Помоги проекту - поделись книгой:
Баренцево море, рыболовецкое судно «Везучий».
– …и якорем по башке! – закончил свою тираду Тощий. – Ты это видел?
– Что? – Старпом меланхолично погрыз мундштук трубки.
Он вообще не курил, но считал, что трубка – это дань морским традициям. И выглядит солидно.
– Да меня угорь только что током ударить пытался! – Тощий начал тыкать пальцем в сторону рыбной кучи. – Хорошо хоть я в перчатках!
– Угорь? – хмыкнул старпом. – Ты же знаешь, что за пьянку на судне прямая дорога на берег?
– Не пил я, Саныч, богом клянусь! – Тощий приложил свою лопатоподобную ладонь к тщедушной груди.
Он был долговязым и жилистым. Рост осложнял пребывание в кубрике, а вот крепкие мышцы делали Тощего незаменимым матросом. Где-то, вероятно, будущее и наступило, на этой же посудине многое было по старинке, с применением физического труда. «Везучим» владела маленькая конторка, занимавшаяся пивоварением. Рыбный промысел являлся приложением к основному бизнесу, поэтому судно обладало минимальным набором всего, что требовалось по закону.
Если бы старпома кто-то назвал «морским волком», то он бы всю дурь выколотил из рискнувшей так сделать сухопутной крысы. Не любил старпом это название. Тем не менее, таким он и был – опытным моряком, две трети жизни посвятившим рыболовству. И уж в чём, в чём, а в видах рыб он разбирался прекрасно.
– Угорь? – повторил старпом. – Ну, показывай.
Тощий опасливо поднёс багор к валяющимся на палубе рыбам, и из-под слоя сельди действительно раздался сухой треск электрического разряда.
– А не скат? – Старпом медленно подошёл поближе.
– Какой скат? – взорвался Тощий. – Саныч, ты вообще слепой?! Вон же он!
Старпом пригляделся и разглядел тело угря, придавленного уловом. Пока оно не извивалось, угорь сливался с другими рыбами. Теперь же его стало отчётливо видно. Здоровенный! Метра три в длину, с мощной мордой и плавниками. Правда что ли зрение проверить? Как его можно было сразу не увидеть?!
– Так, – скомандовал старпом, – тащи большой сачок. Сколько лет по морю хожу, электрических угрей не встречал. Посадим в бочку с водой, а то помрёт. На берегу научная база есть, им и отдадим.
– Может, продадим? – с надеждой в голосе спросил Тощий.
– Это же учёные. Откуда у них деньги? – Старпом сплюнул за борт.
Когда битва с угрём, который отказывался сдаваться, завершилась, и он отправился в своё временное пристанище, Тощий вернулся к разбору улова.
– Саныч! – заорал он минуту спустя. – Смотри! Тут ещё один, только дохлый!
– Пихай в ту же бочку! – распорядился старпом. – Сами потом решат, что с ним делать.
«Везучий» лениво покачивался на волнах. Чайки летали вокруг траулера в надежде поживиться. Самые наглые получали по спине древком багра и с обиженным криком уносились прочь. Команда разбирала улов, перекладывая рыбу на лёд. И никто из них даже не догадывался, что сегодня матрос Тощий и старпом Саныч стали первыми людьми, увидевшими новый вид, названный впоследствии Electrophorus marine.
Рязань, гипермаркет «Всё и сразу».
Островский и Лёха условились встретиться у главного входа через два часа. Василий управился раньше, поэтому расположился с покупками в зоне отдыха. Раз у него появились свободное время и интернет, Островский решил накачать свежих роликов для Коли. Сыну это явно будет приятно.
В Когриведе мобильный интернет глушился по соображениям безопасности, стационарный присутствовал только в стенах института и жёстко фильтровался, в коттеджах же был доступ исключительно к местной локальной сети. Там выкладывали фильмы и книги, общались на форуме, но это быстро надоедало. «Телек» Коля тоже не смотрел, а по своим образовательным роликам немного тосковал.
К сожалению, сыну придётся просто смотреть видео, поскольку все гражданские устройства на территории института имеют урезанный функционал. Никаких интерактивных функций вроде вопросов ведущему, чей электронный аватар с радостью побеседует на интересующую тему. Web 4.0 был ещё сырым и не сертифицированным госорганами.
Безусловно, он был удобен. Спрашивай – ответят. Нужна полнофункциональная модель устройства с чертежами? Покажут в трёхмерном пространстве с пояснениями. Хочешь симулятор с полным погружением? Пожалуйста! Единственное, что радовало, – Web 4.0, вопреки прогнозам, не стал нейронетом. Иначе людей оттуда просто так было бы не вытащить.
Островский задумался. Как же изменился мир за последние двадцать лет! Те же мультимедийные технологии давали сейчас максимальное погружение. Даже уже не дополненную или виртуальную реальность, а почти полную копию действительности. К счастью, это требовало больших вычислительных ресурсов и было доступно далеко не всем. Не хотелось бы, чтобы повторилась история интернета, когда вместо равного доступа к важной информации люди получили место, где можно смотреть на обнажёнку и картинки с котиками.
При этом сказать, что кардинально поменялось общество, было сложно.
С одной стороны, человечество снова подняло глаза вверх и устремило свой взгляд в космос. Не то что на Земле вообще не осталось проблем, но отсутствие войн и явного противостояния государств купировало большинство из них. Когда ты сыт, одет, обут и защищён, начинает хотеться чего-то больше. И этим «чем-то» для многих людей смогла стать космическая наука, внезапно перещеголявшая многие потребительские радости.
С другой – вечные противоречия никуда не делись. Зависть, ненависть, обман, стремление обладать тем, чем обладает другой, пока не искоренились. Дети, растущие в новом мире, тоже оставались обычными детьми – умными и глупыми, нахальными и застенчивыми, спокойными и задиристыми. Прогресс сделал слишком сильный рывок, чтобы общество смогло это переварить. Новое, полвека назад казавшееся фантастичным, вдруг стало обыденным, общество же такого скачка сделать не успело.
Вернулся Лёха, чем прервал размышления Островского. Василий посмотрел на палатку и спальник в его руках и одобрительно кивнул. Приходилось такими пользоваться. Отличный выбор!
– Вызываю? – спросил Лёха.
– А где цветы? – вопросом на вопрос ответил Островский.
– Какие цветы?! – Лёха захлопал глазами.
– Ты же с Анютой в отделе работаешь?
– Да. Но мы же не…
– И что?! – не дал ему договорить Василий. – Самая красивая девушка института рядом с тобой каждый день крутится, а ты для неё букет зажал!
– Не зажал, – смутился Лёха, – просто у меня на неё никаких планов никогда не было.
– Ты долгих-то и не строй! Действуй по ситуации! – подбодрил его Островский.
– Я же ей руководителем прихожусь. Маленьким, и всё же…
– Ты приказ о её повышении будешь подписывать?
– Нет. Начальник отдела.
– Вот и не выдумывай. Я видел, как она на тебя в столовой поглядывает. Давай, а то всю жизнь бобылём проходишь!
– А наука? – Лёха попытался привести последний аргумент.
– Одно другому не мешает! – Василий был неумолим. – Дуй за цветами! Я тебя тут подожду!
Глава 4.
Рязань, конспиративная квартира «ЭкоТер».
– Что-то?! – удивился Девятый. – Мой личный номер?! А как же конспирация?
До этого он внимательно выслушал планы руководителей ячейки, взвесил все «за» и «против», просчитал возможные последствия и согласился помочь. Повезло, что куратор назначил им внеплановую встречу. Видимо, на него тоже давили, и он требовал хоть каких-то активных действий.
– По нашему номеру тебя могут отследить, – сказал Первый. – Нам бы не хотелось, чтобы всё вскрылось раньше времени.
– Можно же использовать «левые»! – не сдавался Девятый.
– Да, – согласилась Вторая. – Но так есть гарантия, что никто из нас не отступит. Отсутствие анонимности превращает любого из нас в мишень в случае предательства.
– Хорошо! Диктую…
Первый, Вторая и Третий записали его номер, а потом продиктовали свои.
– Вы уверены, что нас не прослушивают? – поинтересовался Девятый.
– Практически полностью, – сообщил Третий. – Иначе нас бы уже убили. В прошлую встречу мы наговорили достаточно для ликвидации.
– Недоработка, – констатировал Девятый. – Я бы так не облажался.
– Оттого мы и попросили тебя о помощи. – Первый ненадолго задумался. – Предлагайте варианты акций, чтобы куратор от нас отстал на какое-то время.
– Раз Когривед мы оставляем себе, – проговорила Вторая, – остаётся только террористический акт. Надо определиться с местом и временем.
– Думаю, это стоит обсудить втроём, – предложил Третий. – Девятому лучше вернуться обратно, чтобы не вызывать лишних подозрений. Ранним субботним утром бодрствуют или бездельники, или шпионы.
– Вы мне не доверяете? – уточнил Девятый.
– Доверяем. Просто лишняя информация тебе ни к чему. Сосредоточься на основном задании.
Далее последовала привычная процедура: мешок, автомобиль, дорога. Оказавшись там, откуда его забрали на конспиративную квартиру, Девятый вызвал такси и поехал в Когривед.
На воротах в этот раз дежурил Ястреб. Когда процедура досмотра завершилась, Девятый спросил:
– Дружище, а сигареткой не угостишь?
– Ты же в город ездил, чего не купил? – Ястреб подозрительно посмотрел на него.
– Да я к сестрёнке ездил. Приболела, – отмахнулся Девятый. – И курить бросаю. Но сейчас так хочется…
– Держи, – Ястреб достал из кармана пачку и протянул сигарету.
– Ого! – присвистнул Девятый. – «Победа»?
– Знаешь? – вскинул брови Ястреб.
– Отец только их курил, – пояснил Девятый. – На службе выдавали.
– Где служил?
– Десантура.
– Уважаю! Ладно, – Ястреб похлопал по автомату, – топай уже. Мне старшой ноги выдернет, если увидит, что я с гражданскими треплюсь.
Девятый кивнул, засунул сигарету за ухо и побрёл в сторону КПП.
Побережье Баренцева моря, научная станция «Иней».
В шесть утра субботы на станции спали все, исключая Олега с Оксаной. Открытие нового вида как специально случилось под выходные, чтобы можно было устроить исследования не в ущерб рабочему времени.
Они сидели рядом с просторным аквариумом и наблюдали за угрём. Последний чувствовал себя замечательно, то залегая на дно, то лениво плавая туда-обратно. Чего нельзя было сказать о его соплеменнике, чьё тело, пропитанное предотвращающим гниение раствором, лежало в недрах автохирурга, готового разобрать рыбу на «запчасти».
– Всё-таки не верю я в такую удачу! – Оксана почему-то хмурилась. – Только узнали о том, что, возможно, существует новый вид, и нам его уже притащили. Ещё и в двойном экземпляре!
– Думаю, дело не в удаче, – ответил Олег. – Норвеги как с катушек слетели со своими морскими нефтяными платформами. Везде их понатыкали. Ещё и рыболовство в Баренцевом море увеличилось. У африканского побережья больше не побраконьерствуешь, а рыбки-то европейцам хочется! Кормовая база сократились, вот угри и вынуждены были переместиться туда, где пищи достаточно.
– И сразу же двое попались, ага! За один раз! – Оксана сама не понимала, зачем спорит, наверное, просто до сих пор не могла поверить в случившееся.
– Такое возможно, – Олег был терпелив. – Раньше считалось, что угри – рыбы-одиночки. На примере речных ещё тридцать лет назад выяснили, что это не так. Они иногда объединяются в группы и координируют действия во время охоты. Наша пара вполне могла быть из такой «банды», большую часть которой рыбаки просто не поймали.
Олег взял сачок, выловил из другого аквариума небольшую треску и отправил её к угрю. Рыба несколько раз трепыхнулась, затем, поняв, что снова в воде, успокоилась и поплыла к небольшому скоплению морской травы, надеясь найти чего-нибудь съестного. Угорь замер, словно прислушиваясь. Из колонок, висевших на стене и соединённых с акустическим датчиком в аквариуме, донеслось лёгкое гудение или потрескивание. Похожее Оксана постоянно слышала, оказываясь поблизости от ЛЭП.
– Низковольтный ток, – прошептал Олег. – Получает сигнатуру добычи.
Треска уже почти достигла зарослей, когда хищник атаковал. Угорь вытянулся в струну, ухватил жертву, и из колонок послышался глухой резонирующий звук. Рыба в его зубах дёрнулась и больше не двигалась. Угорь сделал глотательное движение, и треска отправилась к нему в желудок.
Поделиться книгой: