой гвардии» – Олег Кошевой, Любовь Шевцова, Семен Остапенко, Дмитрий Огурцов и Виктор Субботин. Всех членов «Молодой гвардии» перед смертью долго истязали.

В те февральские дни 1943 г. фронт быстро приближался к Донбассу. Ясно, что оккупанты бросили все силы на уничтожение боевого подполья в тылу, это совершенно очевидный момент. С «пятой колонной», а «Молодая гвардия» расценивалась оккупационными властями именно так, расправились с особой жестокостью. Документы следствия об организации «Молодая гвардия» достаточно хорошо известны и тщательно изучены. Там нигде даже намека нет на Организацию украинских националистов, вообще нет никакого национализма, если, конечно, не считать за таковой советский патриотизм. Вот он действительно присутствовал в показаниях абсолютно всех участников «Молодой гвардии». Они были патриотами своей страны, они отдали за нее жизнь. Только страна эта, как это ни прискорбно для многих современных западноукраинских историков, вовсе не какая-то эфемерная Украинская держава, страна называлась Союз Советских Социалистических Республик. И попытки привязать «Молодую гвардию» к деятельности Организации украинских националистов крайне нелепы.

Впрочем, понятно, что эти попытки будут продолжаться и дальше. На Украине выросло уже два поколения людей, которым внушили, что вся история Второй мировой войны в целом и Великой Отечественной войны в частности – это героическая борьба Организации украинских националистов со всеми – с немцами, с коммунистами, с кем угодно. Поскольку в умах украинских политиков все земли Донецка и Луганска по-прежнему территория Украины, то естественно, что «Молодая гвардия» должна быть так или иначе интегрирована в историю Организации украинских националистов. И ничего страшного, что об этом нет ни единого документа. Никого даже не смущает, что сами члены Организации украинских националистов никогда не вспоминали о таком героическом эпизоде в своей бурной военной биографии. Еще двадцать – тридцать лет назад все прекрасно понимали, что нет ничего общего между ОУН и «Молодой гвардией», что Кошевой, Шевцова и другие молодогвардейцы воспринимали ОУН как таких же врагов, что и немецких оккупантов. Даже сейчас позиции ОУН в Луганске и Донецке нельзя назвать не то чтобы крепкими, а хотя бы существующими. Но эту ложь будут повторять и повторять, пока в нее не начнут верить.

Понятно, почему мифы о «Молодой гвардии» продолжат и дальше активно вбрасываться в общество. Украине требуется своя, новая история – от битвы на станции Круты до битвы под Бродами, от сопротивления ОУН всем, кому только можно, до, условно говоря, «героев Майдана Незалежности». Только деяния все какие-то мелкие, нужны действительно подлинные герои, а вот с ними у Украинской державы как-то не складывается. Поэтому будут заимствовать из советской истории. И первые в очереди, естественно, «Молодая гвардия». Собственно говоря, это заимствование идет уже почти четверть века. Пока не слишком успешно, но чем дольше будут вбрасываться средствами массовой информации подобные мифы, тем большая вероятность, что однажды в это поверят. Уже не ангажированные историки, старательно отрабатывающие гранты западных фондов и организаций, а простые обыватели начнут верить, что Олег Кошевой, Ульяна Громова и многие другие молодогвардейцы были героями Организации украинских националистов. Как говорится, капля камень точит.

Некий поэт написал: «И потомки красных комиссаров нам допишут мемуары белых». А противостоять массовому оглуплению можно только серьезным изучением истории. Кому интересна подлинная история «Молодой гвардии», могут ознакомиться с архивным сборником документов, который впервые за последние четверть века издан в нашей стране. Его появление в продаже – это событие именно с просветительской точки зрения. В последний раз на моей памяти этот сборник документов выходил еще во времена Советского Союза. То есть для современного поколения читателей это библиографическая редкость, еще и написанная достаточно сухим языком, характерным для советского агитпропа. В новом издании текст лучше, проще, доступнее, поэтому рекомендую – ищите книгу и знакомьтесь с ее содержимым.

Глава 12. Пакт Молотова – Риббентропа

О документе «Советско-германский договор о ненападении» 1939 г., который обычно у нас называют «пактом Молотова – Риббентропа», почему-то принято отзываться с этаким презрением. Почему – об этом мы еще отдельно поговорим, начну же с напоминания, что недавно широкой публике был продемонстрирован советский экземпляр того самого документа, включая все секретные протоколы. Тем не менее спекуляции по этому поводу продолжаются. Мы уже знаем, что накануне очередной годовщины этих событий последуют истерики политических лидеров в Польше и в странах Балтии, все к этому привыкли за истекшие годы.

Я сам неоднократно рассказывал в эфире, что на самом деле представлял собой этот документ, и подробно разбирал мифы, возникшие вокруг него. Но вопросов на эту тему все равно приходит очень много, думаю, будет нелишним повторить основное.

Давайте пробежимся по главным мифам, которые сложены вокруг советско-германского договора о ненападении. Сам я безумно не люблю название «пакт Молотова – Риббентропа», но давайте все-таки пользоваться им, чтобы все было максимально понятно.

На сегодняшний момент вокруг «пакта Молотова – Риббентропа» существует более десяти самых популярных мифов, которые неизменно вызывают некий нездоровый ажиотаж. Сейчас я постараюсь передать специфику всех этих восклицаний, рыданий и завываний, которые позволяют себе политики в Польше, в странах Балтии, на Украине – и вслед за ними наши либеральные сограждане. При этом повторять их я буду в изначальных трактовках – и сразу шаг за шагом начну показывать, как именно происходит фальсификация. Потому что здесь нет места никаким историческим заблуждениям, тут нельзя сказать, дескать, люди ленивые, не захотели прочитать сборники документов, не захотели посидеть и подумать лишний час, потому что времени у них всегда не хватает. Нет, здесь явная, намеренная, последовательная, строго продуманная фальсификация!

Итак, первый миф. Два тоталитарных человеконенавистнических строя, которые мечтали истребить как можно больше народа в своей стране, а потом и в чужих, разумеется, не могли не сделать шаги навстречу друг другу. Гитлер и Сталин с удовольствием подписывают наглый грязный договор в Кремле, который, с одной стороны, позволяет начать мировую бойню, а с другой стороны, окончательно фиксирует близость двух политических систем. Ведь никогда в жизни товарищ Сталин не пытался договориться с нормальными, либеральными, демократическими государствами, потому что его тошнило при словах Англия, США или Франция. Ну а костоломов с Лубянки не могло не тянуть к своим братьям по крови из гестаповских подвалов по улице Принц-Альбрехт-штрассе.

Полагаю, многое из того, что я перечислил, вы сами слышите с завидным постоянством. Даже не буду называть фамилии людей, которые подобного рода смысловые конструкции с удовольствием тиражируют в теле- и радиоэфирах, все их прекрасно знают. Мне, например, часто приходится слушать эту абсолютную чепуху, находясь рядом с ними в одной студии. Я прекрасно вижу, что в их мыслительном процессе все изначально переворачивается с ног на голову.

Для начала нужно напомнить, что в то время в Европе, да и вообще в мире не было ни одного государства, которое так последовательно, идейно, политически и даже методом военной силы противостояло нацизму больше, чем Советский Союз. Под военными методами мы здесь понимаем, конечно, пробу сил во время гражданской войны в Испании, когда немцы сражались на стороне франкистов, а советские военспецы помогали их противникам. Кроме того, Кремль многократно предупреждал все ведущие европейские державы, что политика Третьего рейха направлена на демонтаж мирового порядка, установленного после Первой мировой войны, что Гитлер уже готов развязать новую мировую войну.

Тут даже не надо искать примеры, просто открывай энциклопедию и находи подтверждение очевидных вещей. Так, в декабре 1933 г. Москва предлагает Варшаве подписать совместную декларацию о незыблемости границ лимитрофов, то есть Латвии, Эстонии и Литвы. Этого не произошло, потому что против выступила Германия, а Варшава, которая руководствовалась постулатом, что ее главный противник – большевистская Россия, поддержала немцев. В мае 1934 г. Франция предлагает заключить «Восточный пакт» так называется договор о взаимном ненападении всех стран Восточной Европы, Советского Союза и Германии. Кремль согласен, но мирная инициатива в очередной раз блокируется польским руководством. Да и Германия показывает, что ей это неинтересно.

Попробуйте вспомнить, когда последний раз вы слышали из уст поляков, которые тусуются на наших федеральных телеканалах, об этом историческом факте. Не напрягайте память, этого не было никогда. Больше того, многие польские политические эксперты узнали о существовании «Восточного пакта» непосредственно от меня, тому есть немало свидетельств. В том числе и из-за этого мне пришлось написать книгу «Ложь Посполита» – безграмотность современных политиков просто удручает.

Дальше – 1938 г. Москва предлагает созвать международную конференцию, чтобы совместными усилиями разработать ряд активных мер, которые позволят не допустить развязывание мировой войны в ближайшей перспективе. В этот раз против выступила Великобритания. В Лондоне заявили, что инициатива Москвы может подорвать мир в Европе. Можно ли здесь найти логику? Москва предлагает мирные инициативы, которые позволили бы сохранить мир на континенте, а в Англии говорят, что русские на самом деле пытаются разжечь мировую войну.

Окончательно убивают надежду сохранить мир события 1938 г., итогом которых стал Мюнхенский сговор. Англия и Франция принимали в нем самое деятельное участие, а Польша, которая вечно ноет, что являлась главной жертвой Второй мировой войны, успешно отхватила кусок Чехословакии. Это просто для понимания, почему европейские страны не слишком стремились к миру.

Итак, постулат о том, что Советский Союз и Германия только и шагали навстречу друг другу, а встреча произошла в августе 1939 г. в Москве, – это ложь. Миф этот впервые появился в эпоху холодной войны, когда бывшие страны антигитлеровской коалиции, я имею в виду прежде всего Великобританию и Францию, начали старательнейшим образом переписывать историю Второй мировой. Им надо было убрать из истории все свои неблаговидные поступки и переложить ответственность на Советский Союз. Пока существовал «железный занавес», всем в Советском Союзе было, в общем, наплевать, что там считают и что пишут «буржуазные фальсификаторы истории». Вот после демонтажа «железного занавеса» этот поток сфальсифицированной информации и хлынул на прилавки книжных магазинов в нашей стране. В результате у многих людей в голове возникла полная каша, а тут еще соответствующие комментаторы подливают масла в огонь. Рассказывают, что от советских людей долгие годы скрывали правду, и вот теперь эту правду можно узнать. С учетом того, что от советских людей действительно многое скрывали, в это тогда поверило большинство населения. Что греха таить, у меня тоже был такой период в жизни, когда я считал, что от нас скрывали правду, что вот она, истина, открылась нам из западных источников. Только после того как я сам начал читать документы, сопоставлять и сравнивать, мозги медленно, но верно стали вставать на место. В общем, я никогда не стеснялся рассказывать, что стал точно такой же жертвой западной пропаганды, как и все граждане нашей страны.

По поводу того, что «костоломы с Лубянки и палачи из гестапо не могли не жать друг другу руки», вообще отдельная, крайне интересная история. Для доказательства тесной связи двух этих организаций обычно приводится документ, который называется «Генеральное соглашение между Народным комиссариатом внутренних дел и гестапо по борьбе с евреями». В Прибалтике, например, абсолютно убеждены, что это подлинный документ, больше того, в Литве его демонстрируют в коллекции «Института резистенции и оккупации». Доказательств того, что это откровенная фальшивка, такое множество, что их можно приводить бесконечно долго. Я этого делать не буду, просто приведу три факта, которые в первую очередь бросаются в глаза, вы сами все поймете.

Впервые этот чудесный документ появляется в поле общественного зрения в середине девяностых годов прошлого века. Легализовал его в общественном сознании писатель-фронтовик Карпов в своей книге «Генералиссимус». Разумеется, документ сразу объявили подлинным, писатель-фронтовик ошибаться не может. И никто почему-то не обратил внимание на то, что составители этой фальшивки допустили просто вопиющие ляпы, которые не могут не бросаться в глаза. Взять хотя бы то, что со стороны Третьего рейха документ подписан начальником 4-го управления (гестапо), Главного управления безопасности национал-социалистической рабочей партии Германии, бригадефюрером СС Мюллером 11 ноября 1938 г. Но ведь, согласно нацистским документам, тайная полиция, то есть гестапо, стала именоваться 4-м управлением Главного управления безопасности РСХА только с 27 сентября 1939 г. Получается, международный договор заключила организация, которая появится только через год. Вам не кажется, что это несколько странно?

Папаша Мюллер (все дружно представили актера Броневого в этой роли!) в тот момент был всего лишь штандартенфюрером СС и тайную полицию не возглавлял, не дослужился пока до таких высоких чинов. Больше того, в указанный день он просто не мог ничего подписать на Лубянке, потому что находился в Берлине, анализировал итоги печально известной «Хрустальной ночи». Но и это еще не все. Такая же петрушка творится с подписями с советской стороны. В документе указано, что подписал его не кто иной, как руководитель секретариата Народного комиссариата внутренних дел Советского Союза Степан Соломонович Мамулов. Но как он мог его подписать, когда в тот самый момент еще работал в Тбилиси?! Мало того, не имел никакого отношения к НКВД, а был заведующим сельскохозяйственным отделом Центрального комитета Коммунистической партии большевиков Грузии. Лаврентий Павлович Берия призовет его в Москву только в январе 1939 г., когда назначит на должность первого заместителя начальника секретариата. Возглавит же эту важную структуру Мамулов в августе 1939 г. То есть со стороны Советского Союза тоже подписал документ человек, который ни при каких обстоятельствах не мог такого сделать. Я думаю, на этом можно поставить точку в разборе подобной чепухи. Всем нормальным людям уже абсолютно понятно, что речь идет об откровеннейшей фальшивке.

Следующее чудесное утверждение всех этих малоприятных людей заключается в том, что Сталин подписывал договор о ненападении с гитлеровской Германией именно для того, чтобы раздвинуть границы Советского Союза. Здесь они берут в свидетели небезызвестного Владимира Богдановича Резуна, он же Виктор Суворов, с его книгой «Ледокол». Именно там описанию коварных планов товарища Сталина посвящено немало страниц. Сталину, значит, нужна была мировая революция, и, подписав договор с Германией, он эту самую мировую революцию максимально приблизил.

Как утверждают нынешние российские либералы, экспансия ГУЛАГа не получилась лишь по той огорчительной причине, что товарищ Гитлер подло напал на товарища Сталина. Вот если бы Гитлер опоздал на пару-тройку недель с нападением, тогда уже товарищ Сталин сокрушил бы Адольфа Алоисовича в июле 1941 г. Соответственно, вся Европа покрылась бы сплошными Советскими Социалистическими Республиками. Была бы, скажем, Бельгийская Советская Социалистическая Республика, Голландская Советская Социалистическая Республика и так далее.

Конечно, в XXI веке очень легко, сидя в уютном кресле, пить кофе и размышлять об ошибках в истории и геополитике прошлого. Если ты что-то забыл, всегда можно воспользоваться подсказкой Google. К примеру, чего там было в августе 1939 года? Интернет открывается – и перед вами полная информация со ссылкой на всевозможные источники со стороны тех, или тех, или этих… Поневоле удивишься недальновидности предков, которые не замечали очевидных вещей. Но давайте представим, что перед нами висит карта мира. Мы смотрим на нее и видим, что Советский Союз от Германии отделяют лишь страны Балтии – Эстония, Латвия и Литва. Сейчас это рассадник самой отпетой русофобии, но то же было и 80 лет назад. И тогда, так же как сейчас, прибалты с удовольствием заигрывали с противниками России. Давайте представим, что перед этой картой стоит пусть даже не сам товарищ Сталин, а хотя бы кто-то из членов Политбюро. Он смотрит на карту и прекрасно видит, что от Таллина до Ленинграда не очень-то большое расстояние. Если Эстония позволит создать на своей территории военные базы, то в случае военного конфликта угроза городу Ленина, колыбели трех революций, будет очень даже весомая. Кроме этого, будет блокирован весь Балтийский флот.

Мы с вами понимаем, что для большевиков Ленинград – это не просто место, где произошла Великая Октябрьская социалистическая революция, город-символ, это важнейший промышленный, транспортный и культурный центр. И любой член Политбюро ВКП(б) понимает, что основная стратегическая задача сейчас – это добиться как минимум нейтралитета Прибалтики. И сделать это невероятно сложно, потому что они совершенно не настроены не то что на конструктивный диалог, а вообще на любой мало-мальски цивилизованный диалог. Тем более что в прошлом году состоялся «Мюнхенский сговор», и вас просто вынесли за скобки, вашу страну поставили перед фактом. У вас есть гарантии, что в случае с Прибалтикой будет какой-то другой сценарий? Напротив, вы уверены, что дальше будет происходить ровно то же. Вы знаете, что в марте того же 1939 г. Берлин уже потребовал от Литвы передать им Клайпедскую область. Для чего? Чтобы немцы приезжали туда любоваться достопримечательностями?

Советский Союз предложил тогда Великобритании и Франции обеспечить авторитетом трех стран нейтралитет Прибалтики. Не надо рассказывать, что последовала очередная неудача, и вовсе не по вине Советского Союза. В Лондоне и Париже тогда искренне считали, что никакой мировой войны не будет, нет поводов для волнения. Суета, которую пытается устроить Советский Союз, – это очередные козни Сталина.

А еще мы узнаем, что шеф военной разведки Третьего рейха адмирал Вильгельм Канарис и начальник Генерального штаба вермахта Франц Гальдер приезжают в Таллин. Прекрасная новость! Понятно, что они туда приезжали не кофе пить. Поэтому перед Советским Союзом стояла совершенно ясная задача: нужно исключить самые негативные варианты развития событий – и для этого надо каким-то образом договориться с Германией. А с кем еще? С остальными уже пробовали, не получилось…

Начинаются переговоры. Это в любом случае лучше, чем война. И сразу вступает хор политологов из стран Балтии, а также примкнувших к ним поляков и некоторых патриотов из Западной Украины, которые начинают ныть, что «Советско-германский договор о ненападении» – это вообще беспрецедентный договор в истории мировой дипломатии. Его нельзя никак признавать, потому что он нарушает все мыслимые и немыслимые принципы международного права.

Правда, если поднять международные документы, то окажется, что у Эстонии тоже был аналогичный договор с Германией, и у поляков был аналогичный договор с Гитлером. Больше того, договор был подписан лично Гитлером и Пилсудским. Но почему-то о «пакте Пилсудского – Гитлера» никто никогда не вспоминает, даже не заикается. А вот по поводу «пакта Молотова – Риббентропа» высказались уже все западные политологи, на основании его Россию до сих пор обвиняют во всех смертных грехах. Очень показательная избирательность!

Глава 13. Нацистская пропаганда

Тема немецкой радиопропаганды в годы Великой Отечественной войны не такая простая, как кажется на первый взгляд. Меня неоднократно просили рассказать, как это все было. Листовки, плакаты, газеты, кинохроники – с этим более-менее понятно, любой желающий в несколько секунд может найти все это в интернете и ознакомиться. С радио ситуация другая. То есть все примерно себе представляют, что какое-то радиовещание на территории оккупированных областей Советского Союза осуществлялось, но какое оно было, какие цели преследовало, как функционировало – все это для многих остается загадкой. А ведь именно радио являлось основным оружием идеологического воздействия в те времена, когда телевидения и в помине не было, а о Всемирной сети не мечтали даже писатели-фантасты.

Я в свое время серьезно интересовался этим вопросом, даже получил доступ к некоторым образцам немецкого радиовещания на оккупированных территориях. Хочу рассказать основные моменты, которые показались мне интересными.

Каким вообще должно быть вещание на территории противника в годы войны? Другими словами, каких целей оно должно достигнуть? Их несколько. Прежде всего – подорвать доверие населения к собственным вооруженным силам и правительству. Кроме того, радио должно формировать пораженческие настроения, показать победоносность армии противника, объяснить населению оккупированных территорий, как им будет хорошо при новой власти. Особая, специфическая задача – разжечь вражду между разными социальными или национальными группами. И последнее, что нужно выделить, – это нейтрализация эффекта от пропаганды противника.

Сегодня это всем понятно и вопросов не вызывает. Но в годы Великой Отечественной войны многое из того, что применяли немцы на оккупированных территориях и на Восточном фронте, было сделано впервые. В годы Первой мировой войны радиопропаганды как таковой не существовало, поэтому основные приемы пришлось изобретать на ходу. Это делалось в Министерстве по просвещению и пропаганде – ведомстве Йозефа Геббельса. Именно там были сформированы основные постулаты воздействия на население, которые потом, после крушения Третьего рейха, возьмут на вооружение и в других странах.

Разумеется, что в радиопропаганде немцев основной упор делался на использование бывших граждан Советского Союза либо русских эмигрантов. Почему – понятно: и та и другая категории знали русский язык и примерно представляли себе ментальность и архетип людей, для которых они работали. Выражаясь современным языком, они понимали, о чем думает их аудитория, и находили понятные для населения образы. Как доказывать, что немецкое нашествие является крестовым походом против большевиков, что немецкие солдаты выполняют освободительную миссию, какие именно материальные выгоды нужно сулить населению оккупированных областей или же военнопленным – все это они знали. Хотя основную роль играли немецкие офицеры-пропагандисты, именно они определяли ключевые моменты для радиопередач. Зачастую им не удавалось достичь хорошего результата, не получалось правильно расставить акценты. У себя в Германии они привыкли к совершенно другой жизни. То, что было в Советском Союзе, очень сильно отличалось от укладов Баварии, Саарбрюккена, Пруссии, Мекленбурга и так далее.

Словом, цели, которые поставила перед собой немецкая пропаганда, были вполне конкретные. Средств тоже вполне хватало. Для начала немецкие радийщики задействовали те мощности, которые были у министерства пропаганды, – это 35 радиоцентров. После этого в игру вступили непосредственно части психологических операций вермахта. Это, между прочим, 19 рот пропаганды, 12 из которых были в сухопутных войсках, 4 в люфтваффе и 3 на флоте. Кроме этого, в каждой из наступающих групп армий были специальные отделы пропаганды, к 1943 г. их численность достигла уже 15 000 человек. У каждого отдела имелись свои передатчики мощностью до 20 киловатт. Надо сказать, мощность весьма и весьма неслабая даже по современным меркам.

Станции быстро перебрасывались по железной дороге, и на их монтаж требовалось минимальное время. В некоторых воспоминаниях немецких офицеров-пропагандистов рассказывается, как они собирали станции и начинали работать всего за пару часов. Кроме того, немцы активно использовали советские радиостанции. Во многих городах, которые попали под немецкую оккупацию, были к тому моменту достаточно мощные станции. Давайте вспомним, что немцам удалось сразу, почти без боя, захватить радиоцентры в Риге, Вильнюсе, Кишиневе, Минске, Киеве. Их они ввели в строй в кратчайшие сроки. В Советском Союзе была к тому времени распространена проводная система радиовещания. Именно поэтому отступающим частям РККА вскоре было предписано в первую очередь уничтожать радиостанции.

По сути, население оккупированных территорий сразу накрыли плотным колпаком радиопропаганды. Думаю, усилия немецкой сети радиовещания можно отнести к успешным операциям, хотя нельзя сказать, что их действия были успешны во всех регионах. Хороший результат, например, был получен в Белоруссии. Это в первую очередь заслуга генерального комиссара Кубе, который высоко оценивал значение радио и намеревался через него активно влиять на привлечение населения к работе. Поэтому радиовещание на территории Белоруссии было весьма и весьма своеобразным. Пропорциональное отношение между информационными, развлекательными и пропагандистскими материалами было примерно 30 процентов – 20 процентов – 50 процентов, а само вещание велось сразу на трех языках – польском, белорусском и русском. Было даже специальное вещание на идише – это для гетто в Минске. То есть немцы, конечно, подошли к этому процессу основательно, охватили все группы населения. В работе радиостанций принимало участие значительное число белорусских коллаборационистов. Значительное, это если сравнивать с территорией РСФСР, в Прибалтике и на Западной Украине их было, конечно, побольше.

В Прибалтике, кстати, к 1942 г. назрел конфликт между местными сотрудниками радиовещания и немецкими пропагандистами. Очень быстро выяснилось, что цели у них, в общем, разные. Немцам нужна была обычная пропаганда, восхваления гения фюрера и жизни в Третьем рейхе. В дальнейшем нацисты планировали часть латышей онемечить, а непокорных просто отправить в Сибирь – валить лес и добывать руду для нужд рейха. Местные кадры почему-то решили, что главная цель немцев – восстановить независимую Латвию. Соответственно, они делали упор не на восхваление жизни в Германии, а на пропаганду того политического строя, который существовал до включения Прибалтики в состав Советского Союза. Подобные же проблемы, кстати, были и в Эстонии и Литве. В Эстонии, по сути, получилось вообще два параллельных радиовещания, одно было создано сугубо силами местных кадров, второе – силами немцев. При этом популярность немецкого радиовещания значительно снизилась уже в 1942 г.

Очень сложная схема получилась на Украине. Там было несколько центров радиовещания – Львов, Харьков, Крым и Киев. Создать какую-то единую концепцию для всей оккупированной территории у рейхскомиссариата Украины не получилось. В каждом регионе республики своя специфика, свой язык, своя идеологическая окраска, да и задачи, стоящие перед оккупационными властями, везде различались. Участие оуновцев в этом процессе только вносило еще большую неразбериху, у них тоже было свое видение ситуации, которое не всегда совпадало с немецким. Так, Киевский центр радиовещания был самым нейтральным по окраске. Это была прямая ретрансляция материалов, предоставленных немцами, с незначительнейшим вкраплением своих собственных передач, которые подготовили журналисты, служащие оккупационным властям. Вещание велось на украинском и русском языках, было много музыкальных подборок из довоенных песен советской эстрады.

Харьковский центр радиовещания работал только на русском языке. Он был самым радикальным с точки зрения пропаганды. Перлы Харьковского радио нашли свое отражение даже в советской художественной литературе. Вспомним хотя бы описание Фадеева из «Молодой гвардии», когда по радио передают, что Сталин бежит за Урал, фронт держат англичане, а если не они, то монголы. Это вообще яркий пример именно немецкой пропаганды. Все эти вымыслы обильно разбавлялись антисемитскими пассажами. Зачастую на эфир приглашались какие-нибудь рабочие или бывшие военнопленные. Но не более – представители интеллигенции и творческих профессий возможности выступить по радио не получали, Гитлер в свое время определенно сказал, что у русских не должно быть ни интеллигенции, ни творчества. Понятно, что без участия умных, образованных людей получить какой-то качественный радийный продукт было невозможно. При всем уважении к этим профессиям ни сталевар, ни пекарь, ни, условно говоря, комбайнер или шахтер не могли выдать сколько-нибудь внятную, серьезную концепцию перестройки общества под новый порядок. Поэтому Харьковское радио выдавало такое откровенное, беззастенчивое вранье, что нормальные, здравомыслящие люди просто не могли в него поверить.