Помоги проекту - поделись книгой:
— Трудно сказать… она его постоянно контролирует, а он не смеет возражать.
— Друзья у него есть?
— Близких точно нет. Но это еще полбеды…
— А что главное?
— Цесаревичу недавно исполнилось шестнадцать, а он все еще не обрел Дара.
— Это настолько важно?
— Более чем. У многих членов августейшей фамилии сыновья если и не гроссы, то все же одаренные и при том обладают значительной Силой. Многие сенаторы просто не допускают и мысли о нахождении во главе страны простеца, пусть и сына императора. И тут закручиваются такие интриги, что…
— Понятно. И чего хочет от меня супруга Александра Третьего?
— Она узнала, что ты смог инициировать Виктора.
— Это случайность.
— Может и так, но Марцева считает, что это одна из твоих уникальных способностей, и сумела убедить в этом царицу.
— В чем?
— В том, милый, что ты сможешь пробудить Дар в наследнике.
— Да она с ума сошла!
— Не думаю, — с сомнением покачала головой юная фрейлина. — Лидия Михайловна один из крупнейших мировых авторитетов
— Угу, — хмыкнул Март. — Меньше чем на полцарства не соглашусь! И чтобы цесаревич был у меня на побегушках… блин, бедный парень, еще ничего толком в жизни не видел, а уже всем должен!
— Слушай, ты по мне скучал или по его высочеству? — подозрительно посмотрела на своего суженого Александра.
— Ну, конечно же, по тебе! Я вон все дела бросил, в надежде тебя увидеть…
— Врешь! Тебя императрица позвала, а ей не отказывают!
— Одно другому не мешает. И вообще, если бы не приглашение, я все равно сюда бы забрался….
— Под покровом ночи в темном плаще?— загорелись глаза у Саши. — Как романтично!
— Ага, с гитарой и шпагой.
— Мадемуазель Зимина! — раздался из-за двери чей-то голос. — Вас ищут!
— Кто это? — вопросительно посмотрел в ту сторону Март.
— Да так. Подруга. Прости, милый, мне пора.
— Мне тоже, — вздохнул Колычев.
Глава 2
Говоря о занятости, Март нисколько не преувеличивал. Сан гросса и дедовское наследство не только ввели его в высший свет Петербурга, но и навалили множество дел, которые, сколько ни занимайся, только увеличивались, разрастаясь как снежный ком. И если с финансами еще как-то помогал разгрестись Беньямин, то что прикажете делать с приглашениями на одно и то же время из трех разных салонов. Княгини Оболенской, баронессы Клейнмихель и графини Паниной?!
Впрочем, с последним Шурка его все-таки просветила.
— Ты думаешь, тебя там к стулу привяжут? Приедешь сначала в одно место, как ты говоришь, потусуешься, потом во второе…
— А потом в третье, — понимающе кивнул Март.
— В третье не вздумай!
— Почему?
— Потому что род графов Паниных пресекся еще в конце прошлого века, и все нынешние — самозванцы! Конкретно эта — из купцов. Титул купила в Австро-Венгрии и упорно лезет в высшее общество, так что появляться там жуткий моветон!
— Понятно, значит, проигнорирую…
— Нет! Это невежливо. Пошлешь записку с извинением, что не сможешь. Дескать, во дворец вызвали или что-то в этом роде.
— Все так сложно?
— А ты как думал, милый?
Но это были еще цветочки. С наследством рода Колычевых все обстояло гораздо сложнее. Чем глубже Март погружался в дела семейного предприятия, тем яснее ему становилось, что ОЗК находится на краю пропасти. Впрочем, начиналось все почти благостно.
Как принято говорить в нашем богоспасаемом отечестве, в один прекрасный день к Колычеву явились его адвокаты или, точнее, поверенные в делах — Петр Петрович Вересаев и, конечно же, Семен Наумович Беньямин, собственной персоной. Судя по довольным лицам юристов новости были более чем хорошими. Во всяком случае, Бенчика просто распирало от радости.
— Поздравляю, Мартемьян Андреевич, — прочувствованно заявил он, с трудом сдерживаясь, чтобы не сжать своего клиента в объятиях. — Все получилось!
— Рад слышать, — улыбнулся в ответ Март, одновременно делая приглашающий жест, дескать, садитесь. — Но мне хотелось бы знать подробности.
— О, этого у нас хоть отбавляй! — засмеялся адвокат, плюхаясь в кресло. — Начинать с хороших новостей или с тех, что похуже?
— Даже так? Пожалуй, лучше с хороших. Кстати, господа, кофе будете?
— Непременно и лучше всего с коньяком. Впрочем, последний можно и без кофе!
— Танечка, — нажал кнопку интеркома капитан. — Свари для наших гостей… вы с чем предпочитаете?
— Со сливками, — подал голос молчавший до сих пор Вересаев.
— Один капучино и два американо, — продолжил Март, после чего, посмотрев на Беньямина, добавил, — и нарежь лимона.
— Ну а пока, если не возражаете, я посвящу вас в подробности, — взял на себя инициативу Петр Петрович. — Документы о признании вас наследником родового состояния прошли все инстанции и даже утверждены государем. Так что поздравляю, отныне вы полноправный владелец большей части империи Колычевых.
— И насколько велика эта часть?
— О! Больше, чем может представить самое смелое воображение! Заводы, фабрики, шахты, многочисленные складские и портовые комплексы, а также иные объекты недвижимости. Плюсом к тому банковские счета и пакеты акций сторонних предприятий.
— Это понятно, но вы сказали «большей части». Значит, есть еще часть, не так ли?
— Совершенно справедливо. Итак, вы контролируете напрямую или через принадлежащие вам паевые фонды примерно три четверти корпорации. Это, как вы надеюсь, понимаете, дает вам абсолютное большинство голосов при любых раскладах.
— У кого же остальная четверть?
— А вот тут не все просто, Мартемьян Андреевич. Изначально часть этого пакета принадлежала вашей покойной тетке — Нине Ивановне.
— И кому же эта доля перешла после безвременной кончины графини Оссолинской?
— Ее сыну и вашему двоюродному брату, разумеется. Отставному ротмистру лейб-уланского полка графу Оссолинскому.
— Отцу пана Анджея? — понимающе кивнул Март. — Это пустяки. Я уж боялся, что на имущество изменника наложит руку казна…
— Это было бы меньшим из зол, — вмешался помалкивающий до сей поры Беньямин. — Но все гораздо хуже.
— В смысле?
— По факту, у Оссолинского не более десяти процентов акций, да и те по большей части в залоге.
— А где же остальные?
— Ваша покойная тетя, к сожалению, жила не по средствам и время от времени продавала принадлежащее ей имущество. В том числе и акции.
— Кто их купил?
— Точно неизвестно. Официальным держателем является один трастовый фонд, зарегистрированный на Виргинских островах. Кстати, заложенные акции также контролирует он.
— Постойте-ка, — задумался Колычев, — а это законно?
— Не совсем, — осторожно подбирая слова, ответил адвокат. — Формально, иностранцам запрещено владеть предприятиями оборонного значения, однако в этом фонде, скажем так, находятся средства некоторых подданных российской империи, причем, очень влиятельных, так что…
— Серая область права?
— Совершенно справедливо!
— Эти акции можно выкупить?
— А вот тут самое интересное, — снова подал голос Семен Наумович. — Ваш дядя, я имею в виду Федора Ивановича, несмотря на свою увлеченность наукой, вполне понимал опасность подобной ситуации и начал выкупать акции сестры. Но успел провести сделки только по части пакета.
— И что же ему помешало завершить задуманное?
— Смерть!
— Даже так?
— Боюсь, что многоуважаемый коллега несколько преувеличивает, — поморщился Вересаев. — Не стану скрывать, такая версия существует, но сколько-нибудь твердых доказательств у нас нет!
— Ха-ха-ха! — саркастически рассмеялся Беньямин. — Покойный приостановил выплаты по всем акциям, разом уронив их стоимость на бирже, после чего предложил сестре и всем прочим держателям выкуп по прежней стоимости и тут же скончался…, вы верите в подобные совпадения?
— Загадочная история.
В этот момент в кабинет вошла Таня, и разговор на время прекратился. «Ночная Птица» в последнее время стояла на приколе, а бумажных дел было столько, что девушке пришлось взять на себя работу с корреспонденцией, а потом и всю остальную секретарскую службу.
Это, помимо всего прочего, вызвало некоторые перемены в ее облике. Строгую летную форму сменил куда более женственный английский костюм, а уставные полуботинки уступили место изящным туфелькам. Парикмахер привел в порядок волосы, каким-то чудом сумев превратить мальчишескую стрижку в модный «паж», а легкий макияж добавили ее личику выразительности.
Расставив чашки с напитками и блюдечко с разложенными веером дольками лимона, она немного робко улыбнулась присутствующим.
— Танечка, вы — чудо! — тут же подскочил со своего места Бенчик и попытался приложиться к ручке. — Ей богу, был бы я моложе, непременно за вами приударил!
— Полно вам, Семен Наумович, — смутилась девушка, все еще не привыкшая к тому, что может нравиться, и вопросительно посмотрела на Марта. — Вам еще что-нибудь нужно?
— Благодарю, Татьяна, пока нет.
— Тогда я пойду?
— Конечно!
— Эх, молодость-молодость, — с сожалением проводил ее взглядом Беньямин. — Куда же ты удалилась?
— Осторожнее, — хмыкнул Колычев, доставая из сейфа початую бутылку «Мартеля» и маленькие стопки. — Витька в последнее время ревнив как черт!
— Уже боюсь, — пренебрежительно ухмыльнулся адвокат.
— Господа, если вы не против, я продолжу! — вмешался Вересаев. — А уж потом не грех будет и выпить…
— Да-да, я вас слушаю.
— Остались, впрочем, сущие пустяки. На фоне прочего, разумеется. На депозитных счетах вашей семьи в данный момент находится сумма порядка ста сорока миллионов рублей золотом.
— Приличная сумма. А сколько мои личные активы стоят в целом?
— Точную цифру я вам озвучить не смогу, но думаю, по самым скромным оценкам, это еще не менее полумиллиарда рублей золотом. Все земельные участки и здания не находятся в залоге и не имеют обременений. Налоги мы по ним платим исправно, равно как и получаем прибыль, резервируемую на особом накопительном счете. Прошу ознакомиться с балансовым отчетом за прошедший год по управлению имуществом, — и Вересаев, вынув из портфеля небольшую папку, положил ее на стол перед Мартом.
— Да, спасибо. — Колычев отложил документы в сторону. — То есть я реально располагаю этими средствами?
— Если вы о возможности взять кредит под залог активов, то, думаю, несколько меньше.
— Есть еще что-нибудь, что мне следует знать перед встречей с советом директоров?
— Пожалуй, да. Перед вами непременно поставят вопрос о кораблях.
— Что, простите?
— Видите ли, в чем дело, еще ваш дед Иван Архипович учредил фонд, который приобретал у ОЗК тяжелые транспорты и грузопассажирские лайнеры, а затем сдавал их в аренду с правом выкупа. Часть флота работает по прямым контрактам с перевозчиками, часть — через крупные конторы-арендаторы, ведущие дела с субарендаторами.
Поделиться книгой: