Кольцо мертвой ведьмы

Волчара снова оскалился:

— Посмотрим?

Не дожидаясь ответа, он рванул веревочку, разрывая печати, и быстро перевернул сумку горловиной вниз. На траву посыпались камни, несколько битых кирпичей в саже, какие-то деревянные кубики и гнутые ржавые железки.

— Хороши сокровища! — хохотнул сыскарь.

По его тону, Илья сразу понял, что тот и не надеялся найти в его суме золото или еще что ценное.

— Ладно, — прищурился Волчара. — Понимаешь ведь, что в дерьмо попал? Хотя я тебя и предупреждал!

Он наставительно поднял верх указательный палец.

— Давай, рассказывай, как было дело. Жизнь тебе обещать я не буду, ты ведь и сам все понимаешь. Могу обещать тебе только смерть. Расскажешь, как всё было — смерть будет легкой. Похороню тебя, как человека. А начнешь юлить и вилять — умирать долго будешь и останешься тут, на корм собакам и волкам.

— Я все понял, — равнодушно кивнул Илья.

Он уже ясно понял, что с этой полянки ему не уйти живым. Поэтому Илья начал свой рассказ с момента, как к нему подошли Лука и Ждан у барной стойки. Рассказывал всё честно. Единственное, не рассказал, как вырубил толстяка в коридоре; обошел также вниманием ребятишек, которые искали место для клада на чердаке и твердо решил не говорить про ночное убийство. Стало почему-то стыдно. Словно убил того дурика из-за перочинного ножа.

Когда Илья дошел в своем повествовании до места, где он лежал под мостом и слушал разговор, то Волчара посмотрел на пленника странным, словно осоловевшим взглядом.

— Ну, ты даешь, — пробормотал сыскарь. — Вот ведь случаи какие бывают. Я бы в жизни не поверил, если бы мне кто про такое рассказал. Продолжай.

Илья продолжил рассказывать, а в голове билась досадная мысль — «далась мне эта чертова рощица! Обошел бы ее стороной и сейчас бы шагал себе, да посвистывал».

Но тут же он понял, что это ничего не изменило бы. Волчара явно не тот, кто останавливается на полпути. Они бы нагрянули вечером в Заречье и легко нашли его. Арестовали бы, а там… Всё могло закончиться точно также, но только лес был бы по ту сторону реки…

Наконец, парень закончил свой рассказ.

— Хорошая былина, — похвалил его Волчара. — Ну, а ты сам-то, какой вывод из всего этого сделал?

— Вывод простой. Не в свое дело — не лезь. Если ты речная рыба, то нехрен тебе в море делать.

Волчара несколько секунд смотрел на пленника, словно не понимая, а затем вдруг расхохотался лающим смехом, подняв голову к небу. Прочие же его ребятки стояли и сверлили пленника суровыми взглядами.

— Ладно, мужик, — сказал командир отсмеявшись. — Все с тобой ясно. Пообещали они тебе золотые горы, а ты и рот разинул. Бывает. Только вот, что с тобой теперь делать?

Илья с трудом пожал плечами. Просить пощады и умолять он не собирался. Эти ребята не из тех, кто милуют. Так зачем зря унижаться?

— Не знаешь? — спросил Волчара. — А я знаю.

Он несколько секунд смотрел на пленника задумчивым взглядом, а потом сказал:

— Ничего мы с тобой делать не будем! Скажи спасибо, что ты мне попался. Другой бы тебя не отпустил, а я отпущу. Иди своей дорогой и живи, как знаешь. Но в чужие игры больше не лезь. Попадешься еще раз мне на пути — второй раз я тебя не прощу.

Всю эту тираду, рассчитанную на дураков, Илья пропустил мимо ушей.

— Не надо, — сказал он.

— Что не надо? — наигранно удивился Волчара.

— За дурака меня считать не надо. Делайте, что решили.

Волчара несколько секунд задумчиво смотрел на него, а затем сказал:

— Встать!

Он сделал знак своим парням, и двое сыскарей, стоящие рядом, подхватили и поставили пленника на ноги.

— Ну! Иди вон туда! Там дорога, она к тракту ведет.

Илья вздохнул, повернулся и медленно двинулся в указанном направлении.

«Арбалетов у них вроде нет, — равнодушно думал он. — Значит, нож метнут».

Бежать он даже и не думал. Все равно, шансов спастись — нет. Только удовольствие этим скотам доставишь.

— Так вы что, полковник? — послышался позади удивленный голос одного из парней. — Отпустите его?

— А ты что, против? — злым голосом откликнулся Волчара.

— Так… У него же нож был… Это же Петрухи нож. Я точно помню, там вмятина. Нельзя его отпускать!

— А я твоего мнения спрашивал? — в голосе командира зазвучал металл и злость.

Илья шел и шел, но ничего не происходило. Он не оборачивался, но знал, что от компании сыскарей его уже отделяет множество деревьев, что исключало убийство метательным оружием.

Впереди показался край леса. Не останавливаясь, Илья вышел на открытое пространство. Прямо перед ним виднелась проселочная дорога, идущая к югу. Именно ее он пересек, перед тем, как войти в этот чертов лесок.

На негнущихся ногах он дошел до дороги и двинулся по ней на юг, в сторону тракта.

Иллюзий он не строил. Не похож этот Волчара на добряка, способного проявить милосердие. Решил поиграть, как кошка с мышью.

Дорога поднялась на пригорок и двинулась вниз, в небольшую долину. На противоположном склоне, справа, в отдалении росла полоса кустарников, тянущаяся вдоль дороги. Илья подумал, что можно броситься туда, залезть под ветки. Попытаться спрятаться и, если повезет, спастись.

Однако, не думая долго, он отбросил эту мысль. Ну, уйдет он сейчас от смерти? А дальше что? Где он живет, Волчара знает. А если домой не идти, то куда? В бега? На кривую дорожку — в разбойнички? Лить чужую кровь, а затем на виселицу? Или что? Бродягой становится? Наняться на какую-нибудь глухую ферму, где работать за еду, надеясь, что хозяин не выдаст? Это разве жизнь?

Когда Илья спустился на дно долины, за спиной послышался топот приближающихся лошадей.

Он сразу понял, кто это и с какой целью.

Топот все ближе, всадники поднялись на пригорок, и начали спускаться вниз. Они все ближе. Илья остановился на краю дороги и посмотрел на небо. Там плыли два маленьких облачка, которые становились все меньше и меньше.

Хотелось о чем-то подумать, но мыслей не было. Он просто стоял и ждал удара клинком.

Всадники уже рядом… Илья же смотрел в небо.

Вот сыскари приблизились. Первые скачут мимо…

Несколько секунд и кавалькада пронеслась мимо. Никто даже не посмотрел на него. Илья видел их затылки и даже разглядел в поднятой пыли скакавшего впереди всех Волчару. Он посчитал всадников — шестеро, как и должно быть.

Они поднялись по противоположному склону долины и через несколько секунд скрылись из вида. Топот начал стихать.

Воцарилась тишина. Плывущие облачка растворились в небе. Где-то рядом щебетал жаворонок. В траве стрекотал кузнечик.

Тут у Ильи не выдержали нервы. Из глаз, помимо воли, полились слезы. Он постоял, трясясь и беззвучно плача, а потом, нетвердым шагом, двинулся вперед. Не успел он начать подъем на горку, за которой скрылись всадники, как сбоку послышался свист.

Оглядевшись, Илья увидел, как в кустах, что он заметил ранее, сидит и оживленно жестикулирует какой-то тип, призывая его к себе.

Еще ничего не подумав, Илья двинулся к нему. Приблизившись, он увидел, что перед ним молодой парень с вытянутой мордой и копной светлых волос. Одет тот был в рубаху, широкие штаны и сапоги. Все явно ему не по росту и сильно ношенное.

Илья узнал его — это был некто Ромик — местный дурачок-бродяжка. Несколько раз в месяц он захаживал в Заречье и побирался там на пристани.

— А ты везунчик, — сказал придурок, кривя рот и ухмыляясь. — Живым остался.

Он тихо засмеялся беззубым ртом.

— Ты это про что? — поинтересовался Илья, не зная как на это реагировать.

— Конников видел? Ну вот! Они тебя не убили!

Дурачок опять засмеялся.

— А почему они должны были меня убить?

— Э! — Ромик поднял палец и с умным видом уселся на задницу. — Я не дурак — кое-чего в жизни понимаю. Садись.

Илья, сам не зная зачем, присел на корточки.

— Я тут, в кустах, сидел час назад, — сказал попрошайка. — А они едут. И не по дороге, а там, — он ткнул пальцем за плечо. — По полю, от тракта. И не одни! Понимаешь, о чем я?

Илья отрицательно покачал головой.

— Эх, дурья башка, — опять засмеялся дурачок. — Там еще один с ними был. Лежал поперек седла. Они его куда-то туда везли.

Он кивнул в сторону рощицы, из которой недавно вышел Илья.

Потихоньку, потрясение стало проходить, и парень снова начал думать.

— Так это вот эти были? — он показал в сторону, где скрылись всадники.

— Ну, а я тебе про что? — ухмылялся придурок. — У всех рожи были замотаны. И они кого-то везли. А теперь назад поскакали, но без него. Понял?

Не зная, что ответить, Илья молчал.

— И ведь тебя они не тронули, — продолжал радоваться дурачок. — Я как тебя увидел и как их увидел, думаю — сейчас они ему дадут! А они вон чего! Просто уехали!

— Понятно, — сказал Илья, вставая на ноги.

Дурачок тоже поднялся:

— Ну чего? — спросил он. — Пойдем?

— Куда?

— Ну, туда, — Ромик кивнул на лес за бугром. — Посмотрим где он там.

Илья несколько секунд смотрел на парня безумным взглядом. Потом до него дошло, о чем это тот. В другое время он, конечно же, уже шагал прочь, но не сейчас. Слишком много на него свалилось. Совершенно не зная, зачем он это делает, Илья сказал:

— Идем!

Он первым, быстрым шагом направился к рощице. Дурачок вприпрыжку поспешил за ним.

В лесу они разделились. Рощица эта так себе — островок на вершине пологого холма. Пару сотен метров в диаметре. Илья начал ходить, внимательно смотря себе под ноги. Выйдя на знакомую полянку, где он совсем недавно прощался с жизнью, Илья обнаружил, что там валяется мусор, который он два дня нес на себе. Однако самих мешков не оказалось.

Еще через несколько минут поисков раздались крики Ромика:

— Эй! Эй! Иди сюда!

Поспешив на голос, Илья увидел, что дурачок, переминаясь с ноги на ногу, стоит и смотрит на землю. Подойдя ближе, парень увидел вытянутый участок перекопанной земли.

Ромик, обхватив свой подбородок обоими руками, стоял и, поеживаясь, смотрел на свежую могилу.

— Вот тут они его и закопали, — благоговейно проговорил он.

Илья, словно им кто-то управлял, шагнул к вскопанной земле и руками начал ее раскапывать.

Дурачок испуганно взвизгнул и побежал прочь, ломая ветки. Не обращая на него внимания, Илья рыл и разгребал землю, словно животное.

Как он и предполагал, могила оказалась неглубокой. Едва по колено. Показалась темная материя — покойник лежал, накрытый плащом из добротной черной ткани. Потянув на себя плащ, Илья увидел ноги. Определив где голова, начал отбрасывать землю там. Через десять минут, откинув последние комья земли, он потянул на себя плащ и увидел лицо покойника. Седоволосый мужик лет пятидесяти с крючковатым носом и жутко оскаленными зубами.

Илья отстранился и призадумался. Он был почти полностью уверен, что увидит кого-то из компании Саввы. Может быть Ждана, Луку, а то и самого Савву. Но это какой-то незнакомый мужик. Хотя, может быть и из компании богатея. Мало ли у того подручных, с которыми он, Илья, не знаком.

Снова накрыв лицо трупа плащом, Илья начал закапывать яму.

Завершив дело, он почистил одежду от грязи и пошел прочь. Выйдя из леса, он увидел только пустую дорогу. Дурачка нигде не наблюдалось. Быстрым шагом Илья двинулся по дороге на юг — туда, куда уехал Волчара.

Особых мыслей не было. Что касается покойника, то, скорее всего, Волчара захватил его на тракте. А затем вывез сюда и закопал. А может перед этим и допросил с пристрастием. Думать на эту тему не хотелось. Тому мужику, в могиле, уже не помочь, а о себе следовало подумать.

Хотя, что тут думать? Яснее ясного, что с ним Волчара еще не закончил. Вряд ли этот матерый сыскарь решил, что на сегодня одного убийства достаточно и решил подарить ему жизнь. Черта с два! Этот тип из тех, для кого убить — что раз плюнуть!

Но тогда зачем он это делает? Все-таки решил поиграть, как кошка с мышью? Будут наблюдать за мной? Но зачем? Используют как свою приманку, чтобы поймать на меня людей Саввы, если они зачем-то придут ко мне? Скорее всего!

От еще одной мысли парень грустно улыбнулся.

«Сперва Савва меня, как приманку отправил, а теперь еще эти. Получается, я теперь двойная приманка. Хуже ничего и быть не может!»

«И самое главное, — с досадой думал Илья. — Как я на них налетел то? Вот уж воистину дьявольское совпадение. Позавчера случайно оказался под мостом, на котором стоял Волчара. А сегодня сам свалился ему в руки. Мистика, да и только!»