Виват, Романовы! Часть III

Константин (вскакивая). Кто?!

Марьфёдорна. Я такого не говорила..!

Александр (махнув рукой). Продавщица-содержанка… Какая разница?

Марьфёдорна. И к тому же замужняя!!!

Александр. Прости, но ты скрыл от меня важную информацию. Я не могу дать разрешения на этот брак.

Константин. Но ты же согласился!

Александр. Ну, я думал, она какая-то французская графиня… баронесса. Ну или что-то вроде этого… Тебе на продавщице жениться никак нельзя. Извини.

Смотрит на Марьфёдорну. Марьфёдорна кивает.

Александр. Я не разрешаю.

Константин встаёт, выходит из комнаты. В коридоре раздаются грохот и вопли.

Александр (печально). Ну вот, он расстроился… ему это вредно. Матушка, а если без развода… пусть живёт с ней, мы им какой-нибудь ненужный дворец отдадим? (Смотрит в коридор.) а то потом костей не соберём…

Марьфёдорна (фыркнув). Да пусть живёт с кем хочет! Но развода не будет! Никогда! Для нашей семьи это невозможно!

Александр. Матушка, то есть для всех нас разводы никак не возможны?

Марьфёдорна. А почему ты спрашиваешь? (В ужасе.) Только не говори, что ты хочешь тоже развестись с Елизаветой Алексеевной!!!

Александр (смущённо). Вообще-то хочу. Она рожает мне чужих детей.

Марьфёдорна (хватаясь за сердце). О господи! Я этого боялась! Я знаю, чего ты хочешь! Я знаю, ради кого!!! Этого не будет никогда!

Александр (холодея). Да что вы… не ради кого. Я так… просто… ради свободы.

Марьфёдорна (сурово). Ради Марии Антоновны? Она совсем вскружила тебе голову!

Александр. Кто? (С облегчением.) Ах да… ну, она такая… да… только я не собираюсь на ней жениться, ибо она счастлива замужем.

Марьфёдорна. Даже не думай! Она, конечно, красивая девушка, но народ не простил бы тебе такой императрицы! А Елизавету Алексеевну любят больше всех нас.

Александр. То есть каждый из нас обречён на сосуществование с супругом или супругой? И жениться второй раз нельзя?

Марьфёдорна. Можно. Если кто-то овдовеет.

Александр (задумчиво). Матушка, а вы сами-то снова замуж не хотите? А то я не против… и отец, мне кажется, бы одобрил.

Марьфёдорна (возмущённо). Никогда! Я буду верна своему мужу и после его смерти! Никаких браков!

Александр. Понимаю, вам хочется наконец-то спокойно жить для себя… (Тихо.) А как мне хочется…

Уверенно встаёт.

Александр. Значит, решено. Никаких разводов! Константин пусть сожительствует со своей француженкой, Анна Фёдоровна тоже найдёт с кем жить, я буду с Марией Антоновной… а Елизавета Алексеевна… обойдётся!

Марьфёдорна. Вот это очень мудро, Саша! Кстати, о Марии Антоновне. Я тебя, конечно, осуждаю и всё такое… но у тебя вчера родилась дочь.

Александр. Опять?! (В шоке.) В смысле… опять дочь! Что ж такое… когда будет сын? Нет, серьёзно… (С недоумением.) Почему у меня всё время рождаются девочки? Что бы это значило?

Сцена 13

Петербург. Церковь. Крестины маленькой Софьи Нарышкиной.

У алтаря стоит Мария Антоновна, Дмитрий Иванович, Александр, Марьфёдорна, Константин, Екатерина Павловна, Елизавета Алексеевна и др.

Все. Дмитрий Иванович, поздравляем вас!

Нарышкин держит на руках кулёк с младенцем, улыбается. Передаёт кулёк Александру.

Нарышкин (тихо). Вот, Александр Павлович, поздравляю!

Александр (тихо в ответ). А вы сами-то не хотите? Ну, вы же понимаете… Ну, я, конечно, могу подержать…

Нарышкин. Нет-нет! Для меня это честь! Выбор отца для детей Марии Антоновны – моя святая обязанность!

Александр (шёпотом). Но я же не могу всех её детей как своих принимать! Это третий уже…

Нарышкин. Этот вам понравится!

Александр заглядывает в кулёк. На него улыбается и смотрит младенец с ярко-голубыми глазами.

Александр (изумлённо). Ой… а эта действительно похожа на меня! Матушка, посмотрите, по-моему, похожа…

Марьфёдорна заглядывает в кулёк.

Марьфёдорна (уверенно). Да, это вылитый ты! Тебя, конечно, у меня забрали быстро и унесли, но, по-моему, точная копия..

Константин и Екатерина Павловна тоже заглядывают в кулёк.

Константин (удивлённо). И правда… это ты!

Екатерина Павловна. Точно ты. Смотри-ка… и улыбается, прямо как ты! Того и гляди заговорит и скажет…

Все (хором). «Здравствуйте, рад вас видеть, господа!»

Александр. Мария Антоновна, вы как это сделали? Просто моя копия! (Шёпотом) Кто отец-то, мне расскажете? Интересно ужасно!

Нарышкина (небрежно). Ах… там… так! Вы отец, на вас же похожа…

Екатерина Павловна. Понятно, она сама не знает…

Александр демонстрирует кулёк Елизавете Алексеевне.

Александр. Елизавета Алексеевна, вот, смотрите как надо! Вылитый я!

Елизавета Алексеевна (рука-лицо)

Александр (в восторге). Да, эта мне действительно нравится… и самое интересное… что я ей – тоже…

Сцена 14

Покои Елизаветы Алексеевны. Александр сидит в кресле и держит на руках младенца. Елизавета Алексеевна вышивает.

Александр (умиляясь). Нет, ну она мне прямо вообще очень нравится!

Елизавета Алексеевна. В вас проснулись отцовские чувства?

Александр. Во мне проснулось чувство прекрасного! Потому что она прекрасна! Вот, посмотрите…

Суёт ей ребёнка.

Елизавета Алексеевна. Вы не могли бы сходить с ума от восторга где-нибудь в другом месте? Я не собираюсь умиляться на чужого ребёнка, который не имеет ко мне никакого отношения. И к вам, кстати, тоже. Вы же в курсе?

Александр. Ну и что… я её заберу себе… (Укачивая ребёнка.) и буду с ней играть и её баловать, и всё ей разрешать… а когда она вырастет, я ей дам много денег и полную свободу… она сама себе выберет мужа и сможет потом, если что, с ним развестись…

Елизавета Алексеевна (тяжело вздохнув). Я поняла. Вы думаете, она будет жить вашей несбывшейся жизнью. Но, Саша, Нарышкиным от вас нужны только деньги. Неужели вас это не оскорбляет? Я бы ещё поняла, будь этот младенец действительно рождён от вас…

Александр. Не оскорбляет. У меня много денег, мне не жалко. (Смотрит на неё.) Вы могли быть на месте Марии Антоновны. Но вы предпочли быть совершенством! Что ж, ваше право.

Елизавета Алексеевна. А мне вот очень обидно, что моих детей вы отвергли и раздали, а детей Марии Антоновны…

Александр. Кстати! А где ваш ребёнок? (Недоумённо.) Тот, последний. Я же помню, что у вас был ребёнок… где он? Они могли бы стать подружками…

Елизавета Алексеевна (сухо). Его тоже забрали. Пришли родители Алексея Охотникова. Плакали и просили отдать им память о сыне. (Ехидно.) И ваша сердобольная матушка отдала.

Александр. То есть вы теперь более-менее свободны? (Радостно.) У меня есть идея! А давайте заберём себе эту лапочку, заменим ей ту, что отдали, и будем её растить как свою дочь!

Елизавета Алексеевна. Акак же Мария Антоновна?

Александр. Она нам ещё сделает.

Елизавета Алексеевна. Саша, я иногда вас слушаю и поражаюсь ходу ваших мыслей. Вы какие-то дикие вещи предлагаете сделать… и так легко!

Александр. Я, по крайней мере, хоть что-то предлагаю! (Недовольно.) А вот вы, Елизавета Алексеевна, всё отвергаете… за вас готовы рожать детей, избавлять от мук вынашивания и родов…

Елизавета Алексеевна. А вас от мук зачатия, стало быть.

Александр (недовольно). Да ну вас вообще! (С нежностью смотрит на ребёнка.) Сонечка будет только моя…

Уносит ребёнка.

СЕЗОН 3

Сцены 15-16

Сцена 15

Министерство. Кабинет Негласного комитета. Собрание. Присутствуют Александр, Чарторыжский, Новосильцев, Кочубей. Все смотрят на Александра. Александр сидит во главе стола, держит на руках и поит из серебряного поильника ребёнка.

Чарторыжский. Теперь что касательно Тильзитского договора… (Недовольно.) Слушай, может быть, ты всё-таки положишь её и займёшься делами?

Александр. Можешь ли ты стерпеть ожидание в пять-десять минут?

Чарторыжский. Могу.

Александр. А она – нет! Её потребности важнее твоих…

Чарторыжский (тихо Кочубею). Он нашёл своё призвание… быть матерью!

Вбегает Марьфёдорна.

Марьфёдорна. Ах, Ваше Величество, что вы! Давайте я её унесу…

Пытается забрать ребёнка. Александр уворачивается.

Александр. Не надо, матушка… оставьте!

Марьфёдорна (шёпотом). Саша, прекрати! Ты не можешь ходить с ней по Министерству!

Александр. Ещё как могу!

Марьфёдорна. Но это не твоя дочь!

Александр (возмущённо). Как это не моя?!

Марьфёдорна. Официально – это дочь Дмитрия Ивановича!

Александр. Он мне её отдал!

Марьфёдорна. Ты сейчас похож на своего отца в день твоего рождения.