Виват, Романовы! Часть III

Александр. А вы ведёте себя как бабушка! Забираете меня… у меня!

Марьфёдорна (строго). Это неприемлемо! Ты ходишь с чужим ребёнком! Так нельзя!

Александр (раздражённо). А что мне вообще можно? Разводиться нельзя, детей иметь нельзя… у меня абсолютная власть, и при этом я самый бесправный человек в России!

Марьфёдорна. Если тебе нужны дети, иди и заведи их со своей законной женой!

Забирает у него ребёнка и уходит. Александр хмуро провожает её взглядом. Смотрит на остальных.

Александр. Ладно, что вы там говорили?

Чарторыжский. Мирный договор с Наполеоном. Ты не должен был его заключать.

Александр. Тебя не спросил!

Кочубей. И меня, между прочим!

Новосильцев. И меня! Какой же мы тогда Комитет, если ты не советуешься с нами в таких важных вопросах! Речь идёт о судьбе страны!

Александр улыбается.

Александр. Вы правы. Вы – никакой Комитет. Я вас закрываю.

Чарторыжский. Почему?! Основания?!

Александр. А вы ни во что не ставите его главного члена. Своего императора. Вы… проявляете неуважение к монархии и суверенитету. Вы мне не нужны.

Встаёт и идёт к двери. Оборачивается.

Александр (с укором). Совсем обнаглели уже… говорить мне, что МНЕ нельзя!

Уходит.

Сцена 16

Месяц спустя…

Франция. Париж. Дворец Наполеона. Спальня Наполеона. Ночь. Наполеон просыпается и садится на кровати. Смотрит перед собой.

Наполеон (вслух). Что-то изменилось…

Голос рядом. Здесь я.

Наполеон поворачивает голову и вскрикивает. Рядом лежит Александр.

Наполеон (хватаясь за сердце). Господи! Господи!!! Как же вы меня напугали… как вы сюда попали? Или вы мне… может быть, снитесь? Вы мне часто снитесь в моей спальне…

Александр. Нет, я не снюсь вам. А вошёл я через открытую дверь. У вас было не заперто. Об остальном вам знать не следует…

Наполеон (недоумённо). Но что вы здесь делаете?!

Александр (едва слышно). Я пришёл… чтобы быть с вами. Как вы и хотели.

Наполеон. Но почему вы передумали? Как же этот ваш долг… жена… что вам оторвут голову?

Александр (недовольно). Ой, да ну их к чёрту! Надоели! Я сам кому хочешь голову могу оторвать! Всё равно они не ценят, что я делаю для них… отныне я всё буду делать для себя!

Наполеон радостно тянется к нему и обнимает.

Александр (удерживая его). Но у меня два условия. Не говорите со мной о политике и о любви. Я эти темы не обсуждаю. То есть вы-то говорить можете… но я отвечать не буду!

Наполеон (целуя его). Я говорить вообще не собираюсь… я буду любить вас… молча.

Опускает полог кровати.

СЕЗОН 3

Сцены 17-18-19-20

Сцена 17

Год спустя.

Январь 1809 г. Россия, Петербург. Бал по случаю дня рождения императора. Особняк Нарышкиных. Елизавета Алексеевна сидит на троне. Все собравшиеся гости в ожидании смотрят на пустое место рядом. Вбегает посыльный. Что-то шепчет на ухо Нарышкину. Тот хмурится, качает головой. Поворачивается к гостям.

Нарышкин. Господа, увы… Император не сможет присутствовать на балу.

Вопросительные взгляды.

Нарышкин (нервно). …он до сих не вернулся из заграницы… то есть в дороге поиздержался… в смысле, задержка в дороге… просил… кхм, начинать без него.

Шёпот в зале. Все тихо переговариваются, хмурятся.

Нарышкин (оркестру). Играйте, играйте что-нибудь весёлое!

Елизавета Алексеевна встаёт с трона. Идёт по залу. Слышит шёпот голосов.

Дамы. Что-то давно не видно Александра Павловича… уж не умер ли он? А смерть его от нас скрывают… а страной от его имени правит Сперанский с другими господами…

Кавалеры. Нет-нет, это всё неправдоподобно, что вы! Император жив, безусловно, но говорят, что он Антихрист…

Елизавета Алексеевна подходит к Нарышкиной. Нарышкина у окна кокетничает с офицером.

Елизавета Алексеевна. Мария Антоновна, уделите пять минут времени…

Офицер кланяется и отходит. Елизавета Алексеевна встревоженно оглядывает толпу гостей.

Елизавета Алексеевна. Мы с вами не подруги, но вы проводите с моим мужем времени намного больше, чем я… Скажите, что происходит? В обществе ходят странные слухи… про Александра Павловича.

Нарышкина. Увы, Елизавета Алексеевна, император уже не проводит со мной много времени. Теперь у него другие заботы.

Елизавета Алексеевна (тихо). Сколько раз вы видели его за этот год, Мария Антоновна? Я, кажется, раза три, не более.

Нарышкина. Я видела его шесть раз. (Довольно.) Вдвое больше!

Елизавета Алексеевна. У людей складывается впечатление… возникают подозрения… Что его и вовсе теперь почти не бывает в России! Кто-то успел пустить даже слух о том, что он уже год как умер!

Нарышкина (удивлённо). Какие глупости! Он жив, здоров, и у него роман с Наполеоном! Вы разве не знаете?

Елизавета Алексеевна (в шоке). Это невозможно… что вы такое говорите?!

Нарышкина (приложив ладонь ко рту). То, что я вообще-то не должна была говорить. Проговорилась! Эх! Вы только никому! Это государственная тайна!

Елизавета Алексеевна. Так он свой день рождения встречает…

Нарышкина. В лучшем месте, ага… (Мечтательно.) Но я на него не обижаюсь, и вы не обижайтесь! Я ему целый список заказала, что мне привезти. Вы любите трюфели? А я вот очень люблю.

Елизавета Алексеевна (растерянно). Но как же… здесь..?

Нарышкина (вздыхая). А здесь, Елизавета Алексеевна, ловить нечего! Мы с Дмитрием Ивановичем уже взяли с него обещание, если он окончательно за границу переедет, что нас с собой возьмёт! Уже и домик в Ницце присмотрели… (Окинув её взглядом.) Я бы на вашем мечте тоже что-нибудь зарезервировала. А то местов на всех порядочных людей может не хватить…

Уходит. Елизавета Алексеевна молча провожает её взглядом. Опускается на стул. Закрывает лицо руками. Рядом с ней присаживается небритый, в мятом мундире мужчина с бутылкой.

Мужчина. А я вам говорил… я предупреждал…

Елизавета Алексеевна (испуганно). Вы кто?

Мужчина. Граф Пален. (Пьёт.) Я вам говорил, что его свергать надо было. Знаете, как в России говорят: «Кто единожды против отца пойдёт – потом Родину-мать перейдёт…»

Елизавета Алексеевна (дрожащим голосом). Это неправда… Саша не такой. Он ничего плохого не хочет… это недоразумение.

Граф Пален (улыбаясь беззубым ртом). Его повесят… на воротах! Я бы на вашем месте тоже за границу бежал. Вам можно. Вы не русская.

Уходит.

Сцена 18

В то же время в Германии…

Эрфурт. «Эрфуртский конгресс». Императорский зал Эрфурта. Бал. Александр, Наполеон, Франц I, лорд Уитворт, Фридрих III, Густав IV, дамы и господа. Накрыты столы, у стены стоит два трона под пологами с гербами Российской империи и Франции. Александр стоит у стола в окружении лорда Уитворта, Фридриха III и Густава IV. На противоположной стороне, на своём троне, сидит в окружении знатных дам и господ Германии Наполеон.

Уитворт (Александру неприязненно). Я лично и мой король глубоко опечалены происходящим. После всех тех заверений в дружбе и расположенности к Англии вы, Ваше Величество, вступаете в этот возмутительный союз с нашим врагом и преступником! Неужели это благодарность Англии за помощь?

Александр. Ах, да что вы, лорд Уитворт… всё совсем не так! Во-первых, лично я вас ни в чём не заверял, во-вторых, ничего личного! В торговле всегда так… быстро всё меняется! Мы ничего не имеем против Англии! (В сторону.) Хоть вы у нас и в чёрном списке…

Уитворт. В каком-каком я списке? Что за список?!

Александр. Да так… есть один список… вы бы у Графа Палена спросили, если вы с ним ещё поддерживаете контакт.

Франц I. Австрия тоже в вашем списке?

Александр. Конечно, вы бросили нас под Аустерлицем..!

Густав отходит в сторонку. Александр смотрит на него.

Густав (понуро). А я не женился на вашей старшей сестре, как обещал…

Фридрих. Ну а я вам что сделал?!

Александр. Ничего!

Фридрих. Ну слава богу!

Александр. В том и дело, что вы нам ничего не сделали полезного! Мы мирная страна, мы ни с кем не хотим войны! Мы в эти ваши европейские конфликты не влезаем… мы миротворцы!

Густав (мрачно). Да? Тогда почему сегодня здесь только два флага?

Фридрих (жалобно). И два стула… у меня уже ноги отваливаются.

Уитворт. Миротворцы, говорите? Вы уже неделю здесь не вылезаете из конгресса с Наполеоном… и каков результат?

Александр. Лорд Уитворт, господа, вы как-то болезненно на всё реагируете… на свой счёт принимаете… какие-то обиды у вас. (С улыбкой.) Да ладно вам, всё хорошо будет!

Уходит. Все смотрят ему вслед.

Фридрих. У вас тоже такое ощущение, что над нами издеваются?

Густав. Не понимаю… как им удалось договориться? Ведь с Наполеоном невозможно договариваться, это всем известно! Можно только уступить ему в том, что он просит…

Переглядываются.

Уитворт. Да, интересно, в чём он ему уступил, что у обоих такие довольные лица?

Перекрутка.

Наполеон сидит на троне и смотрит на Александра, который разговаривает с гостями. Вокруг него собралась политическая элита Германии.