Мажор в наследство

— Ты серьезно, Сонь? Ничего не меняет, да? То есть абсолютно все равно, что родной отец оставил меня без штанов? Да вообще без всего! Ничего страшного, правда же?

Еще как-то сдерживается, хотя я вижу, насколько тяжело ему это дается. Мышцы окаменели, дышит тяжело, слишком выразительно цедит слова. Чтобы не сказать лишнего.

Я, наверно, сказала бы. Если бы оказалась на его месте, точно вела бы себя иначе. Мне и сейчас-то все происходящее кажется дикостью, а если бы так поступил со мной родной отец…

Но вслух об этом говорить нельзя. Только усугублю ситуацию. Я ужасно боюсь с ним поссориться, боюсь, что Даниил разозлится еще и на меня. Повод-то есть. Вот зачем, зачем Михаил Валентинович так поступил? Неужели он не понимал, что его поступок нас не сблизит, не укрепит отношения, а как раз наоборот.

Чувствую себя воровкой, которая не просто ухватила чужое, но и позорно попалась.  И вернуть нет возможности. Я отказалась бы от дурацкого наследства в первую же минуту, как узнала о нем, да только Ярославский все сделал, чтобы этого не случилось. Почему, почему, ПОЧЕМУ?

Ответа нет. Ни у нас с Дэном, ни у моего отца. Лучший папин друг совершил что-то немыслимое, и я готова согласиться с тем, что болезнь серьезно повредила его рассудок. Ну а как иначе это объяснить? Что должно быть в голове у человека, чтобы откинуть подобный номер?

Хуже всего то, что свои размышления я даже высказать не могу. Дане и так плохо. Я поддержать его должна, а о какой тут поддержке может идти речь7 Ведь он наверняка смотрит на меня — и раз за разом переживает это унижение. Может, прав был папа и я зря пришла? Но ведь не выгоняет, даже как-то пытается говорить со мной. Любимый…

Сглатываю подступивший к горлу горький ком и подхожу ближе. Дэн сверлит меня мрачным взглядом и разве что не рычит. Страшно… И еще страшнее оставить его одного. Нет, конечно, он не маленький мальчик и вполне способен справиться с любой проблемой. Но это же так безумно тяжело делать в одиночку…

— Дань… — я поднимаюсь на носочки, обвивая руками его шею. Тянусь к губам. Он хмурится, снова смотря более чем красноречиво. Да, совсем не время. Но у меня нет никаких аргументов. И слов утешающих тоже нет. Зато я помню, как нам обоим было хорошо вдвоем. И что там он говорил? Секс — лучшее лекарство? Так почему бы не попробовать, терять-то все равно нечего… — Я соскучилась…

Он молчит, не сводя с меня глаз, но совершенно не заметно, что моя близость хоть сколько-нибудь его волнует. Да и я сама руководствуюсь совсем иными чувствами. Не физическим желанием — потребностью слиться с ним. Взять хоть капельку той боли, которую отчетливо вижу в потемневших глазах, в напряженном лице, в жестко сжатых губах. Тяну вверх ткань рубашки, вытаскивая ее из-за пояса. Опускаю ладони на обнажившуюся поясницу. Пальцы дрожат, и в животе все перекручивается. Кажется, что сейчас там не бабочки порхают, а топают неуклюжие носороги. Мне трудно дышать об беспомощности и волнения. Как должна вести себя женщина, если мужчина ее не хочет?

Глаза начинают предательски щипать, и я уже готова отстраниться и сбежать, но Дэн неожиданно резко выдыхает и стискивает руки на моей талии.

Глава 18

Его дыхание растекается по моим губам. Еще даже не поцелуй, но я уже предвкушаю это. И понимаю, что в отличие от меня самой, Дэн не смущается и не тормозит.

Лицо еще напряжено, его жесткость ощущается почти физически. Но вот он подается вперед, впечатывая меня в себя — и все меняется в одно мгновенье.

Взгляд затуманивается страстью, становится жарче и глубже. Руки проворно расстегивают пуговицы на блузке. Его пальцы задевают ключицы в мимолетной ласке, стягивают с плеч бретельки бюстгальтера.

Я всхлипываю и выгибаюсь — и раздирающее напряжение медленно отступает. Раз он не ругается, не гонит меня прочь, значит, не все еще потеряно.

И как же сладко это чувствовать… Мои собственные пальцы, в отличие от его, совершенно непослушные. Я тереблю застежку на джинсах, но никак не могу справиться. Задыхаясь от волнения, просто просовываю ладонь за пояс, прижимая к животу, и тут же ощущаю, как сокращаются мышцы. Даниил глухо рычит, толкаясь ближе ко мне. Отстраняется, но лишь затем, чтобы избавиться от одежды. Быстро, в какие-то доли секунды остается обнаженным.

Я снова перестаю дышать, бесстыдно любуясь им. Какой же он все-таки красивый! Рельефное тело, мощный, сильный. На подтянутом торсе напрягаются мышцы. Жесткая дорожка волос внизу живота притягивает взгляд. Заставляя смотреть еще ниже, на твердый, подрагивающий от желания член.

Как зачарованная, касаюсь кончиком пальца выступающих вен, прочерчиваю бархатистый узор. Хочется обвести каждую из них, погладить, попробовать… Что я почувствую, если трону языком? Сейчас этого почему-то очень хочется, губы сохнут от желания, и я уже представляю, как опускаюсь на колени…

— В другой раз поиграем, малышка, — выдыхает Дэн. — Не могу больше…

Он дергает вниз белье, высвобождая грудь. Сжимает пальцами набухшие соски, трет, оттягивает, лижет. Снова какие-то несколько секунд — и я уже готова поскуливать от нетерпения. Мне тоже мало, тоже нет никаких сил ждать. Немного стыдно, что так откровенно выдаю свои чувства, но если бы Дэн вздумал остановиться, вцепилась бы, не давая возможности это сделать. Только не теперь…

Ласки становятся резче и горячее, доводя до исступления. Он задирает юбку до талии, царапает кожу над краем чулок. Гладит оголенные бедра. Давит на ягодицы, приподнимая над полом и вынуждая обхватить его ногами. Впечатывает спиной в стену. Она холодная, и я невольно ежусь, выгибаясь. Но замерзнуть не успеваю — меня окатывает новая волна жара, когда Дэн поддевает полоску трусиков, сдвигая в сторону, и сразу входит. Вбивается на всю длину и тут же начинает двигаться, с каждым толчком погружаясь все глубже.

Тянет за волосы, заставляя запрокинуть голову, осыпая жадными поцелуями лицо и шею. Кусает, шарит руками по телу, продолжая насаживать на себя. Яростно, резко, не давая отдышаться. Безжалостно ворует мой воздух, вытягивает последние капли из легких, так что темнеет в глазах.

Я висну на нем, задыхаюсь, теряю последние остатки сил — и одновременно умоляю не останавливаться. Схожу с ума от бешеного ритма и переизбытка эмоций. Даже слов уже не помню, утопая в оглушительных вспышках.

Все происходит слишком быстро. В этот раз нет ни нежности, ни теплых, соблазняющих слов. Дэн таранит меня, действуя почти грубо. Но все равно умудряется найти нужную грань и не причинить боли. И ждет моего финала, почти моментально улетая следом. Я это понимаю уже позже, приходя в себя в постели, где непонятно как очутилась вместе с ним. Смотрю на расслабленное лицо парня, влажную кожу, растрепавшиеся волосы. Его глаза закрыты, а грудь все еще тяжело вздымается. Ему сейчас не до разговоров — я почему-то в этом совершенно уверенно. Но также уверена, что случившееся у нотариуса если и не забылось, то точно перестало так довлеть, как раньше.

Глава 19

Дэн

— Я вообще не понимаю, чего ты загоняешься. Это же только на год. Какие-то жалкие двенадцать месяцев, Дэн. И прожить их можно на полную катушку. Соня же в тебе души не чает.

У меня челюсти сводит от этого заявления. Хочется вмазать Костяну, да так, чтобы больше не вздумал нести что-то подобное. Посмотрел бы я на него на моем месте!

Наверное, выражение моего лица слишком красноречиво: друг вовремя спохватывается.

— Ладно, ладно, остынь, шучу же. А то уже огонь изрыгать готов. Что я такого сказал?

— Не понимаешь? — реально хочется «просветить» его. Аж руки чешутся.

— Дэн, выдохни, — на плечо опускается ладонь Ника. — Мы ж не ругаться собрались, а придумать, как тебе выйти из этой ситуации с наименьшими потерями. Костя не хотел ничего плохого.

— Как будто легче от этого! И так на душе паршиво, еще он со своими идиотскими советами.

— Ну, не такие уж они идиотские, — бурчит Костян. — Не можешь изменить ситуацию, измени свое отношение к ней. Вариантов у тебя все равно не много. А точнее, их попросту нет. Женись — и радуйся.

— Я сверну тебе шею и повыдергаю ноги, — мрачно обещаю другу. Сам прекрасно знаю, что нет вариантов, но слышать об этом не хочу. Как будто неозвученное вслух оставляет какие-то возможности для маневров.

Никита задумчиво разглядывает меня.

— У вас заявление в загсе лежит, ресторан заказан. Ты даже нас уже пригласил. Что изменилось-то?

— Да все изменилось! — срываюсь с места и начинаю выхаживать по комнате. Внутри все кипит. Снова. Кто бы мог подумать, что спустя всего несколько дней после похорон отца я буду не оплакивать его, а вспоминать самыми недобрыми словами, которые только знаю. За что он так со мной?! — Ненавижу, когда манипулируют! Особенно вот так, за спиной! Лишают возможности хоть что-то поменять!

— Поменять-то ты как раз можешь, — хмыкает Костя. — Раз так тебе неприятен этот брак, начни жизнь с чистого листа. Без папиных денег. И без Сони, разумеется. Хотя… — он мечтательно закатывает глаза. — Не понимаю я тебя. Она же красотка. Лапочка просто. И ты же говорил, что дала, наконец. Или разочаровала? — пошло лыбится. — Все было совсем скучно, да? В темноте и под одеялом? Даже рассмотреть себя как следует не разрешила? Тогда согласен, тяжело будет целый год продержаться. Но, в конце концов, всегда есть другие…

Я все-таки впечатываю кулак ему в физиономию.

— Рот закрыл. Она все-таки моя невеста.   Говори, да не заговаривайся.

— Ты совсем рехнулся? — он сплевывает кровь с разбитой губы и ошалело смотрит на меня. Но зря думаю, что полезет драться в ответ: в глазах только испуг и недоумение.

Зато Ник впивается в мои плечи с явным намерением удержать.

— Тормози, Дэн. Это же шутка была, ты что-то правда не в себе сегодня.

— Я в порядке, — цежу сквозь зубы, потирая ушибленные костяшки. — Но даже друзьям не позволю лезть в мою постель. И обсуждать мою женщину.

Отчетливо вижу перед собой широко раскрытые, затуманенные страстью глаза Сони. Припухший от поцелуев рот. Нежную кожу со следами моих губ и рук. Невеста оказалась совсем не тихой скромняшкой, а горячей и жадной до ласк девочкой. Скучно в постели с ней точно не будет. Если бы только мне никто не навязывал этот брак…

Но выхода и правда нет. Начинать все с нуля  я совершенно не готов…

Глава 20

— Тебя опять не было на работе… — я стараюсь, чтобы голос не звучал слишком укоризненно, но выходит откровенно плохо. Мне обидно, и это чувство сдерживать непросто. Почему он ведет себя как избалованный мальчишка? Зачем так меня подставляет перед коллегами? Да ладно меня, себя самого же дискредитирует.

— И что? — Дэн смотрит с явным вызовом в глазах. — Оштрафуешь? А может, уволишь за профнепригодность? Или вообще лишишь довольствия? А, Сонечка?

Злые, колючие слова так непохожи на те милые глупости, которые он шептал мне ночью. Кажется, передо мной сейчас вообще другой человек.

— Зачем ты так?

— Как так, Сонь? — во взгляде — ни капли тепла. — Ты кого сейчас включила, не пойму? Мою новую начальницу или строгую мамочку? Накажешь и поставишь в угол за плохое поведение? А чего, имеешь право, я же теперь полностью завишу от тебя!

— В наших отношениях ничего не поменялось… — ответить получается только шепотом: от обиды горло словно стянуло тугим обручем. — И в любом случае это не повод прогуливать работу.

— Да видеть я никого не хочу! — рычит Дэн. — Тошно, понимаешь? Не хочу, чтобы шептались за спиной, обсуждая это чертово завещание!

— Дань, ты о чем вообще? — теряюсь, потому что услышать такое заявление ожидала меньше всего на свете. — Никто ничего не знает, о каких обсуждениях может идти речь?

— Так уж и не знает? — хмыкает он. — Да у нас сплетни расползаются со скоростью света! Еще скажи, что ты ни с кем не поделилась такой распрекрасной новостью! О том, что компания теперь твоя, а я достался в качестве бонуса. Еще и наверно не самого приятного!

Мне впервые в жизни хочется ударить. Его, моего самого дорогого человека. Того, кого люблю так сильно. Размахнуться и залепить по щеке, чтобы стереть эту злую ухмылку и выбить из головы подобные глупости. Как ему такое вообще пришло в голову?!

— Нет, не поделилась, Даня. И не собираюсь. Это касается только нас с тобой, больше никого. Ну, еще папа знает, но он тоже ни с кем не станет ничего обсуждать.

Он сверлит меня тяжелым взглядом, который я не знаю, как истолковать. Верит или продолжает злиться?

— Я не виновата, в решении твоего отца. Дань, ты это знаешь лучше меня. Если бы могла, все переиграла, отказалась бы в первый же день. Мне все это не нужно. Ничего не нужно, кроме тебя.

Почему-то кажется, что такое признание должно возыметь результат. Ну ведь правда, он знает, как я к нему отношусь. И раз уж случилось то, что случилось, надо как-то жить с этим. Понимаю, что ему обидно, и поступок отца не укладывается в голове, но на планы-то наши это не должно влиять. Раз мы любим друг друга и хотим быть вместе…

Он как будто спохватывается. Смотрит на меня, часто моргая. Взгляд не смягчается, на становится теплее, но я все равно ощущаю какую-то перемену. Хотя бы гадости больше не говорит и не подозревает меня во всех смертных грехах. А потом Дэн неожиданно произносит:

— Мы не будем переносить свадьбу. Ребята сегодня спрашивали, говорили, что вроде бы не прилично так сразу после похорон. Но я сказал: все договоренности в силе. Ты же не против?

Я безумно хочу стать его женой. Но на свадьбу приглашена целая толпа народа, точно ли будет правильно устраивать праздник сейчас? Пусть никто не знает о подробностях завещания, но наверняка найдутся желающие обсудить, что мы не выждали хотя бы минимальных для приличия сроков. Найдут множество причин, объясняющих это: отсутствие совести, распущенность, даже беременность могут сюда приплести. Так себе перспектива, как будто нам без этого мало проблем! Собираюсь все это сказать. Уже даже рот открываю… но осекаюсь, напарываясь на пронзительный взгляд. Дэн для себя все уже решил и сейчас просто ждет, что я соглашусь. Ему почему-то это очень важно.

— Не против,  — я улыбаюсь любимому. В конце концов, какая разница, кто и что будет про нас говорить…

Глава 21

— Эх, Сонь, завидую я тебе! — Эля восхищенно оглядывает меня с ног до головы. — Такого жениха отхватила! А платье просто офигенная, ты в нем — настоящая принцесса.

На платье я и сама не могу налюбоваться. Редко что-то нравится так сильно.  Едва только увидела его, сразу поняла: мое. То самое. Хоть и перемерила и до, и после еще не меньше десятка, лучше все равно не нашла. Из какой-то невесомой, нежной ткани, пышное, воздушное. По лифу — тончайшее кружево. Так облегает фигуру, будто сшито специально, сидит просто потрясающе. Я никогда не питала особых иллюзий по поводу собственной внешности, но в этом платье действительно выгляжу шикарно. И знаю, что ЕМУ понравится. Обязательно. Столько раз уже предвкушала восторженный взгляд любимого, с трудом сдерживаясь, чтобы не похвастаться и не показаться раньше времени.

Кручусь перед зеркалом, и длинные юбки поднимаются красивой волной, покачиваясь в такт шагам. Я улыбаюсь своему отражению, а потом смотрю на подругу.

— Скажешь тоже: отхватила. Дэн же не товар в магазине, который можно удачно купить. Нам с ним обоим повезло встретить друг друга.

— Вот любишь ты придираться к словам, — фыркает Эльвира. — Суть-то от этого не меняется. Скажи лучше, что ты насчет девичника решила? Где мы его устоим?

Я пожимаю плечами. Вообще не вижу смысла во всех этих предсвадебных тусовках. Куда с большим удовольствием провела бы вечер с папой. И с Даней. Посидели бы спокойно втроем, помечтали бы о будущем. Но девчонки и слушать не захотели, когда только заикнулась об этом, заявили, что обидятся на меня навсегда, если лишу их долгожданного праздника. Да и Дэн что-то там планирует с друзьями.

— Пусть будет тот ресторан, который ты предлагала. Мне все равно.

— Ну как может быть все равно? — укоризненно качает головой Эля. — Не понимаю я тебя, подруга. Это же на всю жизнь должно запомниться.

— На всю жизнь свадьба должна запомниться, а не девичник, — со смехом возражаю я. Так жду этого дня. Сейчас, когда осталось меньше недели, чувства меня просто переполняют. Прокручиваю все в голове, представляю, планирую. Не могу дождаться. Хочется поскорее стать ЕГО во всех смыслах. Мне даже кажется, что  в последние дни Дэн успокоился, перестал переживать из-за завещания. Понял, наверное, что для нас это ничего не меняет. Жаль только, что нашу радость не сможет разделить его отец. Как же рано он ушел…

— Свадьба по любому запомнится, –— со знанием дела заявляет Эльвира. — Но от девичника у тебя откосить не получится, не надейся. Мы не позволим. Так что давай, переодевайся, и поедем в ресторан, договоримся окончательно. Парни-то наверно уже все решили.  Не знаешь, кстати, где они собираются?

— Коттедж какой-то сняли за городом, — когда мы говорили об этом с Даней, я не вдавалась в детали. — Природа, озеро, шашлыки.

— Девочки, — хихикает Эля.

— Какие девочки? — поворачиваюсь спиной к сотруднице салона, чтобы та расслабила шнуровку на корсете,  растерянно уставившись на подругу. — Это же мальчишник, там не будет девочек. Только самые близкие друзья.

— Обычные, по вызову, — фыркает Эльвира и смотрит так снисходительно, что мне становится не по себе. Чего я не знаю? — Сонь, ну не тупи. Надо же оторваться в последний раз.

Глава 22

Ни в какой ресторан с Элей я не еду. Даже думать об этом не могу после слов подруги. Меня не интересует собственная вечеринка. И раньше-то не волновала, а теперь и подавно все мысли сконцентрировались на том, где будет проводить так называемый мальчишник Дэн. И с кем.

Не верится, что его может заинтересовать такая грязь. Но ведь он там будет не один. А если не сможет все предугадать? Если попросту не знает, что запланировали друзья?

Я спешу к нему, тороплюсь так, что едва не пропускаю красный сигнал светофора. И лишь когда бью по тормозам, немного себя осаждаю. Нельзя так. Вот только аварии не хватает еще. Сбавляю скорость и пытаюсь успокоиться, только выходит не очень. Мне нужно почувствовать рядом любимого, оказаться в его объятьях, услышать, как он утешает. Убедиться в том, что сама себя накрутила и переживать не о чем.

Когда добираюсь до дома Ярославских, накатывает новая волна тревоги. И к Дэну я врываюсь, наверное, в таком виде, что и он слегка теряется.

— Что случилось? — отрывается от ноута и слегка отъезжает на кресле от стола. Как раз на достаточное расстояние, чтобы я могла забраться к нему на колени и прижаться щекой к плечу. Сразу становится легче, его теплое дыхание, касающееся моих волос, успокаивает. Я чувствую себя дома. — Сонь, вы же вроде собирались платье забирать. И еще куда-то потом, — поднимает за подбородок мое лицо, вопросительно заглядывая в глаза. — В салоне что-то не так?

С платьем как раз все в порядке. Я вспоминаю роскошную белоснежную феерию и не могу сдержать улыбки. Снова думаю о том, что ему обязательно понравится. И платье, и, главное, я в нем. Там умилительно, что он беспокоится. Прижимаюсь теснее, качая головой.

— Нет, дело не в этом. Я про другое хотела поговорить.

Очень волнуюсь, но и скрывать хоть что-то тоже неправильно. Мы должны быть честными друг с другом, только так можно построить настоящие отношения.

— Скажи… а на этом вашем мальчишнике… — у меня почему-то не сразу находятся слова озвучить то, что не дает покоя. Кажется, краснею, и хочется спрятать глаза от неловкости. Но не делаю этого, пересиливая себя, смотрю на Даниила. — Там правда будут… девицы по вызову?

Он замирает лишь на мгновенье, а потом неожиданно начинает смеяться.

— Тю, малышка, нашла из-за чего переживать. Это Эльвира тебе наплела? Вот она дурында! Выбрось из головы, вообще не парься!

Как бы я этого хотела! С надеждой смотрю на Дэна. Он взъерошивает мои волосы, прижимает теснее к себе. Пальцы спускаются по спине к пояснице, задирая край блузки и касаясь кожи. По телу моментом будто проходит разряд тока. Я резко выдыхаю, чувствуя, как отступает напряжение. Как же он хорошо знает, что именно мне нужно и когда…

— Правда, Дань? Не будет никого? — спрашиваю скорее по инерции, потому что мысли начинают путаться. Он разворачивает меня к себе лицом, начинает поглаживать бедра, обжигая прикосновениями даже сквозь ткань брюк.

— Сонечка, да не думай ты об этом… Давай займемся кое-чем более интересным… — горячий шепот обжигает виски. Я выгибаюсь навстречу умелым ласкам и действительно перестаю думать обо всем остальном. Кроме него. Кроме его сладкой, такой желанной близости, от которой захватывает дух.

Глава 23

Я все-таки соглашаюсь на эту дурацкую вечеринку. Сама не знаю, зачем. Подруги настаивают, и кажется неправильным обмануть их ожидания. Все-таки свадьба, и так принято. Папа уверяет, что я обязательно должна пойти. Да и Дэн уедет с друзьями, поэтому совместного вечера накануне свадьбы, как мне хотелось, все равно не получится.

Решаю, что пойду в ресторан ненадолго, посижу с девчонками самую капельку, а потом вернусь домой. Лучше там буду дожидаться любимого, тем более что он обещал сразу по возвращении заехать ко мне.